12
Элли считалась сильной менталисткой, одной из лучших на потоке. Она не только хорошо знала теорию, но и замечательно показывала себя в практике.
В отличие от предсказателей менталисты не умели читать будущее, да и вообще скептически относились к этому. Они владели прошлым и настоящим. Могли читать мысли или видеть сцены из прошлого — правда, для этого им приходилось долго настраиваться.
Однако порой сильные менталисты могли ловить обрывки воспоминаний или мыслей при простом прикосновении.
Это называлось вспышкой.
Такое случалось крайне редко — ментальная магия считалась одной из самых нестабильных.
Когда Элли, уходя с девичника, споткнулась, а Лея и Анайрэ подхватили ее, у нее впервые случилась вспышка.
Она вдруг отчетливо увидела перед глазами картину: в тонких женских пальцах мелькнул флакончик с бесцветной жидкостью. Никаких этикеток или опознавательных знаков.
А затем странная шпилька из красного дерева. Флакончик и шпилька тотчас исчезли в кармашке платья. Мелькнули стеллажи с книгами. «Послезавтра на балу сделай то, что не завершила, маони-ниа. Не разочаровывай», — услышала Элли мужской голос, и вспышка исчезла.
Она заняла не больше пары секунд, но девушка растерялась.
Раньше такого с ней не случалось.
Ничего не понимая, Элли оглянулась на Белль, которая позвала ее на девичник. Та улыбалась, хотя и выглядела уставшей и бледной. Должно быть, подготовка к свадьбе тяжело ей давалась.
Всю дорогу до академии Элли размышляла над вспышкой.
Почему она увидела ее?
Что это значило?
Кому принадлежали эти воспоминания? Анайрэ или Лее?
Казалось бы, ничего невероятного она не увидела, но в сердце поселилась тревога.
Сначала Элли думала, это оттого, что они с Белль наконец встретились. Мало того что та пригласила ее на девичник будто подругу, так еще и простила. Элли не ожидала этого.
Она считала, что Белль вычеркнула ее из своей жизни, и приняла это — сама виновата. Сама предала ее. А тут Белль зовет ее к себе и будто прощается. Даже присылает особое приглашение на свадьбу, а ведь в Небесный дворец могут попасть лишь избранные.
И эта вспышка... Почему именно сейчас Элли было суждено ее увидеть?
Придя в свою комнату, Элли долго думала о произошедшем, и, если бы рядом была Дэйрил, они обязательно поговорили бы об этом.
Но теперь девушки жили в разных комнатах общежития будто чужие.
И обе без соседок.
Казалось бы, Элли нужно было радоваться тому, что Белль ее простила, но тревога не отпускала ее. Наоборот, усилилась так, что она не смогла заснуть — ворочалась всю ночь, вспоминая вспышку и прокручивая ее в голове.
В один из таких моментов она поняла: на одной из промелькнувших в видении полок стеллажа стояла фотокарточка Белль, лицо которой было обведено красной краской точно мишень.
Элли едва не подбросило, как от толчка.
Что это значит?
Белль грозит опасность?
Или Элли все выдумала?
И что все-таки значит это слово — «маони-ниа»?
Рано утром Элли отправилась в библиотеку. Та пустовала, да и в академии почти никого не было: адепты заранее поехали в столицу, чтобы на следующий день приветствовать принцессу и ее невесту, а после участвовать в народных гуляньях. Целых три дня выходных! Всем хочется веселиться, а не корпеть над учебниками.
В читальном зале, посвященном культуре империи Шио, куда пришла Элли, умиротворяюще пахло весенними цветами и медом — девушка будто очутилась в цветущем восточном саду.
Но менталистка не обращала на это внимания. Она набрала учебников и словарей, пытаясь понять, что означает услышанное слово.
Но сколько Элли ни искала, так ничего не смогла найти.
Неужели слово не из языка шио?
Тогда откуда?
А может быть, оно редкое?
— И чего ты тут сидишь? Отдыхала бы лучше, а не училась, — недовольно заметила библиотекарша, видимо дежурная, ведь остальные, судя по всему, тоже уехали в столицу на праздник.
