9 глава
— Мы пришли, — сообщила Дулейне почему-то шепотом, и я сглотнула, осознав
важность момента. Мейра! Неужели мои подвиги на полигоне были напрасны и я
позорно провалюсь на легком, казалось бы, зачете? Знания по фееведению крайне
редкими обрывками дрейфовали в моей утомленной голове.
Магистрантка завозилась с замком, отмыкая его ключом с привязанным заклинанием, а
я внимательно осмотрелась. Башня фей была небольшой и невысокой: этакая башенка на
одного, максимум — двух человек. Приземистая, с плоской зубчатой крышей и
единственным окошком под ней, она была сделана из серого эверийского камня и
оставляла… хм… двоякое впечатление. Все-таки от Башни фей, установленной на
Перекрестке миров, ожидаешь чего-нибудь более изящного и торжественного!
— Сразу у двери — две лестницы, — сообщила Дулейне, — железная ведет наверх, там
комната, где ожидают адепты, если их много. А мы пойдем вниз, в подземелье, где живет
сильф и находятся врата в мир фэйри, увы, для людей бесполезные. Готова?
Я кивнула. Уверенно и только самую чуточку нервно.
Дулейне с усилием потянула на себя тяжелую, окованную посеребренным железом
входную дверь, и та, как и полагается, протяжно и душераздирающе заскрипела. Э-э…
кажется, железо отнимает у фэйри силы, нет? Как-то это негостеприимно… или мы от
них защищаемся? Так, на всякий случай, чтобы из башни не выскочили без разрешения?
Потому и дверь закрываем на магиключ?
— А кстати, дай определение фэйри, — между прочим произнесла магистрантка,
вспомнив, видимо, о том, что принимает у меня зачет.
Мейра! Как коварно! Мы ведь уже почти зашли! Но… это было первое, что я записала в
тетради, когда спешно копировала лекции за весь курс. Так что весьма бодро
отбарабанила:
— Фэйри — существа со второго плана бытия с волшебными способностями, ведущие,
как правило, скрытый или недоступный для физического зрения образ жизни. Родной
мир — Фейвальд. Находится на ближайшем подплане к нашему. Точки соприкосновения
наших двух реальностей, где завеса наиболее тонка, называются Перекрестками миров.
— Считай, зачет сдала, — одобрительно фыркнула магистрантка Дулейне. — Осталось
только сильфа впечатлить.
Мы перешагнули через невысокий порожек, и тут же вспыхнули магисветильники слева
и справа от входа.
— Лестница довольно крутая, осторожно, — предупредила меня девушка, и мы начали
спускаться в темноту.
Мейра! Отчего-то я заволновалась. Да что там! У меня сердце загрохотало так, что было
удивительно, как Дулейне этого не слышит. Коснулась старой каменной кладки в
поисках опоры, раз за разом стала переводить дыхание. Мейра… что происходит? Не
понимаю… словно реальность дрогнула и… потекла. Мейра, что… не так?!
— Анаис, поторопись! — крикнула мне снизу магистрантка, и я, подавив желание
выскочить побыстрее из Башни фей, покорно отправилась на ее зов.
В подземной комнате тоже был магисветильник, его мощности хватало, чтобы осветить,
хоть и приглушенным рассеянным светом, земляной пол, сыроватые, увитые плющом
стены и напротив меня, в удалении — зев покинутого нерабочего тоннеля. Стебли
плюща и живописные полотна из паутины прикрывали Перекресток миров, намекая, что
пользуются им не часто. По крайней мере, люди: наверное, штатному сильфу хватало и
маленькой лазейки, чтобы возвращаться в свой мир.
У левой стены виднелся ствол дерева, корни и крона которого, должно быть, уходили
прямо в Фейвальд, оставляя людям возможность видеть только фрагмент древнего
могучего дуба со сморщенной потрескавшейся корой и парой-тройкой молодых ветвей,
появившихся уже в нашем мире, на одной из которых и обретался штатный сильф. Нет,
он не дремал. Он смотрел на меня выпученными, как у Оскалки, глазами и нервно
подпрыгивал. Магистрантка пропустила меня вперед, и я, слегка настороженно поглядывая на
возбужденного фея, подошла. Не успела Дулейне меня представить, а я —
поздороваться, как положено у сильфов, мучительно вспоминая содержание
доставшихся на мою долю лекций, как фей прокричал усиленным магически тонким
дребезжащим голосом:
— Ты свихнулась?!
Мм… это можно посчитать за проявленный интерес? Я зачет уже сдала или как?
Потерла магипелеринку, под которой что-то стало нагреваться, и растерянно глянула на
Дулейне. Та, впрочем, тоже особого понимания ситуации не обнаружила.
— Дедушка Айр, — ласково и терпеливо начала она, — это третьекурсница Анаис
Калаврэн, ей нужно сдать зачет по фееведению и…
— Вон! — заверещал сильф, взмывая в воздух и выделывая немыслимые пируэты. —
Уведи ее немедленно!
— Что? — недоуменно квакнула Дулейне, а я… я почувствовала, как горячо пульсирует у
меня на груди… волшебная брошь.
