4
Третий тур я тоже прошла — победила еще одну участницу с боевого факультета, и, надо сказать, далась мне эта победа нелегко.
Моя соперница была опытной и атаковала так умело, что несколько раз зацепила меня мудреными заклятиями, однако в конце концов я пульнула в нее фаербол и, пока она ставила щит, незаметно отправила ей «ласковых змей».
Это было темное заклинание, но трансформированное в более мягкую форму — оно усыпляло на несколько минут, тогда как основная, боевая форма убивала.
Победа осталась за мной не только в этот день, но и на следующий, когда я вышла в полуфинал.
Ева Шевер тоже оказалась в полуфинале, я кожей чувствовала, что в финале мы будем сражаться.
Выйдем один на один, и я сделаю все, чтобы поставить ее на место.
Ева подговорила Элли подбросить мне запрещенный артефакт, но осталась безнаказанной. Чиновники не выдали ее имени — ведь Шевер была одной из них. Она и ее семья занимали высокое положение среди высокородных. Однако это не значило, что я все спущу с рук этой наглой девице.
Сначала Виолетта.
Потом я.
Затем Элли.
Ева возомнила себя кукловодом, но я покажу ей ее место.
Осталось совсем чуть-чуть.
Я стояла у окна, заложив руки за спину, и смотрела на далекие огни Небесного дворца.
Даже странно вспоминать, что зимой я прожила там несколько недель... Будто их и не было. И Фэйры, которая отравила меня, тоже не было.
Почему-то я часто вспоминала старшую придворную даму.
Но так и не поняла, почему она хотела убить меня. За что?
— Ну как, готова завтра побеждать? — раздался голос Кайла, который зашел ко мне вечером, чтобы поддержать.
По крайней мере, он так говорил, но я знала, что ангел пришел поесть.
Мои покои превратились в его личную трапезную.
— А ты сомневаешься во мне? — повернулась я к Кайлу.
Он сидел на диване и за обе щеки уплетал сдобные булочки, а карманы у него были набиты позаимствованными у меня в столовой конфетами.
— Я? Нисколько. А вот половина адептов, которые участвуют в ставках, очень даже сомневаются, — самодовольно ответил Кайл. — Знаешь ли, дорогая Белль, многие уверены, что снова победит Ева. И ставят на нее неплохие суммы.
— Я тоже хочу сделать ставку, — сказала я. — Можно?
— Разумеется, — просиял Кайл. — Сколько?
— Десять тысяч крон, — ответила я.
Ангел закашлялся.
Вытаращил на меня глаза и приложил изящную ладонь к уху.
— Сколько-сколько?
— Десять тысяч крон, — спокойно повторила я. — Хотя... пусть лучше будет двадцать.
— У тебя горячка, да? — с надеждой спросил Кайл. — Ты бредишь? Сошла с ума?
— Нет, я вполне серьезно. Я тоже хочу сделать ставку, — пожала я плечами.
Странно, но деньги действительно меняют что-то внутри тебя.
Не характер, а твое восприятие.
Раньше я тряслась над каждыми десятью кронами, а сейчас и десять тысяч стали для меня мелочью.
Я знала, что богата, и богата до неприличия.
Почему же я не могу тратить деньги так, как мне вздумается?
Они мои.
— Меня сейчас разорвет на части, — признался Кайл. — Как твой секретарь, я хочу сказать, что такая трата денег просто безумие! Но как организатор ставок должен поблагодарить тебя и объявить клиентом года. Не будь ты участницей, я бы организовал тебе лучшее место на трибуне, клянусь! Даже лучше, чем у принцессы и ректора!
Я лишь улыбнулась:
— Просто стань собой, мой друг. Дай своей алчности проснуться и захватить тебя в плен.
— Сдаюсь без боя, — поднял руки Кайл. — Так, где там моя записная книжка? Сейчас запишу. Значит, двадцать тысяч крон на Белль...
— На Еву, — оборвала я Кайла.
Он опять закашлялся — пришлось колотить его по спине.
— С ума сошла?! — прохрипел он и пришел в себя только после того, как перепуганная Лея дала ему стакан воды.
— А что? — улыбнулась я.
— Ты собралась ставить на эту косорылую жабу, которая три раза плюнула тебе в спину?! — заорал ангел. — Теперь в моей голове в борьбу с секретарем и организатором ставок вступил твой друг! И он против, чтобы ты поддерживала эту эйхову упырицу!