— Мне срочно нужно кое-что отыскать, — ответила Элли, листая очередной словарь.
— Лучше бы жениха себе отыскала, — проворчала библиотекарша. — Да гулять бы пошла. Что ищешь-то, адептка?
— Слово на языке шио. Мне нужно знать перевод, — призналась Элли.
— В их языке сам эйх шею свернет, — хмыкнула библиотекарша. — Да еще и диалектов целая куча. Обратись-ка ты лучше к какому-нибудь приезжему шиону.
— Где же я его возьму? — растерялась Элли.
Библиотекарша пожевала губами:
— Есть у меня один приятель в столице. Переводчик. Родом как раз из империи Шио, осел у нас, женился, детьми обзавелся. Дам тебе адрес. Обратись к нему после праздников. Может быть, он тебе и подскажет. Только уходи уже, а? Я хочу закрыть библиотеку.
Женщина действительно написала короткую записку, в которой говорилось, что Элли — от нее.
А также указала адрес. Схватив бумажку, менталистка поблагодарила библиотекаршу и помчалась прочь.
Волнение стало еще ощутимее, и девушка решила поговорить с переводчиком сегодня же.
Это ведь не займет много времени, правда?...
В столицу Элли попала быстро — с помощью порталов. В Тайлерисе она была всего несколько раз, не особенно понимая, как попасть на Старую Вишневую улицу, и ей потребовалось несколько часов, чтобы найти ее и отыскать нужный дом.
Правда, переводчика там не оказалось: вместе с семьей он направился в центр города.
Элли сидела у ворот его дома до самого вечера в надежде, что переводчик все-таки вернется.
Когда она уже собралась уходить, мысленно успокаивая себя, что все в порядке и ее вспышка просто глупость, переводчик вернулся.
Это был невысокий худощавый мужчина с абсолютно лисой на шионский манер головой и лучистыми глазами. Он крайне удивился, обнаружив Элли у ворот, нехотя взял записку, но, прочитав ее, несколько подобрел. Видимо, отношения с библиотекаршей у него сложились хорошие.
— Что же вы так хотели узнать, молодая госпожа, раз прибыли из академии магии и столько времени прождали меня? — удивленно спросил переводчик.
Акцента в его голосе почти не ощущалось.
— Знаете ли вы слово «маони-ниа»? — торопливо спросила Элли. — Дело в том, что я нигде не могу его найти...
Переводчик нахмурился. Велел жене и детям зайти в дом, сам же повернулся к Элли и тихо спросил:
— Откуда вы знаете это слово?
— Случайно услышала в разговоре. И мне нужно узнать, как оно переводится...
Перед глазами вновь промелькнула фотокарточка Белль, обведенная красной краской.
— Послушай меня, девочка. Если ты действительно услышала это слово в разговоре, больше никогда не общайся с этими людьми. Никогда.
— Почему? — растерялась Элли.
Переводчик оглянулся по сторонам, словно боясь, что их разговор могут подслушать.
— Это обращение мао друг к другу, — зашептал он. — Так называют себя члены одного клана.
— Какого клана? — едва слышно спросила Элли. — Кто такие мао?
— Наемные убийцы. На моей родине существует несколько кланов. Они принимают заказы на самые жестокие и изошренные убийства. «Маони-ниа» . обращение к младшему. «Маони-асса» — обращение к старшему. А теперь иди.
Переводчик оставил оторопевшую Элли и скрылся за воротами.
А она едва не осела на землю.
Выходит, во время вспышки она увидела... убийцу?
Что же получается? Белль хотят убить? На нее уже было одно покушение. Использовали какой-то смертельно опасный яд, но, слава светлым богам, Белль выжила.
Что тогда писали об этом в газетах? Яд «Дыхание бабочки» — бесцветный и безвкусный. Способен убить дракона.
Перед глазами возникла женская рука, в пальцах был зажат прозрачный пузырек.
Это и есть «Дыхание бабочки»? Неужели будет повторное покушение? Завтра вечером на балу?
Неужели Анайрэ предательница?
Она не только телохранительница, но и убийца?
Про Лею Элли даже не думала — разве может младшая придворная дама быть убийцей? Она слабая и хрупкая.
