Глава 10
Следующие полчаса прошли более-менее нормально. Виолетта ушла в комнату, чтобы поздравить родителей, брата и друзей и отчитаться перед Катей, что с ее сестрой все в порядке.
А когда вернулась, увидела, что Нелли заснула в своем кресле. Будить ее ей было жалко, поэтому она решила перенести девушку на диван в комнату.
Сделать это ей не дал Паша. Он оторвался от телефона и положил тяжелую руку на плечо Виолетты.
— Не трогай мою девушку, — тихо, но с вызовом сказал он ей.
— Она уснула. Ее нужно положить на диван, — нахмурилась Виолетта.
— Я сам положу. Отойди, мелкая, — потеснил ее Паша.
Он поднял Нелли и унес в комнату, но даже не укрыл одеялом — это пришлось сделать Виолетте. Паша стоял в дверном проеме и, нахмурившись, наблюдал за тем, как она поправляет подушку под головой спящей Нелли, а после выключает гирлянды, чтобы их свет не мешал ей спать.
— Давай-ка, поговорим, — тихо сказал
Паша, когда Виолетта появилась на кухне.
— Говори, — вздохнула она.
— Не здесь. Пойдем, на площадку выйдем.
Паша накинул на плечи куртку, обулся и первым покинул квартиру. Виолетта последовала за ним, не понимая, что еще за разговоры должны у нее быть с этим малолетним индюком.
Когда она вышла из квартиры, Паша стоял, прислонившись к стене, и курил.
— Тут курить нельзя, — напомнила Ви.
Дым сигарет ее раздражал.
— А мне плевать, — отозвался Паша.
— А мне нет. Нелли потом влетит от соседей.
— Не влетит. Новый год же. Мало ли кто тут мог дымить.
— Ладно, о чем ты хотел поговорить? — устало спросила Виолетта.
— О моей девушке, — заявил Паша. — Мне не нравится, что ты отираешься рядом с ней.
— И что? — закатила глаза к потолку Виолетта.
Все эти детские разборки утомляли ее.
— А то. Она — моя. Так что можешь проваливать. Слушай, я сначала тебе под дых хотел пару раз дать для наглядности, — добродушным тоном сказал Паша. — Да вот жалко мне тебя стало. Я ведь понимаю, почему ты за нее зацепилась.
— И почему же? — спросила Виолетта, решив, что их разговор не закончится ничем хорошим.
— Она при деньгах — отец норм так отстегивает каждый месяц, хоть по ней и не видно, что мажорка. Хата своя есть в центре. Да и сама Нелька девка красивая. С такой не стыдно куда-нибудь пойти. Несговорчивая, правда, — почему-то хмыкнул Паша, — но это фигня.
— И к чему вся эта невероятная тирада? — холодно поинтересовалась Виолетта.
— Я против тебя ничего не имею, гитаристка. Просто отстань от моей девушки. Давай я тебе бабок отстегну. Понимаю, что они тебе нужны. — Паша достал из кармана несколько купюр и вложил их в руку опешившей Виолетте. — Вот еще сверху, на такси. Закажи и езжай к себе. Я нам с Нелли романтик устроить хочу. Без свидетелей.
Виолетта смотрела на деньги в своих руках почти так же, как смотрела бы на бомбу. Он серьезно, черт побери?
От ярости, которая нахлынула на Виолетту, появились алые всполохи перед глазами. Кровь набатом стучала в висках. А каждая жила в руках, сжатых в кулаки, натянулась как струна.
— Как-то мало за любимую девушку, — хрипло сказала Виолетта, не узнавая собственный голос.
— Ну уж сколько есть. Я тебе не сын Рокфеллера, — заржал Паша, затушил сигарету о стену и, отбросив бычок в сторону, направился к квартире Нелли.
Виолетта, которая с трудом контролировала себя, схватила его за плечо.
Она знала, что Паша сильнее и выше. Знала, что это не закончится ничем хорошим. Но не могла иначе. Просто не могла.
— Что еще? — недовольно обернулся
Паша. — Ты...
Договорить он не успел — Виолетта изловчилась и засунула свернутые деньги ему в рот. Паша от изумления на мгновение потерял дар речи, и этого мгновения Ви хватило, чтобы ударить его по лицу. С размаха. Со всей силы. Так, как учил Игорь.
Из носа Паши потекла кровь. Он выплюнул деньги и недоверчиво коснулся носа.
— Сволочь, — прошептал он, глядя на красное пятно на руке. — Ты что, вообще охренела?!
Паша припечатал Виолетту к стене и занес кулак, чтобы ударить ее, однако в это время дверь квартиры открылась и Нелли громко закричала:
— Немедленно перестаньте! Хватит! Все! — В ее голосе звенела сталь.
Тяжело дыша, Паша отпустил Виолетту, которая смотрела на Нелли больными глазами.
— Она первая меня ударила! Смотри, до крови! Гадина! — заорал Паша.
— Мне без разницы. Проваливайте. Оба, — решительно сказала девушка. — Вы достали меня своим поведением. Никто из вас не уважает меня. И я тоже не буду вас уважать. Обоих. До свидания.
— Но, зая, — заныл Паша. — Я реально ничего не делал! Просто курил! А эта стала требовать с меня бабки, чтобы я от тебя отстал, и по морде зарядила, когда я отдал все свои деньги, а ей показалось, что мало.
— До свидания. Оба, — была непреклонна девушка. — Не хочу вас видеть.
Паша грязно выругался. А Виолетта подошла к ней. Ее ярость исчезла, растворилась в грусти и каком-то до боли ясном осознании, что прошлое уже не вернуть.
То самое прошлое, в котором Нелли любила ее.
— Прости, Нэл, — сказала она, с мягкой полуулыбкой разглядывая ее лицо: словно стараясь запомнить. — С Новым годом. Ты все такая же красивая. Хотя нет, — вдруг коснулась она ее щеки, — ты стала еще красивее. Прощай, девочка. И не болей. Твоя сестра очень волнуется.
Виолетта развернулась и пошла к лифтам, нажала на кнопку вызова. Паша пошел следом.
Наверное, Виолетта ждала, что Нелли позовет ее — чувствовала на себе ее взгляд. И она позвала — но не Виолетту.
— Паша, — сказала она бесцветным голосом, — я хочу с тобой поговорить. Вернись.
Все-таки он ее парень. Все верно. Она вернула того, кто был ей дорог.
Створки лифта распахнулись, и Виолетта уехала вниз. И бездумно пошла куда-то вдоль дороги, то ли разбитая, то ли злая — она и сама не понимала своего состояния.
Пройдя квартал, Виолетта все же вызвала такси, которое пришло достаточно быстро, и назвала адрес отеля, в котором остановилась. До него она добралась довольно быстро и стала собирать вещи — решила полететь домой.
Когда чемодан был почти собран, в дверь постучали. Не понимая, кто это может быть, Виолетта открыла дверь. Перед ней стояла Крис.
— Пустишь? — со странной улыбкой спросила она, и Ви поняла, что Крис не совсем трезва.
— Проходи, — ответила Виолетта и посторонилась.
Однако Крис вдруг обняла ее и прильнула к ее губам своими. Ярко-алыми. Жадными. И холодными.
Ви оттолкнула ее. Сразу. Не думая. И твердо взяла ее за обнаженное загорелое предплечье — на Крис был короткий атласный топ на бретельках и кожаные штаны с поясом. Пуховик она скинула на пол.
— Нет, — сказала Виолетта твердо. — Не нужно.
— Я больше тебе не нравлюсь? — спросила с вызовом Крис и коснулась ее груди ладонью. — Совсем не нравлюсь?
— Кристина, ты пьяна. Тебе нужно выспаться. Иди к себе домой, — вздохнула Виолетта.
— Я хочу к тебе, — ответила Крис, глядя на нее лихорадочно блестящими глазами.
Ее ладонь поползла по груди Виолетты вниз, к животу, но когда кончики пальцев коснулись пряжки ее ремня, Виолетта убрала ее руку.
— Я же сказала — нет.
— Раньше я тебе нравилась. Очень, — прикусила губу Крис. — Что же поменялось, Ви? Я стала страшной?
Она демонстративно стянула бретельку сначала с одного плеча, потом — с другого. И готова была полностью избавиться от топа, под которым больше ничего не было, но Виолетта не дала ей этого сделать.
— Не стоит раздеваться. Просто иди домой спать, — сказала она, сердясь. — Если хочешь, можешь остаться в моем номере. Я уезжаю.
— К ней, да? — выкрикнула Крис, моментально изменившись в лице. — Ты собралась к этой уродливой стерве? К ней, да?!
