Не злись, Софи!

В гостинной Слизерина обычно царила тишина. Шахматные доски на каждом столике; ароматы трав, что девочки иногда подкидывали в камин, разносился аж до спален — никакой лишней болтовни и шалостей. Большинство слизеринцев листали страницы старых книг с золотыми гравировками. Люциус Малфой склонился над пергаментом. Его платиновые волосы спадали с плеч. Мантия, сшитая из шелка, приятно пахла цитрусами.

Софи внимательно наблюдала, как его пальцы вырисовывают буквы, а изумруды в кольце отбивают свет. Она не умела так, как он. Всегда держать голову высоко, быть безупречным.

— Люциус, — наивно, не скрывая своей детской улыбки, со всей искренностью и уверенностью в его доброте подошла к нему Софи. — Ты же хорошо знаешь зельеварение, да?

Малфой на секунду оторвался от письма и взглянул на неё своим серым и холодным, словно металл, взглядом. Будь Софи поопытнее, смогла бы заметить высокомерие в этих глазах. Он разглядывал её черты, и что-то явно вызвало нотку разочарование на его лице.

— Я превосхожу большинство... — вернулся к чернилам он. — Думаю, это и так понятно, так что вопрос совсем получился глупый.

— Прости... — опустила глаза в пол Маре. Она помнила его как своего принца-защитника и думала, что сможет рассчитывать на помощь, но, кажется, всё было совсем не так.

— Но ты же пришла сюда не только за этим, — дрогнули уголки его губ в легкой ухмылке, и он вновь оторвался от пергамента. Откладывая перо в сторону, Люциус оперся локтем о стол и ждал ответа. — Что тебя беспокоит?

— Тут скорее кто... — поджала губы Софи. Чем дольше он смотрел на неё, тем сильнее ей казалось, что она делает что-то не так. — Я хотела попросить рецепт зелья, что вызывает чесотку.

Малфой рассмеялся. Он находил такие зелья глупостью и совсем не понимал, зачем чистокровной волшебнице заниматься ерундой. Это легко читалось по взгляду. Софи пронзал стыд.

— Мне правда оно очень нужно... — тихонечко произнесла она, сжимая края своей мантии.

— Почему же ты не пойдешь в библиотеку? — изменился его тон на более нежный. Люциус вспомнил её в белом платьице — девочку, что расплакалась из-за сорванного цветка. Да, она совсем ребенок — он таким не был, но что уж поделать. Он захотел ей помочь, потому что ему нравились её зелёные глазки, смотревшие на него с восхищением.

— Не тревожься, дитя, пусть будет так. Я помогу тебе, но сваришь его сама. Боюсь, на это времени у меня не найдется.

— C'est merveilleux!Это чудесно! — тут же сменились эмоции Софи, и она позволила себе коснуться его руки. — Спасибо, Люциус, мне рецепта вполне хватит!

Такой жест вызвал у Малфоя удивление. Её теплые руки оставили на его коже свой отпечаток. Она совсем не вписывалась в рамки Британской Аристократии, неужели это из-за того, что она наполовину француженка...

Люциус, как и полагалось старосте, знал обо всем, что находится в гостиной Слизерина. Он, с присущей ему грацией, прошелся пальцами по полкам, где пылились книги. Их гостиная всегда могла похвастаться массивными резными шкафами, до отказа забитыми произведениями. Даже Когтевранцы не владели такой коллекцией. В одном с такими и лежала тоненькая книжечка. Она спряталась на самом краю полки, придавленная огромными томами зельеварения. Малфой не просто отдал ей книгу, а открыл и сделал закладку на нужной странице.

— Софи, посмотри на Нарциссу, — обернулся он, глядя, как изящно сидит Блэк. Она с такой легкость подняла чашку с чаем и тонкостью своих рук поднесла к губам, что казалось, вокруг всё засияет. — Тебе стоит равняться на неё.

— Д-да, — смутилась Маре. А ведь и впрямь — она не походила на девушек, что учились на старших курсах, даже от матери отличалась, ведь Лиана, всегда держала спину ровно, а голову высоко.

Слова Люциусу остались с ней до самого вечера. Внимательно изучив зелье, она взглянула на себя в зеркало и ущипнула кожу щек — те слегка порозовели. Всё должно быть идеально. Софи поправила свой галстук, разгладила мантию и только так вышла.

