｡･:*:･ﾟ'☆Чемпионы｡･:*:･ﾟ'☆

Утро следующего дня началось для Тани с знакомого, назойливого и тупого давления внизу живота. Она, не открывая глаз, потянулась рукой к тумбочке, нащупала блистер с таблетками и, отломив две, запила их водой из стакана, стоявшего с вечера. Эндометриоз – её старый и нелюбимый спутник – напоминал о себе с удвоенной силой после вчерашних эмоций и физической нагрузки.

Таня (про себя, сквозь сонную дремоту) - Ну вот, как по расписанию... Спасибо, что хоть не в первый день. Но под конец всегда хуже всего... Ладно, химическая атака, начинай работать.

Она полежала ещё минут двадцать, дожидаясь, пока обезболивающее начнёт своё дело. Боль потихоньку отступала, превращаясь из острого ножа в тупой, терпимый гул. Можно было жить. Более того, в голове у неё созрел маленький, дерзкий план. Если уж она должна страдать, то пусть хотя бы выглядит при этом хорошо. Очень хорошо.

Она порылась в шкафу и достала то, что почти никогда не надевала на тренировки: короткую белую теннисную юбку, которая отлично сидела на её бедрах, и розовую клетчатую рубашку с длинными рукавами и острым воротничком. Дополнением стали белые гольфы до колен и её верные коньки в сумке. В зеркале отражалась не хоккеистка, а какая-то задорная, свежая и очень стильная девчонка. «Почти как клубничное мороженое», – с улыбкой подумала она.

Когда она вошла в раздевалку «Метеоров», привычный гвалт и грохот шкафчиков моментально стих. Четыре пары глаз уставились на неё с таким выражением, будто она была не Таня Смирнова, а пришелец с другой планеты в костюме инопланетной клубники.

Петя, который как раз натягивал щитки, замер с открытым ртом, и один из щитков с грохотом упал на пол.

Петя - Танька... — выдавил он, и его голос сорвался на писк. — Это... это ты?

Роман,завязывавший коньки, так и остался сидеть с разинутым ртом, его пальцы забыли все движения. Он смотрел на неё, медленно краснея. Лев,обычно такой громкий, просто покраснел до корней волос и уткнулся в свой шкафчик, делая вид, что ищет там что-то невероятно важное. Тарас...Тарас перестал натирать клюшку специальной пастой. Его широкое лицо выражало крайнюю степень недоумения. Он посмотрел на её ноги в белых гольфах, потом на короткую юбку, потом снова на ноги, словно пытаясь понять логику этого одеяния.

Тарас - Холодно не будет? — наконец произнёс он, и в его голосе сквозь привычную грубоватость пробивалась искренняя забота. — На льду дует. Сквозняки.

Таня рассмеялась, поставив сумку на скамейку.

Таня - Что, в юбке меня никогда не видели? Отсталые вы какие-то. Я решила внести немного стиля в нашу потную, пахнущую льдом и мужским потом обитель. Нравится?

Рома - Э-э-э... — Роман наконец нашёлся и поспешно принялся доделывать шнуровку, стараясь не смотреть на неё. — Непривычно... Но... да, стильно. Петя- Нравится? — Петя оправился от шока, и его лицо расплылось в хитрой ухмылке. — Танюха, да ты просто конфетка! Съедобная! Прямо как клубничка в сахаре! Только вот «Вымпелов» сегодня не предупреди, а то они от такого вида тоже в ступоре впадут, и тренировка накроется.

Лев - Да уж... — пробормотал Лев, всё ещё красный. — Смотри, чтобы Барашкин не споткнулся о свою челюсть. Она у него и так до пола достаёт.

Все засмеялись, напряжение спало. Парни продолжили переодеваться, но теперь украдкой поглядывали на Таню, которая грациозно устроилась на скамейке и стала переобуваться. Белая юбка делала её образ хрупким и нежным, что странно контрастировало с её сильным характером и хоккейной закалкой.

Именно в этот момент Роман, видимо, чтобы разрядить обстановку и перевести тему, заговорил о том, что они обсуждали без неё.

Рома - Кстати, Таня... У нас тут планы на ближайшие дни. Тренеру сегодня ночью сделали операцию на сердце. Всё прошло хорошо, но он выбывает минимум на неделю. Виктор Сергеевич, тренер «Вымпелов», сможет нас потренировать только завтра, а потом у него свои дела.

