｡･:*:･ﾟ'☆Чемпионы｡･:*:･ﾟ'☆

Утро следующего дня встретило «Метеор-Арену» привычным гулом и звоном коньков. Но сегодня воздух был наполнен не только спортивной злостью, но и нервным, трепетным ожиданием. Сегодня на лёд возвращалась она. Ледовая Рысь.

Таня стояла у борта, опираясь на него пальцами. На ней не было грозной красно-черной формы «Метеоров». Только прочные спортивные штаны, тёплая кофта и коньки, которые казались ей невероятно тяжелыми после долгого перерыва. Клюшка лежала в стороне – сегодня не её день.

Тренер Барсов, с невозмутимым видом, давал указания «Метеорам» и «Вымпелам» на центр льда. Совместная работа над обороной и скоростным проходом через центр. Но его взгляд каждые десять секунд непроизвольно скользил к Тане.

Тренер Барсов - Сиякин, Барашкин! Первая тройка! Работаем на пас в движении! Не залипать в углах! Петя, Ёлкин – вторые! Не давать им времени на обдумывание! Глебов, Прыгунков – в стойках, готовьтесь к броскам! Тарас, Палкин –... — он замолк, увидев, как Таня осторожно, как новичок, выкатилась на лёд.

Все замерли. Гул стих. Десятки пар глаз уставились на неё. Она сделала первый неуверенный толчок, потом второй. Ноги дрожали от непривычной нагрузки и слабости. Каждое движение давалось с трудом, будто она тащила на себе невидимый груз.

Роман - Таня, не торопись! — сорвалось с губ Романа, прежде чем он успел подумать.

Петя - Да, давай потихоньку! Кругами! Как мы на первых тренировках! — подхватил Петя, полностью забыв про упражнение.

Лев- Дыши ровно! — прокричал Лев из своих ворот, словно она была на другом конце поля, а не в десяти метрах от него.

Тарас- Сильно не разгоняйся. — прогремел бас Тараса, и его совет прозвучал так, будто он советовал не штурмовать вражеский дзот.

Таня слабо улыбнулась, кивая им. Она чувствовала их взгляды – десятки датчиков, следящих за каждым её мускулом. Она начала с медленного скольжения по большому кругу. Разгон... несколько шагов... и потом скольжение, всё менее устойчивое. Потом торможение – не резкое «плугом» или «коньком», а неуверенное, почти падающее.

Было тяжело. Невыносимо тяжело. Лёгкие, отвыкшие от такой нагрузки, горели огнём. Мышцы ног, особенно те, что были травмированы, ныли и дрожали, напоминая о себе ноющей болью. Сердце колотилось где-то в горле. После третьего круга она остановилась у борта, оперлась на него руками, опустив голову. Спина взмокла от пота, дыхание срывалось на хрип.

Таня (про себя, задыхаясь) - Боже... как же тяжело... Ничего не держит... Как будто заново учишься... Неужели я так и останусь... развалюхой?

Её мрачные мысли прервал голос.

(?) - Эй, Смирнова! Не ленись! — это был Барашкин. Он, следуя указаниям тренера, проезжал мимо на бешеной скорости, но успел крикнуть с своей фирменной улыбкой: — Мы тут пахать должны, а ты отдыхаешь! Непорядок! Давай, крутись!

Это была обычная для него подначка, дружеская, беззлобная. Но для «Метеоров» она прозвучала как оскорбление.

Роман, который как раз принимал пас, резко развернулся и бросил шайбу не в зону, а... прямо в борт рядом с Барашкиным, так, что лёд брызнул осколками.

Рома - Заткнись, Барашкин! — его голос был низким и опасным. — Не твоё дело.

Петя - Да, иди свои рыжие кудри чеши! — добавил Петя, подкатываясь. — Нашему цыплёнку ты не указ!

Барашкин - Эй, парни, я же... — начал он, но тренер Барсов оглушительно свистнул.

Тренер Барсов - ВСЕМ РТЫ ЗАКЛЕИТЬ И ИГРАТЬ! Сиякин, десять отжиманий за грубость! Барашкин, десять – за болтовню! Быстро! Остальные – продолжили! Таня, отдыхай, сколько нужно! Никто тебя не гонит!

Таня, отдышавшись, снова выкатилась на круг. Она видела, как парни, выполняя наказание, продолжают следить за ней периферическим зрением. Роман отжимался, повернув голову в её сторону. Петя кривлялся, пытаясь её рассмешить. Лев вставал в стойку, но взгляд его был прикован к её конькам. Тарас... Тарас просто смотрел на неё, и в его обычно суровых глазах читалась такая тревога, будто она шла по канату над пропастью.

Это и трогало, и бесило одновременно. Она хотела быть сильной. Независимой. А они смотрели на неё как на хрустальную вазу.

Она сделала ещё несколько кругов. С каждым разом получалось чуть лучше. Ноги понемногу вспоминали старые навыки. Дыхание выравнивалось. Но усталость накатывала волнами. И вот, пытаясь сделать резкий разворот, она вдруг почувствовала, как земля уходит из-под ног. Мир поплыл перед глазами. Она качнулась...

