72
Лалиса Чон (Пранприя)
— Не понимаю, — пробормотала я, когда мы с Ыну устроились за деревянным столом в небольшом доме знахарки. — Как вы узнали, что мы придём, Атрана? Вы, ко всем прочим своим талантам, ещё и даром предвидения владеете?
— Нет, девонька, — раздался в ответ знакомый каркающий смех. — Будущее видеть я не умею. А вот кое-кто знает и видит всё. Именно она предупредила, что мне в скором времени стоит ждать в гости князя и княгиню Чон.
— Она? О ком вы говорите, Атрана?
— О Великой вещунье, Лалиса, — произнёс молчавший до этого момента Ыну и нервно сцепил в замок свои лежащие поверх стола руки. — Только ей открыты все секреты и помыслы живущих в этом мире.
— Верно, Ваша светлость, — одобрительно кивнула хозяйка дома, посмотрев на «моего» мужа. — Она же поведала мне и о вас. О том, что вы отринули свою прежнюю жизнь и смогли встать на путь взросления. Рада, что вы оказались не так безнадёжны, как я прежде думала.
— Смог, — криво улыбнулся наследник Чонгука, вскинув взгляд на собеседницу. — И очень надеюсь, что момент моего прозрения наступил не слишком поздно.
— Для этого никогда не бывает слишком поздно, князь Чон! Главное для вас теперь — не свернуть с нового пути!
— Сделаю всё возможное для этого. И хватит уже говорить обо мне! Не моя непутёвая жизнь сейчас стоит на кону!
— Разумеется, — усмехнулась Атрана. — Вот только сразу скажу, что затеяли вы очень сложное дело, которое может оказаться не по плечу. Причём как раз именно вашей жене, князь Чон. Ей предстоит самое сложное, а отнюдь не вам.
— Хватит запугиваний, госпожа знахарка! — сердито буркнула я, устав слушать все эти хождения вокруг да около. — Мы пришли сюда не для того, чтобы повернуть назад! Я и Ыну хотим узнать, реально ли вернуть к жизни основателя крепости Дарт'Сулай? Ответьте, пожалуйста, можете ли вы с этим помочь. Коротко: да или нет?
— Нет, девонька.
— А эта ваша Великая вещунья? Это по силам сделать ей, так? В противном случае вы бы встретили нас с мужем совсем иными словами и завернули назад ещё с порога.
— Смотри, какая сообразительная! — сидящая за столом старуха вновь рассмеялась своим неприятным царапающим слух смехом. — Снова сумела доказать, что я в тебе не ошиблась.
— Атрана!
— Не гневайся, княгинюшка! — прозвучало в ответ примирительное. — Я вовсе не пытаюсь сейчас тебя обидеть. И не тяну время, как должно быть кажется. Я просто даю тебе возможность передумать.
— Передумать? — переспросила я, совершенно не понимая, что эта женщина имеет ввиду. — Почему я должна сделать это?
— Потому как я догадываюсь, что именно попросит у тебя моя покровительница в ответ на свою помощь. Готова ли ты к этому?
Я нахмурилась. В словах хозяйки дома звучало явное предупреждение, вот только в чём именно то заключалось по-прежнему было не ясно. И вряд ли та скажет прямо, если спросить об этом «в лоб». А потому я произнесла совсем другое:
— Как я могу увидеться с той, о ком вы говорите, Атрана? Сможете мне с этим помочь? Объяснить, что нужно делать?
— Всё, что тебе нужно сделать, княгиня Чон, так это уснуть. Чему я легко могу поспособствовать. А вот объяснять ничего не стану. Бесполезное это дело. Будет ровно так, как решит моя покровительница.
— Хорошо, — кивнула я, обменявшись взглядом с Ыну ом, который явно чувствовал себя не в своей тарелке в этом доме. — Я готова рискнуть.
— Иного ответа я от тебя и не ожидала, девонька, — удовлетворённо кивнула старая знахарка. После чего, сунув руку в карман своей шерстяной накидки, что была наброшена поверх домашнего платья, со стуком поставила на деревянную поверхность стола небольшой флакончик из мутного, тёмного стекла.