— Аглация! — сдавленно ахнула, прижимая брошь ладонью и делая поспешный шаг
назад.
— Уходите! Сейчас! — надрывался сильф, и от его крика задрожали пол, стены и
колыхнулась завеса в мир Фейвальда. Башня мелко-мелко затряслась, нам на головы
посыпались земля и листья, фейский дуб вдруг налился жизненной силой и красками,
закачался, увеличился в размерах и стал наваливаться на нас. По вратам прошла рябь, и
в глубине тоннеля показались стремительно приближающиеся светящиеся точки.
Низкий гул наполнил все подземелье, он нарастал и становился оглушительным.
Дулейне одной рукой дернула меня на себя, а другой выставила защитный щит у самых
врат. Схватившись за руки, мы бросились к лестнице, с трудом удерживаясь на ногах на
заходившем ходуном полу. Поддерживая друг друга, забрались на первую ступеньку и…
все вокруг заполнилось звенящим, забивающим уши и мозг, напряженным гулом. Я
оглянулась и едва не промахнулась мимо следующей ступеньки, потому что через
распахнувшиеся врата из тоннеля прямо на нас летел нескончаемый рой фей. Они шутя
прогрызли щит Дулейне и, даже не затормозившись, плотным строем целенаправленно
устремились ко мне.
Мейра! Как их много! Как их немыслимо много! Все произошло так быстро, что я только
и успела прикрыть лицо рукой, спасаясь от неистово трепещущих крыльев и алчно
лязгающих зубов полчищ фей, облепивших меня со всех сторон. Рой фэйри подхватил
меня, словно пушинку, поднял в воздух, закружил и увлек к темному провалу в стене,
пронося через Перекресток миров.
— Анаис! — беспомощно воскликнула магистрантка Дулейне, опасаясь пользоваться
синей искрой.
— Оскалка! — чуть слышно воззвала я, чисто инстинктивно направляя мольбу о помощи
к той, чьи соплеменницы уносили меня из моего мира. — Оскалка! — усилила
мысленный посыл, пока еще могла до нее дотянуться. Секунда — и грань миров была
пересечена.
Я рухнула в бездну, увлекаемая волшебным народом, служившим мне проводником в
мир Фейвальда. Падение, которое длилось вряд ли больше минуты, растянулось в
бесконечность, заставляя тело и сознание перенастраиваться на новый план бытия, а я
падала и падала, заботливо поддерживаемая магически и физически кружащими вокруг
фейри, и этот переход оказался слишком тяжел даже для моей хваленой магической
дисперсии. Дыхание перехватило, перед глазами помимо сверкающих крылышек
замелькали разноцветные круги, и я провалилась в небытие.
Открыла глаза, но подпрыгивать, кричать или каким-то иным дополнительным образом
подавать признаки того, что пришла в себя, не спешила. Вспомнив уроки Амира, решила для начала внимательно осмотреться. Мейра! По всему выходит, что я все еще в
подземелье: молочный рассеянный свет, исходящий от неспешно проплывающего надо
мной в воздухе то ли цветка, то ли какой-то разновидности фэйри, позволил увидеть
земляной потолок со свисающими с него то ли лианами, то ли корнями деревьев.
Я лежала на спине на чем-то твердом, ровном и довольно высоком, и такое положение
меня как-то не слишком вдохновило. Как не радовали и даже настораживали
ощущаемые открытыми участками тела поскребывание и царапанье, а прикрытыми
платьем — ленивая возня. Я осторожно приподняла голову, перевела взгляд на себя и… Мейра! Мейра! Мейра! Мне понадобилась вся моя выдержка, чтобы не заорать. А вот не
дернуться инстинктивно не получилось, но, увы, ни к чему, кроме выступивших на
глазах слез, это не привело. Я обессиленно рухнула.
Мейра, удержи меня в сознании! Я со свистом втянула воздух сквозь судорожно сжатые
зубы. Потому как лежала на каменной плите, на возвышении, подозрительно
напоминающем алтарь, а на мне валялись в разных позах феи с самыми счастливыми и
пьяными физиономиями, которые только можно представить.
Капюшон с магипропиткой таинственным образом исчез, и к голой коже рук, плеч и
приоткрытой вырезом платья груди прижимались феи, некоторые жадно, а некоторые
уже еле-еле, полизывая меня, поглаживая и игриво покусывая. Те, которые успели
достаточно нализаться и нанюхаться, со сладким стоном отваливались (иногда на пол, не
сориентировавшись из-за дурмана, иногда на складки моего платья), и на их месте
появлялись новые. Были и те, что опасливо кружились-жужжали в воздухе, словно
пчелы над исходящим нектаром цветком. Эти феи, то ли более благоразумные, то ли
соблюдающие трезвый образ жизни, держались от меня и аглации на расстоянии, лишь
на минуточку совершали отчаянный летный бросок к броши, судорожно дергались всем
тельцем и поспешно отлетали подальше, приходя в себя. Мейра, что это?! Мне
показалось или кто-то полз под юбкой вверх по моей левой ноге?! Я нервно пошевелила
коленом, и в ответ на это на моей икре сомкнулись остренькие зубки, помогая
недовольной хозяйке удержать равновесие. Я сдавленно ахнула.