— Ты такой милый, — рассмеялась я, наблюдая, как у Кайла даже щеки покраснели от переполнявших его эмоций.
— Я просто не понимаю почему?! Почему ставишь на нее?!
— Всего лишь хочу поддержать тех, кто поставит на меня, — ответила я спокойно. — Вот представь. Я выиграю. Они получат деньги. Но чем больше будут ставки на Шевер, тем больше получат те, кто меня поддерживает.
Кайл в восхищении уставился на меня.
— Хи-и-итро, — протянул он. — А ты не промах, Белль. Вовсе и не такая добродушная тупица, какой показалась мне на первой взгляд.
— Я тебе сейчас крылья подпалю, — нахмурилась я.
Настроение у меня скакало все чаще, и магистр Дэлмир говорил, что такова природа тьмы — она разбалансирует характер и порой даже волю.
Поэтому мне уменьшили количество занятий по этикету, языкам и литературе, но увеличили количество занятий с магистром Дэямиром.
В последнее время мы постоянно медитировали, и я с трудом, но научилась справляться с влиянием тьмы.
— Ладно-ладно, — часто закивал Кайл. — Я имел в виду, что ты больше не та милая, благородная и наивная Белль, какой выглядела вначале. Мне действительно нравится твой план. Это очень умно: поддерживать сторонников. Кстати, давай поработаем над твоей мотивацией перед сном? Ты должна хотеть победить и тогда действительно победишь! Помни об этом!
— Светлые боги, он опять начал! — простонала я. — Кайл, все, на что ты меня способен замотивировать сейчас, так это на то, чтобы закрыть тебе рот!
— Грубиянка, — ничуть не обиделся ангел. — Но я действительно надеюсь, что ты размажешь эту дрянь по стене, как жука. А потом мы захватим власть в Клубе.
Он в предвкушении потер ладони — Клуб избранных никак не давал ему покоя.
Мы попрощались, и Кайл ушел, получив деньги и заявив, что у него много дел перед завтрашним финалом. Подозреваю, он побежал к Шиа, вместе с которой они организовали ставки, чтобы поменять расклад с учетом моих двадцати тысяч крон.
Однако почти сразу после Кайла ко мне в покой пришла Виолетта.
Я ждала ее — рядом с ней мне становилось спокойнее.
Я подзаряжалась ее внутренней силой, мысли переставали путаться, а я наполнялась уверенностью.
Виолетта была уставшей — я видела это по ее глазам.
А еще очень красивой.
Темные пряди волос падали на лоб, две верхние пуговицы белоснежной рубашки были расстегнуты, на плечи небрежно накинут дорожный кожаный плащ.
Принцесса только что вернулась откуда-то, однако решила перед сном зайти ко мне и пожелать удачи.
На ходу снимая перчатки и сбрасывая плащ, Виолетта подошла ко мне и обняла. Я уткнулась носом ей в грудь и вдохнула знакомый успокаивающий аромат снега, сушеных трав и вереска. Одной рукой Виолетта обняла меня, другую положила мне на затылок и прижала к себе.
— Прости, что пришла поздно, Белль. Я только недавно вернулась, — тихо сказала она.
Я обвила ее руками за шею.
Все-таки рядом с ней действительно становилось спокойно и уютно, как дома.
— Где ты была? — тихо спросила я.
— В Тарвейской провинции. Нужно было решить несколько проблем с новым губернатором от лица императора. Скучно и муторно.
— Отец готовит тебя к тому, чтобы однажды ты стала правительницей Вечной империи, — сказала я.
— Будь его воля, я бы никогда не стала императрицей, — хмыкнув, заметила Виолетта, медленно гладя меня по голове. — Но ему придется отдать власть мне как старшему ребенку. Знаешь, Белль, иногда и жалею, что родилась старшей. И должна нести всю эту ношу по управлению страной на своих плечах. Но такова воля богов.
В ее голосе прозвучала насмешка.
— Тебе передался дар Ледяного дракона. Кто, если не ты, должна стать следующей? — Я отстранилась от принцессы и заглянула ей в глаза. — Ты не ценишь того, что у тебя есть, Ви.
