15
В империи цвела нежная весна, но в Приграничье погода стояла такая, что казалось, будто там до сих пор царит вьюжный месяц с его холодом и ветрами.
Приграничье всегда было слишком суровым местом, и мало кто хотел жить в таких условиях. Именно поэтому когда-то давным-давно сюда отступили темные силы. Они спрятались в бесконечных снегах, затаились в море Снов, но все это время ждали, когда смогут вырваться на свободу.
Та часть императорской армии, которую успели тайно перебросить в Приграничье, а также воины, посланные правителями соседних стран, успешно справлялись с нечистью, которую встречали на своем пути. Проблему холода решили маги — раскинули над военными особые энергетические шатры, регулирующие температуру.
И многие военные не понимали, зачем их вообще перебрасывают на север.
Нежели в помощь приграничным отрядам? Или для чего-то еще?
Все держалось в тайне, и солдаты не спрашивали и не спорили.
Им отдали приказ, и они обязаны были выполнить его. Во что бы то ни стало.
В тот вечер, едва только солнце скрылось за горизонтом, появились зелено-голубые световые столбы. Они светились в воздухе, приковывая к себе взгляды, и было похоже, будто в небе высится световой лес.
Погодные маги говорили, что бояться не стоит — это такое особое природное явление, которое бывает на севере, и в нем нет ничего опасного, как в закатах или рассветах.
Однако именно после того, как световые столбы погасли, все и случилось.
Промерзшая земля мелко задрожала, по ней побежали трещины, стремительно превращаясь в глубокие разломы и буквально засасывая в себя тех несчастных, которые оказались на их пути. Оттуда валил синеватый дым, пахнущий серой и кровью.
Из разломов выбирались демоны, с безумным смехом нападавшие на воинов; с севера же хлынул казавшийся нескончаемым поток нечисти.
Следом за ними в воздухе появился дракон с алыми крыльями.
Кровавый дракон, сын Темного бога, который смог обрести вторую и третью формы.
Началась битва. Жестокая и страшная. Снег, еще недавно белый, окрасился в красный цвет. Многих солдат и магов застигло врасплох внезапное появление противника, поэтому они не смогли оказать достойного сопротивления, и в тот вечер армия понесла серьезные потери.
Наверное, только тогда и стало понятно: военные тут не для того, чтобы помогать пограничникам.
Их задача — как можно дольше удерживать противника, не давая ему пройти в населенные пункты.
Даже ценой собственной жизни.
Выжившие укрылись и перегруппировались, но понимали, что долго они не протянут.
Не помогут тут ни опыт, ни оружие, ни сила магов и жрецов.
Это только начало.
И спасти их, наверное, может лишь чудо.
* * *
Виолетта и Белль прибыли во дворец.
Всюду царила паника.
Правда, народ еще не знал о событиях в Приграничье, но это было делом времени. Утром всем станет известно о нападении темных сил.
Молодоженов сразу же отправили на аудиенцию к императору, который ожидал их в секретной комнате Золотого тронного зала.
Виолетта не видела отца всего несколько дней, но поразилась тому, каким уставшим и осунувшимся тот стал за это время. Мешки под глазами, нездоровый блеск в глазах, потрескавшиеся губы — видимо, отец не спал ночами.
Впрочем, это не мешало ему быть таким же суровым, как и прежде.
— Вы прибыли, — констатировал он, разглядывая их. — Все ли хорошо?
— Да, отец, — твердо ответила Виолетта.
— Первая и вторая части ритуала вступления в дуумвират, я так полагаю, выполнены? — осведомился он.
Белль смутилась и опустила глаза, прекрасно понимая, что император имел в виду под второй частью.
Виолетта же лишь кивнула, не выпуская руку своей жены.
Она привыкла всегда держать ее ладонь в своей. Так она чувствовала себя сильнее и увереннее, зная, что от нее теперь зависит не только своя, но и ее жизнь.
— Замечательно. Осталось завершить ритуал третьей частью, — кивнул отец. — Сегодня же вы отправитесь в Приграничье и исполните предсказание. Это наш единственный шанс спасти империю. Шанс, за который мы цеплялись все эти годы. И единственное оружие. Сын Темного бога и отступники не знают о дуумвирате.
