5
Небесный дворец
Глава тайной стражи и император стояли на одном из балконов Небесного дворца, откуда открывался прекрасный вид на столицу.
Зимой она была заснеженной, степенной и нарядной, будто богиня Эсфер в традиционном подвенечном платье. Весной же становилась другой, цветущей и солнечной, будто вечно юная богиня Тэйла.
— Разве может наступить тьма, когда зацветают сливовые деревья? — задумчиво спросил император, глядя на город.
Небесный дворец медленно плыл над южной его частью, там, где зеленели и цвели сливовые, вишневые и яблоневые сады.
— Тьма лишена чувства прекрасного, — ответил Элиот. — То, что радует нас и заставляет трепетать души — свет. Тьма уничтожает свет, такова ее природа.
— Как обстоят дела в Приграничье? — задал дежурный вопрос император.
— Все так же. Количество нечисти увеличивается. И наши потери тоже, — дал столь же дежурный ответ глава тайной службы. — На второй батальон Серебряного полка напала стая волколаков, половина состава растерзана. Пятерых гвардейцев покусали. Пришлось ликвидировать их до того, как они начали трансформироваться.
Лицо императора помрачнело, и он крепче сжал перила балкона.
— Мы продолжаем перебрасывать силы вместе с нашими союзниками, но долго скрывать этого не сможем. По нашим предварительным прогнозам — не более полутора месяцев.
— Мы должны тянуть время. Сначала провести свадьбу, а уже потом...
Император устало прикрыл глаза.
В последнее время он мало спал.
Сон не шел к нему, а тяжелые мысли одолевали, точно демоны.
— Правильно ли мы поступаем, Элиот? — спросил он, глядя на проплывающие внизу сливовые сады. — Правильно ли делаем, доверившись моему отцу и его пророчествам?
— Мы доверяемся не только покойному императору, но и великому Артесу, — почтительно заметил Элиот. — Он послал нам спасение. И мы должны принять это с благодарностью.
— Я должен пожертвовать своей дочерью ради этого. Наследной принцессой империи...
Император резко сжал руку в кулак, и на лице его промелькнуло отчаяние, которое он обычно тщательно скрывал за непроницаемой маской.
— Я до последнего не верил в пророчество отца. До того, пока лично не встретился с тьмой, идущей с севера.
— Вы отец не только своих детей, ваше величество. Вы отец целой империи, — напомнил Элиот. — Ваш долг — защищать страну. Любыми способами.
— Я старался воспитывать наследную принцессу в строгости и не привязываться к ней, — вдруг сказал император. — Сначала потому, что ненавидел ее мать. Потом — из-за пророчества отца, когда понял, что это действительно правда. Не могу назвать себя хорошим отцом для своих детей. Со временем я понял: идеальный правитель не может быть идеальным отцом.
В голосе императора слышалась горечь — он крайне редко открывал душу перед другими людьми.
Элиот, его старый друг, прозванный Преданным псом империи, был исключением.
— Я бы поспорил с вами. Сына Альвы вы не убили. А обеспечили ему достойную жизнь, отдав на воспитание своей сестре, — ответил глава тайной службы.
Тогда, много лет назад, когда стало известно, что ведьма родила от императора, Элиот настаивал на том, чтобы лишить младенца жизни. Говорил, что ничего хорошего из него не выйдет — мальчик родился темным. А каким еще может быть сын ведьмы, которая притворялась, чтобы забеременеть от императора и принести ребенка в жертву Темному богу?
Правда, вовремя скрылась.
Император лично успел спасти новорожденного сына и не позволил Альве вонзить клинок в сердце младенца.
Император дал мальчику имя — Эштан — и велел младшей сестре притвориться, что это она родила ребенка.
Ей пришлось пойти на эту сделку.
Лишь несколько человек в империи знали, что старшим ребенком императора была не Виолетта, а Эштан.