Для своего факультета Слизнорт делал исключения, разрешая заниматься в кабинете зельеварения вне занятий, и Маре решила этим воспользоваться. Они уже варили своё первое зелье, правда под пристальным вниманием профессора, а сейчас она должна была сделать это сама. Может, другие не решились бы на такую авантюру, но ей казалось, что она справиться. Уверенность — большая сила, особенно для Софи, которая полностью придерживалась рецептуры. Запах сухой крапивы оказался самым приятный из всех ингредиентов этого зелья — не то, что у бородавок пурпурной жабы.

Софи не знала точно, что принесло ей большее удовольствие: идеальный результат или сам процесс приготовление. Смотреть, как зелье меняет цвет, как шипит, как ароматы окутывают комнату, стало для неё успокоением.

Сверив ещё раз результат с описанным в книге, она убедилась в своём уме. Приготовить почти идеальное зелье с первого раза тешило её самолюбие.

Взмахнув своими длинными волосами, Софи спрятала флаконы в карман мантии. Дверь в кабинет захлопнулась, в нем исчезали запахи, ещё минуту назад летающие в воздухе. Пыль поднималась вверх ловя на себе отблеск свечей.

В Большой Зал вели меняющие положение лестницы. Маре держалась за перила, пока её одногодки от страха шушукались. Если смотреть вниз, то становится страшно, но не ей. Она принимала это как должное, ведь магия с детства была в ее жизни.

Голодные волшебники буквально вбежали в зал. Софи остановилась в углу, уперлась спиной о стену, ощущая легкий холодок. Мимо пробежали довольные пуффендуйцы. Никто не смотрел на неё, даже Лили, что увлеченно болтала с Марлин.

Софи подошла сзади, Маккинон сразу обернулась, чувствуя чужое присутствие и уже было хотела открыть рот, но Маре коснулась пальцами губ, показывая, что лучше этого не делать. Она закрыла руками глаза Лили. Эванс от неожиданности вздрогнула.

— Софи, это ведь ты, — сразу догадалась она, чувству сладкий запах вишни. — Да?

— Неужели меня так легко разгадать? — рассмеялась Софи, обнимая подругу. На самом деле её это радовало, ведь значило, что Лили не забывает о ней.

— Как я могу не узнать свою подругу? — погладила её волосы Эванс.

Взгляд Софи упал на Марлин. Она смотрела на них, нахмурив брови. Ей не нужно знать всего, поэтому Маре, аккуратно прошептав Лили на ухо, попросила отойти с ней в сторону. Маккинон проводила их ещё более недовольными глазками, а сама, сложив руки на груди, растворилась в толпе, что следовала на завтрак.

— Ты обязана мне помочь! — летали искры в изумрудном цвете глаз. Софи достала два флакона: жидкость мирно двигалась волной, пока она их слегка потрясла перед Лили. — Я приготовила чудесное зелье для Сириуса и Джеймса. Мы должны постоять за нашего друга и наказать их, хотя бы немного.

— Софи! — воскликнула Лили с явным неодобрением. — Это может быть опасно.

— Ох, ma belle,моя красавица это совсем слабое зелье, — поднялись уголки губ Софи в хитрой улыбке. — Оно всего лишь вызывает прыщи.

— И ты хочешь, чтобы я заставила их выпить его? — Эванс поглядывала по сторонам. На них и вправду никто не обращал внимание, ну стоят две девушки в углу, какая разница, если с Большого зала доносится запах поджаренной курочки? — Не думаю, что смогу это сделать.

— У меня всегда есть план! — уверяла Софи. — Я отвлеку их, а ты быстренько выльешь содержимое флаконов в их кубки.

— Но это точно безопасно? — спрятала зелье в карман мантии Лили.

— Уверяю! — подмигнула Маре и подтолкнула подругу ко входу в большой зал. — Эти два идиота наверняка сидят рядом, так что будет легко.

Сразу за порогом стоял неистовый шум. Ложки стучали по тарелкам, иногда падали, создавая звонкий звук. Лили шла уверенно, она и так всегда сидела рядом с Джеймсом и совсем не вызвала подозрений, а вот Софи остановилась у самого входа. Она стала на корточки, делая вид, что завязывает шнурки, и как только Эванс уселась на своё место, достала палочку и пряча руку с ней в карман почти вплотную подошла к столу Гриффиндора.

— Pulvis Oculus — прошептала Софи направляя палочку на Джеймса, ради этого момента, она усердно тренировалась весь вечер.

Прошло не больше пары секунд, как Поттер снял свои очки и стал протирать глаза. Маре явно гордилась собой и проделала то же самое с Сириусом, внимание которого было полностью сосредоточено на проблеме Джеймса. Оба мальчишки подняли глаза вверх, с уверенностью, что пыль упала именно с потолка.