— Прости, просто устала, — ответила принцесса и коснулась кончиками прохладных пальцев моей щеки. — Вообще-то я пришла к тебе, чтобы пожелать удачи завтра и сказать, что я болею за тебя. А не жаловаться на жизнь. В любом случае я изо всех сил буду стараться ради моих подданных. Власть наделяет не только правами, но и обязанностями. И их я буду выполнять до последнего вздоха.
— Знаю.
Я перехватила ее пальцы и поднесла к своим губам, чтобы согреть дыханием. А после поцеловала запястье — там, где под тонкой кожей сплелись вены.
— Белль... — прошептала Виолетта.
— Что? — подняла я взгляд на нее взгляд.
— Почему ты такая прекрасная?
Она подхватила меня на руки и закружила по комнате — так, что разлетались в стороны юбки. Я звонко засмеялась и потребовала Виолетту поставить меня на место. Она не собиралась этого делать, а все кружила, кружила, кружила...
Пока мы вместе не упали на диван, и Виолетта крепко обняла меня, а я положила голову ей на плечо.
— Завтра ты одержишь победу, — сказала она.
— А если нет? — вдруг спросила я. — Ты расстроишься?
— Не думаю. Но я уверена в тебе, Белль. Ты ведь дракон. — В ее тихом голосе не было ни тени сомнения.
— Я буду стараться. Правда.
— Знаю. Только... Почему у тебя такие глаза грустные? Ты все еще переживаешь из-за своей подруги?
Конечно же, она знала о том, что случилось с Элли. И в который раз хотела разобраться с Евой, но я остановила ее. Не позволила.
Сказала, что сама справлюсь.
— Да, для меня это стало ударом, — призналась я. — Больше всего на свете я боялась предательства и получила его. От той, которой доверяла, как себе. От своей подруги.
— Ты хочешь простить ее? — мягко спросила Виолетта.
— Нет. Не могу. Сколько бы я ни думала об этом — не могу.
Поступок Элли действительно повлиял на меня.
Сначала я рассердилась и была так зла, что кровь горячей будто лава.
А потом... Потом меня накрыла тоска.
Почему она так поступила?
Разве я была плохой подругой?
Это злость?
Зависть из-за моего положения?
Почему наша дружба распалась?
Ведь я не виновата в том, что Арт выбрал Дэйрил.
— Она все-таки не до конца предала тебя, — задумчиво сказала принцесса. — Вернулась.
— Из-за Кэлла. А если бы его не оказалось рядом?
— Оказался бы, — хмыкнула Виолетта. — Он давно присматривает за ней. Уже какое-то время назад начал что-то подозревать.
— Вот как. Почему же ничего не сообщила мне?
— А ты бы поверила, если бы Кэлл сказал, что Элли хочет тебя предать?
— Нет, — вынуждена была признать я. — Ни за что бы не поверила.
Мы болтали еще некоторое время, однако Виолетте пришлось оставить меня — она сказала, что я должна выспаться перед финалом.
Перед уходом она неспешно и нежно поцеловала меня, заставив сердце расплавиться.
На следующее утро, прежде чем покинуть свои покои и отправиться на последнее состязание, я надела каффы, подаренные Виолеттой перед моим первым балом.
Сверкающая лунная сталь в виде изящных драконов сияла в моих ушах, и, глядя на свое отражение, я почувствовала себя такой сильной, как никогда прежде.
Еве Шевер конец.
Трибуны были переполнены — на финал пришли посмотреть все адепты и магистры, кроме того, приехало много газетчиков. Они занимали первые ряды и то и дело ослепляли вспышками — им хотелось сделать побольше фотографий, чтобы опубликовать их на первой полосе.
Я уже видела громкие заголовки: «Невеста принцессы сражается с ее бывшей подружкой! Кто же станет самой сильной адепткой академии магии?»
Мы с Евой стояли друг напротив друга, облаченные в специальные костюмы. Волосы Ева заплела в длинную косу. Ее лицо оставалось невозмутимым, она была уверена в своей победе не меньше, чем я в своей. Перед началом состязания нам пришлось поприветствовать друг друга.
— Зря пришла, Белль, — произнесла Шевер, спокойно глядя мне в глаза. — Не знаю, как ты добралась до финала, но победительницей стану я.
— Посмотрим, — ответила я. — Если будешь хорошо себя вести, Ева, сделаю своим заместителем, когда стану главой Лунной части.
