Королева мотыльков

Дни напоминали месяцы. Норс понимал, что провел в темнице меньше недели. Но одиночество, скука и темнота путали сознание. Перед глазами всплывало два лица: Удо и Артура. По очереди, без остановки. Норс прислонился затылком к холодной стене. Тишину нарушали только капли, стекающие с потолка одна за другой. Какое-то время Норс их считал, потом думал об организации, о роли в Игнисе, о друзьях.

В какой момент он ошибся? В чем именно просчитался?

Такие мысли были единственным, что отвлекало от грязи на руках. Норс чувствовал ее, как и сырость камеры. Он прикрыл глаза и попытался уснуть - в очередной раз за день. Или ночь.

Ключ громко провернулся в бронзовом замке. Дверь открылась: в темноту камеры пробрался свет оранжевых фонариков из коридора. Удлиненная тень расплылась на полу.

- Ваше Величество, мы будем здесь, - послышался голос стражника.

- Оставьте нас, пожалуйста, - знакомый размеренный голос заставил Норса улыбнуться.

Дверь закрылась. Но свет в камере продолжал гореть. Норс открыл глаза, прищурился от яркости оранжевого фонарика. Лоя стояла перед ним, впивалась взглядом своих пронзительных карих глаз. Ни улыбки, ни злости. Ее эмоции были нечитаемы. В какой-то момент Норс начал сомневаться, стояла ли перед ним королева или подруга.

- Я думал, ты уже не прийдешь, - улыбнулся Норс, взлохматив свои потемневшие от грязи волосы. - Все настолько плохо?

Лоя опустилась на корточки. Она поставила оранжевый фонарик на каменный пол рядом с Норсом и молча протянула ему перчатки. Его перчатки - синие, из тонкой кожи. Подарок Этреи.

- Нашла только их, - сказала Лоя, не отводя взгляд от лица Норса.

- Не нужно было, - тихо ответил Норс. От вида перчаток руки начали нетерпеливо зудеть. Он больше не мог выносить грязь камеры.

Немного помедлив, Лоя бросила перчатки на пол. Она выглядела утомленней обычного: после бала в Вентусе, визита к могиле матери и новости об Иустиции. Разобравшись с одной проблемой, она сразу же получала вторую - больнее и серьезней. Лоя опустилась на пол рядом с Норсом, как и он, оперлась спиной на каменную стену.

Некоторое время они сидели молча. Норс не отводил взгляд от перчаток, лежавших всего в шаге. Но чувство внутри не позволяло взять их. Совесть. Скорее всего это была она.

- Давно приехала? - спросил Норс.

- Три дня назад, - безразлично ответила Лоя, задрав голову к протекающему потолку. - Не хотела тебя видеть.

- Как в Вентусе?

- Спокойней. Алано неплохо справляется с ролью наместника, - будничность ее тона напоминала о прежних днях. Будто они сидели не в темнице, а в комнате отдыха. Будто не было никакой Иустиции, никакого предательства. - Я заручилась поддержкой нескольких аристократов, лично собрала прошения с вентусцев в столице, провела молитву возле Дерева Богов... Все прекрасно.

Снова тишина.

- Артур?

- Я спрашивала. Он не прийдет, - Лоя вздохнула. - Сидит у себя в кабинете, разбирает документы из Вентуса. Печальней обычного.

- Лойд?

- Патрулирует замок... Печальней обычного.

- А ты? - Норс повернул голову, чтобы увидеть лицо Лои. Их взгляды встретились.

- Вчера допросила твоих друзей в соседних камерах. Сегодня отправила одного из них в Тейнебрис с договором в руках. Через несколько недель тебя здесь не будет, - она прислонилась к стене виском. - Мы с Кайлом договорились.

- Как? - на лице Норса проскочила легкая улыбка.

- Я сказала ему, что казню всех вас, - Лоя сделала паузу. - Либо ваш главарь в Тейнебрисе пришлет мне подписанный договор о том, что на моих землях больше не будет ни одного члена Иустиции. И тогда я отправлю к нему двадцать шесть человек из организации - живыми и здоровыми.

- Двадцать шесть? - Норс удивленно искривил бровь. - У Плина в доме были пятеро, включая меня и Кайла.

- Я поймала остальных, Норс. Людей достаточно, чтобы ваш главарь задумался над подписанием договора. Для надежности я упомянула ваши семьи тоже, - Лоя ухмыльнулась. - Если умрут столько человек из Иустиции, думаю, это запятнает репутацию вашего главы. Особенно если я оставлю несколько человек в живых и отправлю к собратьям с новостью, что я предлагала мирное решение, но глава Иустиции не ценит своих людей. Из-за него умрут целые семьи, а не из-за меня.