Все эти годы император безуспешно разыскивал ведьму, но она была неуловимой. Альва то пряталась на севере, то внезапно объявлялась и искала новых отступников, готовых служить Темному богу. Даже пыталась организовать переворот, втянув в это младшего брата императора.
Она незримо играла с тем, кто был влюблен в нее более двадцати лет назад.
— Вы все еще вспоминаете об Альве? — поинтересовался Элиот.
— Я вспоминаю о том, что так и не смог убить ее, — резко ответил император. — Она напоминание о моей главной ошибке. И главном позоре.
Элиот лишь кивнул.
Он помнил те времена, когда император, тогда еще наследный принц, влюбился в одну из придворных дам. Сначала наследный принц думал, что это мимолетное увлечение — девчонка действительно была хороша собой.
Однако шло время, и принц все больше и больше привязывался к ней, а сам будто с ума сходил. Его окутала тьма — злость к миру прожигала сердце насквозь, и казалось, что для принца существовала одна только Альва. Эдвард был словно одержим ею, хотя по приказу отца женился на Элейн.
Уже потом вняснилось, что Альва — отступница и ведьма, которая использовала мощный темный приворот из старинных книг, поэтому никто из придворных магов ничего не заподозрил.
Иронично, но Виолетта тоже подверглась темному привороту.
Но в ее случае никто ничего не заметил из-за предательства Эдвина, который хотел свергнуть с престола старшего брата.
Дочь повторяла судьбу отца, однако не совершала тех же ошибок.
Может быть, потому, что ей встретилась Белль? Эта девчонка-воин действительно была особенной.
— Как обстоят дела с Алтеей? — спросил император, не желая больше говорить о прошлом. — Есть зацепки, где она может быть?
— Пока нет, но мы обязательно найдем ее.
Император покинул балкон и вернулся в свой кабинет. В дверь тотчас постучали — камердинер сообщил, что принцесса Виолетта просит аудиенции.
— Пусть заходит, — кивнул император.
В голове у него пронеслась мысль о том, что дочь узнала правду, однако Виолетта собиралась поговорить совсем о других вещах.
Она пришла просить за свою невесту. И, слушая ее, император подумал вдруг, что Виолетта действительно влюблена в эту девчонку.
Слишком уж счастливыми были ее глаза.
* * *
— С этого дня новой главой Лунной части Клуба избранных становится Изабель Ардер, по праву выигравшая магические академические состязания! — громко провозгласил Кайл, стоя перед членами Клуба в зимнем саду.
Он вел себя так уверенно, будто собирался лично возглавить Клуб.
Белль сидела за его спиной в роскошном бархатном кресле, по одну сторону от нее стояла бесстрастная Анайрэ, по другую — ухмыляющаяся Шиа. А позади гвардейцы, которые всегда сопровождали невесту принцессы.
По саду пронесся ропот.
Высокородным не нравилось, что место Евы займет Белль, эта выскочка, которую многие члены Клуба не считали равной себе.
Кто-то презирал ее, кто-то ненавидел. Однако идти против никто не решался. И это злило их еще больше.
— Приветствуйте новую главу, — продолжал Кайл насмешливо. — И помните, что это не просто одна из адепток академии. Это ваша будущая императрица. Второй императорский поклон.
Ропот смолк. Высокородные замерли, изумленно глядя на ангела.
Что? Они должны кланяться? Ей?
Ева Шевер стояла в стороне, скрестив руки на груди и сверля соперницу пронзительным взглядом.
Ярость бушевала у нее в душе, однако Ева ничего не могла сделать.
Лишь принять то, что ее сместили.
Для Евы это было оскорблением.
Высокородным пришлось склонить головы в знак почтения.
Белль, встав с кресла, прижала кулак к сердцу. «Я с вами», — говорил этот жест, но выглядел он издевательски.
— А теперь вам предстоит, доказать свою верность принцессе и ее невесте, которые возглавляют Клуб, — добавил Кайл, чувствуя себя в своей стихии.
Быть главным ему, несомненно, нравилось. Он будто играл любимую роль, купаясь в лучах внимания, пусть и смешанного с ненавистью.