— Смешная ты. Возомнила себя сильной. Мне тебя жаль. Сегодня ты поймешь, насколько была неправа.
— Я сказала, что сделаю тебя. Значит, сделаю.
Я подошла к ней близко-близко и, улыбаясь, обняла.
Как сестру или подругу.
Раздались радостные крики — трибуны реагировали на все, что происходило на стадионе.
— Какого эйха, Ардер? — прошипела Ева с отвращением, но отталкивать меня не стала: вдруг другие заметят, как сильно она меня ненавидит.
Напротив, ей тоже пришлось меня обнять.
— Пусть все думают, что между нами хорошие отношения. Не хочу пустых сплетен и новых дурацких статей, — пояснила я и похлопала Еву по спине.
Мы отстранились друг от друга, обменялись обжигающими взглядами и разошлись по своим местам.
Трибуны затаили дыхание.
Ректор начал обратный отсчет.
Три, два, один...
Едва он назвал последнюю цифру, как раздался громкий звук, похожий на гудок парохода.
Сражение началось.
Мы атаковали почти одновременно и так же синхронно ставили блоки.
Ева была не только сильной, но и проворной — она быстро двигалась, и каждый пасс ее руки был отточен до совершенства. К тому же она знала огромное количество заклинаний и пользовалась ими с раздражающей легкостью.
Сначала атаковала меня проклятьем в виде летающих ос с ядовитым жалом из стали. Затем стала забрасывать раскаленными железными звездами — одна из них оставила глубокий порез на руке, и я почувствовала запах собственной крови.
Мне пришлось защищаться от водного смерча, который потушил мой огонь — ведь, как и я, Ева была стихийницей. Спас меня темный щит, отражающий направленную на меня магию, — смерч полетел обратно к Еве, но по щелчку ее пальцев, превратившись в водную химеру, снова вернулся ко мне.
Ева наступала с такой яростью, что я начала проигрывать.
Заклятье, еще заклятье, еще, и еще, и еще...
Я поймала себя на том, что больше не атакую, а делаю все, чтобы защититься.
Я проигрывала, и мы обе это понимали. И трибуны тоже.
Болельщики кричали так, что уши закладывало.
Я начала выдыхаться и уступать позиции, а Ева Шевер напирала все активнее.
Но сдаваться я не собиралась.
Ева шла на меня, выставив вперед руки, из которых вырывалась мощная магия. Полупрозрачная змея водной стихии обвивала тело Евы и сверкала и ярком солнце. От моей противницы исходили сила и воля к победе.
Я знала, что Ева сделает все, чтобы победить.
Я отступила на несколько шагов, но, сквозь зубы прочитав заклятие, все же отправила в сторону Евы огненный вихрь. За ее спиной прямо из-под земли вырвалась огромная голубая волна и накрыла Шевер с головой, отражая мою магию. Огонь потух, не выдержав напора воды, и я почувствовала, как слабею.
У Евы был особый щит.
Он не просто отражал чужую магию, а впитывал ее словно губка.
Еще несколько шагов назад.
Мне снова пришлось защищаться. С криком Ева направила на меня водоворот, и я торопливо сотворила вокруг себя огненную клетку. Только она не выдержала — Ева усилила напор, и вода опять потушила огонь.
Я едва успела отбежать в сторону, чтобы ее магия не задела меня. Упала, ударившись и оцарапав ладони, но тотчас перекатилась и вскочила на ноги. Водоворот летел ко мне, и я слышала страшный шум воды — будто находилась рядом с водопадом.
Еще один щит. И еще. И еще.
Публика ревела при виде того, что я проигрываю.
А Ева улыбалась, потому что чувствовала себя победительницей.
— Что, Ардер, даже сила дракона не помогла тебе победить меня? — прокричала она.
— Пошла ты! — задорно ответила я.
У нее в руке появился водяной хлыст. Ева щелкнула им, и мои ноги опалило болью. Но я старалась не обращать на нее внимания.
О боли буду думать потом.
Сейчас я должна победить.
В моей руке тоже появился хлыст — только огненный. И я попыталась достать им Еву. Не вышло.
Вместо этого я вообще его потеряла, а следом потеряла и равновесие — полетела на землю из-за боевого заклинания, против которого не успела поставить защиту.