Думаете, я продолжала терпеливо лежать, потому что тренировала силу воли или
потому что была настолько испорчена, что наслаждалась массовой фейской
наркотической любовью? Мейра, нет! Мои запястья, щиколотки и даже волосы,
оказавшиеся распущенными, надежно удерживал крепкий плющ, называемый
«тюремным», тянувшийся по полу и опутавший весь постамент и меня заодно. Поэтому
все, что я могла, — это повернуть голову влево-вправо и слегка ее приподнять, даже не
достав подбородком до груди. Тем более что та уже была занята парочкой фэйри: одна
из них дремала, удобно засунув нижние лапки мне в декольте, а другая вяло ползла на
четвереньках к моему лицу. Мейра, а это еще зачем?!
А фейка доползла, приподнялась на шатающихся лапках и, стрельнув длинным и
неожиданно клейким язычком, с чувством облизала мне подбородок.
— Эх, забористая! — вздрогнула фейка, и меня передернуло. Я попыталась подбородком
столкнуть ее на пол, но фейка была хоть и пьяная, но упрямая. Или это следовало одно
из другого? Так что фейка распласталась на моей шее, обняла всеми конечностями и
атаку перенесла. Вздохнула и стала методично карабкаться мне на лицо. Мейра!
Тоненькие крылья щекотали нещадно, хотелось чихнуть, а еще больше — вырваться из
этого феерического кошмара.
— Ты такая вкусная! — На меня уставились круглые, абсолютно безумные глаза. — Не
дергайся, я же упаду!
Тут фея скользнула взглядом по моему лицу и поинтересовалась тихо и задумчиво:
— А что, если в губки?
Ох, нет!
— Прекратите! — четко и властно сказала я. Но, похоже, на мой призыв никто не
обратил внимания, по крайней мере, фея, припавшая к моей физиономии, вытянула
ротик трубочкой и высунула кончик язычка, прицеливаясь.
— Хватит! — взвизгнула я, собрала синюю искру и выпустила ее на волю. Магия волной
прошла по моему телу, заставила его задрожать (многие феи упали, не удержавшись, в
том числе и та, что приставала с поцелуями), но дальше этого дело не пошло: волшебный
тюремный плющ впитал в себя искру, нейтрализовав ее.
— А, очнулась! — раздался голос у моего левого уха, и я с надеждой повернула лицо в ту
сторону. Ну, по крайней мере, есть кто-то, кто способен вести разговор, а не только
вздыхать, пищать и томно причмокивать.
— Здравствуйте, — вежливо сказала, разглядывая фею в расцвете лет в длинном
фиолетовом платье с многочисленными разрезами, размером покрупнее Оскалки. На
голове у собеседницы была свитая из лепестков корона, тело прикрывал доспех из
искусно выделанной коры дерева, а сиренево-золотистые прекрасные крылья, формой
как у гигантской бабочки, неспешно и величественно колыхались.
— Вечного блаженства в родном краю, — добавила я, не без труда выудив из своего
пострадавшего от перехода и кучки ползающих по мне фей мозга традиционное для всех
фэйри приветствие.
— Ишь ты, — фыркнула малявка. — Образованная! Чего же ты, такая умная, пришла с
аглацией вызывать фей в брачный период? У всех же сейчас все чувства обострены! Вот
и налетели… толпой… кто попало. Могла бы другое время выбрать и пригласить только
нас, приграничниц, обо всем бы договорились без шума. Эх, люди!
Фея вздохнула с горечью.
— Да мне не о чем договариваться! — пылко воскликнула я. — Только зачет сдать хотела
по фееведению. В контакт с фэйри вступить.
Я замолчала, и фея правильно оценила сделанную мной задумчивую паузу.
— Считай, что сдала, — подтвердила она, расхихикавшись недобро, и добавила: — Только
он тебе больше не пригодится.
— Что? Почему? — неприятно удивилась я и, сбросив резким движением плеча упорно
взбирающуюся на меня с постамента фейку (Мейра, неужели опять эта маньячка с
поцелуями лезет?!), зачастила: — Все вышло случайно. Простите. Я не подумала. У меня
есть зубная фея, она реагирует, конечно, на аглацию, но…
Я покосилась на дремлющую на моей груди фею: та, не просыпаясь, жадно уткнулась
носом мне в кожу, интенсивно потерлась и, расплывшись в блаженной улыбке,
умиротворенно продолжила спать.
— Но… не так же сильно!
— Фи, рабочие! — пренебрежительно хмыкнула фиолетовая фея. — Они завязаны на мир
людей и свою работу, у них все проявляется не так… ярко, как у нас. Слабее магия,
слабее ощущения… Ты, кстати, оставь попытки выпутаться из плюща, бесполезно,
только руки изранишь. Он же тюремный, знаешь такой?
— Знаю, — ответила я с прорвавшимся раздражением из-за бесплодности моих
усилий. — У нас тоже такой есть. Фэйри… занесли.
— Ваш слабее, — отмахнулась фея. — Его наверняка можно разорвать твоей искрой. А
вот наш-то, местный, — никогда!
Малявка посмотрела на меня горделиво, и я закатила глаза к потолку.
