Молитва Босса

Когда-то мне казалось, что мы с Лазарро были полными противоположностями друг друга. Два разных полюса. Два разных мира. Плюс и минус. Добро и зло. Злость и перемирие. Нас всегда тянуло друг к другу, что бы ни происходило в прошлом. Мы не могли равнодушно пройти мимо друг друга, словно ничего и не было. Я верила в непорочную и искреннюю любовь, а он отвергал её, называя ерундой. Я стремилась показать ему хорошее, а он демонстрировал жестокость. Я старалась понимать его, а он не слышал меня. Я всегда его идеализировала, а это было всего лишь выдумкой моего желания сделать его героем в своих глазах. Я каждый раз пыталась исправить сломанные отношения и терпела поражения за поражением. Я искала в его глазах чувства, а находила лишь похоть. Это противостояние дня и ночи могло быть бесконечно долгим, потому что солнце всходит и заходит каждый день. Но мы проиграли. Оба. Не только я потерпела поражение, но и Лазарро тоже. Ошибка, которую мы совершили, привела к отчаянной боли. Самое страшное, что нет двух разных полюсов, нет двух разных миров, нет ни плюса, ни минуса. Каждый из нас это день. Это полноценный восход и закат. И слиться в одну мощную и несокрушимую стихию мы не смогли, ведь разделяли друг друга на хорошее и плохое. Увы, мы проиграли вместе.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — Лазарро дёргается в мою сторону. Его кулаки сжимаются от ярости. Я не двигаюсь. Мне всё ещё больно, но не страшно. Я смотрю ему в глаза без малейшего сомнения, без желания убежать и скрыться. Хотя ни одного слова из своих длинных подготовленных речей не помню, я всё же готова к этой встрече.

— Я изгнал тебя. Тебе запрещено находиться здесь, — в тембре его голоса клокочет страх. Он несётся вместе с яростью и впитывается в мою кровь знакомым ядом.

— Ты прав. Ты меня изгнал. Отказался от меня. Но это был только ты. Ты забыл, что есть и другие люди, для которых я важна. Люди, которые нуждаются во мне так же, как я нуждаюсь в них. Я бы предложила тебе поговорить с Сэлом, но ты и так это сделаешь. Ты уже догадался, кто именно пригласил меня домой. Скорее всего, раз ты здесь, то уже видел Карла и, вероятно, Марту. Так что обойдёмся без лишних объяснений, — произношу ровным голосом. Абсолютно спокойным и даже равнодушным. Только смотреть на Лазарро больно.

— Ты должна немедленно покинуть мою территорию. Не теряй ни секунды, иначе мне придётся вышвырнуть тебя самому. — Он делает ещё один шаг ко мне.

— И это повлияет на твои отношения с моей новой семьёй. Глупый ход, очень глупый. Лазарро, я здесь не с войной и не собираюсь мстить тебе или же как-то пытаться тебя вернуть. Нет. Теперь я буду жить в Нью-Йорке, нравится тебе это или не нравится, мне плевать. Я остаюсь и буду следовать правилам моей семьи, а они гласят, что мне нельзя говорить с тобой наедине. Прости, но если тебе нужно со мной поговорить, то получи разрешение у Сэла, а потом у Карла. Была рада узнать, что ты жив, Лазарро. Оставайся живым и дальше. — Обхожу его и открываю дверь, чтобы быстро убежать. Да, мне уже нужно поскорее бежать отсюда. Но Лазарро хватает меня за запястье, а под кожей так часто бьётся пульс. Поворачиваю к нему голову, умоляя себя внутри не сдаваться. Не сейчас. Не в эту минуту, когда я ощущаю слабость своего тела, аромат его кожи, тепло, исходящее от него.

— Я не закончил этот разговор. Мы к нему ещё вернёмся. И я требую, чтобы ты покинула мою территорию. Ты имеешь право находиться только на тех территориях, где тебя хотят видеть. Я тебя видеть не хочу, Белоснежка. Ты изгнана из моей жизни, — тихо цедит он.