Петя - А это значит, — перебил Петя, — что у нас образуются четыре незапланированных выходных! Целых четыре дня свободы, праздника и единения с природой!

Лев - Мы решили... — Лев посмотрел на неё с надеждой, — ...решили поехать на наше обычное место. В лес. К озеру. На четыре дня. С ночёвкой. И... мы хотим, чтобы ты поехала с нами.

Таня замерла с одним коньком в руке. Это было настолько неожиданно, что она даже на секунду забыла про ноющую боль в животе.

Таня - В лес? На четыре дня? С ночёвкой? — переспросила она, чувствуя, как в груди что-то замирает от смеси волнения и страха. — Это... это где?

Тарас - Место отличное, — вмешался Тарас, его голос звучал непривычно воодушевлённо. — Далеко от города. Чистый воздух, большое озеро, рыбы полно. Рядом поляна в лесу, прохладная, тенистая. Костер разведём, палатку поставим. Отдохнём по-настоящему.

Идея была заманчивой. Очень. Но и пугающей. Четыре дня в лесу. С четырьмя парнями. Вдали от цивилизации. Она их знала всего месяц. Они были её командой, её друзьями, но... это был совсем другой уровень.

Петя - Не бойся, мы тебя в обиду не дадим! — как будто прочитав её мысли, сказал Петя. — Мы там как дома. Место укромное, красивое. Никто не помешает. Два часа пешком от остановки, но оно того стоит. Как скажешь?

Рома - Подумай, — мягко сказал Роман. — Нам будет... ну, без тебя как-то не так. — Он снова покраснел и отвернулся.

Таня чувствовала, как на неё смотрят четыре пары глаз, полных надежды и ожидания. Давящая боль в животе будто немного отступила, уступив место щемящему чувству тепла и чего-то нового.

Таня - Я... — она сгладила ладонью складки на юбке. — Мне нужно подумать. И поговорить с тётей и дядей. Они могут и не отпустить...

Лев - Мы их уговорим! — тут же воскликнул Лев. — Мы всё объясним! Мы же не какие-то там...

Тарас - Мы порядочные. — Тарас посмотрел на неё серьёзно. — Всё будет прилично. Палатки отдельные, всё как положено.

Таня слабо улыбнулась.

Таня - Ладно... я подумаю. А сейчас... — она потянулась за вторым коньком, — ...давайте уже на лёд. А то я в такой красоте зря пришла, надо себя показать.

Её слова снова разрядили обстановку. Парни, подбадривая и подкалывая друг друга, стали поспешно доделывать сборы. Таня же завязала коньки с лёгким трепетом в сердце. Лес... озеро... четыре дня... Это было страшно и невероятно заманчиво. Но сначала предстояло пережить тренировку. И она чувствовала, что таблетки действуют уже не так хорошо, как час назад.

На льду царила непривычно мирная атмосфера. «Вымпелы» и «Метеоры» больше не бросались друг на друга с кулаками, а лишь обменивались лёгкими, почти дружескими подколами. Виктор Сергеевич, взявший на себя роль тренера, старался поддерживать этот хрупкий мир.

Барашкин, завидев Таню, действительно на секунду опешил, и его знаменитая улыбка сползла с лица, сменившись выражением чистого восхищения.

Барашкин - Ого, Смирнова! — свистнул он, подкатываясь. — Меняем имидж? От хоккейной лиги к... э-э-э... кcover-girl?

Таня - А что, разве не идёт? — покрутилась она на коньках, заставляя юбку взметнуться.

Барашкин - Ещё как идёт! — рассмеялся он. — Только «Вымпелам» теперь будет сложно на тебя нападать. Будем отвлекаться на красоту. Роман,который был рядом, тут же нахмурился и слегка толкнул Барашкина плечом.

Рома - Отвлекаться будешь на мои силовые, Барашкин. — но в его голосе не было прежней злобы, лишь лёгкая предостерегающая игривость.

Барашкин - Да я шучу, шучу! — засмеялся рыжий, откатываясь. — Вижу, что ваша. С меткой «не тронь».