— Ну да, ну да, — пробормотала мрачно. — У вас и трава зеленее, и реки синее, и камни
тверже, и деревья деревистее…
— Уже была в Фейвальде, что ли? — Фея уставилась на меня с подозрением. — А
говоришь, случайно вышло!
— Не была я здесь! — Я постаралась говорить терпеливо. — И… очень хочу вернуться.
Давайте так, вы заберете аглацию — это всего лишь брошь, если вы не заметили. Я вам охотно ее дарю, но вы поможете мне пройти обратно в мой мир.
— А ты уполномочена вести переговоры? — озабоченно спросила фея, и я моргнула
потерянно. Э-э… а если не я… то кто?!
— А ты? — полюбопытствовала и я.
— Я?! Конечно. Я — Фреолинда, королева Приграничья. — Собеседница приосанилась.
— Очень приятно, — почтительно ответила я, помедлила, размышляя, как назваться, и
решила ограничиться одним именем. — Меня зовут Анаис. Да, я могу вести переговоры.
Брошь принадлежит мне, да и я сама… тоже. Тоже принадлежу себе. Так что, королева
Фреолинда, поговорим конструктивно. Какие условия моего возвращения? Я предлагаю
аглацию в подарок.
Я помолчала, усиленно размышляя. Мейра, мне больше и предложить-то нечего! Разве
только итерстанские ботинки! Они дорогие, качественные и почти не ношенные. Я
фыркнула.
— Аглация вступила с тобой в симбиотические отношения, — глубокомысленно изрекла
королева фей. — Эта волшебная брошь — творение великих мастериц.
Тут она прервалась и уточнила:
— Наверняка выходцев из Фейвальда, у вас, в мире людей, таких и быть не может.
Мейра! А Фреолинда-то задавака!
— Твоя жизненная сила пробуждает аглацию и заставляет ее продуцировать особенную
для всех фей магию. К тому же ты сама вся пропиталась волшебной пыльцой, потому и
привлекаешь фей. Анаис, ты — как огромный кубок с самым лучшим дурманящим
сладким напитком!
Ох Мейра! Я вздохнула печально.
— А теперь подумай, — перешла фея на деловой тон. — Зачем нам одна маленькая
брошь, когда мы можем заполучить и ее, и всю большую тебя? Ты действуешь на нас
лишь немного слабее. Так даже… безопаснее, что ли. В брачный период одного вдоха
аглации достаточно, чтобы нас отключить, тогда как с тобой… — Фея посмотрела на
меня оценивающе. — Удовольствие сладкой грезы можно растянуть надолго. Видишь,
феи не нюхают сам цветок? Первые глупышки рискнули, до сих пор на полу лежат, в
себя прийти не могут.
Мейра! Мейра! Мейра! Кстати, о ней. Мейра? Ты не хочешь появиться? Ну, духпокровитель
тут же нарисовалась неподалеку, разглядывая распластанную на плите
меня, покачала головой (скорее иронично-удивленно, чем с искренним негодованием
или сочувствием), сделала сцепленными руками ободряющий знак и… растворилась в
воздухе. Мейра! Ну… у меня даже слов других для нее нет! Мейра! Мейра! Мейра!
Стоило вообще приходить?! Показать, что все не так уж страшно? Предложить мне
вместо тетради по фееведению изучить этот народ на практике? Мейра, вернись и
объяснись! Ага, как же. Ушла. А я тут лежи и представляй, что останусь навсегда в
Фейвальде в качестве… чего, Мейра?! Праздничного угощения?!
— Мы не в ссоре с миром Фейвальда. — Я постаралась говорить сдержанно и весомо,
хотя это было трудно, Мейрой клянусь, особенно раздражали тушки фей, вяло
передвигающихся по моему телу, похихикивающих и икающих. — Почему же вы держите
меня насильно? Это… смахивает на похищение.
— Ну да, — равнодушно пожала плечами королева. — Мы тебя похитили. И добровольно
не отдадим.
— А недобровольно? — Я недобро сузила глаза.
— А кто тебя спасет? — удивилась фея. — Люди сюда не пройдут. Посмотри вправо, я
плющ ослаблю. Она сделала несколько движений лапками в воздухе, и я с облегчением почувствовала,
что могу двигать головой свободнее. Ну так себе достижение, конечно, но все-таки.
Повернула голову и увидела, что тоннель, по которому мы прилетели, наглухо запечатан
железным массивным люком с магическими символами, а вся стена сплошь увита
тюремным плющом и корнями деревьев. Мейра! Это они подключили цветочных фей, и
оттого проход в мой мир зарос буйной растительностью так быстро? Или… что?! Сколько
я уже здесь нахожусь? Время в разных мирах течет по-разному… При этой мысли мне
реально поплохело.
— А… нелюди? — сглотнув, спросила я. — У меня есть магианты, целый десяток,
предупреждаю!
— А, человеческие остатки! — высокомерно поморщилась королева. — Людской магии
сюда ходу нет, Анаис. А значит, и твоей армии тоже. Ты даже связаться с ними не
сможешь. Фейвальд открыт только для фей.