— Я в курсе. Но раз ты настаиваешь, то хорошо. Приношу свои извинения за то, что уже в который раз нарушила твои правила. Наверное, это привычка. А может быть, мне просто плевать на твои правила. Мне важны наши правила, которые мне ближе. Но я тебя услышала. Хотя тебе придётся встречаться со мной и быть вежливым. Придётся терпеть меня. Хотя ты так зол, раздражён и уязвлён сейчас, но твои поступки больше говорят не о том, что мне нужно уйти, а о том, что я должна остаться. Теперь же я слышу слова и приказы. Всего наилучшего, Босс, мы уже уходим, остальное ты будешь решать с Сэлом. И ему объяснишь, с каких пор ты ввёл ограничения на присутствие его семьи на твоей территории. Приятного разговора, прояви все навыки общения. Надеюсь, ты всё же читал книги по этикету, Лазарро. И уж точно в них не поощряется хватать чужих женщин. — Дёргаю рукой и вырываюсь из его хватки. Сладко улыбаюсь и подмигиваю.

— К слову, Карл был прав, на твоей территории самые лучшие бары, и, думаю, что я изучу каждый. Проще не вести войну, а принять поражение и идти дальше. Я приняла. Следующий шаг за тобой, Лазарро. Надеюсь, ты правильно разыграешь карты, — произношу и выхожу из уборной. Через секунду меня начинает трясти от всплеска адреналина в крови. Я едва могу идти, но иду.

Возвращаюсь к столику и беру свою сумку.

— Простите, ребята, мне что-то стало плохо. Я поеду домой. Ужасно себя чувствую.

Лица Карла и Марты моментально вытягиваются от шока. Я разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Мы сталкиваемся взглядами с Лазарро. Киваю ему напоследок и скрываюсь в лифте.

Жмурюсь так сильно, что перед глазами скачут чёрные точки. Цепляюсь за чёртову сумочку, чтобы не грохнуться на пол и не заскулить. Мне казалось, что я сильная, видимо, нужно перекреститься, чтобы больше ничего не казалось. Но я горда собой. Я выстояла. Значит, выстою и дальше. Я чётко последовала приказам, чтобы остаться здесь. Правила другие, и я их приняла. Так паршиво.

— Винни, — меня догоняет Карл. Останавливаюсь и поворачиваюсь.

— Ты видел Лазарро, и я его видела. Он настиг меня в уборной, и я сделала то, что он потребовал. Права голоса я не имею. Я же правильно поступила, да? Ушла, чтобы не создавать конфликт с ним. Не хочу, чтобы Сэл ругался с ним, а это произойдёт. Лазарро просто так не оставит то, что я вернулась, — быстро и с горечью в голосе шепчу.

— Эй-эй-эй, ты всё сделала верно, — убеждает Карл, с состраданием смотря на меня. Он гладит мою щёку, и я прижимаюсь к ней, ища поддержку.

— Если Лазарь потребовал свалить с его территории, то мы ничего не можем сделать, пока он не успокоится. Это низко для мужчины. Он мстит только тебе, но ему ничего не останется, как принять факт того, что ты мой выбор. И я буду бороться за этот выбор. — Карл притягивает меня к себе и крепко обнимает. Прикрываю глаза и глубоко вздыхаю.

— Какого хрена Лазарь нас выставил? Меня выставил? Ублюдок. Сэл ему задаст, — раздаётся яростный и оскорблённый голос Марты. Отхожу от Карла, бросая на неё виноватый взгляд.

— Даже не думай, Лавиния, стыдиться того, что случилось. Он поступил не как мужчина, а как ублюдок. Но ничего, мы справимся. Лазарь вряд ли захочет войны с Сэлом, но личного врага в лице меня он уже получил. Мудак, но мы не расстраиваемся. Всё в порядке. Ведь мы этого ждали. Ты как? Он сильно орал? — спрашивает Марта, обеспокоенно вглядываясь в моё лицо.