Ева оказалась рядом — сократила расстояние, для того чтобы использовать особые магические техники нападения. Взмах ее руки, несколько слов — и я взмыла в воздух. Невидимая мощная сила управляла мной, и я не могла противиться ей.
Отрезанная от магических потоков, я почувствовала себя беспомощной игрушкой в руках злого ребенка.
Ева прокричала что-то, и под крики трибун невидимая сила штернула меня с высоты на землю.
На мгновение я потеряла сознание. Когда очнулась, первым, что почувствовала, была боль во всем теле. А еще вкус крови и пыли во рту.
— Никогда не смей брать мое! — яростно закричала Ева, и меня снова резко подняло вверх, раскрутило и бросило на землю.
Прямо к ногам моей соперницы.
Она подошла ко мне и улыбнулась, будто безумная:
— Признай поражение, Ардер. Иначе тебе будет очень больно. Я сильнее тебя, будь ты трижды драконом.
— Рано думаешь о победе, — ответила я, слизывая с губ кровь и пытаясь настроиться на магические потоки, от которых меня умудрилась отключить Ева.
Шевер рассмеялась, повела рукой, и водная стихия, точно блестящая полупрозрачная змея, набросилась на меня, обвила мое тело упругими кольцами и стала сжимать его.
Я начала задыхаться.
Хотелось кричать от боли, но я молчала, лишь ловила ртом воздух, а пальцами пыталась отцепить от себя змею, но тщетно — магию нельзя поймать руками.
Мне казалось, что ногти впиваются в змею, а на самом деле они впивались в мое собственное тело.
Боль была такой, что хотелось забыться. Хотя бы на мгновение.
Но если я сделаю это, если потеряю сознание дольше чем на несколько секунд, то Ева одержит победу.
Я не допущу этого.
«Не допущу», — согласилась тьма внутри.
Странно, но когда от боли хотелось умереть, я вдруг снова увидела ее — свою тьму. Девичий силуэт со сверкающими алыми глазами.
Она стояла за спиной Евы, которая сосредоточила на мне всю свою магию и не замечала тьму.
Да никто на стадионе не замечал ее.
Только я.
«Ты должна полностью отказаться от света, чтобы победить ее», — сказала тьма.
«Что? Как?» — мысленно прошептала я.
«Она оборвала твою связь со светлыми потоками, но темные потоки все еще доступны тебе. Просто используй только их. И у тебя будет шанс победить».
На этом тьма растворилась, оставив меня один на один с болью и страхом поражения.
Ева усилила напор, и в глазах потемнело.
Еще немного — и я действительно потеряю сознание.
Краем глаза я увидела, как ругаются между собой судьи, как они что-то кричат Еве, но та будто не слышала их — ее целью была я. И она направила на меня всю свою ненависть и злость.
Ева хотела отомстить за унижение, и у нее почти получилось.
Я собралась с последними силами и призвала тьму будто спасительницу.
И когда мои глаза закрылись, она появилась.
Наполнила собой мое тело и мою душу. И я вдруг легко расправилась с водной змеей, что опутывала меня. Она просто растворилась.
А Еву откинуло в сторону невидимой вспышкой темной магии.
Несколько глотков воздуха, и я медленно поднялась на ноги. Лицо у меня было в крови, и я чувствовала ее железный вкус на губах. Тело болело от напряжения, но голова стала на удивление ясной.
Я должна выиграть.
Поставить Шевер на место.
Доказать, что сильнее. Не ради себя.
А ради тех, кого Ева использовала. Ради тех, с кем она играла.
Ради Виолетты, которая была для нее лишь способом завоевать власть.
За моей спиной появилась черная тень, заставившая трибуны изумленно ахнуть. Из рук вырвался черный огонь, алые искры которого взмывали в воздух. Огонь понесся на Еву будто гигантская стрела, и она с трудом успела выставить водный щит.
Две стихии схлестнулись в яростной схватке.
Но если еще недавно побеждала Ева, то теперь это делала я.
С трудом, но я шла на нее, увеличивая магическую мощь, а Шевер медленно отступала, с ненавистью глядя на меня.
Еще одно усилие — последнее — и черный огонь победил синюю воду. Ева упала, и ее магия исчезла, растворившись в моей тьме.
Это было засчитано за поражение.