- Умно, - Норс помедлил. - Обычно члены Иустиции умирают по своему желанию - с честью, ради дела. Но если никто не обезопасил их семьи и не принес им в камеру яд, то механизм распался. К тому же ты поймала всех в Игнисе. Организация не допустит такой потери.

- Кайл сказал также.

- Не сомневаюсь. Кайл, кстати, "сын Иустиции". Он ценнее остальных, - Норс вяло подмигнул.

- И что это значит?

- Его с детства ростила организация. И он связан с главой. Так что договор подпишут. Не переживай, тебе не придется никого убивать, - Норс положил ладонь на теплую руку Лои. Она не отстранилась. - Как ты смогла всех поймать?

- Допросила одного из тех, кто был с тобой.

- Кого именно?

- Орлана, - коротко ответила Лоя. Она допросила всех, кроме Норса. Раскололся только один.

Норс прикрыл глаза, наслаждаясь теплом Лоиной руки. Единственным источником спокойствия в тюремной камере.

- Странно, что он рассказал, где находиться наше логово. Орлан стойкий парень.

- Любой расколется, если его семье будет угрожать опасность, - Лоя бросила взгляд на фонарик. - Один из городских стражей узнал Орлана. Мы с Лойдом пошли к нему домой. Но его жена и дочь успели выехать. Я не могла уйти ни с чем. Постучала в дверь соседей, расспросила их, как выглядят жена и дочь Орлана. А затем пересказала ему в подробностях. Я убедила Орлана, что поймала обеих. В такой ситуации у человека срабатывает инстинкт. Его семье угрожала опасность - Орлан предал организацию, думая, что спасает родных.

Услышав это, Норс кивнул. На месте Орлана он поступил бы также. Только если бы не знал Лою, и на что она способна.

Точно не на убийство целой семьи.

- И ты поймала еще двадцать одного человека.

- Да. Они обсуждали дальнейшие планы в вашем логове, - Лоя сосредоточила взгляд на одиноком язычке пламени, горящем внутри принесенного фонарика. - Тогда их и поймали. Теперь почти все камеры здесь заполнены.

- Я так понимаю, что это Орлан сейчас на пути в Тейнебрис с договором в руках, - Норс начал загибать пальцы. - Глава его подпишет. Нас всех отправят в Тейнебрис. В твоих королевствах больше не будет членов Иустиции, - он загнул последний палец. - Мне больше не будет позволено сюда приезжать.

- Ни сюда, ни в Солис, ни в Вентус, - уточнила Лоя. - В договоре указано, что я сделаю с членами Иустиции, которые посмеют вернуться или организовать здесь новое логово. Мне нужен порядок.

- Я знаю, Лоя. Я знаю, - ответил Норс, пытаясь скрыть грусть в голосе. Он улыбнулся. - Спрашивай.

- Уже готов говорить правду?

Пламя в фонарике затанцевало в такт Лоиным морганиям. Она сжала руку Норса.

- Многое было правдой. Почти все, - Норс бросил взгляд на мигающий фонарик.

- Меня интересует только две вещи: кто для тебя этот Кайл и как долго ты собирался действовать за моей спиной? - Лоя прикусила губу, стараясь сдержать гнев внутри. Пламя в фонарике застыло.

- Я встретил Кайла давно, - он задумался. - Около пятнадцати лет назад. Благодаря ему я попал в Иустицию.

- Артур видел его в Солисе.

- Мы работали с Кайлом в разных королевствах, - он фыркнул. - Доработались.

- Я вижу, - Лоя старалась не смотреть на Норса. Ей не верилось, что происходящее реальность. Она не могла понять, как упустила предателя перед своими глазами, самолично доверила ему важную должность при себе. Опять. Жизнь ничему ее не научила. - Это тот самый "старый друг" из Сильвы? Два года назад ты встречался с ним?

- Да, - коротко ответил Норс. Он пытался словить Лоин взгляд, но она не поворачивалась. Сидела, смотря на фонарик. Только на него. - В Сильве я встречался именно с ним.

- А ответ на второй вопрос? - в этот момент нужно было посмотреть на Норса, увидеть, говорил ли он правду. Но Лоя не хотела правды. Ей подходила даже ложь - сладкая ложь на прощание с другом.

Такой простой вопрос. Но Норс не знал точного ответа. Он все время пытался совмещать - и несение справедливости по королевству, и службу в совете. Оба дела заставляли Норса чувствовать себя живым. Они равноценно приносили удовольствие, но не имели права пересекаться.