Белль вздрогнула, и Виолетта посмотрела на нее — в ее красивых зеленых глазах появилась тоска, но почти сразу исчезла.
И она решила, что Белль, должно быть, страшно.
Но она ведь рядом.
Она не даст ей пострадать.
Она обещала.
— Откуда такая уверенность, отец? — спросила Виолетта, крепче сжимая руку Белль в своей руке.
— Два наших последних агента докладывали об этом. Кровавый дракон намерен гнать армию тьмы вперед, на наши земли, уничтожая все поселения. В плен никого брать не будут. Их цель — добраться до Тайлериса и уничтожить нас. Затем тьма расползется по всей империи. Следом примется за соседние государства. Сила вашего дуумвирата должна уничтожить Кровавого дракона до того, как он доберется до больших поселений. Чем больше он будет убивать, тем крепче будет становиться, впитывая в себя силу искр тех, кто пал от его армии. Через час вы отправитесь через порталы в один из самых северных городов империи, а там вам придется принять третью форму и искать Кровавого дракона.
Император прикрыл глаза.
— Как только вы вернетесь, ты станешь императрицей, дочь.
— Что? — не поняла Виолетта.
Это противоречило устоям.
Лишь когда старый император умирал, его потомок мог занять место.
— Ты станешь императрицей. Я отдам тебе корону, — обронил отец.
Каждое слово давалось ему с трудом, а глаза казались стеклянными, в одном от напряжения лопнул сосуд, отчего белок казался на треть алым.
— Но почему, отец?...
— Тот, кто сможет побороть Кровавого дракона, вправе занять мое место, — отрывисто произнес император. — Виолетт, с тобой хотела поговорить мать. Иди к ней. А я поговорю с тобой, Белль. — Его взгляд упал на девушку, и та кивнула.
Принцесса заметила, как она побледнела, но при этом выглядела решительной.
Виолетта ободряюще улыбнулась Белль и, оставив ее наедине с отцом, покинула тайную комнату и размашистым шагом направилась в покои ожидавшей ее матери.
Она никогда не считала себя трусихой.
Несмотря на взрывной характер и упорство, принцесса всегда смело шла в бой и была готова защищать других. Так уж ее воспитали.
Она наследная принцесса, будущая правительница огромной империи. Страна должна стоять для нее на первом месте. А все остальное — на втором. Даже семья.
Для отца, безусловно, так и было, хотя Виолетте это казалось чуждым. Но она с самого детства росла с осознанием своей ответственности за других.
Если не она, то никто.
Так говорил ей отец, вечно ею недовольный.
Однако сейчас Виолетте было страшно — и за себя, и за Белль, и за свою семью, и за народ.
То, что раньше казалось ей глупой выдумкой, осуществилось.
С севера идет тьма, и только они с Белль могут вместе остановить ее.
Виолетта стремительно вошла в покои матери и тотчас обняла ее.
С императрицей у нее всегда были теплые отношения, не то что с императором.
Она думала, что мать хочет попрощаться с ней. Благословить на то дело, которое ей придется совершить либо умереть.
Однако она хотела не только этого.
— Виолетта, моя милая дочка, — взволнованно начала она, сжимая что-то в руке, — сядь рядом со мной. У меня к тебе важный разговор. Честно говоря, я откладывала его, надеясь, что еще не скоро тебе и Белль придется... — Императрица не договорила, испуганно замолчав, но Виолетта и так все поняла.
— Что такое, мама? — спросила она. — Я знаю, ты волнуешься, но, пожалуйста, верь в меня, хорошо? Я со всем справлюсь. Обещаю. И вернусь.
Ее глаза наполнились слезами.
Она обеими руками схватила ладонь дочери, и ей стало не по себе.
Виолетта никогда не видела мать в таком состоянии — она умела держать себя в руках, так что никто не мог догадаться, что у нее на душе.
Элейн не зря называли идеальной императрицей.