Ко мне подбежал бледный ректор, оценил мое состояние и, взяв за руку, резко поднял ее вверх, тем самым показывая, что я победила.
Меня встретил рев трибун, и я криво улыбнулась.
Теперь вы знаете, что Изабелль Ардер — достойная соперница.
— Белль! Белль! Белль! — эхом разносилось мое имя по стадиону, и я устало прикрыла глаза, слушая, как скандируют мое имя.
Я смогла. Сделала. Со мной не зря занимались все это время.
— Ты сделала это только потому, что дракон, — прошипела Ева, когда ее подвели ко мне.
По традиции мы должны были поклониться друг другу — поблагодарить за бой.
— Ты же только что сама говорила, что победишь меня, несмотря на это, — ухмыльнулась я, слизывая с губ кровь.
— Я тебе отомщу, — пообещала Ева, склонив голову.
— Буду ждать, — ответила я, повторив ее движение, как того требовал этикет. — А потом с удовольствием отправлю тебя в Шарранскую тюрьму.
— Тварь, — прошипела она, а я вновь улыбнулась, да так, что Шевер вдруг отшатнулась от меня.
Перед церемонией награждения меня привели в порядок. Осмотрели, смыли кровь, поправили волосы.
К удивлению, я не получила серьезных травм, лишь ушибы и ссадины, однако ректор и его помощники были порядком перепуганы.
Да, академические магические состязания всегда считались опасными, и все участники подписывали особые бумаги, в которых говорилось, что они не будут иметь претензий к нанесению телесных повреждений.
Но одно дело, когда о землю кидают обычную адептку, пусть и высокородную, а другое — когда это невеста принцессы.
Император точно не будет в восторге, когда узнает, что будущая невестка пострадала.
Думаю, ректор пережил не самые приятные минуты, когда увидел меня в крови. Да и чиновники, отвечающие за проведение состязаний, в восторге не были. К тому же Ева применила не рядовые боевые заклинания, а самые сильные.
Она очень хотела победить.
Когда меня награждали, она стояла в стороне и сжимала кулаки от ненависти и бессилия. И из принципа не аплодировала мне. Делала вид, что меня не существует.
Впрочем, она была не одинока — мою победу не смогли принять и некоторые адепты, по большей части высокородные, для которых я была точно кость в горле. Чиновники тоже выглядели недовольными, хотя ради приличия хлопали, приветствуя новую победительницу.
— Изабелль Ардер становится победительницей академических магических игр! — прозвучал голос ректора, усиленный магией, и один из чиновников надел мне на голову серебряный венок.
Чувствовала ли я триумф в это мгновение? Нет. Скорее усталость.
Рядом со мной стоял старшекурсник с боевого факультета — второй победитель. В финале его потрепало больше, чем меня, и, судя по перевязанной руке, он был легко ранен.
— Поздравляю, — сказал старшекурсник. — Не зря Виолетта говорила, что ты победишь.
— Не зря? — приподняла я бровь.
— Мы учимся вместе, — усмехнулся победитель. — Она и Шиа были уверены, что ты выиграешь. Виолетте повезло.
Он улыбнулся мне, и я вернула ему улыбку.
Надо же, Виолетта рассказывает обо мне сокурсникам. Это приятно.
Едва я подумала о Виолетте, как она появилась.
Принцесса должна была лично приветствовать победителей.
Сначала она подошла к боевику, пожала ему руку и похлопала по плечу. Они обменялись парой фраз и улыбками.
Затем подошла ко мне.
Я думала, что Виолетта скажет мне приятные слова, но вместо этого она молча меня обняла, не боясь испачкать кровью дорогую одежду.
— Как ты, Белль? — тихо спросила она. — Цела?
— Цела, — ответила я.
— Я болела за тебя.
— Знаю.
— Но оно того не стоило. Ты не должна подвергать свою жизнь опасности.
— Главное, что я сделала ее. Сделала Еву Шевер. Ты же видела? — рассмеялась я.
— Видела и горжусь тобой, — ласково улыбнулась Виолетта.
Мы отстранились друг от друга, продолжая держаться за руки, и за нашими спинами то и дело сияли вспышки.
Похоже, в газетах сегодня появятся наши новые фотографии.
Виолетта погладила меня по щеке, хотя знала, что не должна прилюдно выражать свою привязанность, однако ей было все равно. И мне тоже.