— Привет, Лили, — прошла мимо них Софи, и оба Гриффиндорца обернулись к ней, пытаясь разглядеть смутный силуэт.

Эванс тут же подорвалась с места. Ловко выливая зелье в их кружки, она сделала вид, будто пытается помочь. Нежные руки касались лица Джеймса. Он не видел, как пристально всматриваются зелёные глаза в его карие. Словно настоящая фея, она подула на них, хоть это и не дало никакого эффекта.

Заклинание длилось не долго, и вскоре они вновь набивали щеки едой на спор. У кого больше поместится тот и выиграл. Словно два хомяка, глядели друга на друга Гриффиндорцы. Это всё добро, конечно же, пришло время пережевывать, и в этом процессе им помогла уже волшебная жидкость. Среди всего разнообразия вкусов горечь имбиря в зелье даже не ощущалась. Вот только их кожа стала покрываться мелкими прыщиками.

Джеймс чесал лицо так яростно, что в моменте чихнул. С полного рта полетели крошки прямо на лицо Питера, что сидел напротив.

— Ижвини, — продолжал жевать Поттер, параллельно почесывая спину.

Сириус до последнего сдерживал этот порыв. Как бы там ни было, манеры не позволяли. Хоть он отчаянно отвергал все принципы семьи, всё же не позволял себе нарушить чесоткой приём пищи. Маленькие покраснения с каждой минутой превращались в огромные гнойные прыщи. Люпин первый забил тревогу. Он тут же позвал преподавателей.

Софи наблюдала за этим со стороны, упиваясь сладостью мести. Она единственная из всего стола Слизерина смотрела на них. Так радостно она ела яблоко впервые. И только когда профессор Макгонагалл забила тревогу, весь взор студентов направился на Сириуса и Джеймса.

В Большом зале поднялся шум. Пуффендуйцы ахали и пугались, не еда ли это виновата, а вот Слизеринцы, наоборот, тешились.

— Так им и надо, — крикнул второкурсник возле уха Софи, за что получил неодобрительный взгляд Люциуса Малфоя.

Она же до такого не опускалась, а тихо наслаждалась, но, да, они это заслужили, может, хоть так их совесть проснется.

Завтрак закончился под шушуканья и смех. Софи взмахнула своими волосами и, догнав Северуса, схватила его под руку.

— Как тебе расправа над двумя надоедливыми Гриффиндорцами? — протянула она.

— Так эти жуткие прыщи твоих рук дело? — ухмыльнулся Снейп.

— Да! — хихикнула Софи, поправив торчащий воротник на мантии друга. — Пусть немного помучаются.

В этот момент она и вправду гордилась собой, в одиночку сваренным зельем, продуманным планом и его реализацией.

Каким же тихим казалась история магии без Сириуса и Джеймса. Софи даже пришла к мысли, что без них стало даже скучновато. Она привыкла наблюдать, как эти два сорвиголовы придумывают очередную шалость, ведь её они никогда не касались, а потешаться над торчащими крыльями со спины однокурсников среди монотонного бубнения Бинса оказалось весьма приятно.

Осень разносила листья по двору, поднимая их в вихрь и закручивая в танце. В эти выходные первокурсников ждало кое-что особенное: первый в их жизни матч по квиддичу.

Софи знала об этом виде спорта, Фред даже брал её с собой на одну из игр, но это было так скучно, что к концу она попросту уснула. Она уже настроилась проваляться выходные в библиотеке, Лили точно составит ей компанию... Но всё случилось совсем наоборот.

— Давай, Софи! — с силой ухватилась за руку Маре её гриффиндорская подружка. — Будет весело.

Маггловские кроссовки, которые Софи купила вместе с Фредом тормозили об пол, заламывая подошвы. Только не это, только не квиддич. Мерзнуть на ветру ради того, чтобы затекла шея от очередного пике охотников.

— Мы и так проводим мало времени вместе! — не сдавалась Лили и, сделав очередной рывок, не удержалась за руку Софи и присела на пол. — Не будь такой занудой, — поглаживала низ спины Эванс, надув щечки.

— Ô mon adorable problème,О, моя очаровательная проблема! — выдохнула Маре, глядя, как Лили пытается уловить смысл фразы на французком. — Только шарфик возьму...