Мейра! Я опечалилась. Похоже, моя интуиция работает исправно, и на грани миров я
действительно позвала ту единственную, кто может меня здесь найти, — зубную фею
О’Скалли. Непонятно только… чем эта крошка сможет помочь?!
— Феи… не похищают людей, — с усилием сказала я, подавляя подступающую панику. —
Это сказки!
— Что ж, Анаис, — Фреолинда подлетела ко мне поближе и растянула рот в жуткой
улыбочке, — добро пожаловать в сказку!
Мейра! Ох, ну да. Это я в сказку попала. Радоваться бы неожиданному везенью, но… вот
как-то не получается.
— Так себе сказка, если честно, — призналась я, окидывая критическим взором
мрачноватое подземелье. — Я себе чудесный Фейвальд представляла… хм…
покрасочнее, что ли?
Королева оскорбленно взвилась в воздух.
— Мы тебя далеко не понесли, оставили у самых врат в ваш мир. Ты такая тяжелая! —
Фея воззрилась на меня укоризненно. Ну, если думала меня этим задеть, то
просчиталась. Я еще похитителям своим сочувствовать буду, да?! Бедненькие, тащить
они меня устали!
— Это я похудела, — меланхолично прокомментировала, стараясь абстрагироваться от
того, что кто-то настойчиво лез по моим свисающим вниз волосам. — Так мы… как бы
выразиться… в прихожей?
— Ну… — фыркнула королева. — Если так понятнее. Отсюда идут ходы дальше в
подземелья, во Дворцы-под-холмами и наружу. Вот там… действительно сказка.
— Фреолинда, пожалуйста, — вздохнула я. — Отпусти. Полизали меня — и хватит. Не
постоянно же наслаждаться? Ты вон вообще к аглации равнодушна, так что ничего
особенного во мне нет. А брошь себе оставьте.
— Ты думаешь, я не хочу?! — внезапно возопила малявка, и я поморщилась с досадой:
нет, ну что за прескверная фейская привычка кричать прямо в ухо?! — Я себя еле
сдерживаю! И то чтобы не потерять королевского достоинства и не уподобиться этим
слабачкам!
По королеве прошла отчетливая дрожь, и она, скрючив лапки в судорожном жесте,
недовольно заметила:
— Ну вот, зачем только напомнила? Так хочется… так хочется попробовать… хотя бы
разочек… И-и-и!
Длиннющий тоненький язычок выстрелил в аглацию, коснулся лепестка, согнав облачко
пыльцы, и тут же скрылся в зубастом ротике, который с клацаньем захлопнулся.
Мейра! Я на минуточку забыла, что надо моргать. Э-э… а чего это она такая языкастая?! Это же… почти полметра, нет?! Как язык в нее вообще входит?! А, он магический? В
смысле выдвижной или произвольно удлиняющийся? Я с ужасом покосилась на
Фреолинду: ту перевернуло в воздухе, подбросило, и она захлопала крыльями уже не
величественно, а отчаянно и неровно, как подбитая птица.
— Мать моя королева! — хрипло пробормотала фея и хорошенько потрясла головой,
разгоняя остатки впечатлений. — Нет, Анаис, не проси, точно не отпущу. Это же такая
выгода для Приграничья, ты только представь! К нам со всех уголков Фейвальда феи
слетаться будут! Это же не только дурь, это еще и обновление магического резерва!
И, словно в подтверждение ее слов, по крыльям королевы прокатилось золотое сияние, и
они неистово затрепыхали.
Мейра! Сделалось совсем тоскливо. А тут еще нечто, упорно взбирающееся по моим
волосам (ну летать-то уже не способно!), достигло головы и целеустремленно переползло
на лоб. Сверху мне в глаза заглянули уже знакомые круглые придурковато-маньячные
плошки.
— Вку-у-у-сная! — Фея осклабилась радостно, показав ряды игольчатых зубов и
подрагивающий кончик языка.
Ну… я и не выдержала. Мейра, сколько можно?!
— Прочь! — заорала, усиленно дергаясь, извиваясь и вырываясь из пут, раз за разом
спуская синюю искру и заставляя унюханных феек скатываться с меня. — Фреолинда,
отзови своих фей! Немедленно! Слышишь?
Ну, магический резерв у меня тоже немаленький, да еще с поддержкой брошки-аглации,
так что… синей искры хватит даже на волшебный тюремный плющ, а там… и до моих
похитительниц дело дойдет.
— Ты чего? — Ко мне подлетела удивленная королева и закружила беспокойно. — Кожу,
кожу не повреди! Не вырывайся! И волосы! С волосами осторожнее, вырвешь же!
Мейра, как мило, что она волнуется о целостности и сохранности источника будущего
благосостояния Приграничья! Я удвоила усилия, и тут рядом с Фреолиндой появились
еще две феи, тоже в древесных доспехах, но без корон.
— Королева! — ликующе запищали они. — Мы вернулись с ответом! Повелитель согласен
принять дар от приграничных фей! Такая честь, такая честь! Повелитель возьмет
девушку-аглацию в жены в этот брачный сезон!
