разрешеник
Гипотетически:
Ты мне говоришь: Я люблю тебя
Я слышу: Я разрешаю тебе быть мерзкой чудилой, я разрешаю тебе себя не жюрить, я разрешаю тебе смотреть на себя без слез, я разрешаю тебе себя любить.
Фактически:
Ты не знаешь, кто я.
Если Бог есть любовь, то зачем кто-то третий?
Моего водителя Uber зовут Христофор
Я спросила, знаете ли вы значение этого имени
что вас назвали в честь Святого с собачьей головой,
в честь великана, несущего на рука младенца Христа через реку.
А потом рассмеялась. Его белый Солярис вез меня через реку Дон.
Я слышала, как женскую истерию принимали за исповедь,
за откровение, за явление кого-то свыше.
Я слышала, как их сжигала.
От моего милого пахнет костром не верных женщин.
Иногда, мне кажется, что он и есть костер.
Ты ночами мне перечислял разных католиков, рассказывал про распятье у бабушки на стене
Говорил, чтобы все бросил, и заперся в келье.
Я осталась одна в этом селенье, глядя в горизонт, укатившего нас рока событий.
Невозможно говорить ни о любви, ни о религии, когда стрелка ползет за полночь.
Невозможно не плести меж ними видовую связь, невозможно, глядеть на них с долью разочарования.
Очарование любовью, зная ее суть, зная все пункты этого договора, видя как разрушаются браки, как люди бранятся,
слыша, как смыкаются их рты между собой и лопается слюна,
видя инструкции по флирту, и слушая избитый из раза в раз сценарий
меня это душит? понимаешь? душит, их узколобость, протертая тропа, сама цель, с кем-то лобызнуться.
я полюбила тебя, чтобы ты меня полюбил, чтобы ты мне разрешил, меня любить?
Но почему я даю тебе разрешение, дать разрешение мне?
И блаженная Анжела, написавшая порнографическое откровение, кажется, мне не такой слепой, не такой глупой
Ведь куда глупее из плоти и крови доверить спасение, не так глупо, как галлюцинации божественной совокупляющейся с тобой.
(чуть позже это назовут инкубом)
Ты говорил, что я смотрю в пустоту, лучше чем кто-то танцует
Я говорила, что речь удел христианства, а танец память политеизма
язычества и карнавалов, что нет ничего святого, в том что кто-то танцует
( ты никогда не танцевал. ты рвался по швам)
Мое тело однажды сломали три раза, однажды она, нанесла мне увечье.
Теперь я навсегда недочеловек.
И еще немножко перечеловек.
Я настолько уверовала чудо, что стала видеть,
как двигаются в нем шестеренки.
Как работают батарейки.
И где выключатель.
Однажды я настолько уверовала в чудо, что оно перестало существовать.
Однажды я настолько поверила в любовь,
что перестала любить.