Глава 28-Послание.
Я направилась к метро — оттуда удобнее всего было доехать до торгового центра. Поезд пришёл быстро, и уже через некоторое время я поднималась по эскалатору, чувствуя знакомое волнение перед встречей с Хейли.
Она ждала меня и, едва заметив, широко улыбнулась:
— Ассаляму алейкум! — сказала она, чуть ли не выкрикивая.
На секунду я замерла — а потом внутри будто что-то вспыхнуло. Как же приятно было услышать это от неё.
— Ва алейкум салам, — ответила я с такой внутренней радостью, что сама была в шоке от того, насколько сильно я это почувствовала.
Хейли засмеялась:
— Я правильно сказала?
— Более чем, — улыбнулась я. — Ты даже не представляешь, как мне приятно это слышать, — призналась я.
Мы зашли внутрь торгового центра. Шум, свет, запахи еды, музыка — всё смешивалось, но рядом с Хейли мне было спокойно. Мы взяли попкорн к фильму.
По дороге к кинотеатру я вдруг сказала:
— Кстати… я сегодня кое-кого приобрела.
— Кого? — тут же оживилась она.
— Котёнка.
— ЧТО?! — Хейли чуть не подпрыгнула. — Я хочу его увидеть!
Я рассмеялась:
— Во-первых, её. Во-вторых, её зовут Муизза, — и я показала её фото, на котором она спала.
— Муизза? — повторила она, задумчиво рассматривая фото. — Красиво… А почему?
— Так звали кошку пророка Мухаммеда ﷺ, — ответила я. — По преданию, он нашёл её до битвы, а после забрал к себе домой, заботился о ней, и она часто спала у него на одежде. Говорят, однажды он даже отрезал край своей накидки, чтобы не разбудить её.
Хейли посмотрела на меня с теплом:
— Это… очень мило.
Мы как раз подошли к кинотеатру. Купили билеты и поднялись наверх, на самый верхний этаж. В зале было полутемно, пахло попкорном и чем-то сладким.
Я машинально посмотрела на телефон.
19:30.
Ровно.
1 час 23 минуты 8 секунд — всплыло в голове.
Я обязательно засеку время на этот момент.
Я вздохнула и убрала телефон.
Мультфильм начался. Я старалась сосредоточиться, улыбалась, смеялась вместе с Хейли, которая комментировала буквально каждое движение персонажей:
— Нет, ты это видела?! Он сейчас точно упадёт.
— Я говорила! Я ГОВОРИЛА!
Я ела попкорн, смеялась… но время всё равно текло слишком осознанно.
Когда я снова посмотрела на экран телефона, сердце дрогнуло.
20:53.
И именно в этот момент в мультфильме прозвучала фраза:
— «Слушай, и что с того, что мы с тобой разные? Меня это совершенно не пугает. А вот потерять тебя я боюсь».
Я замерла.
Слова будто прошли сквозь меня.
Я вспомнила, как сама сказала Крису:
«Мы слишком разные».
Так вот что он хотел мне сказать…
Да… может, тебя это не пугает, — подумала я. — А меня? Ты хоть раз подумал, каково это — для меня? Конечно, тебе на это всё равно, в то время как для меня это большая проблема.
Если мы разные, то извини… Я не собираюсь предавать свою религию ради чувств. Ты должен с этим смириться. И если он и вправду любит, то поймёт меня.
Остальные слова героя я слушала уже вполуха. Мультфильм был прекрасен — тот самый, любимый с детства, тёплый, добрый. Но мысль о том, что Крис передал мне это послание через мультфильм, не отпускала.
Фильм подходил к концу. В последних сценах герой признавался героине в любви — не прямо, по-детски, красиво. Хейли пищала от восторга:
— Я с детства их шипперила!
Я улыбалась… внутри было слишком тихо и одновременно шумно.
После сеанса мы пошли в наше любимое кафе — туда, где было халяльное меню. Мы часто сидели здесь. Мы заказали еду, весело обсуждая фильм.