— Что это? — хмуро осведомился наследник Чонгука, указав на тот пальцем. — Выглядит не очень.
— А вы не смотрите на внешний вид флакона, князь Чон. Главное — не он, о то, что находится внутри.
— И что же?
— Зелье сна, — спокойно пояснила хозяйка дома. — У меня нет цели навредить вашей супруге. Она просто уснёт, а потом проснётся. Всё.
— Лалиса, ты уверена, что хочешь так рисковать? — продолжил выражать своё беспокойство Ыну . — Я не хочу, чтобы ты пострадала. Да и отец... Что я скажу ему, если ты...
Не договорив, сидящий рядом со мной вампир умолк и посмотрел так, что и без всякого продолжения стало ясно, что он хотел сказать.
— Не волнуйся, — улыбнувшись, я впервые, по собственной воле, протянула руку и накрыла ею нервно сцепленные воедино ладони мужчины. — Всё будет в порядке. Оставлять тебя вдовцом я не планирую. Потреплю ещё какое-то время нервы.
— Шутишь, Лиса? — вздохнул тот, расцепив свой замок из пальцев, и положил ладонь поверх моей. — Ты, главное, вернись, а там можешь дальше издеваться надо мной. Заслужил.
— Ну, значит договорились, — кивнула, улыбнувшись шире.
А потом, высвободив свои руки, взяла стоящий на столе флакон, откупорила, и единым махом выпила.
Моментального эффекта не ожидала. Думала, выпью зелье, прилягу где-нибудь и усну. А вышло всё совсем иначе.
Как только зелье попало в организм, резко заболели глаза. Будто в них песка бросили. Я принялась тереть те руками, стараясь прогнать неприятные ощущения, а когда отняла их от лица увидела перед собой...девочку: хорошенькую, как куколка, с красно-рыжими как у меня самой волосами и не старше семи-восьми лет на вид.
— Э-э... — сорвалось с моих губ растерянное, в то время как глаза продолжили изучать появившегося так внезапно ребенка. Хотя, ребенка ли?
— Догадливая! — звонко рассмеялась огненноволосая девочка. — Я та, с кем ты хотела встретиться, землянка Пранприя. Живущие в этом мире именуют меня Великой вещуньей. А выгляжу я сейчас так, как могла бы выглядеть твоя дочь. Мне показалось забавным предстать перед тобой именно в этом виде.
— Моя... дочь? — переспросила я, ощутив слабость в ногах и немедленное желание сесть, пока не упала.
— Именно! — последовал легкий кивок в ответ, а у меня за спиной появилось кресло. Точь-в-точь как то, каким некогда Верховный князь Эрстейна уничтожил мой туалетный столик.
И в которое я с радостью уронила своё обессилившее тело.
— Ну, вот, — удовлетворённо произнесла моя «маленькая» собеседница и, создав кресло для себя, тоже села. — Ты сидишь, я сижу, а значит мы можем спокойно поговорить. О том, чего хочешь ты, чего хочу я, и сможем ли мы помочь друг другу.
Всё, на что хватило меня, после того как «девочка» закончила свою вступительную речь и посмотрела с вопросом во взгляде в ожидании ответа, так это кивок. Не так я представляла себе встречу с местной богиней, которую именовали Великой вещуньей. Совсем не так...
* * *
— Я знаю, с какой целью ты приехала к жрице Атране, Пранприя, — продолжила свою ранее начатую речь божественная сущность этого мира, посмотрев мне в глаза прямым, тяжёлым взглядом, который совершенно не вязался с образом хрупкой маленькой девочки, выбранный ею для нашей встречи. — И могу предложить два варианта, как её достичь. Хочешь узнать, какие?
— Конечно, — кивнула я, отринув в сторону собственные мысли и сосредотачиваясь на разговоре.
— Отлично. Тогда слушай, какую мы на данный момент имеем ситуацию... Тело известного тебе вампира не истлело за прошедшее время. Оно осталось в том состоянии, в каком было на момент смерти князя Чон. А причиной тому служит «небесный огонь», с которым у этого мужчины имеется нерушимая связь. Это очень старая магия, над которой не властна даже я. Волшебство древних богов, что однажды создали этот мир, оставили его нам, более молодым, и ушли.