— Что? Как это? Что значит доказать? — раздались отовсюду возмущенные и злые голоса.
— Каждый из вас пройдет собеседование, — улыбнулся ангел. — По результатам этого собеседования будет принято решение, остаетесь ли вы в Клубе избранных или же должны будете доказать свою преданность. Сразу предупреждаю: Белль решила, что не все из вас попадут в Клуб.
Воцарилась звенящая тишина. Высокородные непонимающе уставились на Белль.
Они должны доказывать что-то этой выскочке?
— Я не буду ничего доказывать, — вдруг сказала Ева, выходя вперед. — Это унизительно.
Ее поддержали, да так бурно, что на лице у Евы расцвела тонкая улыбка. Она знала, что большинство членов Клуба примут ее сторону.
— Если доказывать преданность наследной принцессе унизительно, — склонила голову к плечу Белль, — то предлагаю выйти из Клуба.
Легкой походкой она подошла к Еве, встала так близко, будто собиралась обнять, и коснулась ее темных волос, улыбаясь, как близкой подруге.
— Тебе действительно лучше уйти самой, Ева. То, что тебя изгнали из Клуба за нарушение правил состязаний, еще больше ударит по твоей репутации, дорогая. В знак нашей дружбы я хочу дать тебе возможность избежать этого.
Белль мило улыбнулась, но присутствующим стало не по себе от этой улыбки — в глазах у невесты принцессы вдруг вспыхнуло пламя. Пламя дракона.
— Я не нарушала правил! — крикнула Ева.
Лицо ее побледнело от злости — кровь отхлынула от щек.
— Ах да, прости, тебя подставили, — сочувственно кивнула Белль. — Конечно же, тебе подкинули артефакт. Как, вы еще не знаете? — повернулась она к высокородным. — После соревнований у Евы нашли артефакт, увеличивающий силу. Даже предположили, что она всегда использовала его, чтобы побеждать. Разумеется, я в это не поверила, ведь Ева — моя хорошая подруга. — В голосе Белль проскользнула едва заметная насмешка. — И вы, разумеется, тоже не будете в это верить. Но скоро обо всем узнают остальные. Возможно, об этом даже напишут в газетах. И наверное, Еву заставят покинуть Клуб, оставить Учебный комитет, а старостой стихийного факультета назначат кого-то другого.
Ева глухо рассмеялась и захлопала в ладоши:
— А я недооценила тебя, Белль Бертейл. А, прости, Ардер. Просто Ардер ты стала совсем недавно, и я все время путаю.
Это был явный намек, но на лице у невесты принцессы не дрогнул ни один мускул.
— Что ж, я действительно уйду, — кивнула Ева, гордо расправив плечи. — Я не считаю себя проигравшей. Проиграют те, кто пойдет следом за той, которая всю жизнь жила как низкородная. Но вы можете пойти за мной, — повернулась она к адептам. — Если в вас еще сохранилась хоть капля гордости.
Она повернулась и направилась прочь по гравийной дорожке, однако никто из членов Клуба избранных не спешил следовать за ней.
Все оставались на местах, мучительно раздумывая: последовать за той, которая несколько лет считалась одной из лучших адепток академии, либо же сделать выбор в пользу невесты принцессы?
Идти против Белль, а значит и принцессы, им совершенно не хотелось.
Однажды они станут правительницами. А кто, находясь в здравом уме, захочет портить отношения с такими людьми? Никто.
Ева оглянулась: никто из присутствующих за ней не последовал. Криво улыбнувшись, она ускорила шаг. Ей хотелось уйти красиво, и Белль позволила ей это.
— Что ж, — оживился Кайл. — Раз все благополучно разрешилось и Ева Шевер больше не является членом Клуба избранных, предлагаю записаться на собеседование с ее милостью. Запись через меня и Шиа.
Демонитка ухмыльнулась.
Высокородные всегда ее раздражали, а еще больше раздражало то, что когда-то ее не приняли в Клуб избранных.