Таня покатилась по своему привычному кругу, наслаждаясь лёгкостью движений и пока ещё терпимыми ощущениями. Она даже позволила себе сделать несколько более сложных движений – резких разворотов, подскоков. Парни, хоть и следили за ней, но уже не орали при каждом её движении. Они, видимо, поняли урок после вчерашнего «розыгрыша». Лишь изредка Роман или Тарас бросали на неё оценивающий взгляд.

Но с каждым кругом, с каждой минутой, Таня чувствовала, как обезболивающее сдаёт свои позиции. Тупая боль внизу живота возвращалась, нарастая с каждым толчком конька. Она старалась дышать глубже, думать о чём-то отвлечённом – о лесе, об озере, о звёздах, которые можно будет увидеть вдали от городского света.

Таня (про себя, сквозь нарастающую боль) - Держись... ещё немного... всего десять минут до конца... Скоро можно будет прилечь... Выпить ещё таблетку... Всё хорошо...

Она уже почти не следила за тем, что происходит на площадке. Её мир сузился до борьбы с собственной физиологией. Лицо её побледнело, на лбу выступила испарина, не связанная с нагрузкой. Она кусала губу, стараясь, чтобы её гримасы боли сошли за гримасы усилия.

И вот тогда, совершая очередной плавный разворот, она почувствовала это. Резкий, пронзительный, до слёз болезненный укол где-то глубоко внутри, в самом эпицентре её страданий. Это было так внезапно и так больно, что у неё перехватило дыхание. Ноги сами подкосились. Она не упала, а скорее грузно осела на лёд, издав короткий, сдавленный стон.

Парни среагировали мгновенно. На этот раз без паники, но с молниеносной скоростью. Они были рядом ещё до того, как она успела понять, что происходит.

Рома - Таня! — в его голосе прозвучала тревога, но не истерика. Он аккуратно взял её под руку. — Что случилось? Живот?

Таня,не в силах говорить, лишь кивнула, сжав зубы от боли. Её глаза были полы слёз.

Петя - Всё, тренировка окончена! — заявил Петя, подкатываясь с другой стороны. — Виктор Сергеевич, у нас ЧП! Наша клубничка завяла!

Лев - Может, тебя отвести к врачу? — предложил Лев, его доброе лицо было искажено беспокойством. — Или воды принести?

Тарас - В раздевалку. — Тарас уже взял ситуацию в свои железные руки. — Сейчас отведём.

Таня снова кивнула, пытаясь улыбнуться сквозь боль.

Таня - Да... я... я просто посижу там. До конца тренировки. — ей удалось выдавить из себя хриплый шёпот. — Ничего страшного... просто... прихватило.

Они помогли ей подняться и, окружив плотным кольцом, проводили до выхода со льда, не дав «Вымпелам» даже приблизиться. Виктор Сергеевич лишь понимающе кивнул и махнул рукой: «Идите, идите, разберитесь».

В раздевалке Таня, наконец, смогла расслабиться. Боль была ещё сильной, но уже не такой острой. Она поспешно приняла душ, стараясь смыть пот и напряжение. Потом, торопясь и плохо соображая от боли и усталости, надела чистую прокладку. Криво, неудобно, но она почти не обратила на это внимания. Главное – сухо и чисто.

Она надела своё «клубничное» облачение – белую юбку, рубашку, гольфы – и опустилась на скамейку, прислонившись головой к холодному металлу шкафчика. Она достала телефон и включила TikTok, пытаясь отвлечься смешными роликами, пока парни заканчивали тренировку.

Через несколько минут в раздевалку ворвалась привычная ватага. Они были шумные, потные, пахшие льдом и мужчиной.

Петя - Ну что, наша больная? Жива? — тут же прокричал Петя, скидывая на пол клюшки.

Рома - Как самочувствие? — спросил Роман, его взгляд был полон беспокойства.

Лев - Может, чаю принести? Или шоколадку? — предложил Лев, уже роясь в своём рюкзаке.

Тарас - Отдохни ещё. — Тарас сел рядом на скамейку, его мощная фигура заслонила ей свет. — Никуда не торопимся.

Они начали переодеваться, и раздевалка наполнилась привычным гомоном, скрипом мокрой экипировки, шумом душа. Таня сидела, уткнувшись в телефон, и чувствовала, как боль понемногу отступает, уступая место приятной усталости. Она почти успокоилась. Почти.