Мать не сразу нашла в себе силы заговорить:
— Виолетт, пришло время открыть тебе одну вещь... Страшную вещь... Ту, о которой раньше мы с твоим отцом даже говорить боялись. Прошу тебя, выслушай меня. Когда вы с Белль объедините свои силы после завершающего этапа дуумвирата, чтобы побороть Кровавого дракона, кое-что произойдет... То, что заставляет мое материнское сердце разрываться на куски. Если вы объедините силы с Белль, то не только свергнете сына Темного бога, но и растворитесь сами в этой невероятной силе. Вы... погибнете.
Последние слова императрица прошептала с таким отчаянием, будто Виолетта и Белль уже погибли.
Ей было нестерпимо больно произносить это, и руки ее, сжимавшие ладонь дочери, дрожали.
— Что? — спросила Виолетта потрясено. — Мама, о чем ты говоришь?...
— Вы погибнете, — едва слышно прошептала мать. — Такова ваша участь, моя девочка.
— Должно быть, ты шутишь, мама, — оторопело произнесла Виолетта, глядя на лицо матери, по которому катились слезы.
Она впервые видела, как императрица плачет. Даже от боли она не плакала — всегда держала лицо. А теперь...
— Нет. Как бы я хотела, чтобы это была шутка, Виолетта! Но нет... Я не шучу. Это действительно так. Боги хотят, чтобы вы, два сильных дракона, принесли себя в жертву как плату за спасение империи. Если бы я могла, то умерла бы тысячи раз — только чтобы ты жила. Но я не могу отдать за тебя жизнь. Богам она не нужна.
— Мама, это не так, я не умру! — воскликнула принцесса. — Мы с Белль не погибнем. Я обещаю тебе, слышишь? Клянусь, что мы останемся живы. Я приеду к тебе и привезу твои любимые цветы.
Но императрица лишь покачала головой:
— Виолетт, это не шутка и не выдумка. Это правда. Твой дед знал об этом. Маги из Высшего совета тоже знают. Вы должны умереть.
Эти слова прозвучали словно приговор.
Вы. Должны. Умереть.
Принцесса замерла, пытаясь осознать три этих простых слова.
— Но я не дам тебе этого сделать! — вдруг воскликнула императрица и положила сухие ладони на ее щеки. — Слышишь, моя доченька? Не дам! Я выполню свой материнский долг — защищу тебя. Никакая мать в мире не заслуживает того, чтобы прожить дольше, чем ее дети.
— Мама... — прошептала Виолетта, все так же не понимая, что происходит.
— Когда я узнала об этом, то решила: раз богам не нужна моя жизнь, я сделаю все, чтобы сохранить твою. Я стала искать Сферу жизни. Это один из великих утерянных артефактов, который поможет тебе сохранить свою жизнь.
Императрица вымученно улыбнулась. Она отпустила лицо дочери и вложила ей в ладонь небольшой хрустальный шар, в котором клубился дым.
— Это Сфера жизни, милая моя. Артефакт, который тебя спасет. Сразу после объединения ваших с Белль сил ты должна будешь окропить его своей кровью. И тогда останешься жива.
— А Белль? — глухо спросила Виолетта, разглядывая шар. — Что будет с ней?
— Она... она станет самой великой императрицей, — прошептала мать сквозь слезы. — Я обещала ей, что сделаю ее великой. И я сделаю. Никто никогда не забудет ее подвиг. Ее имя будет высечено не только в вечности, но и в сердцах тех, кто выживет.
— Я останусь жива, а она должна умереть? Так вы с отцом решили?
Откуда-то в Виолетте появился гнев — холодный, точно лед. Он заполнил все тело, но принцесса не сказала матери ни слова. Только сжала Сферу жизни в кулаке.
— Император не знал о том, что я ищу Сферу жизни, — ответила императрица. — Я не говорила ему. Боялась, что он воспротивится. Скажет, что должны умереть вы обе. Но затем он узнал обо всем и согласился с моим планом. Как бы он ни относился к тебе, Виолетт, он твой отец. И он любит тебя, пусть никогда и не показывал этого.
— А Белль? Как я могу дать ей умереть, мама? — спросила принцесса срывающимся от ярости голосом. — Она ведь моя жена. Моя истинная пара. Моя императрица.