— Нет. Давайте, поедем домой. Нужно пережить этот день, и дальше всё будет лучше. Хочу лечь спать и забыть о том, что мы с ним встретились, — шепчу я.

— Хорошо, но завтра...

— Завтра мы отлично проведём время, Винни. Семейный ужин и наше свидание. А Лазарь — это уже чужая территория. Нас больше не касаются его заскоки. — Карл ободряюще приобнимает меня за плечи, и я натянуто улыбаюсь ему.

— Тогда до завтра. Карл, расскажи Лавинии, что это будет за ужин, и что нас ждёт во время него, — требовательно говорит Марта.

— Обязательно. Мы выпьем по бокалу вина у меня, а потом она спустится к себе в квартиру. Как удобно жить в одном здании, да, Винни?

— Идеально. До завтра, Марта.

Мы садимся в машину Карла и оба молчим, пока шофёр везёт нас в наш район, в наш дом, на нашу территорию. Так странно, раньше мне не нужно было думать о том, что где-то нельзя появляться. Да и все лучшие бутики находятся на чьей-то запретной территории. Как и прогуляться в Центральном парке, чтобы подышать свежим воздухом, теперь абсолютно под запретом. Это угнетает. Хотя чего ещё я ждала от Лазарро? Прощения? Вряд ли.

— Как себя чувствуешь? — Карл протягивает мне бокал вина.

Устроившись на диване, пожимаю плечами и принимаю бокал.

— Не знаю. Вроде нормально, а вроде всё так дерьмово, — хмыкаю с нескрываемой горечью в голосе. Он садится рядом и легонько пихает меня плечом.

— Лазарь свыкнется с новыми правилами. Это наша семья. Он не имеет права лезть в неё со своими запретами.

— Но теперь я не могу даже по барам ходить, чтобы отпраздновать чёртовы пятницы или просто посидеть с вами. Немного обидно.

— Зачем нам бары, Винни? У меня свой, и если ты так хочешь, то я открою бар лично для тебя, в который мы не пустим его.

Смеюсь и качаю головой от предложения Карла.

— Это по-детски глупо не пускать Лазарро в нашу песочницу и не давать ему игрушки.

— Ты права, это довольно мелочно с его стороны. Вероятно, он был в шоке и не смог справиться с эмоциями. Хотел тебя уязвить, отомстить и увидеть твою боль.

— Я прекрасно научилась прятать её очень глубоко, поэтому вряд ли он добился своего. На самом деле я горжусь собой. Я прекратила испытывать ненормальную зависимость от него.

— Правда? — спрашивая, Карл скептически изгибает бровь.

— Не знаю, правда ли или мне просто хочется так думать, но сейчас... — делаю паузу, прислушиваясь к своим ощущениям, — я хочу жить. Нормально жить, Карл. Работать, иметь обычные проблемы, встречаться с друзьями, ходить на свидания и двигаться дальше без него. Я готова к этому. Больше не могу ждать его и топтаться на одном месте, полностью отдавая ему себя. Этого он никогда не ценил, и я устала от истории с Лазарро. Поэтому я хочу попробовать построить отношения с тобой. Почему бы и нет, правда? Я помню, какие чувства испытывала раньше, и теперь у них есть право на жизнь. Без опасений. Без страха. Без стыда. Я свободна, и пора бы уже это понять.

— Мне приятно это слышать, Винни. Но мне важно, чтобы ты чувствовала себя комфортно, понимаешь? Лазарь не оставит тебя в покое, и теперь тебе придётся призвать всю свою выдержку, если ты решила больше не следовать за ним. Будет слишком обидно и жестоко, если ты предашь наше доверие.

Моё настроение становится ещё хуже, чем было раньше, ведь Карл полностью прав. Это будет сродни предательству за их веру в меня, за данный мне ещё один шанс, за любовь, в конце концов. Порой приходится наступать на прошлое и на все чувства, чтобы вырваться из порочного круга.