И в ту же секунду рядом с ней возникли две мощные тени. Справа – Тарас, который бросил все и ринулся через всю площадку. Слева – Роман, отбросивший клюшку. Они подхватили её под руки, не дав упасть.

Рома - Я же говорил! — в его голосе звучала паника. — Торопиться не надо!

Тарас - Всё. Хватит на сегодня. — заявил Тарас, и его тон не допускал возражений.

Таня- Ребята, я просто оступилась! — попыталась она вырваться, но её ноги действительно подкашивались. — Всё в порядке! Отпустите!

Петя - Ага, оступилась! — подкатил Петя, его лицо было необычно серьезным. — А у нас тут сердца в пятки ушли! Лёва аж из ворот выскочил, смотри!

Лев и правда мчался к ним через всю площадку, сняв перчатку и маску, с выражением ужаса на лице.

Лев- Таня! Ты в порядке? Голова не кружится? Может, воды? Или скорую?

Таня - Да перестаньте вы! — она наконец вырвалась из хватки Романа и Тараса, хотя им пришлось её поддержать. — Я живая! Целая! Просто устала. И голова немного закружилась от вашей опеки. Я же не из сахара, в конце концов!

Она попыталась сделать вид, что всё под контролем, и медленно поехала к скамейке. За её спиной повисло напряжённое молчание. Парни переглянулись. Они понимали, что перегибают палку, но не могли остановиться. Страх потерять её снова был сильнее разума.

Примерно через час интенсивной работы над силовыми приёмами (где Тарас и Барашкин устроили настоящее шоу, с грохотом врезаясь в борт) и скоростными проходами (где Петя и Ёлкин носились как угорелые, сыпля колкостями друг другу вслед), произошло неожиданное.

Тренер Барсов и тренер «Вымпелов», суровый мужчина с шоколадными усами по имени Виктор Сергеевич, о чём-то оживлённо поспорили у борта. Спор касался какого-то эпизода прошлогоднего матча. Слова «нет, ты помнишь, он же был вне игры!» и «да какой вне игры, это был чистый обвод!» неслись через весь лёд.

В итоге Виктор Сергеевич махнул рукой и рявкнул:

Тренер"Вымпелов" - Да брось ты, Барсов! На словах ты как Рагулин! Пойдём, я тебе докажу! У меня в кабинете тот матч на диске есть!

Тренер Барсов - Идём! — азартно блеснул глазами Барсов. — Сейчас я тебе всю правду в глаза плюну! Эй, команды! — крикнул он, оборачиваясь. — Самостоятельная работа! Повторяем упражнение на дриблинг у борта! Без драк! А то придём – разберёмся! — и оба тренера, как два увлечённых мальчишки, удалились в сторону административного корпуса.

На льду повисла пауза. «Вымпелы» некоторое время ещё честно пытались выполнять указания, но энтузиазм быстро угас. «Метеоры» же почти мгновенно забыли про дриблинг. Их магнитом потянуло к скамейке, где сидела Таня, отдыхая после очередного подхода.

Петя - Ну что, наш чемпион? — Петя подкатился к ней и грациозно (насколько это возможно в коньках) присел на корточки. — Жизнь ещё не мила? Или уже полегчало?

Таня - Полегчало, — улыбнулась она, вытирая лоб. — Пока вы там друг друга мутузите, я тут красоту навожу.

Рома- Ты и так самая красивая здесь, — неожиданно прямо сказал Роман, подкатываясь с другой стороны. Он сказал это тихо, но твёрдо, и немного покраснел.

Таня- Ой, Ром, слышали? — рассмеялась Таня. — Прямо как Барашкин, только без рыжих кудрей.

Рома- Не смей меня с ним сравнивать, — тут же нахмурился Роман, но в глазах прыгали смешинки.

Тем временем «Вымпелы», видя, что «Метеоры» отдыхают, тоже начали потихоньку смещаться к их половине. Им тоже было интересно. Но стоило Барашкину или Ёлкину сделать шаг в сторону Тани, как на их пути тут же возникала стена из тел «Метеоров». Не агрессивная, но непробиваемая.

Ёлкин - Эй, Таня, как ощущения? — попытался крикнуть Ёлкин через «живой баррикад».

Петя - Ощущения отличные! — моментально среагировал Петя, поворачиваясь к нему спиной. — Особенно когда тебя тут не видно и не слышно! Практически курорт!

Барашкин - Мы просто спросить хотели! — засмеялся Барашкин, пытаясь заглянуть поверх головы Тараса.

Тарас - Спроси у своего тренера. — невозмутимо ответил Тарас, блокируя ему обзор своей мощной спиной. — Он умный.

Лев - Да-да, — поддержал Лев, вставая рядом с Тарасом. — А то отвлечёшь её, она опять упадёт. А мы волноваться будем. Нам вредно.

Таня сидела за их спинами и не могла сдержать улыбки. Их ревность была такой детской, такой непосредственной и такой трогательной. Чтобы разрядить обстановку, она решила включить их же оружие.

Таня - Знаете, ребята, — сказала она громко, чтобы слышали и «Вымпелы», — Я тут пока каталась, кое-что заметила. Все«Метеоры» насторожились.