— И? — не на шутку заволновалась я от таких новостей. — Как же в таком случае вернуть к жизни вампира, основавшего крепость на границе с Призрачной пустошью?
— Довольно просто. Часть работы ты уже проделала: добровольно отдав свою кровь «небесному огню», что однажды упал на территории Дарт'Сулай. Этим действием ты зажгла внутри магического камня искру, которой в свою очередь оказалось достаточно чтобы пробудить ото сна дух связанного с ним князя Чон. Теперь осталось дело за тем, чтобы вернуть «небесному огню» былую мощь. Разжечь внутри него пламя. А вместе с оным в тело ныне мёртвого вампира вернётся жизнь.
— Разжечь пламя? Посредствам моего собственного огня, как я понимаю?
— Это один из способов, — подтвердила Великая вещунья, чуть склонив голову. — Но прежде, чем мы поговорим о нём, выслушай моё предложение.
— Хорошо. Я вся внимании.
— Да. Так вот я предлагаю тебе не тратить свою Силу, чтобы разжечь «небесный огонь», а воспользоваться моей. Но не просто так, разумеется, а взамен на... служение. Мне нужна новая жрица ордена Пленяющих души. Он не должен исчезнуть вместе с уходом из жизни последней его представительницы. Атране осталось совсем недолго, и как только она умрёт, её место займёшь ты. Что скажешь, Пранприя?
— Скажу, что не смогу ответить вот так сразу, потому как совершенно ничего не знаю об упомянутом сообществе? Зачем оно нужно и чем именно занимаются жрицы этого ордена? Как изменится моя жизнь, если я соглашусь стать одной из них, и смогу ли прекратить ею быть по своему желанию?
— Нет, — покачала головой Великая вещунья. — Прекратить быть жрицей ты не сможешь. Это служение бессрочное. И твоя жизнь изменится довольно сильно. Ты станешь по-настоящему свободной. Мои жрицы не выходят замуж и не могут иметь детей, так что никакой Верховный Князь вампиров не сможет принудить тебя стать парой тому, на кого он укажет. А ещё они обладают немалой властью над живыми и являются ловцами душ тех из них, кто после своей смерти пытается избежать исполнения своих обязательств.
— Обязательств? Каких?
— Таких, которые берут на себя вампиры при жизни. Находятся некоторые из них, кто приходят в мои Храмы и, фактически, закладывают свою душу в обмен на то, что им больше всего нужно: власть, деньги, более долгая жизнь, или спасение кого-то из своих близких. Я редко кому отказываю в исполнении подобных желаний, но предупреждаю сразу, что плата за них будет высока. Однако некоторые просящие почему-то верят, что смогут меня перехитрить и уйти на перерождение минуя свой долг. И одной из обязанностей жриц ордена Пленяющих души является возвращение этих должников ко мне. Для каждого из них у меня найдётся работа. Какая именно, не спрашивай. Это, как и остальные тайны жриц, ты сможешь узнать только в том случае, если согласишься примкнуть к ним.
— Пожалуй, воздержусь от этого серьёзного шага, — изобразила я в ответ вежливую улыбку, а про себя подумала о том, что надо быть совсем уж отчаявшейся, чтобы согласиться на пожизненное служение. Ну или быть полной глупышкой и не понимать, что, по сути, это будет аналог рабства. Да, с какими-то своими плюшками, но именно рабство. Ведь сами жрицы себе не принадлежат. Они не могут иметь семью, детей, а весь смысл их жизни состоит исключительно в исполнении божественной воли...
— Значит, ты готова рискнуть и попытаться разжечь «небесный огонь» своей Силой, Пранприя? — спросила, склонив голову на бок, и как-то при этом странно улыбнувшись, Великая вещунья. — Готова остаться пустышкой? Думаешь, что будешь нужна такая возродившемуся князю Чон?