Девушку-аглацию? Я так удивилась, что прекратила вырываться. Мм… это что еще за
новая фэйри такая? Мейра! Неужели… я?! Девушка-аглация! Ох, ну да, мне еще одного
имени не хватало! Я так впечатлилась, что пропустила мимо ушей информацию про
Повелителя. А вот королева Фреолинда — нет. Личико ее разом переменилось, но
довольной или польщенной оказанной честью она не выглядела. Наоборот, мне
показалось, что еще немного — и фея набросится на вновь прибывших с тумаками. Или
чем тут феи сражаются?
— Королева! — Феи-вестницы заложили вокруг Фреолинды вираж. — Повелитель
согласен! Согласен! Нужно… подготовиться!
И они неодобрительно посмотрели в мою сторону. Ну, не на меня конкретно, а как бы
осуждая пьяненьких соплеменниц, гроздь которых висела, упрямо зацепившись за мою
юбку.
Королева снова переменилась в лице и наконец с ним совладала. А также со своими
эмоциями.
— Услышьте, феи! — зычно воззвала она. — Сам Повелитель примет дар от Приграничья,
взяв в жены Аглацию!
Она прервала речь и, посчитав, должно быть, что нужного эффекта не добилась,
рявкнула совсем непатетично, но грозно и доходчиво:
— Всем слезть с невесты Повелителя!
И чтобы придать этому процессу ускорение, ударила магией, золотой взрывной волной,
разошедшейся в стороны. Феи тут же отцепились и поспешно попадали. Ну кто смог, тот
отлетел по кривой дуге. Кажется, они даже протрезвели.
Осталась всего одна-единственная фея у меня на животе: малявка лежала на спинке,
задрав все четыре согнутые лапки, и медитативно водила ими в пространстве, уставив
немигающие глазки в видимый только ей мир грез и полного фейского счастья.
Мы обменялись взглядами с королевой, и по ее приказу две помощницы торопливо
подхватили фейку под лапки и аккуратно отнесли на пол. Мейра! Мне стало ощутимо
комфортнее. Теперь можно разбираться дальше. Что там феи говорили насчет
Повелителя?
— Приготовьте все для свадьбы Аглации, — сухо распорядилась королева, и феи в
доспехах, радостно взвизгнув, исчезли. Куда — не знаю. Мне не видно, я же до сих пор,
побери Мейра этих фей, привязана. Кстати, об этом.
— Фреолинда, дай мне хотя бы сесть! — проворчала я. — А лучше встать и подвигаться!
Всю по… спину отлежала! На чем я лежу вообще?
— Вставай, — неожиданно легко разрешила королева и, помахав лапками, сбросила с
меня магические путы. Я медленно, восстанавливая подвижность конечностей, села,
спустила ноги с постамента. — А это называется Плита даров. Сюда раньше разные
кланы подарки приносили, с которыми потом делегации отправлялись в ваш мир. Давно
это было.
Фреолинда помолчала и опустилась рядом со мной на каменную плиту.
— Очень символично, — хмыкнула она. — Не находишь, Аглация?
— Анаис, — хмуро поправила я.
— Без разницы, — пожала плечами фейка. — Мы подарим тебя Повелителю, не
расслышала? Так что… размяться можешь, но от Плиты даров далеко не отходи. Прямо
на ней тебя и… преподнесем.
Мейра! Это что, юмор такой фейский извращенный?!
— А можно… как-нибудь без этого? — вежливо осведомилась я.
— Уже нет, — печально обронила королева и вдруг как треснет маленьким кулачком по
камню. — Видела, Анаис, идиоток и среди фей полно! Сказала же этим дурам — без
приказа никуда не ходить, так нет, выслужиться им захотелось перед высшими!
Помчались Повелителю докладывать! Теперь все… прощай план долгосрочного
процветания Приграничья.
Фреолинда расстроенно свесила лапки с края Плиты даров. Ну… я бы ей даже
посочувствовала, если бы не беспокойство о своей собственной судьбе. С Повелителем
познакомиться… ладно, я согласна. В конце концов, вернусь, смогу работу научную
написать про жизнь фэйри, покруче, чем у магистра Арентранеса — все-таки встреча
миров на самом высоком уровне. Да и напрямую обратиться к Высшему тоже смогу,
просьбу свою о возвращении озвучить, межмирным скандалом пригрозить. Ну, вот
последнее на самый крайний случай, не хотелось бы доводить до конфликта. Так что я в
общем-то не против визита Повелителя, а по здравом размышлении — даже очень за.
Но! Какой такой «подарок»?! Мейра, опять?!
— Повелитель так Повелитель, — вздохнула, соглашаясь. — Чего уж теперь? Не первый
высший чин в моей практике. Так что… поприветствую, подарю брошь, заверю в вечной
дружбе… и оставлю вас наконец.
— Ха-ха, — прокомментировала королева. — Не отпустит. Брачный сезон начался, тебе в
академии не сказали? Так я тебе твержу без конца! Ты для него экзотика, так что
подарок придется кстати. Быть тебе женой Повелителя, Аглация! Мейра! В этот раз я ее с именем не поправила, всецело была увлечена развернувшейся
перед моим внутренним взором картиной. Мм… представила так на минуточку
крошечного субтильного фея с короной на голове… и себя. Хм. Гм. И еще раз хм. И…
что, стесняюсь спросить? Как ему на мне жениться? Да и зачем? Чтобы использовать для
единоличного монаршьего лизания, что ли?! Тьфу, Мейра!