Ей объяснили, что все дело в ее отце. Родословная у Шиа недостаточно хороша. Дочь преступника им не подходит. Поэтому Шиа затаила обиду. И именно поэтому предложила Белль свою помощь на Зимнем балу, почувствовав в ней опасную соперницу для Евы Шевер.
Спустя четверть часа небольшая компания во главе с Белль покинула сад и направилась в ее покои.
С момента победы в соревнованиях прошло лишь полдня, а казалось, что целый месяц.
* * *
Добравшись до своих покоев, я рухнула на диван.
Ноги болели, руки болели, тело болело! Все болело!
Я так устала, что хотела бы поспать несколько дней.
— Ты похожа на мешок с картошкой, — неодобрительно посмотрел на меня Кайл, изящно опускаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.
Шиа плюхнулась в кресло рядом и без особых церемоний поставила ноги на столик.
— Еще один мешок, — покосился на демонитку Кайл.
— Не все такие жеманные, как ты, ангел, — отмахнулась она.
— Просто я знаю толк в манерах, дорогуша.
— Зато толк в искусстве выживания, похоже, утратил! Я тебя в Зимнем саду чуть не прибила! Какого драного эйха ты ляпнул про собеседование?! — возмутилась я. — Зачем оно мне?! Думаешь, у меня нет других дел, кроме как сидеть и беседовать со всеми членами Клуба?
— Успокойся, Белль, — поморщился Кайл. — Ты слишком прямая, как и все огневики. У вас нет умения плести интриги. Между прочим, я все просчитал! Тебе нужно поставить высокородных в зависимое от себя положение. Быть членом Клуба избранных — огромная привилегия, которой удостаиваются не все. Потерять эту привилегию — значит потерять статус. Никто этого не захочет. И все будут стараться понравиться тебе на собеседовании. Начнут демонстрировать свою преданность, даже если на самом деле ненавидят тебя. Будут плести друг против друга заговоры. Считай, что мы тренируем тебя перед жизнью в Небесном дворце!
— Вот спасибо, — прищурилась я. — Сам и будешь заниматься собеседованием. На выходных.
Подумав про выходные, я чуть слышно вздохнула.
У моего брата на этих выходных состоится свадьба.
И я ее пропущу, потому что мне нельзя покидать академию.
— На самом деле он прав, — вмешалась Шиа. — Ты должна поставить их на место. Показать, кто главный. Дашь слабину — они тебя предадут. Но если сможешь обуздать, получишь союзников. Это лучшая стратегия. Мой отец всегда так поступал.
— Демонитка говорит дело.
— Я всегда говорю дело, ангел. А ты только поддакиваешь, попугай, — мило улыбнулась ему Шиа.
Ей нравилось подкалывать его.
— Что?! — возмутился Кайл. — Ты назвала меня попугаем?
— А ты плохо слышишь? Может, повторить?
— Я отменяю сегодняшнее свидание! — заявил Кайл обиженным тоном.
Усмешка пропала с лица Шиа, глаза прищурились:
— Я запрещаю тебе отменять свидания со мной.
— А я запрещаю тебе что-либо мне запрещать.
Они вскочили на ноги и уставились друг на друга. Началось!
Я устало вздохнула.
Столь непохожую пару сложно было найти. Даже странно, что они не отлипали друг от друга.
Изящный ангел, который силе предпочитал хитрость, и грубоватая демонитка, которая была сильнее большинства мужчин.
— Перестаньте! — прикрикнула я. — У вас не будет никаких свиданий, пока не проведете собеседование, за которое так радели. Будем проводить его втроем, раз вы такие великолепные стратеги. На этих выходных.
— Да ты и одна справишься, — широко улыбнулся Кайл, забыв про спор.
— Мы в тебя верим, — вскинула руки в победном жесте Шиа. — А у нас много дел. Свидания, все дела. Хочу показать моему котику столицу.
Они моментально объединились против меня.