Она говорила о Нелли, и Виолетта отлично знала это.
— Не перегибай, пожалуйста, палку. Не говори так о Нелли. Это некрасиво, — нахмурилась она.
Виолетта действительно не любила, когда люди оскорбляли друг друга просто так.
— Да мне плевать! — выкрикнула Крис. — Чем она лучше меня? Чем? Отвечай мне! Отвечай немедленно, идиотка!
Она кричала что-то еще — громко, злобно, нецензурно, а Виолетта молча смотрела на этот спектакль и думала: как было бы здорово, если бы Крис просто пошла спать.
Крис порядком ее достала.
И зачем она только согласилась на все это?...
— Успокойся, — попросила Виолетта. — Сейчас ты ведешь себя отвратительно. И утром будешь жалеть об этом. — Ее тон был спокойным: она явно не собиралась поддаваться на провокации, и девушка вдруг резко переключилась с одной эмоции на другую.
Только что громко кричала, а теперь заговорила тихо-тихо, глядя куда-то в стену:
— У вас с ней что-то есть, да? Ты уйдешь к ней? Мы больше не будем парой?
— Мы в любом случае скоро больше не будем парой, — ответила Виолетта. — И ты это знаешь. Я несколько раз говорила тебе об этом.
— А моя песня? — спросила Крис. — Ты уйдешь, оставив меня одну? Не поможешь?
— Я выполню все обещания, которые тебе давала, — ответила Ви. — К чему ты опять завела этот разговор?
— Что обо мне будут говорить? — бессвязно забормотала Крис. — Что они будут писать? Как я это переживу?...
Она прислонилась спиной к стене, сползла по ней на пол и зарыдала, покачиваясь из стороны в сторону. Виолетта вздохнула и села на корточки рядом.
— Кристина, не плачь. Пожалуйста. Ты не должна плакать, — мягко говорила она. — Ты знала, на что идешь. Зачем сейчас нужно драматизировать? Давай ты пойдешь спать, хорошо? Ты пьяна, поэтому говоришь такие глупости.
Она успокаивающе погладила ее по плечу и хотела было поднять Крис на ноги, чтобы отвести к кровати, однако она снова попыталась поцеловать Виолетту. Крис прильнула к ней, надеясь, что застанет ее врасплох, что она сдастся, что забудет обо всем в объятиях Крис, но у нее этого не получилось. Виолетта мягко отстранила ее, за что получила пощечину. Хлесткую, звонкую, болезненную.
— Ненавижу тебя! — вскочила на ноги Крис, которая вдруг перестала казаться нетрезвой. Она буквально излучала ненависть. — Сволочь! Вали к своей стерве, но помни, что просто так ты не уйдешь!
— Думаешь? — вздохнула Виолетта.
— Уверена! Будешь жалеть! Я тебе устрою веселую жизнь.
Пообещав это, Крис подхватила пуховик, распахнула дверь и ушла, громко стуча каблуками.
Виолетта выпила воды, взяла чемодан и покинула номер. О том, что она оттолкнула от себя Крис, Ви совсем не жалела. Она жалела о том, что сейчас не с Нелли. И надеялась, что она спит и утром ей будет лучше — если, конечно, девчонка не перестанет принимать лекарства.
Когда Виолетта оказалась в аэропорту, ей позвонил Игорь.
— Ну что, очаровала малую? — со смешком спросил он.
На заднем плане слышались громкая музыка и веселые голоса. В отличие от Виолетты Рэн весело отмечал Новый год в родном городе.
— Скорее, разочаровала, — ответила Виолетта. — Еду домой.
— В смысле — разочаровала? У тебя что, не получилось? — захохотал брат.
— Твоя пошлость тебя погубит, — слабо улыбнулась Виолетта, из окна глядя на ночную взлетную полосу, мигающую огнями.
— А тебя — твое уныние. Что случилось? Поругались? — прямо спросил Игорь.
— У нее есть парень. И я не стала мешать. Уехала. — Виолетта немного помолчала. — Я лечу домой. Жду ближайший рейс.
— Ты дура, да? — сочувственно спросил Игорь. — Ты серьезно оставила малую с каким-то Васей и уехала?
— Его зовут Паша.
— Да хоть Федор Михайлович, — отмахнулся брат. — Какая разница? Вит, ты просто оставила свою девчонку и свалила?
— Как видишь, — вздохнула Виолетта.