— И что мне с вашим Повелителем делать?! — воскликнула я с искренним недоумением,
если не сказать, негодованием.
Королева покосилась на меня… странно. Словно на самую захудалую фею-домовушку.
— Об этом не беспокойся, — утешила она меня. — Повелитель сам все сделает.
Я воззрилась на нее в ступоре, и фея любезно пояснила:
— У него это все-таки триста тридцатый брачный сезон.
Мейра! Я покачнулась. Хорошо, что на Плите даров сидела, удержалась. Н-да, похоже,
встреча в верхах к нужному мне результату не приведет. По крайней мере, Фреолинда в
этом уверена. Надо срочно драпать, но как?!
— Да ты не переживай. — Фея неожиданно похлопала меня лапкой по руке. — Это же
только на этот брачный сезон! Повелитель и раньше-то дольше двух-трех сезонов жен не
держал, а последние лет двадцать меняет их каждый год! Все чего-то ищет, мать моя
королева, как и все мужчины!
В последних словах Фреолинды проскользнули досада и, как мне показалось, личная
обида.
— А потом… делай, что хочешь! — правильно оценив мою обнадеженную физиономию,
королева быстро добавила: — Нет, вернуться ты не сможешь. И уже не захочешь. Как
только выйдешь из переходной комнаты — подпадешь под очарование Фейвальда и о
своем родном мире забудешь. А станешь женой Повелителя — мир фэйри окажется у
твоих ног, пусть и на один сезон. В этом есть плюсы, знаешь ли, Аглация…
Тут в королеве заговорила правительница, и она, моргнув, произнесла:
— Ты, когда станешь высшей, вспомни о тех, кто привел тебя сюда, не оставь милостью
приграничных фей!
— Уж я не забуду! — зловеще пообещала ей.
Все это время остальные фейки отползали подальше, приходя в себя, перебирая
крылышками и усиленно протирая мордашки лапками. Некоторые юркнули в боковой
ход, большой, выше среднего человеческого роста, а кое-кто улизнул через маленькие
отверстия в потолке. Сматываются, да? Ну и мне пора.
Я сползла с Плиты даров, решительно настроившись на освобождение. Правда, не
продумав его в деталях. Или хотя бы в общих чертах.
— Фреолинда, — начала я, собираясь поговорить откровенно, и тут же была оглушена
радостным щебетом и писком ворвавшихся в подземелье через боковой ход фей. Мейра!
Их оказалось много, и я реально вздрогнула, побоявшись, что меня снова куда-нибудь
потащат, или, хуже того, оближут. Отступила обратно к Плите.
Но феи зависли в воздухе, не долетев до меня, и затрепетали звенящими крыльями. От
них отделились две уже известные мне помощницы Фреолинды.
— Королева! — торжественно возопили они. — Мы привели фей для подготовки Аглации
к свадьбе! Цветочные феи, феи-мастерицы, феи-озорницы…
Мейра! Так вот какие у них подвиды! Ну все, зачет по фееведению я точно сдала! Теперь
бы еще сообщить об этом Дулейне. И декану Рейден-танну. И ректору Ашахати.
Академических наставников я вспомнила вдруг с неожиданной теплотой.
Прибывшие феи синхронно выписали в воздухе сложный вензель, должно быть кланяясь.
Мейра! Это было так мило и красиво, что я на минутку отвлеклась от своих горестей,
залюбовавшись.
— Приступайте! — величественно приказала королева, и феи окружили меня, стреляя
любопытными глазками и переговариваясь тоненькими переливчатыми голосочками:
— Невесту нужно умыть!
— Невесту нужно одеть!
— Невесту нужно причесать!
— Не прикасаться к коже Аглации! — строго предупредила Фреолинда во избежание
всеобщей пьянки, и работа закипела.
Феи-помощницы добавили цветов-осветителей, плавно кружащихся по комнате, и света
стало больше, а настроение — лучше.
Феи-озорницы занялись моим умыванием: они пригнали целый воздушный караван
цветов-чаш и теперь порхали возле меня, обрушивая одну чашу за другой, болтая без
умолку:
— Самая свежая утренняя роса! Самая чистая, самая первая! Все смоет, все унесет!
Подарит легкость и радость! Ах, невеста станет такой свежей! Такой прекрасной! Как
раннее утро!
Мейра! Утренняя роса?! Сейчас… уже утро наступило? Это… только в Фейвальде или в
моем мире тоже?! Я не успела как следует ужаснуться от этой мысли, как порция росы
пролилась мне за шиворот и, несмотря на напрягающий идиотизм ситуации в целом, я
весело рассмеялась. Легко и непринужденно. И сама себе удивилась. Утренняя фейская
роса начинает действовать, что ли? Размышлять об этом не хотелось, тем более что
новые и новые брызги летели мне в лицо, на шею, скатывались по плечам, груди, рукам.
— Невесту надо причесать! — Феи-мастерицы решительно завладели моими волосами,
начали вплетать мелкие цветы в тоненькие косички и соединять их в сложную прическу.