— Ну уж нет, — стукнула я кулаком по твердому подлокотнику дивана. — Раз вы мои помощники, то все будем делать вместе.
— Но у нас на выходных много дел, — заныл Кайл.
— Придется их отложить, — раздался вдруг голос Виолетты.
Она неслышно вошла в гостиную, и я тотчас улыбнулась — когда принцесса была рядом, мне постоянно хотелось улыбаться, и я не могла это контролировать.
Правильно говорят: влюбленные глупеют.
— Это еще почему? — не особенно почтительно взглянула на нее Шиа.
— Потому что на выходных я забираю Белль. Мы должны посетить одно важное мероприятие, — ответила Виолетта, глядя на меня.
Я напрягалась.
Что еще нам нужно посетить?
Очередное императорское мероприятие?
Или в Небесном дворце состоится новый бал, где мы должны присутствовать?
Когда-то давно это казалось мне чем-то чудесным, волшебным, но сейчас все изменилось.
Официальные мероприятия казались скучной формальностью.
— Мы поедем в Северную провинцию! — объявила Виолетта. — На свадьбу к твоему брату. Это мой подарок, Белль. Приуроченный ко дню твоей победы на состязаниях.
— Что?... — потрясено прошептала я. — Ты серьезно?... А император? Он разрешит?
— Уже разрешил, — ответила принцесса. — Я обо всем договорилась.
Забыв обо всех приличиях, я кинулась к Виолетте на шею с радостным визгом, а она подхватила меня и закружила по гостиной.
Обнимая ее, я счастливо смеялась и думала, что жизнь прекрасна.
Будет сюрприз для Лиама, бабушки и тети!
* * *
В Северную провинцию мы добрались с помощью порталов.
Мне, конечно, хотелось лететь на дирижабле, однако не получилось.
Во-первых, мы отправились в мой родной город инкогнито.
Во-вторых, порталы были не только более быстрым, но и более надежным способом перемещения. Хотя, надо признать, перемещение на большое расстояние я перенесла куда тяжелее, чем на несколько рэймов.
Когда я вышла из портала в самом центре родного городка, у меня так кружилась голова, что Виолетте пришлось поддерживать меня под руку, иначе я бы упала.
Мы прибыли в Альвиум под покровом ночи, чтобы никто из жителей не заметил нашего появления.
Едва я очутилась на улице, как поняла: ничего не изменилось.
Та же площадь Весеннего Неба, на которой устраивались праздники, те же дома с красными крышами, те же дороги — не идеальные, с рытвинами, которые постоянно чинили, но все без толку. Даже воздух тот же — холоднее, чем в столице, более влажный из-за близости моря, но будто бы слаще, роднее.
Я вдохнула его полной грудью и улыбнулась в предвкушении — не терпелось увидеть родных, которых уже предупредили о моем приезде.
Мы сели в карету и поехали к моему дому на Малиновую улицу, и я с замиранием сердца смотрела на то, как мимо проносились здания, знакомые с самого детства.
Библиотека, театр, школа, где я училась. Городской парк, где мы с братьями пропадали летом, лазая по деревьям и строя шалаши у ручья. Дом-где-живет-призрак — огромный заброшенный особняк с заколоченными окнами, где некогда жил знатный высокородный. Говорят, у него был ужасный характер и никто не мог с ним ужиться. Тогда он выгнал всю свою родню и прислугу. А потом умер в одиночестве, и его озлобленный дух остался в особняке.
Виолетта тоже смотрела в окно, но без восторга, а изучающе.
Альвиум не мог ее впечатлить. В нем не было лоска центральных улиц столицы и красоты заграничных городов, в которых бывала принцесса. Типичный провинциальный городок огромной империи. Маленький, серый, невзрачный.
Зато сколько воспоминаний хранили его мостовые! Именно поэтому он был мне дороже Тайлериса.
— Как тебе в моем родном городе? — с любопытством спросила я Виолетту.
— Хочу увидеть его днем, — ответила она. — Пока непонятно.