Ей было фигово. Болела голова, и хотелось спать. Жуткий Новый год. Интересно, чем он закончится, если начался с такого дерьма?...
Она еще немного поговорила с Игорем и откинулась на спинку сиденья. Включила в наушниках музыку и прикрыла глаза. Ей вспомнился их с Нелли последний поцелуй — тот самый, со вкусом яблок в карамели. Ее словно кулаком ударили и накрыло вдруг ощущение утраты. Утраты счастья, которое было так близко, но исчезло.
А из-за чего? Из-за каких-то глупостей. Мелочей. Обид. Гордости.
Не из-за чего.
«Слабачка, — подумала Виолетта. — Ты реально слабая, раз просто не смогла поговорить с Нэл. Спросить, почему она так поступила. Сказать, что тебе жаль».
Игорь бы так не поступил. Он бы поговорил. Все бы выяснил. И не мучился.
Бездумно глядя в окно на взлетную полосу, Виолетта погрузилась в прохладную созерцательную музыку — словно упала в темные воды, разрешая течению нести себя вдаль, куда-то за горизонт.
За горизонтом сбываются все мечты. За горизонтом прячется счастье. Только все знают, что за горизонт никогда не попасть.
Сколько ни иди, он всегда будет удален.
От музыки Виолетту отвлекло новое сообщение. Она провела пальцем по экрану и глазам своим не поверила — его написала Нелли. Написала много.
«Ви, прости, что так вышло. Мне очень жаль. Ты столько сделала ради меня, а я отблагодарила тебя такими вещами. Выгнала в новогоднюю ночь. Не знаю, что на меня нашло, — писала девушка, от волнения делая опечатки, но не замечая их. — Как будто какое-то помутнение произошло в голове. Но я не хочу искать себе оправданий. Просто хочу извиниться. Пожалуйста, прости. Мне очень стыдно. Я хотела тебя догнать, правда. Но не успела. Тебя уже не было. Знаю, что у тебя много своих забот и мои слова ничего могут и не значить, но я не могу сделать вид, что ничего не произошло. Ви, я не хотела обидеть тебя! И как часто бывает, не хотела, но обидела. Знаешь, в этом вся я. Мне кажется, что я стала взрослой и самостоятельной, но в душе все та же маленькая глупая девочка, которая то и дело ошибается. Ви, надеюсь, с тобой все хорошо. И остаток этой ночи ты проведешь там, где тебе будет по-настоящему уютно. И с теми, с кем тебе будет по-настоящему хорошо. Ты потрясающий человек, которого я любила много-много лет. И я ни о чем не жалею. Знаешь, если бы у меня была возможность, я бы поцеловала тебя и в третий раз... Скорее всего ты не ответишь мне, но я пойму. Спасибо, что была рядом в такой сложный момент».
Виолетта улыбнулась уголками губ. Эти слова почему-то тронули ее — казалось, они были пропитаны искренностью.
Любила... Она любила ее — человека, в чьей душе прятался монстр.
Эти слова грели и в то же время пугали.
«Мне было неприятно, но я не обижена. Прекрасно все понимаю. Я сама повела себя по-свински — ты просила не устраивать драк, а я ударила твоего парня. Все по-честному. Ты предупреждала», — написала она.
Нелли ответила почти моментально.
«Ох, Ви... Я действительно поступила мерзко. Думаю об этом, и слезы наворачиваются. Как я могла, ну как? И это не месть за то, что случилось летом. Не думай».
«О чем ты?» — не поняла она.
«Ты и твоя невеста», — коротко ответила девушка.
«Нэл, мне не нравится, что происходит, — честно написала Виолетта. — Я вообще тебя не понимаю. И я очень тебя ревную, хоть и пытаюсь скрыть это. От тебя. От себя. От других. Но я устала. Эти полгода для меня были непростыми. И я все время думала о тебе, несмотря на твой отказ. Давай поговорим? — предложила она. — Я приеду прямо сейчас и поговорим».
«Тогда я буду ждать тебя», — написала Нелли.
Виолетта почему-то подумала, что она плачет. Сидит в своем желтом кресле, укутавшись в плед, и ревет. Глупая.
«Если будешь плакать, не приеду», — написала она, сдала багаж в камеру хранения и вызвала такси.
Она хотела увидеть Нелли еще раз, прежде чем улетит. Рейс все равно еще не скоро.