После завершения торжественной части меня увели в тренировочный зал, где уже находилась Ева. Следом зашли чиновники во главе с ректором.
В прошлый раз их лица были уверенными, но сейчас выглядели потерянными.
Будто моя победа лишила их надменности. Впрочем, не только она.
— У нас есть донесение, что у одной из соперниц есть запрещенный артефакт, который увеличивает силу, — с легким смущением сказал магистр
Лайус. — Мы должны это проверить.
— Что? — прищурился ректор. — Еще одно донесение на невесту принцессы? Вы в своем уме? Если император узнает — а он узнает, уж поверьте! — то...
— Прошу вас, успокойтесь, — перебил его магистр Лайус и взглянул на Еву. — Донесение не на адептку Ардер. На адептку Шевер.
На лице у Евы появилось замешательство.
Кажется, она была к этому не готова.
Никто не был готов к этому, кроме меня.
— На Еву? — удивленно переспросил ректор. — Но...
— Мы должны проверить ее, — вздохнул магистр Лайус и подозвал Шевер.
Впрочем, она и так все слышала.
Ее лицо побелело, а вот глаза казались почти черными.
— С ума сошли? — надменно спросила Ева. — Я не пользуюсь запрещенными артефактами. Кроме того, я.. я проиграла. Неужели вы думаете, что, будь у меня запрещенный артефакт, я бы не смогла победить? Что за бред вы тут несете?
— Прошу вас, адептка Шевер...
— Моя мать будет недовольна, — прошипела Ева.
— Правила есть правила, — сухо сказал магистр Лайус. — Вы обязаны им подчиниться.
Из толпы чиновников снова вышла единственная магиня, которая в прошлый раз обыскивала и проверяла меня. Она молча сотворила на полу искрящийся круг, прошептала активирующие заклинания и попросила Еву вступить в него.
Шевер усмехнулась и смело шагнула в круг. Она была уверена в себе. Однако...
В следующее мгновение над ней появился мигающий алым знак.
Он говорил о том, что у Евы есть запрещенный артефакт.
Короткий обыск — и его нашли. Артефакт, усиливающий магию.
Тот самый, который Ева подбросила мне через Элли.
Перед состязанием я не зря обняла ее. Всего одно движение, и артефакт оказался на ее одежде. То, чем она хотела унизить меня, вернулось к ней.
Эффект бумеранга в действии.
Только вот запустили его не боги и не высшие силы. Это сделала я.
Да, я заведомо знала, что Ева станет сильнее. И понимала, что победить ее будет гораздо сложнее.
Однако не могла простить ее.
Поражение и позор — отличное сочетание для той, кого следует сместить с поста главы Лунной части Клуба избранных.
— Это не мое, — отрывисто сказала Ева и взглянула на меня так, будто готова была прямо сейчас наброситься и разодрать на части.
А я стояла в стороне и улыбалась ей.
— А чье? — мрачно воззрился на нее магистр Лайус.
Он не ожидал такого поворота событий. Но, несмотря на дружбу с матерью Евы, не собирался покрывать ее дочь.
Своя шкура дороже.
— Подкинули, — процедила сквозь зубы Ева.
— Кто же?
— А как вы думаете? — Она неотрывно смотрела на меня.
— Мы понятия не имеем! — рявкнул один из чиновников. — Вы нарушили условия состязаний! И будете наказаны за это!
— Может быть, вы всегда выигрывали подобным образом, адептка Шевер? — насмешливо спросила магиня. — Раньше мы никогда вас не проверяли. Но, думаю, со следующего года это станет обязательным условием.
— Какой стыд! — подхватил с негодованием в голосе еще кто-то из чиновников. — Высокородная опустилась до обмана! Как же так?! Уму непостижимо!
— Адентка Шевер, следуйте за мной, — приказал ректор. — Вы будете наказаны за обман.
— Но я же не победила! — в панике закричала Ела. — Зачем вы устраиваете этот цирк?!
— Справедливости ради, — сказал ректор. — 3а мной. И без разговоров.
— Отвратительно, — прошипел магистр Лайус. — Не суметь победить даже с артефактом. Бедная ваша матушка! Такое унижение!
Они ушли, а я опустилась на скамью и рассмеялась.
Тьма внутри ликовала.
А может, это ликовала я.