— Да ладно, — улыбнулась я. — Знаю, что Альвиум тебе не понравится. Но ты не смотри на дома — смотри на местных жителей. В Северной провинции люди честные и сильные. Может быть, кажутся грубоватыми и улыбаются мало, но хорошие.
Виолетта кивнула и зачем-то поправила мне волосы.
Я заметила, что ей нравилось касаться меня. Так же как и мне нравилось дотрагиваться до нее. Мои прикосновения словно говорили окружающим: «Она моя».
Будто понимая это, Виолетта потянулась ко мне и нежно поцеловала в губы.
— Ты очень красивая, — прошептала она, а я потерлась щекой о ее плечо.
Карета остановилась — мы доехали до моего дома, и я спрыгнула на землю, не дожидаясь, пока кто-то из сопровождающих гвардейцев поможет мне выйти.
Родной дом стоял передо мной. Светлые стены, темно-коричневая черепица, невысокий забор.
Первый этаж — лавка магических бытовых предметов.
Второй — жилые комнаты. Выходящее на запад окно моей спальни. Я с самого детства привыкла любоваться закатами.
Хотя что-то в доме не так...
Я не сразу поняла, что все ставни закрыты, хотя раньше мы никогда так не делали. И ставни соседних домов тоже.
— Идем, — взяла меня за руку принцесса. — Они ждут.
Мое сердце преисполнилось радости, и я первой направилась к дому. Обошла его и постучала в дверь — не в ту, через которую заходили покупатели, а в другую, предназначенную для домашних.
Виолетта, ее личные телохранители Арт и Кэлл и Анайрэ пошли следом за мной. Гвардейцы и боевые маги рассредоточились вокруг дома.
Дверь моментально открылась — я увидела бабушку и тут же кинулась к ней.
Она крепко обняла меня и прошептала:
— Моя девочка дома...
А потом бабушка увидела Виолетту, отпустила меня и почтительно поклонилась, хотя у нее и болела спина.
— Ваше высочество, — произнесла она тихо, не поднимая взгляда. — Для меня честь видеть вас в нашем скромном доме.
— Не стоит мне кланяться, — улыбнулась принцесса. — Мы с вами почти родственники.
Виолетта подошла к ней и взяла ее руку в свою.
— Это для меня честь познакомиться с той, которая спасла жизнь моей невесте. И я, и вся императорская семья благодарны вам, — сказала Виолетта, и бабушка улыбнулась, а на глазах ее заблестели слезы.
— Ваше высочество, вы так добры ко мне. Пожалуйста, не стойте на пороге! Проходите! — спохватилась бабушка, — Мы так ждали вас!
Виолетта кивнула и следом за ней прошла в большую комнату — там нас ждали тетя, Лиам и невысокая круглолицая девушка с темными косами.
Невеста брата!
Та самая Риан с улицы Алых Астр! Красивая! Подходит Лиаму.
Увидев принцессу, тетя, брат и Риан тотчас согнулись в поклоне. Виолетта поздоровалась с ними и попросила не кланяться и вести себя непринужденно. Только после этих слов тетя посмела обнять меня. А следом меня обнял и Лиам.
Боже, мой балбес скоро станет совсем взрослым — женится!
Осталось женить Тома...
— Моя невеста Риан, — представил Лиам свою невесту, которая очень стеснялась и смотрела в пол.
Еще бы! Встречалась с обычным парнем, а теперь вот-вот породнится с будущей императрицей! А ведь мы, наверное, в одной школе учились.
— Рада познакомиться с тобой, — улыбнулась я. — Только почему же ты не спишь перед свадьбой? Она же завтра!
— Как я могу не поприветствовать вас с ее высочеством? — пролепетала Риан, не находя себе места от смущения.
— Отправляйся спать, — мягко сказала я. — Завтра твой день. Ты должна быть самой прекрасной невестой на свете. Лиам, проводи ее в спальню. И сам ложись. Тебе нужно выспаться.
Старший брат удивленно взглянул на меня.