К тому же она жила вместе с Белль.
Могла бы давно убить ее.
Менталистка похолодела.
Что делать? Что ей теперь делать? Кому рассказать о покушении? Полиции? Гвардейцам?
На столицу опускалась вечерняя тьма, всюду загорались огни, начинались празднования в честь свадьбы принцессы и наследницы Черного дракона.
И никому не было дела до адептки с безумными глазами, которую трясло от страха.
Она несколько раз пыталась достучаться до полицейских, но те, услышав ее слова об отравлении, явно принимали ее за дурочку и прогоняли, грозя бросить в камеру.
Гвардейцы, к которым обращалась Элли, даже слушать ее не желали.
Она осталась одна. Она и ее вспышка, в которой готовилось убийство Белль.
В какой-то момент Элли присела на ограду и попыталась привести мысли в порядок.
Ей нужно прийти в себя и что-то придумать, чтобы спасти Белль.
Может быть, конечно, это все ее фантазии, но... Что, если нет?
Что, если только она одна знает о покушении? Что, если лишь в ее силах спасти подругу?
Нужно попасть в Небесный дворец, ведь у нее есть приглашение. Там она найдет Кэлла и все ему расскажет.
А может быть, дворцовая охрана всерьез воспримет ее слова о том, что на Белль готовится покушение? В конце концов, это на улицах Тайлериса она обычная девчонка, а в Небесном дворце будет гостьей.
К гостье наверняка прислушаются.
Но сначала нужно приодеться.
В таком виде ее даже с приглашением не пустят на Свадебный бал.
Элли не помнила, как забежала в первый попавшийся магазин, как купила самое дешевое бальное платье — на него едва хватило денег, а ведь это была вся ее стипендия.
Как на следующий день добралась до Золотой улицы, как поднялась наверх в специальной карете для гостей, как попала во дворец.
Дворцовая охрана действительно выслушала ее. Разумеется, в их глазах было недоверие, но они пообещали задержать Анайрэ и обыскать ее.
Саму же Элли отпустили, и она, вообще перестав понимать, что происходит, направилась в зал, где в это время танцевали Белль и Виолетта.
Никогда прежде Элли не бывала в таком прекрасном зале, но любовалась она не изысканным интерьером, а танцем подруги.
Белль почему-то надела простое белое платье, и все гости шептались — мол, как только хватило дерзости? Нет в будущей императрице светского доска, так и осталась низкородной.
Однако Элли вдруг подумала: как же здорово, что Белль выглядит именно так! Простое платье подчеркивает ее главное достоинство. Она не такая, как другие высокородные. Белль особенная.
Находясь на балкончике второго этажа, внизу, среди гостей, Элли случайно увидела Лею — младшая придворная дама тоже смотрела на танцующих жен, и Элли решила подойти к ней.
Слишком странным ей показался взгляд Леи — целенаправленный и жесткий, хотя обычно глаза девушки были другими — покорными и будто испуганными.
Сердце забилось чаще.
Тревога нарастала, стало тяжело дышать.
Что-то не так, что-то совсем не так.
Элли стала пробираться к Лее через толпу гостей.
Раньше ей и в голову бы не пришло расталкивать высокородных, а теперь она только и успевала работать локтями.
Элли быстро спустилась с лестницы, едва не упав — ее успел подхватить молодой человек, наверняка решив, что она сама высокородная. Не сказав ему даже спасибо, Элли помчалась к Лее.
Она приблизилась к ней в тот момент, когда та будто невзначай подняла к голове руку и достала из пышной прически ту самую пильку из красного дерева, которую Элли видела во время вспышки.
Музыка в это время сменилась — танец молодоженов завершился, и теперь они целовались.
Лея держала шпильку в руках, будто хотела вот-вот снова воткнуть ее в волосы, и Элли подумала: так странно, что придворная дама держит эту шпильку в направлении Белль и Виолетты, которые отстранились друг от друга и держались за руки.
Красивые и влюбленные.
Ни о чем не подозревающие.
Элли слишком поздно поняла, что наемная убийца не Анайрэ, а Лея.
Ее обманула внешних хрупкость младшей придворной дамы. Элли решила, что мао — это эльфийка, сильная и закаленная в боях.
