74.
Я проснулась, обнимая Виолетту— даже во сне не отпускала её. Не распахивая глаза, я потерлась щекой о её плечо и промурлыкала:
— Доброе утро, любимая.
Любимая подозрительно молчала.
— Любимая? А почему ты такая странная?.. — пробормотала я и все-таки распахнула глаза. Оказалось, что обнимала я не Виолетту, а подушку. А на соседней подушке как королева возлежала Прелесть. Она с презрением разглядывала меня.
— Вот блин, — пробормотала я и сладко потянулась. Тело приятно ныло после бурной ночи. Виолетта была невероятной. Воспоминания о том, что было между нами минувшей ночью, кружили голову.
Я покинула теплую кровать и, обмотавшись одеялом, вышла из спальни. В квартире было светло — зимнее солнце заливало комнаты. Опьяняюще пахло свежесваренным кофе. И было так уютно, что я невольно улыбалась.
Виолетту я нашла на кухне. Она что-то увлеченно готовила, включив одну из серий «Ведьмака».
— Доброе утро, любимая, — сказала я и обняла его.
— Доброе. Выспалась? — спросила Виолетта, легко прижимая меня к себе одной рукой и целуя в висок.
— Не очень. Кое-что не давал мне этого сделать, — ответила я лукаво и с любопытством стала осматриваться. — Что готовишь?
— Завтрак для тебя. Ты проснулась намного раньше, чем я думала. Кофе?
— Да, пожалуйста. — Я опустилась на стул, и мой взгляд упал на деревянный столик на ножках, который стоял на полу.
— А это что? — спросила я с удивлением.
— Это? — проследила за моим взглядом Виолетта и невозмутимо ответила, стоя у плиты: — Это мини столик для тебя. Чтобы ты могла есть на полу, под обычным столом.
— Че-го? — по слогам произнесла я. — Ты офигела, Малышенко?
Она по-мальчишески задорно усмехнуласб.
— Тебе же не впервой сидеть под столом. Вот я и подумала…
— Я тебе сейчас думало сломаю, — пригрозила я.
— … решила создать тебе комфортные условия.
Виолетта не выдержала и рассмеялась, да так задорно, что я сама чуть не засмеялась, но опомнилась и надулась.
— На самом деле это столик Прелести, — продолжила Виолетта.
— Она что, ест за столом? — не поверила я.
— Да, Прелесть часто сидит за ним и обедает, — не моргнув глазом, подтвердила Виолетта.
Я представила Прелесть, растянувшуюся в игрушечном бархатном кресле за столом, попивающую кофе с умным видом, и едва не подавилась.
— Ты надо мной издеваешься, да? — уточнила я.
— Я всего лишь шучу, — хмыкнула Виолетта.
Надо же, оказывается, весело шутить она тоже умеет. Но я сдержала смех. Буду рядом с ней капризной принцессой.
— Вот это шутка, — покачала я головой. — Я сейчас от этой шутки на атомы и молекулы распадусь.
— Не злись, — примирительно улыбнулась Виолетта. — Это поднос для завтраков в постель. Хотела сделать тебе сюрприз, но ты встала слишком рано.
Я тотчас оттаяла.
— Правда? Мне никто никогда не делал завтраков в постель. Кроме бабушки, когда я болела, — счастливо заулыбалась я.
— Не слишком хочется соперничать с твоей бабушкой, но придется, — вздохнула Виолетта.
— Ты такая милая. — Я встала в порыве снова обнять её, и одеяло чуть не свалилось с меня. Я тотчас натянула её на себя — совершенно машинально.
— Можно подумать, вчера я ничего не видела, — философски заметила Виолетта.
— Вчера было темно…
— Я хорошо вижу в темноте.
Я все-таки обняла её, прижимаясь грудью к спине и чувствуя себя совершенно счастливой. Окруженной заботой. Защищённой.
— Пойду приму душ, — нехотя отпустила я Виолетту.
— Отлично, я пока доделаю завтрак, — кивнула та. — Да, я приготовила для тебя полотенце и зубную щетку.
— Спасибо, ты такая заботливая, — искренне обрадовалась я. — Сама себе завидую, что ты у меня есть. А можно я возьму твой свитер вместо рубашки?
— Бери, — разрешила Виолетта.
— Какой?
— Какой захочешь.
Я поцеловала её в щеку и, подхватив одеяло, как подол пышного платья, направилась в душ. Там я с удивлением обнаружила, что мужской шампунь лучше многих женских. И что гель для душа с мятой приятно холодит кожу, которая вчера буквально горела от прикосновений Виолетты. И что принимать душ в квартире любимой женщины — особое удовольствие. Пробраться в ванную своей женщины — почти то же самое, что пробраться в её сердце. И, кажется, я успешно сделала это.
Единственное, в чем я просчиталась, так это в том, что фена у Виолетты не оказалось, поэтому я просто обернула волосы полотенцем.
Я переоделась в светло-серую свободную толстовку Виолетты и снова появилась на кухне. Пила вкусный кофе и не могла оторвать взгляда от своей девушки. Я хотела помочь ей, но Виолетта не разрешила. Строго сказала, что сама все сделает. Единственное, что она попросила меня сделать этим утром, так это ответить на звонок телефона, ибо её руки были заняты. И я послушно прижала айфон к уху, но ничего не успела сказать.
— Здравствуй, — услышала я глухой мужской голос. — Ни о чем не спрашивай. Просто слушай. Тебя подставят, понял?
— Кто это? — настороженно спросила я.
— А ты кто?
— Мне предоставить вам свои полные паспортные данные?
— Извините, я не туда попал. — Трубку кинули, и я растерянно передала Виолетте разговор.
— Какой номер? — только и спросила она, внимательно выслушав меня.
— А он был скрыт, — отозвалась я. — Виолетта, кто это?
— Без понятия. Иногда у меня бывают странные звонки. В последнее время кто-то звонит и молчит. В прошлом году у моего коллеги было нечто похожее — спасибо идиоту со второго курса, который не мог сдать зачет. Так что подозреваю, снова студенты развлекаются. Не бери в голову, Таня.
— Идиотизм, — покачала я головой. Почему-то меня вдруг охватило плохое предчувствие, будто в скором времени должно случиться что-то плохое, однако Виолетта поцеловала меня, и я забыла обо всем на свете.
Кажется, я не знала, что можно быть такой беззаботно-счастливой. И это было моей ошибкой. Счастье нужно оберегать. Иначе оно рухнет, сломается и превратится в звездную пыль.