Когда все были уже почти готовы и собирались уходить, Таня первой поднялась со скамейки.

Таня - Ну что, страдальцы, пошли? — она потянулась, чувствуя, как ноющие мышцы радостно откликаются. — Я уже соскучилась по своей кровати.

Она сделала шаг к двери, но вдруг замерла, потому что за её спиной воцарилась абсолютная, гробовая тишина. Не было слышно ни звякания молний, ни шуршания одежды, ни даже дыхания.

Таня обернулась. Картина, которая предстала её глазам, была сюрреалистичной. Все четверо стояли и смотрели на неё. Но не на лицо. Их взгляды были прикованы к... её юбке. К той самой белой, короткой, невинной юбке.

Их лица выражали неподдельный, животный ужас. Лев был белее снега. Он пошатнулся, и его глаза закатились. Если бы не Тарас, который инстинктивно подхватил его под мышки, он бы рухнул на пол. У Романа отвисла челюсть, и он бессмысленно шевелил губами, не в силах издать ни звука. Петя стоял с широко раскрытыми глазами, его палец был трясущейся рукой направлен на неё, как ствол.

Тарас... Тарас смотрел с таким выражением, будто видел перед собой не её, а место страшного преступления. Его лицо было искажено гримасой ужаса и... ярости? Он сжал кулаки, и его могучие плечи напряглись.

Таня - Что? — спросила она, ничего не понимая. — Что с вами? Вы чего остолопели?

Они не отвечали. Они могли только молча указывать на её юбку. Петя, наконец, нашёл в себе силы просипеть:

Петя - Кро... кровь... Тань... у тебя... кровь...

Таня, нахмурившись, оглянулась через плечо. И тогда она увидела. На белоснежной ткани её юбки, сзади, чуть ниже пояса, расплылось большое, яркое, кроваво-красное пятно. Криво надетое средство гигиены дало течь в самый неподходящий момент.

Первой её реакцией было не смущение, а раздражение на саму себя.

Таня - А, чёрт... — она недовольно вздохнула, поворачиваясь к ним спиной, чтобы лучше рассмотреть масштабы катастрофы. — Протекла. Надо же, и не заметила. Ну вот, юбка испорчена.

Её спокойная, почти бытовая реакция окончательно добила парней. Они явно ожидали истерики, обморока, криков о помощи. Но не этого.

Роман - ИСПОРЧЕНА? — наконец выдохнул он, и его голос сорвался на визг. — Таня, у тебя КРОВОТЕЧЕНИЕ! Ты истекаешь кровью! Возможно, ты что-то повредила при падении! Внутреннее кровотечение! Это же смертельно опасно! Немедленно вызываем скорую!

Лев (приходя в себя на руках у Тараса) - Да... скорая... — он простонал. — Ты вся в крови... Это же ужас...

Петя - Кто тебя ударил? (Он уже бредит от страха) — закричал Петя, озираясь по сторонам, как будто ища невидимого врага. — Я ему сейчас глотку порву! Это Барашкин? Он тебя толкнул? Я видел, он рядом катался!

Тарас - Молчать. — рыкнул Тарас, и в его голосе была сталь. — Все молчать. Таня, не двигайся. Сейчас вызовем помощь. Ложись.

Их паника была настолько искренней и невежественной, что Танино раздражение стало потихоньку сменяться диким, неподдельным весельем. Они действительно не понимали! Они, эти здоровенные, сильные хоккеисты, были абсолютно беспомощны перед элементарной женской физиологией.

Она решила подыграть. С самым невинным видом она повернулась к ним и сказала:

Таня - Мальчики, у вас случайно нет с собой прокладки? А то у меня закончились. — Она посмотрела на них большими, «честными» глазами.

Эффект превзошёл все ожидания. Они уставились на неё, как будто она заговорила на древнешумерском. В их глазах читался полный, абсолютный когнитивный диссонанс. Кровь. Смерть. И... прокладки?

Рома - Про... прокладки? — переспросил Роман, и его мозг, казалось, издал слышимый щелчок. — Какие прокладки? Таня, ты в себе? У тебя кровь из... из тела течёт! Тебе нужен врач, а не... не косметика!

Петя - Прокладки? — Петя схватился за голову. — Это такие, которые в ботинки кладут, чтобы ноги не потели? Тань, ну при чём тут это? Ты же истекаешь!

Лев - Может, она про те, что на раны кладут? — предположил Лев, и в его голосе зазвучала надежда. — Стерильные? Нет, у нас нет...

Таня - Нет, — покачала головой Таня, едва сдерживая смех. — Я про обычные. Женские. Или в крайнем случае тампон. Может, у вас есть? Хотя бы мужские прокладки?

Последняя фраза добила их окончательно. Они побледнели ещё сильнее, если это было возможно. Лев снова закатил глаза.

Петя - МУЖСКИЕ ПРОКЛАДКИ? — завопил он. — Тань, ты точно плохо себя чувствуешь! От потери крови сознание мутится! Какие ещё мужские прокладки? Бывают такие?

Рома - Я... я никогда не слышал... — растерянно пробормотал Роман, лихорадочно соображая. — Это что-то новое в медицине? Специально для внутренних кровотечений?

Тарас - Всё. Я вызываю скорую. — Тарас уже доставал телефон. — Ты бредишь.

Тут Таня не выдержала. Она рассмеялась. Звонко, заразительно, до слёз. Она смеялась так, что ей пришлось опереться о шкафчик, чтобы не упасть.

Таня - Ой, мальчики... мои бедные, несчастные... — она вытирала слёзы. — Да у вас же, я смотрю, вообще образования нет! Вы что, не знаете, что у девушек бывают месячные?

В раздевалке повисла тишина. Глубокая, оглушительная тишина. Четыре пары глаз смотрели на неё с абсолютно пустыми, непонимающими лицами. Слово «месячные» явно не вызвало у них никаких ассоциаций, кроме календарных.

Петя - Месячные? — переспросил он осторожно. — Это... это как... раз в месяц что-то происходит?

Рома - Ты имеешь в виду... цикл? — неуверенно сказал Роман. — Мы что-то такое на биологии проходили... но мы... — он смущённо потупился.

Лев - Мы обычно в это время... на физре были... или в хоккей играли... — признался Лев.

Тарас - Объясни. — просто сказал Тарас, усаживая на скамейку всё ещё шатающегося Левину. — Понятно и подробно.

И Таня начала объяснять. Она рассказала им всё. О цикле. О том, что это не болезнь, а естественный процесс. О том, почему бывает больно. О том, для чего нужны эти самые прокладки и тампоны. Она говорила просто, без смущения, как если бы объясняла правила новой игры.

Они слушали, раскрыв рты. Их лица поочерёдно выражали шок, недоумение, лёгкий ужас и, наконец, медленное, трудное понимание.

Петя - То есть... — Петя первым опомнился. — Это типа как... линька у животных? Только у людей? И только у девочек? И это каждый месяц? И это БОЛИТ? — в его голосе звучало неподдельное сочувствие.

Рома - И из-за этого ты так страдала? — тихо спросил Роман, и в его глазах было что-то новое – уважение и какая-то особая нежность. — И это... нормально?

Лев - Боже... — прошептал Лев. — А я всё думал, почему моя сестра иногда злая как собака... и на шоколад тянет... Теперь я всё понял.

Тарас - Сильно. — Тарас покачал головой, глядя на неё с новым интересом. — Значит, ты не просто сильная. Ты каждый месяц сражаешься с болью и ещё и на лёд выходишь. Респект.

Их реакция была настолько искренней и трогательной в своей мужской, простой непосредственности, что Танино веселье сменилось лёгкой грустью и теплотой. Они не были идиотами. Они просто ничего не знали. А теперь знали.

Таня - Ну что, простите меня за испуг? — улыбнулась она. — И можете убрать свои глаза с моего зада. Кризис устранён. Почти.

Она сняла с вешалки свою ветровку и повязала её вокруг бёдер, умело скрыв «место преступления».

Таня - Всё, теперь я как супергерой с плащом. Пошли. Вам ещё предстоит провести меня до дома и выслушать подробный рассказ о всех прелестях женского организма.

Они вышли из раздевалки, но теперь это была не весёлая, галдящая толпа. Они шли молча, немного потрёпанные, немного притихшие, погружённые в новые, шокирующие знания. Они смотрели на Таню не как на объект для обожания или защиты, а как на существо с другой планеты, наделённое невероятной, почти мистической силой терпеть боль каждый месяц и оставаться при этом самой собой.