Рома- Что? Что заметила?

Таня- Ваши «Синие Вымпелы»... — она сделала драматическую паузу, — ...очень громко дышат. Прямо как паровозы. Особенно тот, который длинный, — она кивнула на Палкина. — Слышно аж на трибунах. Наверное, от роста. Воздуха много нужно.

Петя- Ха-ха! Палкин-паровоз! — тут же подхватил Петя. — Ты уж извини, Гена, у тебя там легкие как кузнечные меха! Ты хоть предупреждай, когда набираешь воздух, а то у нас Лёва от неожиданности шайбу пропускает! Он же привык к тихим и скрытным!

Лев - Это точно! — фыркнул Лев. — Шипишь как гусь обиженный, когда падаешь.

Таня - А ваш вратарь... — продолжила она, наслаждаясь моментом, — ...он не просто прыгучий. Он как... попкорн на сковородке. Прыг-скок, прыг-скок. Никогда не знаешь, в какую сторону он подпрыгнет в следующий раз. Интересная тактика. Наводит на философские размышления о непредсказуемости бытия.

Рома - Попкорн Прыгунков! — ухмыльнулся Роман. — Это гениально! Он не охраняет ворота, он их... развлекает! От скуки прыгает!

Тарас - Эффективно. — с невозмутимым видом заключил Тарас. — Противник смеётся, теряет концентрацию. Хитрый план.

«Вымпелы» слышали все эти «колкости» и покатывались со смеху. Палкин краснел, но улыбался. Прыгунков начинал нарочито прыгать на месте, изображая попкорн. Даже хмурый Ёлкин фыркал. Атмосфера стала лёгкой, почти дружеской. Но физический барьер, сооружённый «Метеорами», никуда не девался. Они позволяли шутить, но не подпускали ни на шаг.

Таня, отдохнув, снова встала на коньки. Было всё ещё тяжело. Каждый мускул ныл, спина была мокрой от пота. Но на душе стало легче. Она сделала ещё несколько кругов, уже под одобрительные крики и шутки обеих команд. Это была её первая, маленькая победа. Над слабостью. Над страхом. И над глупой мужской ревностью, которую она теперь знала, как обернуть в шутку.

Тренировка закончилась. Все были измотаны, но довольны. «Вымпелы», собираясь уходить, снова попытались подойти к Тане – на этот раз просто попрощаться.

Барашкин - Ну, Смирнова, держись! — крикнул он, уже с порога. — Скоро снова на льду будешь всех нас обыгрывать!

Ёлкин - Да, выздоравливай! — добавил Ёлкин. — А то твои телохранители тут совсем озверели без тебя!

Палкин - Пока... — смущенно пробормотал Палкин, помахав рукой.

Но «Метеоры» уже окружили Таню плотным кольцом и вели её к выходу, демонстративно не глядя в сторону «Вымпелов». Ответила за всех Таня, крикнув им «спасибо! пока!» через плечо Романа.

На улице их ждал прохладный воздух. Таня шла медленно, чувствуя каждую мышцу. Парни двигались вокруг неё, как спутники вокруг планеты. Их поведение резко изменилось. Строгие, сосредоточенные телохранители превратились в стаю резвых щенков.

Петя - Ох, и устал я сегодня! — заявил Петя, делая вид, что падает от изнеможения прямо на Тараса. — Тарасище, подержи меня, а то упаду! Совсем силы кончились таскать этих «Вымпелов» по льду!

Тарас - Сам иди, — Тарас легко отпихнул его, но сделал это беззлобно, даже с какой-то грубоватой нежностью. — Ты легче пера. И так же несносен.

Рома - Перо? — усмехнулся Роман. — Он как назойливая муха. Жужжит, кружит, всех достаёт.

Петя - Зато эффективно! — парировал Петя, начиная прыгать вокруг Левы. — Лёва, а Лёва! А помнишь, как ты сегодня от радости, что Таня не упала, чуть сам не упал? Аж коньками завертело!

Лев - Да ну тебя, — смутился Лев, отмахиваясь от него. — Я просто... обрадовался. А ты специально мне под конёк подъехал!

Петя - Я? Никогда! Это лёд неровный! Его Барашкин своей рыжей головой продавил, когда его Тарас в борт вжарил!

Они дурачились, толкались, подставляли друг другу подножки, обсыпали снегом с обочины. Таня шла в центре этого хаоса и смеялась до слёз. Они были невыносимыми. Идиотами. И самыми лучшими друзьями на свете.

И вот она решилась. Они дошли до её переулка.

Таня - Ну что, парни, — сказала она, останавливаясь. — Проводили. Молодцы. Спасибо. Наступила пауза.Они перестали дурачиться и смотрели на неё с немым вопросом.

Петя - И... всё? — разочарованно протянул Петя. — То есть мы тебя, так сказать, до порога... и всё? Как Золушку? Хотя нет, Золушку хоть на бал возили...

Таня - Ну... — она улыбнулась, делая вид, что раздумывает. — Если вы пообещаете не устраивать погром и не пугать кошек... Можете зайти. На чай. Ненадолго.

Эффект был мгновенным. