Ангедонист

Приходя в себя чувствую, как трещит голова, а с носа продолжает течь кровь. Из-за этого не чувствую запах какого-то заброшенного завода, на который меня приволокли эти ублюдки. Сейчас они не забыли связать меня. По ощущениям онемевших рук – будто несколько морских узлов.

Все трое стоят недалеко, сперва перешептываются, а затем и вовсе переходят на ругань. Оглядываюсь, замечаю старое уже явно не работающее оборудование с длинными конвейерами, местами разбитые совецкие блоки из стекла, заменяющие окна. Высоченные бетонные колоны, подпирающие протекающую крышу и куча строительного (и не только) мусора, разбросанного то тут, то там. В этом мусоре больше всего меня пугал лишь брошенный в углу старый матрас с желтыми разводами, вокруг которого валялись использованные шприцы и жгуты.

Я не знала на что молиться. На адекватность похитителей, которые прислушаются к своим страхам быть настигнутыми Демидовым. Или же на то, что сам Гордей все же найдет меня. Усмехнулась сама себе. Гордей вряд ли станет искать меня. Зачем искать старую игрушку, если можно найти новую. К чему столько энергозатрат?

Хотя сердцу не прикажешь и оно глупо ждало, что вот-вот ржавые двери распахнуться, являя Демидова во всей красе: с маниакальным блеском в глазах и безжалостным желанием прикончить моих похитителей.

Но мне ничто не мешало попытаться убедить этих троих в том, что Гордей ищет меня и тем самым оттянуть время настолько, насколько это возможно.

-Принцесса проснулась,- кивает Днепр. Не знаю за что его так прозвали, но видок у него не из лучших. Достаточно резкие черты лица и шрам через глаз отталкивали.- И что ж с тобой делать?- словно сам с собой разговаривает и присаживается на корточки близ моих ног, так же привязанных к стулу.

Кто занимался моей «упаковкой»? Они думают я великий Гудини, способный сбрасывать с себя любые путы?

-Можете просто оставить тут и уйти. Гордей найдет меня и на этом закончим квест,- стараюсь улыбнуться, но это было больно.

-Да, не рассчитал сил,- поджимает губы Днепр, замечая мои эмоции.- Земская, беда в том, что мы уже пустили в ход те деньги, что нам заплатили за твою жизнь. Очень немалые деньги, смекаешь?- он дотрагивается салфеткой до моего носа, вытирая кровь.

-Вы либо отдаете деньги заказчику моего убийства, либо отдаете свои жизни Гордею. Все просто.

-Ты можешь закрыть свой рот?!- какая-то истеричка отвешивает мне подзатыльник.- И так хер пойми, что делать.

-Ведешь себя, как истеричка,- смеется третий, что вел машину, а теперь курит косяк, облокачиваясь о дверцу машины.

Надо же. А недавно этой истеричкой был он сам. Целебное действие машки? Сейчас я бы тоже сделала затяжку другую.

-Ты совсем не догоняешь? Нас конкретно поимели, подкинув этот ебучий капкан!- хватает того за грудки, но «водителю» плевать. Он выдыхает колечко прямо ему в лицо.

-Да что вы ссытесь кипятком и раздумываете, будто у нас есть выбор?- закатывает глаза и подходит к нам, чтобы дать Днепру косяк.- Да, блять, нас подставили. Берем из этого максимальную выгоду и по съебам из страны.

-Выгода?- хмыкает Днепр, прикуривая косяк и продолжая смотреть на меня, словно на моем лице есть ответы.

-Деньги получить получили. Вытрахаем ее и пристрелим. Все, как договаривались по контракту. Кстати, киса, а ты знала, что твой дядя так и прописал там дословно: «Вытрахать во все щели»? Забавный он у тебя,- хмыкает «водитель» и треплет по голове провонявшейся марихуаной рукой.

-Я в этом не участвую,- тут же отвечает Днепр, отходя от меня, как от чумной.

Похоже, Днепр был единственным, кто сохранил хоть остатки мозга. Что весьма странно с учетом, что он единственный из компании, кто походил на бывшего зэка. Двое других выглядели так же обычно, как и прохожие на улице люди.

-Так боишься Демидова?- почему-то смеется «водитель».- Или тебе жаль киску?- он сжимает мое лицо за скулы до синяков, поднимает голову.- Да ладно тебе, Днепр. Ты таких пачками трахал и душил. Чем она отличается?- ерзаю, пытаюсь увернуться, чтобы он наконец отпустил мое лицо, но «водителю» это не нравится и он тушит косяк о мое плечо, заставляя закричать от боли.