Норс покачал головой. А что, если бы он рассказал Лое о причастности к Иустиции сам? Разве в том, что делала организация, было что-то плохое? Иустиция помогала бедным людям, держала в страхе аристократов, которые наплевали на совесть и честность. Поэтому Норс и присоединился к ней. Он хотел стать частью изменений на континенте, желал помочь людям, чьи жалостливые истории слушал почти каждый день. Их было тысячи, миллионы. Каждый желал справедливости, но никак не мог ее добиться. Жестокий мир подавлял все хорошее, загоняя людей в угол. Норс не хотел сидеть в стороне в то время, как мог действовать, менять судьбы, творить добро.

Благодаря Иустиции задержали Астала. С помощью организации Норс спас свою семью от позора, а Этрею - от брака. Бедняки получили золото, некоторые рабы были отпущены на волю. Разве организация вгоняла континент во тьму?

Лоя тоже жаждала справедливости для простых людей. Она открывала школы, дома сирот, собирала прошения народа, создала отряд стражников, который отлавливал работорговцев. Но даже после этого Норс не рассказал ей. Лоя могла неправильно понять суть организации. Ей не понравилась бы связь Иустиции с Тейнебрисом. Связь посла с темным королевством - тоже.

Лоя посчитала бы все это предательством. Прямо как сейчас.

- Я осматривал дома аристократов во время банкетов и находил самые безопасные способы проникновения туда. В разведке территорий мне нет равных. Я прокладывал безопасный маршрут, иногда ходил на ограбления вместе с остальными. Как к Плину, например, - он замолк, отпустил Лоину руку и положил ладонь на ее плечо. Лоя наконец подняла взгляд. Карие глаза блестели янтарем, но это свечение мигало, словно звезда на ночном небе. Норсу стало интересно, чувствовала ли Лоя, что использует дар богов? Маленькую частичку. - Мы грабили лишь нечестных аристократов: не трогали ни слуг, ни стражей. Никто ни разу не пострадал, люди в деревнях возле столицы получали золото, необходимое для жизни. Я не предавал тебя. И не собирался. То, что делает Иустиция, - это помощь, Лоя, - Норс прищурился, пытаясь понять, верила ли ему подруга. Хоть немного. - Помощь твоему народу и тебе.

- Значит, ты думаешь, что помогал всем нам? Думаешь, что не предавал меня? - ее взгляд стал еще безразличней. Норс видел, что теряет надежду на понимание. Он повержено опустил руку на грязный пол.

- Да, - ответил он с улыбкой.

Лоя наклонилась ближе к нему. Норс чувствовал ее теплое дыхание на своем лице.

- Тогда куда вы отправляете документы? - прошептала Лоя.

- Они хранятся в столице. Иногда используются для шантажа аристократов - для того, чтобы они боялись возвращаться к темным делам, - Норс развел руками. - Развешать документы Астала на рынке в Солисе было моей идеей. Благодаря этому его арестовали.

- Нет, Норс. Его арестовали благодаря мне, - Лоя отстранилась. - Ты мог обращаться ко мне все это время. Я бы арестовала любого человека в своих королевствах, который вредил народу.

- Даже Плина? - он покачал головой. - Ты не можешь его арестовать.

- Он мне нужен. Пока, - Лоя поднялась с пола и отряхнула штаны. - Это политика, Норс. Одно неосторожное движение извне - и шахматная доска падает, фигуры бьются о пол, путая ходы, разбивая друг друга, разделяясь.

- Я хотел как лучше. Всегда, - Норс подал Лое фонарь. - Простым людям нужна не просто надежда, а помощь. Ты сама это знаешь. В кромешной тьме должна светить хоть одна свеча.

- Ты прав, - Лоя приняла фонарик. - Но только если свечу держит твой друг, а не враг.

Норс со вздохом вернулся на пол.

- Разве такой красавец как я похож на врага? - он игриво приподнял бровь.

- Тейнебрис похож на врага, - Лоя не улыбнулась. Впервые шутки Норса ее ни капли не забавляли. - Организация оставляет себе половину награбленного, значит, она гонится за выгодой. На ровне со справедливостью. Документы ценнее золота, потому что они связаны с политическими делами. Сейчас у Иустиции достаточно документов, - она постучала по двери. - Что из Солиса, что из Игниса. Но это дела только моих королевств. Только моего совета. Это мои дела.

Последние слова эхом ударились о каменные стены. Дверь распахнулась. Задержав разочарованный взгляд на Норсе, Лоя вышла из камеры. Свет фонарика исчез вместе с ней. Комната погрузилась в прежнюю тьму, сковывающую Норса тисками одиночества.

Взгляд инстинктивно метнулся к перчаткам, все еще лежащим на полу. Норс взял их в руку, провел большим пальцем по тонкой коже, а затем со всей силы бросил в стену. Перчатки упали в лужу воды. Несколько капель с потолка скатились на них, пропитывая синюю кожу сыростью.