— Слушай, — начала я, — а ведь Норт сегодня спрашивал, серьёзно ли ты приняла ислам.
Хейли нахмурилась:
— Правда? Он и мне писал… но откуда он узнал?
— Я сказала Крису, — призналась я. — Вчера он позвал меня… сказать, что Норт готов «похоронить» Майка за измену. А потом я добавила, чтобы он даже не думал лезть к тебе.
Хейли удивлённо посмотрела на меня, потом прищурилась:
— Ага… так какая была настоящая причина вашей встречи? — сказала она, игнорируя другие мои слова.
— Он спросил, изменила ли я мнение о нём, — вздохнула я. — Я ответила, что мы разные. Что он не плохой… — я задумалась, а потом нахмурилась, вспомнив кое-что. — Шон опять начал лезть со своим прошлым.
— Так Шон опять начал? — фыркнула она. — Он, кстати, не мусульманин, хотя вся его семья такая. Но к исламу нормально относится. Не суть. У них с Крисом свои счёты. И он уже понял, что Крис к тебе неравнодушен.
Она усмехнулась:
— Если что — вбей ему сумкой, ладно?
Я рассмеялась:
— Обещаю.
— Так что Норт сказал? — вернулась она к теме.
— Он решил, что если в исламе отношения до брака запрещены… то он на тебе женится.
Хейли чуть не подавилась чаем:
— ЧТО?! — удивилась она, что весьма логично в такой ситуации.
— Кажется, он давно в тебя влюблён, — спокойно сказала я. — Просто не вмешивался из-за Майка.
Она закатила глаза:
— Мы даже не были близкими друзьями… я вообще не знала о его чувствах. Хотя… если хочет, пусть отомстит Майку, — пошутила она, но мне казалось, что это не было шуткой.
Мы ещё говорили, когда мой телефон завибрировал.
Керим.
Я улыбнулась. Давно не виделась с братом — в основном из-за практики: не было времени, да и он постоянно занят.
— Крис? — тут же спросила Хейли, увидев мою улыбку.
— Нет. Керим.
Она надула губы, как ребёнок.
Керим:
Ассаляму алейкум, мелкая. Давай завтра встретимся. Нужно кое-что обсудить.
Ясмин:
Ва алейкум салам. Конечно. А что именно?
Керим:
Узнаешь завтра.
Ответил Керим, заинтриговав меня. Я даже подумала, что он тоже начнёт говорить о женитьбе и об Али, но знала, что Керим всегда будет на моей стороне, за что я его очень люблю и благодарна ему.
Мы попрощались с Хейли и разошлись. По дороге домой я снова и снова прокручивала слова Криса, его признание — сначала в колледже, теперь через мультфильм.
Мы знакомы так мало…
Почему он так боится меня потерять?
И почему мне не всё равно?
Нет, ну правда: несмотря на то, что мы были знакомы всего неделю, он был готов перевестись и даже вовсе уйти из колледжа. Но почему? Неужели это и есть любовь? И почему я так тогда отреагировала, несмотря на то, что я его не знаю от слова «вообще»? Я только узнала, что у него есть сестра. Так что это за бурная волна эмоций? Ответ я знала, но как же не хотела говорить его вслух или даже в мыслях.
Дома Муизза носилась по комнате, как ураган. Увидев меня, она застыла, внимательно посмотрела — и снова побежала. Я проверила миску: она поела и попила.
Во время намаза она мяукала, бегала вокруг, а после намаза, во время моего дуа, вдруг запрыгнула мне на колени, словно давая понять, чтобы я помолилась и за неё, или же это был знак: «погладь меня». Я улыбнулась, погладила её и порадовалась, что она так быстро ко мне привыкла.
— Почему же тебя бросили… такую маленькую, красивую… — сказала я, а она в ответ просто замяукала.
Я встала, убрала коврик для намаза и села изучать дела, которые я должна подготовить на завтра.