Этот крик разорвал сухое горло и отразился от отштукатуренных стен завода. Слезы физической боли потекли по лицу, перемешиваясь с кровью. Все нервные окончания сосредоточились лишь на месте выжженого клейма.

-Косой, ты храброй воды выпил?- довольно мрачно, делая затяжку, но так и не расслабляясь.- Ты вообще знаешь кто такой Гордей Демидов?

Я знаю. Один сукин сын, который черт его знает или придет за мной, но которого я все равно буду ждать до последнего вдоха.

-Наверняка какой-то очень крутой парниша, если даже ты, афганец, его побаиваешься,- почему-то смеется Косой и достает флягу, отпивая явно не воду.

Днепр воевал в Афганистане, а сейчас ищет заработок через то, что умеет лучше всего – убийства. И в том вся разница между ним и этими двумя. Днепр тактик, стратег, а не жалкий мальчишка, стреляющий направо и налево.

-Он конченный психопат. То, как он убивает... я такого хладнокровия и принципиальности даже на поля боя не видел,- качает головой.- Думаю, если бы Земский знал, с кем водит шашни его племянница, то точно бы забыл о ней и открестился от наследства.

Так вот оно что. Теперь пазл сложился. Этих бравых парней заказал мой любимый дядюшка, желающий прибрать наследство к рукам. Когда грозилась пойти в полицию, то меня запугали психиатрической больницей. Сейчас же, когда я была на расстоянии, то самым простым стало нанять убийц. Удобно, конечно. Так его точно никто не сможет обвинить в моей смерти, ведь все же алиби есть. Погорюет денек другой и приберет наследство к рукам, как единственный живой Земский.

-Но я от гонорара открещиваться не стану, знаешь ли,- закатывает глаза Косой.- Раз такая хрень... малой, а ты какого мнения?- косится в сторону того, у которого истерика так и не закончилась. Он просто сел близ машины и взялся за голову. Явно «новобранец».

-Я... я не знаю,- метается взглядом по помещению.- Я уже оплатил лечение матери и не смогу вернуть деньги,- тяжело вздыхает и ударяется затылком о машину.

Как же банально. Пошел на насилие и убийство ради денег для больной мамы. Но, увы, мне его не жаль. Гордей вообще научил меня тому, что это бесполезное чувство.

-Видишь, Днепр, два:один. Так что работаем по заданному плану.

-Я сваливаю,- отмахивается он и хочет забрать свою сумку, чтобы уйти, но Косой преграждает ему путь, упирая дуло оружия прямо в спину товарищу.

-Думаешь, можешь получить деньги, не сделать работу и вальнуть? Неа, втроем подписались, втроем и идем до конца. Даже если Демидов и выйдет на нас. Что мы, трое на одного проиграем?

-В первую же минуту,- уверенно отвечает Днепр, опуская лямки сумки на пол.

Кажется, Днепр очень хорошо знаком с Демидовым. Ведь только мы оба понимали на что он способен.

-Блять, Косой, может хоть на другое место переедем? Или не пристрелим, а расчленим ее и разбросаем по городу? Нет тела - нет дела и нет претензий от этого Демидова,- малолетний истероид расхаживал взад вперед и предлагал такие вещи, от которых мне становилось тошно.

От представленной картины, дополненной запахом железа крови из носа, меня затошнило и вырвало. Пытаюсь отдышаться и морщусь от кислого привкуса. Из всех нелюдей ко мне подошел только Днепр, взяв салфетки и бутылку воды.

-Надеюсь это не...

-Боишься, что могу быть беременной?- усмехаюсь, смотря на «малого». Тот побледнел лицом и тут же взглянул на Косого, ожидая, что он скажет. Не того авторитета он себе выбрал. Днепр поумнее будет.- Да уж, за своего ребенка Демидов вас расчленит без суда и следствия,- нахожу веселие в том, чтобы водить их за нос.

-Малолетняя потаскуха,- хмыкает Косой.- Я теперь понял зачем твой дядя включил этот пункт с групповушкой. Как последнее желание дать шлюхе столько членов, сколько ей захочется.

Мои душа и сердце бронебойные. Слова этого жалкого человека не сломают меня. Но если бы то же самое сказал Демидов, то точно бы ранили.

-Это правда?- еле слышно спрашивает Днепр, вытирая не только уголки губ, но и нос. Перевожу взгляд на его один целый глаз. Он не слушал Косого, а спрашивал о беременности.

-Нет,- так же тихо отвечаю ему, чем заставляю расслабиться.

-Ты пока развел эти сюсюканья, так уже и стемнело,- обвиняюще произнес Косой, толкая Днепра в плечо.- Ложимся, а завтра,- переведя взгляд на меня,- завтра закончим. Так что, Варвара Андреевна, замолите в эту ночь все свои грехи.