— А ты, сестрица, командовать научилась, — хмыкнул он. — Такой голос, что я и правда хотел идти спать по твоему приказу!
— Ой, бедный, приказали ему, страдальцу! — закатила я глаза к потолку. — Иди спать, говорю. Сам не хочешь, так Риан пожалей! Завтра у нее сложный день!
Лиам рассмеялся, потрепал меня по волосам и увел невесту — ночевать она осталась у нас, в тетиной комнате.
— А Том приедет? — спросила я.
— Прилетит на дирижабле завтра утром, — ответила бабушка. — Сначала его не хотели отпускать в увольнительную на двое суток, но потом почему-то велели лететь.
Виолетта вдруг улыбнулась, и я заподозрила, что она приложила к этому руку.
— Рада была встретиться с вами, — сказала принцесса. — Уже слишком поздно. Мне пора уезжать.
Что? Она хочет бросить меня?
— Останься тут, — попросила я и коснулась ее руки, что не укрылось от тети и бабушки, которые изумленно переглянулись. — У нас небогато, но уютно. Мы постелем тебе в комнате Тома, а я буду спать через стенку от тебя.
— Не хочу стеснять твоих родственников, — нахмурилась Виолетта.
— Ваше высочество, ну какое стеснение! — выдохнула тетя. — Для нас огромная честь, что вы переступили порог этого дома!
Принцессу уговаривали долго, и в итоге она согласилась.
Я понимала, что ей, наверное, будет не очень комфортно, но мне хотелось, чтобы Виолетта знала, где и как я жила.
Небесный дворец, конечно, прекрасен, но и в обычных домах есть много чудесного. В них есть то, чего она никогда не видела.
Тепло семейного очага.
Совместные ужины с долгими разговорами. Игры, веселье и смех.
И никаких дворцовых интриг!
Виолетте постелили лучшее постельное белье — бабушка впервые на моей памяти достала комплект, который ей подарили еще на свадьбу. А тетя все порывалась накормить ее поздним ужином — они заранее наготовили кучу всего, потому что ждали нас.
Виолетта от ужина отказалась, и тогда тетя переключилась на Арта и Кэлла, которые охраняли дверь. Им тоже пришлось отказаться, хотя я видела голодный блеск в их глазах.
Ничего, тетя настойчивая, все равно их накормит, я ее знаю.
— А может быть, твоя подружка голодная? — спросила тетя.
— Какая подружка? — не сразу поняла я.
— Эльфийка. С белоснежными волосами которая.
— Анайрэ не подружка, — рассмеялась я. — Она телохранительница.
Тетя лишь глазами захлопала — ей было сложно вообразить, что у ее племянницы есть телохранительница. Но Анайрэ на всякий случай накормить попыталась.
Я осталась наедине с тетей и бабушкой — мы сидели в нашей крохотной гостиной. Они — на стареньком диване. Я — в своем любимом кресле.
И все было как прежде.
Привычно тикали часы на стене.
Ноги грел любимый старенький плед. Пахло уютом — тем самым, к которому я так привыкла.
Ничто не пахнет так, как родной дом.
— Надеюсь, ее высочеству будет удобно, — сказала тетя с беспокойством. — Ее визит такой неожиданный! А у нас дом старый и мебель тоже... Неловко перед принцессой. Она ведь к роскоши привыкла...
— Я ведь говорила, чтобы вы купили новый дом, — произнесла я.
— Нам и тут хорошо, девочка моя, — покачала головой бабушка.
— Верно, — подхватила тетя. — Хватит присылать нам столько денег, Белль! Куда нам их тратить?
— Да, куда нам сколько?
— Я лучше знаю, присылать вам деньги или нет, — сказала я и вдруг поняла, что это прозвучало излишне жестко, и поспешила улыбнуться и сменить тему.
Нужно контролировать себя.
Не давать тьме брать верх.
Мы болтали несколько часов — о свадьбе, о моей учебе и, конечно же, о Виолетте.
И я честно сказала, что люблю ее.
Между нами особая связь.