— Я могу тебя кое о чём попросить? — интересуюсь у него. Карл отпивает вино и кивает.

— Можешь даже потребовать, — подмигивает мне.

— Поможешь мне выбрать машину? Больше не хочу пользоваться твоими шофёрами. Мне нравится водить, и я бы хотела передвигаться самостоятельно.

— С радостью, если ты этого хочешь. Хоть сейчас. Я заставлю работать салоны только для тебя, Винни.

Мягко улыбаюсь ему, допиваю вино и ставлю бокал на стол.

— Это очень мило, но я настолько выжата, что хочу лишь принять ванну, лечь в постель и уснуть. Всё. А завтра мы могли бы вместе позавтракать и поехать выбирать машину. Что скажешь? — предлагаю, поднимаясь с дивана, и беру свою сумочку.

— Мне нравится твоя идея. Только я сплю до полудня и не просыпаюсь раньше. Моё лицо не выглядело бы так хорошо без долгих часов сна.

— Тогда это уже будет обед, — замечаю я, направляясь к двери.

— Ладно-ладно, ты так умеешь уговаривать меня, что я даже теряюсь перед этой твоей властностью.

Смеюсь и качаю головой.

— Я властная?

— Безумно. Тебе нужно всегда держать меня за яйца, проверяя, наполнены они спермой или ещё пустые.

— Карл! — хохоча в голос, ударяю его в плечо, пока мы вместе спускаемся на мой этаж.

— Вот не нужно говорить мне о том, что ты не заметила, насколько я наполнен. Ты всё прощупала заранее. Ты слишком хитрая женщина, Винни.

— Ты пошлый и противный гад. Знаешь об этом?

— Я прекрасен. Даже порой сам себе завидую.

Хрюкаю и хватаюсь рукой за живот, останавливаясь у двери своей квартиры.

— Могу уложить тебя в постель. Согрею её своим телом, пока ты будешь нежиться в ванне, наполненной ароматной водой. Принесу ещё один бокал вина и нечаянно пролью на тебя, чтобы затем самому помыть и показать, на что ещё способны эти пальцы, кроме перерезания глотки. А ты, Винни, могла бы убедить меня в том, что не вобьёшь гвоздь в мой член. Это, наверное, больно...

— Господи, Карл, хватит уже. Я больше не могу смеяться. У меня даже голова кружится.

— Это всё я. Хорош, не так ли? — Карл притягивает меня к себе за талию, и я кладу ладони ему на плечи.

— Лучший в своём роде.

— Ох, я даже покраснел и готов показать тебе, где именно покраснел.

— Иди уже домой, Карл. Зеркало соскучилось по тебе, не лишай его своего внимания, пока я буду никчёмным и унылым дерьмом растекаться в ванной, — целую его в щёку и достаю ключи.

— Ты сильно будешь растекаться? Я бы на это посмотрел...

— Карл, всё, до завтра.

Вхожу в квартиру и оставляю щёлку.

— Я готов смотреть, как ты течёшь всю свою жизнь...

— Доброй ночи, Карл.

— Я могу даже молча это делать. Я не двинусь с места, пока ты будешь течь, Винни.

Смеюсь, качая головой, и закрываю дверь.

— Озабоченный придурок. — Улыбаясь, прижимаюсь к двери.

Но моё настроение резко меняется. Я замираю со странным ощущением опасности и оглядываю студию. Я точно уверена в том, что в темноте кто-то есть. Я чувствую, как изменился воздух в моей квартире. Она небольшая, но тёмных углов в ней достаточно. Втягиваю в себя ароматы и делаю пару шагов вперёд. Тёплая волна, исходящая от человеческого тела, это первое, что я ощущаю за спиной. Дёргаюсь в сторону и падаю на кровать. Тёмная фигура следует за мной. Рывком достаю из-под подушки пистолет, и он точно и быстро касается груди мужчины, лежащего на мне.

Лазарро.