Еще один фанатик нашелся. С той лишь разницей, что Косой виделся богохульником, который не имел права начинать эту тему. Демидов же чудился максимально приближенный к духовному.

Зимой темнеет очень рано и не удивительно, что сейчас я уже еле разбирала очертания мужчин. Фонарей у них не было, а костер они разводить явно не собирались. Если бы не Днепр, набросивший на меня плед, то я бы точно от пронизывающего холода сдохла бы раньше.

Пусть сюда не попадал снег и ветер, но теплее от этого не становилось. Получить обморожение за эти несколько часов, пока они будут сладко спать в теплой машине – нечего делать. Единственной «музыкой» в этой тишине был звук моих стучащих друг об друга зубов.

О сне не могло быть и речи. Возможно позже, когда мое тело замерзнет окончательно, но не сейчас. Вглядываясь в кромешную темноту, мыслями была лишь с Гордеем, время от времени напевая ту самую песню Би-2.

Как грустно и очень обычно все вышло...

Почему-то до меня плохо доходило, что совсем скоро меня убьют. Либо убьют и отправят к родителям, либо оставят в живых с Гордеем. Беспроигрышно в любом случае, верно? Но почему тогда я чувствую, как по холодным щекам катятся горячие слезы, а текст «Варвары» глохнет в горле?

-Демидов... ты же обещал, что меня никто не тронет. Обещал защищать. Обещал.

-Я держу свои обещания, Земская.

Мне точно послышалось. Это точно предсмертная замерзающая галлюцинация. Лишь выдохнула клочок пара, шмыгая носом, понимая, что осталось совсем чуть-чуть до конца пути.

Только вот прикосновения к затекшим рукам точно не были галлюцинацией. Еще секунда и мои ноги с руками были освобождены, словно кто-то в две пары рук обрезал веревки. Не кто-то, а Гордей Демидов, который все же пришел за мной.

Пусть я не видела его лица, пусть я слишком легко забыла все унижения, но обернулась и тут же вцепилась в него, обняла так сильно, что услышала глухое сердцебиение. Как же давно я не делала этого и как же этого мне не хватало.

Демидов с секунду просто стоял, но затем почувствовала, как его руки ложатся на мою спину, так же обнимая меня, грея в коконе из своих объятий. Не смотря на эту теплоту я дрожала зайцем, утыкаясь в грудь через распахнутую куртку, вдыхая резкий, но такой родной парфюм.

-Ты пришел за мной,- продолжая стучать зубами и обнимать его крепко-крепко.

-А могло быть иначе?- отстраненно, но я-то знала, что это просто его манера речи. Если он пришел за мной, то значит что-то да значу для него. Даже если он и не хочет говорить этого вслух.- Выйди и сядь в машину,- обычным приказным тоном.

Это разбило мои иллюзии. Надеялась, что он хотя бы попытается успокоить и утешить меня. Мог бы просто сказать, что теперь все будет хорошо и чтобы я не переживала. Вместо этого Демидов лишь отдал приказ и «оторвал» меня от себя, направляясь к машине похитителей с, только сейчас заметила, канистрой бензина.

-Гордей, один из них...

-В машину, Земская. Если не собираешься гореть огромным факелом вместе с ними,- оборачиваясь на меня. Клянусь, я вижу, как в темноте светятся его глаза точно у кота. Это напугало меня до чертиков.

-Но Днепр он правда хороший. Он, когда узнал, что...

-Мне тебя на плече вынести или как?- вновь перебивает тоном, не терпящим возражений.- Вышла отсюда.

Поджала губы, чувствуя, как голос Демидова хлестал не хуже морозного ветра. Ему все равно на мои слова. Он все равно сделает так, как задумал. Обнимаю себя за плечи и бреду на замерзших ногах в сторону выхода. В темноте и из-за слезившихся глаз не заметила строительный мусор и зацепилась за него, падая на холодный грязный пол.

-Земская,- шипит Демидов на созданный шум, который разбудил чутко спящих мужчин.

Следующее происходит слишком быстро для моего понимания. Гордей бросает спичку на дорожку из бензина, попутно поднимая меня на руки. Вышедший из машины заспанный Косой понимает в чем дело лишь тогда, когда огонь добирается до подложенной под дно машины канистры.

Свист пули слышен буквально за секунду до того, как машина взрывается, создав за плечами Гордея ослепляющий горячий факел. Взрывная волна отбрасывает нас, но Демидов делает все возможное, чтобы я упала не на торчащие прутья и осколки.