— Поэтому я и не хотела, чтобы ты влюблялась в нее, — прикрыла глаза императрица. — Чтобы все не обернулось именно так. Такими словами. Я даже познакомила вас в самый последний момент, искренне надеясь, что твое сердце не воспылает к ней чувством. Но я не учла одного: те, кто предназначен друг другу свыше, все равно полюбят друг друга. Виолетт, прошу, выслушай меня. Я знаю, что она твоя супруга. И что ты любишь ее. Но я не могу спасти Белль. Только тебя, свою старшую дочь, которую люблю больше жизни. Мне жаль, что так получилось. Но я не могу ей ничем помочь. Могу лишь только молиться и просить прощения у ее матери, моей дорогой Ари.
— Это несправедливо, мама, — потерянным голосом произнесла дочь.
— Знаю, моя девочка. Знаю! Жизнь никогда не была справедливой. Но из вас двоих должна выжить ты, наследная принцесса. Гордость империи. Ледяной дракон. Белль тоже согласна с этим. И смирилась со своей участью.
— Она знала? — сглотнула Виолетта. — Знала, что должна умереть?
Императрица кивнула:
— Да. Бедная девочка узнала об этом перед свадьбой от твоей тетки Алтеи. И сделала выбор. Решила уйти, но спасти всех нас.
— Знала, — не веря, повторила Виолетта.
Белль все знала! И все равно согласилась стать ее женой.
Провела ритуал дуумвирата.
Она улыбалась ей и смеялась, хотя ей было нелегко.
Как же она вынесла это? Ее бедная девочка. Сколько же в ней смелости, сколько силы — еще больше, чем она думала.
Сердце принцессы болезненно сжалось.
Что пришлось испытать Белль, когда узнала о скорой гибели? Будет несправедливо, если она останется жива, а Белль растворится в вечности.
— Забери Сферу жизни, мама, — вдруг решила Виолетта. — Она мне не нужна. Если мы уйдем, то вдвоем.
— Ты не сделаешь этого! — сквозь слезы выкрикнула императрица, окончательно потеряв самообладание. — Не сделаешь этого! Нет! Прошу тебя! Прошу! Умоляю! Не губи себя ради других!
Виолетта обняла ее, поняв, что у матери началась истерика — ее просто трясло от ужаса. Будто бы она уже умерла.
Должно быть, и ей нелегко.
И не ей ее осуждать.
Чувство стыда охватило Виолетту, отгоняя ярость.
— Мама, мама, перестань, — успокаивала императрицу принцесса, не отпуская ее.
Ей и самой хотелось плакать.
Кричать, срывая горло.
Бить кулаками о стену, так, чтобы на костяшках выступила кровь.
Виолетте было страшно, больно, горько, но она держалась ради матери.
Принцесса успокаивающе гладила мать по спине и тихо говорила, что все будет хорошо.
Она лгала, и они обе это понимали. Ничего хорошего их не ждет.
Никого из них.
Она плакала — теперь уже беззвучно, а потом ослабла, и ее тонкие руки отпустили Виолетту. И тогда Виолетта позвала придворных дам, велев привести лекаря.
Ей пора было уходить. Прощаться.
— Виолетта, — едва слышно позвала ее мать. — Пожалуйста... Сделай то, что я сказала.
— Я все сделаю правильно, — улыбнулась она, нащупывая в кармане Сферу жизни. — Прости, мама, если не оправдала твоих ожиданий. Я очень тебя люблю.
— Виолетт...
— Я вернусь, — в последний раз солгала принцесса, уже зная, что будет делать.
Она поцеловала императрицу на прощание и покинула ее покои.
Времени оставалось совсем мало.
Жизнь за жизнь.
Она поставила печать клятвы, пообещав, что спасет ее, свою Белль. И она сделает это.
Сферу жизни окропит ее кровь.
Не своей.
Белль вернется, если у них все получится. И проживет долгую счастливую жизнь.
Пусть даже с Эштаном или с кем угодно — главное, что живая.
Белль заслуживает жить больше, чем она. Это она — наследная принцесса империи. И на ее плечах лежит груз ответственности за народ.
Печать клятвы на руке заныла.
Магия будто чувствовала, что принцесса собирается сделать. Пожертвовать собой ради возлюбленной.
Разве это неправильно?
Страх совсем пропал, и осталось только желание сделать то, что она задумала.