Разве убийцы могут быть другими?
Недолго думая, Элли кинулась на Лею. Толкнула ее изо всех сил, и шпилька вылетела из тонких пальцев.
И тут же Элли атаковали новые вспышки — картинки из прошлого Леи менялись в голове с бешеной скоростью.
«Она убила мою дочь, и я хочу, чтобы эта темная тварь тоже сдохла. Я умоляю ваш клан избавиться от нее и заплачу за это любые деньги», — говорит высокий грузный мужчина, за спиной которого висит портрет молодой улыбчивой девушки.
Это Хэлли Борд, та самая девушка, которая обвинила Белль в воровстве сережек. А потом погибла при нападении нежити на академию.
Многие поговаривали тогда, что это Белль убила ее — отомстила за унижение. Кто-то верил, кто-то нет.
А сейчас уже все забыли. Нашли новые темы для сплетен и пересудов.
«"Дыхание бабочки" будет доставлено из Шио завтра ночью. Забери его и как можно скорее избавься от девчонки», — приказывает Лее другой мужчина.
Это старый и убеленный сединами шионец в традиционной одежде, он продает книги на одной из тихих улочек столицы, но никто не знает, кто он на самом деле.
Он глава местного ответвления одного из кланов.
Лея подчиняется ему.
Принимает заказы.
«Раз не получилось убить ее в горах, убей ее в день свадьбы, такова воля клиента, он отдает нам почти все свое состояние» — получает второй приказ Лея и соглашается. А потом забирает шпильку — особенное оружие для метания игл. И яд в прозрачной бутылочке.
Лея обрабатывает иглы ядом.
Легко проносит во дворец.
И ждет момента.
Ей нужно выполнить этот заказ во что бы то ни стало. Шио, который не справляется с работой, не может жить.
По крайней мере долго. Она это знает и не собирается умирать.
Элли увидела все это буквально за доли секунды.
И ее глаза широко распахнулись.
В это же время Лея одним отточенным движением выхватила из пышной юбки кинжал.
Лицо у нее не такое, каким привыкла видеть его Элли, а сосредоточенное и жестокое, глаза беспощадные.
Лея хотела вонзить кинжал в Элли, но вдруг обмякла — ее ударило обездвиживающим магическим импульсом откуда-то сверху.
Переставая осознавать действительность, Элли подхватила кинжал и, крепко сжав, ударила им Лею в живот. Та криво улыбнулась, нашарила упавшую шпильку, нажала на нее слабеющими пальцами, и в Элли полетела тонкая, почти прозрачная игла.
Она попала ей в руку, и Элли почувствовала легкую боль.
Будто укус насекомого.
Музыка прекратилась.
Гости с криками кинулись в стороны, и Элли опустила взгляд — у ее ног лежала окровавленная Лея. Она была обездвижена магией, но жива.
Удар Элли не убил ее — слишком слабы были руки у менталистки. И никогда раньше она не применяла холодное оружие.
К ним подбежала охрана. Кто-то схватил слабеющую Элли за руки, и окровавленный кинжал со звоном упал на мраморный пол.
Девушка все еще стояла на ногах, не понимая, что с ней происходит, почему цвета теряют насыщенность, а звуки пропадают.
Зато она увидела Белль, которая бежала к ним в своем простом, но таком красивом платье. И когда Белль остановилась перед ней, Элли слабо улыбнулась, чувствуя, как подкашиваются ноги.
Она будто засыпала против воли.
— Я не хотела, чтобы так вышло, — сказала она угасающим голосом, чувствуя, как с каждой секундой говорить становится все сложнее. — Просто я не сразу поняла. Лея... Она получила заказ... от родителей Хэлли...
— Что? — прошептала Белль. — Элли, что ты говоришь? Элли!
— Прости, что испортила твою свадьбу, Белль. Ты сегодня... красивая, — едва слышно проговорила она. — Я... не... предательница...
Ее глаза закрылись, но вместо тьмы она увидела много света.
Оказывается, жнецы великой богини Рэй сияли, точно звезды во тьме.
А вечность пахла белыми цветами и библиотечной пылью.