-Гордей!- мой крик не слышу даже я. Ужасный писк стоит в ушах, оседая в черепной коробке.

Но я все еще вижу очертания Демидова, который не смотря ни на что, в сознании и поднимает голову, смотрит на меня. Кажется его знатно оглушило, а какой-то обломок отрикошетил от лодыжки. Тем не менее Гордей смотрит на меня таким взглядом от которого у меня все щемит в груди. Он такой двуликий. Там и извинения за все и обвинения во всех грехах.

Встаю и шатаясь подхожу, пытаюсь поднять его. Когда это не получается я просто-напроста тащу его по полу, чувствуя, как обоженное косяком плечо начинает ныть. В какой-то момент Гордей сжалился надо мной и пришел в себя, сам встает и хромая пытается идти вперед со мной, держащей его под руку.

-Гордей! Ты меня слышишь?- легонько бью по щекам парня, упавшего навзничь на капот своего Порше, который можно было бы и не заметить, если бы не разгорающийся огонь.

-Слышу, конечно, Варь,- кивает он и убирает мою руку от своего лица, сжимая холодные пальцы в своей теплой ладони.

Одно его «Варь» и все мои боли уходят куда-то, кажутся такими незначимыми. Боюсь теперь трогать Гордея и что-либо говорить. Вдруг он вновь выпустит свою вторую, ненавидящую меня личность.

Гордей, не смотря на все увечья, достает излюбленные сигареты и подкуривает. Молча пялится в небо своими черными глазами, где отражаются языки пламени.

-А ты не такая глупая, какой хочешь казаться, Земская. Позвонить, выключив динамик... молодец,- хвалит и даже не стряхивает пепел, позволяя тому падать на его грудь.

-Так ты нашел меня благодаря звонку?

-Телефону. Там, после тусовки Арсения, встроен маячок,- отвечает так, будто это не является своего рода сталкерством и контролем.

Не собиралась даже начинать эту тему. С таким, как Демидов это глупо и бессмысленно. Он нашел меня, он искал меня и на том стоило бы радоваться и светиться от счастья.

-Можно вопрос?- неуверенно спрашиваю я. Гордей приподнимается, смотря на меня сверху вниз и обратно, словно не понял того, что я произнесла.

-Что за херня. Валяй, конечно,- хмыкает он и опускается обратно на капот. От меня не укрылось, что при этом щадит левое плечо.

-Почему именно поджог?

Гордей ведь славится далеко не поджигателем. Если и фантазировала, то думала, что он всех зарежет или сделает с телами что-то такое дикое, чего я даже представить не смогу. Но просто поджечь...

-Ты же мерзлячка,- рукой дотягивается до меня и тянет со всей силы на себя, заставляя опуститься на капот рядом с ним.- Явно замерзла, как суслик, с этими ублюдками. Должен же был хоть кто-то развести костер и согреть даму.

Гордей прижимает меня к себе, позволяя ощутить его твердое горячее тело. Эти мышцы были способны задушить меня за несколько секунд, точно змея, но Гордей так не сделает. Знала и потому не боялась, расслабилась в его руках. Если все те унижения были платой за эти мгновения, то я готова пройти их еще раз.

В блеклом свете черты его профиля заострились, вырисовывая прямой нос и высокие скулы, которыми я могла любоваться вечность. Подняла взгляд на небо, на которое все это время смотрел Демидов.

Мы однозначно были далеко от города, потому как там не увидеть таких ярких звезд. Помимо больших, создающих созвездия, все черно-синее небо было усеяно россыпью мерцающих синих белых и даже иногда красных звезд. Затаила дыхание, глядя на эту картину.

-Повезло тебе, Земская,- смеется Гордей.- Загадывай желание,- указывает окурком на падающую звезду.

Желание? А какие у меня могут быть желания, если Гордей и так рядом со мной? Разве что могла ли я пожелать его любви? Той самой чистой, доброй, нежной, как белые Зантедескии?

-Загадала?- изгибает бровь, косясь на меня с озорством во взгляде.

-Угу,- кивнула, улыбаясь.- Гордей... а почему ты спас меня? Потому что всегда держишь обещания?

-Каких слов ты хочешь от меня услышать, Земская? Смотри как бы звезда обратно не полетела,- улыбается уголком губ, дав понять, что он знает, какое желание я загадала.- Помнишь, что я говорил тебе?- он резко тянет на себя, заставляя лечь на него, а затем прижимает руками мою голову к своей груди, не дав возможности даже пошевелиться.- Я никому не позволю обидеть тебя. Я тебя обижу сам,- шепчет, заставляя волосы на затылке встать дыбом.

Кажется, звезда точно полетела назад.