Коридоры Хогвартса дышали непривычной тишиной, весь шум находился на улице и лишь слабо проскакивал в пролетах, где Филч оставил открытые окна. Лили вприпрыжку шла спиной вперед, а Софи строго глядела, чтобы та не споткнулась. Она не разделяла радость подруги по поводу игры, но была счастлива провести с ней время.

Сегодняшний матч был важен для Гриффиндора, ведь они открывали сезон в этом году, играя против Пуффендуя. Ярко красные шарфы рябили на сером небе. Трибуны будто наполнились огнем, сочетая в себе цвета двух противостоящих факультетов.

— Нужно занять место и Северусу! — Лили пробиралась сквозь ряды, заполненные студентами. Она придерживала своё пальто, чтобы не мешать.

Софи кивнула головой, она выглядывала Слизеринцев, но их было так мало, что хватило бы их с Эванс пальцев рук, чтобы пересчитать их. Неужели нелюбовь к квиддичу тоже часть факультета? Заняв не лучшие места, но хотя бы достаточно свободные, чтобы не сидеть друг на друге, девушки выдохнули. Лили уселась, стряхивая со своей одежды пыль, а Софи, слегка приподняв подол своей длинной теплой мантии, наоборот, выпрямила спину, чуть повернув сомкнутые ноги вбок.

Их идиллию быстро нарушили четверо Гриффиндорцев. Они так яростно обсуждали квиддич, что наверняка их голоса доносились до игроков в небе. Почти зажившие прыщи, уже покрывшиеся корочкой, не мешали их улыбке выглядеть слишком уж самодовольной. Вечно растрепанные волосы Джеймса с каждым порывом ветра застывали в его направлении — по ним можно было легко вычислить в какую сторону он дул. Поттер без лишних вопросов уселся возле Лили, протягивая руку на спинке лавочки. Сириус нагло прошел вперед и, расстегнув нижнюю пуговицу своего пальто, плавно опустился на лавочку. Люпин стал единственным, кто поздоровался и, без лишней драмы, занял место, а вот Питер так странно поглядывал по сторонам, будто убегал от стаи собак, и сейчас смотрел, не продолжают ли они за ним гнаться.

— Милые прыщики, — насмешливо произнесла Софи, касаясь пальцем лица Блэка.

— Мадам Помфри сказала, что они заразны, если дотронуться, — Блэк резко перехватил её руку и прижал к своей кожи сильнее, нежные пальцы пронзали его темное лицо своим холодом.

Софи еле вырвалась. Она тут же стала вытирать руку о мантию, будто от этого зависела вся её жизнь. Только спустя минуту яростной борьбы с тканью, она осознала, что скорее всего Сириус над ней издевается, но рисковать лучше всё-таки не стоит.

Крики Джеймса заглушали гул вокруг. Он так яростно комментировал игру, что пришлось закрывать уши руками при каждом неудачном пике Гриффиндора.

И почему же они выбрали именно эти места?

Помадка с конфеты, что передавал Джеймс прямо через Лили и Софи для Сириуса, капнула ей на мантию. Блэк это заметил и тут же стер её, как ни в чем не бывало.

— Будешь? — протянул гору сладостей он. — Джеймс, у тебя есть без начинки? Софи явно не нравится ягодная помадка.

По выражению лица Маре было понятно, что она сейчас ненавидит весь мир. Ей хотелось взять и ухватиться за кудрявые волосы Блэка с такой силой, чтобы вырвать их с кожей. Чем дальше, тем страшнее звуки издавал Поттер. Гриффиндор проигрывал, и это его очень огорчало.

— Змеи думают, что они умнее... — тянулся Сириус к Джеймсу и почти лежал на девушках между ними. — Ты только глянь: не захотели вылезать из своей норы. Первокурсников лишь и вижу.

Софи выдохнула. Это единственное, что помогало ей держать себя в руках. Если бы Сириус не продолжил, она бы сумела успокоиться, но, когда он кинул скомканную коробку из-под драже в голову Слизеринцу, нервы лопнули. Её тонкие пальцы с силой ущипнули ногу Блэка. Она сжимала кожу самым болезненным способом, цепляясь за неё ногтями. Софи слышала, как его зубы клацнули от боли, наверняка, он их сжал, чтобы не пискнуть, как маленький ребенок. Но это помогло. Блэк, сосредоточенно потирая ногу, замолчал.

Единственной радостью в этом матче стала победа Пуффендуя. На лице Маре красовалась довольная улыбка, а рядом шли явно расстроенные гриффиндорцы. Не зря она терпела их целую игру. Унылые мордочки хулиганов того стоили.