Дорога до дома прошла в необычной атмосфере. Парни сначала отмалчивались, переваривая информацию. Потом посыпались вопросы. Сначала робкие, потом всё смелее.

Петя - А это правда, что от этого... э-э-э... можно избавиться, только если... — он замялся.

Таня - Если забеременеть? — закончила за него Таня. — Ну, технически, да. На время беременности и кормления месячные прекращаются.

Это заявление вызвало новый взрыв эмоций.

Лев - Что?! — ахнул Лев. — То есть чтобы не болеть – нужно родить ребёнка? Это же жесть какая-то!

Рома - Несправедливо, — хмуро сказал Роман. — Совсем несправедливо.

Тарас - Мужикам легче. — констатировал Тарас. — Нам бы так – мы бы все поумирали с первого раза. Слабые.

Таня смеялась, глядя на их возмущённые лица. Они были такими наивными и такими милыми в своей мужской солидарности с её «несправедливыми» страданиями.

Постепенно разговор перешёл на более лёгкие темы. Снова зашли разговоры о лесе, об озере, о предстоящем походе. Теперь, после «посвящения», они говорили об этом с ещё большим энтузиазмом, как будто хотели компенсировать ей все «несправедливости» природы.

Петя - Так что, Тань, ты с нами? — спросил он, уже почти у её подъезда. — Четыре дня на природе! Костер, уха, звёзды! Мы тебе палатку самую лучшую поставим! И спальник тёплый!

Лев - И шоколадку припасём! — добавил Лев. — На всякий случай... ну, ты поняла.

Рома- Будет хорошо, — просто сказал Роман, но в его глазах была настоящая мольба.

Тарас - Отдохнёшь. Воздух поможет. — поддержал Тарас.

Таня посмотрела на них – на этих четырёх идиотов, которые только что пережили шок от женской физиологии, а теперь с надеждой смотрели на неё. Её сердце дрогнуло.

Таня - Ладно... — вздохнула она, делая вид, что сдаётся под их напором. — Я попробую уговорить тётю и дядю. Но это будет непросто.

Петя - Ура! — завопил Петя. — Мы им всё объясним! Мы же почти как её братья! Почти!

Рома - Мы придём с тобой поговорить, — серьёзно сказал Роман. — Вместе. Так будет убедительнее.

Они попрощались, и Таня поднялась в квартиру. Её ждали тётя Юля, дядя Игорь и вечно голодный Уголек. Она уже готовилась к долгой, трудной битве за разрешение. Как объяснить родным, что она хочет на четыре дня уйти в лес с четырьмя парнями, которых знает всего месяц?

Но, как это часто бывает, её страхи оказались напрасными. Когда она, смущаясь и запинаясь, изложила суть просьбы, тётя Юля лишь улыбнулась.

Тётя Юля - С «Метеорами»? Ну конечно, поезжай, солнышко! — сказала она, помешивая суп на плите. — Они же хорошие ребята. Ответственные. Мы им доверяем.

Дядя Игорь - Ага, — поддержал он, не отрываясь от газеты. — С ними хоть в разведку. Приглядят. Развеются на природе. Только тёплые вещи бери и телефон заряженный.

Таня стояла в изумлении. Она ожидала допроса с пристрастием, сомнений, может быть даже запрета. А они... они согласились. Так легко.

Таня - Вы... вы уверены? — переспросила она. — Это же на четыре дня... далеко...

Тётя Юля- Абсолютно! — тётя Юля подошла и обняла её. — Ты же у нас взрослая, умная девушка. И ребята – золото. Видно же, что они о тебе заботятся. Поезжай. Отдохни.

Оказывается, её «Метеоры» за этот месяц сумели завоевать не только её доверие, но и доверие её семьи. Они стали своими. Немного странными, гиперопекающими, невежественными в некоторых вопросах, но своими.

Таня улыбнулась, чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слёзы счастья и облегчения. Она посмотрела в окно, где на улице уже зажигались фонари. Завтра их ждало новое приключение. Лес. Озеро. Четыре дня наедине с природой... и с ними. Было страшно. И безумно интересно.

________________________________________________________________________________