По дороге в покои Белль Виолетта заглянула к сестре и брату — оба выглядели перепуганными. Винсент плакал, а Этель успокаивала его, хотя сама была на нервах.
— Что происходит, Ви?! — выкрикнула Этель и кинулась к Виолетте.
Обняла и заглянула в глаза.
— Нам никто ничего не говорит, — подбежал к ним Винсент. — Что-то плохое, да?
— Не переживай, братишка, — потрепала его по волосам Виолетта. — Я все решу. Этель, я хочу, чтобы ты оставалась с Винсентом. Не отпускай его.
— Вели отправить ко мне Тома, — вдруг сказала сестра.
— Тома? — не скрывая удивления, повторила Виолетта.
— Благодаря твоей милой женушке мы встретились, и я все ему рассказала, — кивнула Этель, и ее глаза счастливо вспыхнули. — Не знаю как, но она уговорила папу дать согласие на наше общение. Поэтому пусть он будет рядом. С ним мне спокойнее. Том ведь твой гвардеец. Отдай приказ. Пожалуйста, — дрожащим голосом добавила она.
— Хорошо, — кивнула принцесса, в очередной раз поразившись Белль, и подумала, что это не такая уж плохая идея: чтобы Том был рядом с сестрой. Лишняя защита ей не помешает.
Виолетта обняла сестру и брата, мысленно прощаясь с ними.
Интересно, кому из них передастся сила Ледяного дракона после ее смерти? Ей или ему?
Отстранившись, она улыбнулась:
— Этель, веди себя так, как подобает. А ты, Винсент, не плачь. Драконы не плачут.
— Это ты дракон, а не я, — жалобно ответил он.
— В тебе есть драконья кровь. Значит, ты тоже дракон.
Виолетта потрепала брата по волосам и ушла, не отвечая на отчаянные вопросы о том, куда она собралась и что происходит.
Теперь принцесса направилась в покои Белль, однако ее супруга все еще была у императора, и она осталась ждать ее, стоя у окна и вглядываясь с высоты в город, который погрузился в ночную тьму.
Успеют ли они до рассвета?
И успеют ли вообще?
Странно, но она все так же не чувствовала страха, лишь железную уверенность, что поступает правильно.
Это не ее судьба, кто бы что ни говорил. Это ее выбор.
Ожидая Белль, Виолетта мерила спальню шагами, потом села за письменный стол в кабинете и машинально открыла тетрадь, отчего-то решив, что она рабочая.
Но ошиблась. Это был дневник Белль.
Вернее, записи, которые она оставила совсем недавно.
Виолетта читала их и все больше ужасалась тому, что ей пришлось пережить — и не просто пережить, а сохранить в тайне от всех.
«...Я — это я. И я очень хочу жить» — вот что было написано в конце.
Последнее слово Виолетта прочитала с трудом, потому что из-за упавших слез чернила расплылись.
Белль писала это и плакала.
Она не могла поступить по-другому. Это тоже был ее выбор.
Маленькая храбрая девочка, от которой трогательно пахло летом, какао и пудрой.
И в то же время настоящий воин.
Виолетта осторожно закрыла тетрадь и запрокинула голову, чувствуя, как натянулись мышцы и жилы на шее.
Почему все сложилось именно так?
Виолетта не хотела искать ответ на этот вопрос. Она привыкла делать, а не размышлять.
Белль пришла в свои покои спустя минут пять — внешне спокойная и собранная, хотя внутри у нее бушевала буря. Она старалась держаться уверенно, и у нее хорошо получалось. Виолетте оставалось лишь восхищаться ею.
Поддавшись порыву, она обняла жену и положила подбородок ей на макушку.
Ей так хотелось сказать, что с ней все будет хорошо — смерть ей не грозит, однако понимала: говорить об этом сейчас нельзя. Иначе Белль не позволит ей защитить себя.
— Ты боишься? — спросила она нежно, гладя ее по светлым шелковистым волосам.
— Нет... А ты?
— Ты ведь рядом. Чего мне бояться?
Спустя час они покинули Небесный дворец — как раз в тот момент, когда на улицах города стали появляться демоны из порталов, активированных Кровавым драконом.