О, фей было так много, а пальчики их оказались такими крошечными, что я
пошатнулась, представив на минуточку, что они мне там наплетут. Потом проще будет
остричь волосы, чем их расплести!
Очередная порция росы потекла по моему лицу, аккуратно направляемая фейкойозорницей,
и я хихикнула, решив не волноваться. Ну и… это же должно быть феерически
красиво, свадебная прическа фей!
— Прекрасна! Прекрасна! — щебетали феи, чуть отлетев и любуясь своей работой.
Королева Фреолинда взмыла в воздух, оглядывая меня критически.
— Цветочницы! Сделайте невесту Повелителя достойным подарком от фей
Приграничья! — повелела она, и ко мне устремились четыре феи. Все — в платьяхцветах,
две — в тюльпанах, одна — в пионе, а последняя… я моргнула… неужели
последняя одета в аглацию магикус?!
Феи рассредоточились по подолу моего платья, взявшись за него всеми четырьмя
лапками. Комнату наполнило мелодичное высокое пение, подхваченное остальными
фейками, и на моем платье стали прорастать дивные растения и цветы, поднимаясь все
выше и выше, украшая затейливыми узорами корсаж, обрамляя изысканными
лепестками декольте, покрывая распускающимися бутонами рукава…
Я ахнула. Это было так невероятно и так завораживающе красиво, что я полностью (по
своей воле!) подчинилась миру Фейвальда, позабыв о том, что являюсь пленницей.
Феи-прислужницы собрали оставшиеся росинки из цветков-чаш и растянули их в
сверкающую пленку, удерживая за края. Поднесли ко мне, увеличивая колышущуюся
поблескивающую пленку до размеров моего роста, и позволили взглянуть на свое
отражение. Мейра! Девушка в импровизированном зеркале была несколько крупновата для феи, но в
остальном полностью достойна Повелителя Фейвальда. Я затаила дыхание, рассматривая
волшебные платье и волосы, уложенные вокруг головы короной в мелких светящихся
цветках, названий которых не знала, заплетенные в многочисленные косички,
спускающиеся по ушам, а на затылке убранные под корону. Чтобы описать платье, не
хватило бы слов даже у самого прославленного поэта, даже если бы он к тому же был
хорошо знаком с ботаникой и знал названия всего того живого разноцветья, что его
покрывало. И, главное, сочетание оказалось настолько гармоничным и изысканным, что
рождало искренний восторг, а не мысль, например, о клумбе.
— Спасибо! — с чувством поблагодарила я. — Это… волшебно!
Феи запищали, довольные похвалой, и снова проделали слаженные пируэты.
— Повелитель будет доволен, — удовлетворенно кивнула королева и конечно же
испортила этим всю магию момента. — Ему нравятся такие… свеженькие.
— Фреолинда, — повернулась я к ней с досадой, и тут пол слегка покачнулся, стены
содрогнулись, и на нас просыпалось немного земли и древесной трухи.
— Это… что? — шепотом поинтересовалась я, с напряжением глядя, как замерли на
своих местах феи.
Раздался звук, похожий на хлопок входной двери, и из бокового хода в комнату упал
прямоугольник света размером метра два, может, чуть больше. Неожиданно повеяло
пряной осенью: свежей прохладой, сырой землей, опавшей листвой и лесом после
дождя.
— Повелитель, — вполголоса пояснила королева. — Как… вовремя!
Ее интонации я не поняла: говорила она то ли с сарказмом, то ли с неподдельным
восхищением.
Феи зашевелились и, возбужденно пища, выстроились у моих ног, потихоньку отодвинув
меня к Плите даров, которая, если честно, мне уже весьма поднадоела.
— Всем приготовиться! — скомандовала королева, а на прямоугольник света легла тень,
от которой я нервно сглотнула. Мейра! А… почему это она перекрыла весь отнюдь не
маленький проем?! И… что это… я не поняла… у него рога, да?! Мейра! Мейра! Мейра!
— Фреолинда, — мой голос позорно осип, — а чего это он такой… большой?!
— Еще нет, через подпланы идет, — шепнула мне королева. — Скоро прибудет, тут и
встанет в полный рост.
— Э-э… — проблеяла я, даже не пытаясь скрыть растерянность. — А Повелитель, он…
ну… не как вы?
— Конечно нет! — Королева бросила на меня недовольный взгляд. — Это Повелитель
всех фэйри, Аглация!
— То есть… — заторможенно пробормотала я. — Он не фей? Я думала, он ваш король, в
смысле, тоже такой…
— У фей матриархат! — рявкнула королева и добавила крайне возмущенно: — Чему вас
только в академиях учат?!
— Матриархат? — квакнула я и тут же льстиво сказала: — Как… прогресивно!
Королева тут же смягчилась, а я попыталась этим воспользоваться, чувствуя, как при
взгляде на растущую тень Повелителя (хотя куда там еще больше расти?!) у меня начали
ритмично дрожать ноги.
— Фреолинда, как женщина женщине… давай обойдемся без Повелителя, а? Ну ради
матриархата, — чуть слышно предложила я. Нет, даже взмолилась.
— Ты чего?! — Фея резко обернулась ко мне.