— Думаю, что я это переживу, — ответила как можно спокойнее, старательно при этом игнорируя тот холод, каким повеяло от моей собеседницы.
Ту явно разочаровал прозвучавший ответ, однако заставить меня принять жричество было не в силах Великой вещуньи. Для этого наверняка требовалось добровольное согласие кандидатки на «почётное» и пожизненное место рабыни.
— Воля твоя, иномирянка, — небрежно повела плечиками божественная сущность. — Но ты должна понимать, что назад дороги не будет. Что если ничего не получится и сама выгоришь, князь Чон навсегда застрянет в том состоянии, в котором пребывает сейчас.
На последних словах губы сидящего напротив ребенка искривились в совершенно не детской усмешке. Настолько холодной и жёсткой, что меня против воли передёрнуло.
И Великая вещунья это заметила. Но приняла мою реакцию не за неприязнь по отношению к ней (как было на самом деле), а на счёт своих ранее сказанных слов. Улыбка божественной сущности стала шире, после чего повисшую между нами паузу прервал вопрос:
— Страшно, иномирянка? Вижу, что страшно. И ещё раз предлагаю тебе служение. С твоим вампиром в этом случае тебе ничего светить не будет, но зато вы оба останетесь живы, здоровы, и при своей Силе. Разве этого мало?
— Мало! — твёрдо произнесла я, беря себя в руки. — И мой выбор пути останется неизменным.
— Да будет так! — кивнула, принимая мой ответ, «девочка» и небрежно взмахнула рукой.
Кресла, на которых мы с ней сидели, исчезли. Потом исчезла она сама, а я вдруг увидела перед собой кладбище крепости Дарт'Сулай.
— Пробуй, коли решила рискнуть, Пранприя! — прозвучал из-за спины глубокий, пробирающий до мурашек женский голос. — А я с удовольствием понаблюдаю финал этой занимательной истории. Чем всё закончится: победой, или грандиозным поражением?
Последний прозвучавший вопрос стал своего рода точкой в моём необычном сновидении. Я открыла глаза и тут же оказалась под прицелом двух взглядов, скрестившихся на моей персоне. И если в тёмных очах мужа читалось откровенное беспокойство за меня, то в глазах знахарки я увидела жалость. Она смотрела на меня так, словно видела перед собой глубоко больного человека, которому осталось жить считанные дни.
— Рановато вы меня хороните, Атрана! — разозлилась я на старуху. — Посещение того света в мои планы пока не входит.
— А смерть редко вписывается в чьи-то планы, — спокойно возразила та, не обратив никакого внимания на мою вспышку гнева. — Она вообще приходит не спрашивая. Тебе надо было соглашаться на служение моей покровительнице. Ну да чего теперь говорить об этом? Ты свой выбор сделала.
— Сделала. И, чем сетовать по этому поводу, вы бы лучше совет дали, как мне разжечь «небесный огонь».
— А как разжигают костёр? Другим огнём, не так ли? Это всё, что я могу тебе сказать, княгиня Чон.
— Что ж, спасибо и на этом, Атрана, — вздохнула я и поднялась со своего места.
Ыну молча последовал моему примеру и мы, коротко попрощавшись с хозяйкой дома, направились на выход.
Ни один из нас и не подумал обернуться, идя к двери. Но если бы я или он догадались сделать это, увидели бы как на том месте, где только что сидели, появилась женская фигура в тёмных одеждах.
А едва дверь закрылась за ушедшей парой в тишине дома прозвучал вопрос последней из жриц ордена Пленяющих души.
— Она справится, моя госпожа?
— Не знаю, Атрана, — отозвалась с тихим вздохом та, кого звали в этом мире Великой вещуньей. — Ты нашла и привела в наш мир достойную душу с сильным даром. Из неё могла бы получиться отличная жрица, если быПранприя согласилась на моё предложение. Но она сделала иной выбор. Отказалась от моей помощи и ступила на другой, более опасный путь. Решила потягаться с магией Древних один на один. Ни ты ни я больше ничего не можем сделать для иномирянки. Только ждать и надеяться, что у неё всё получится.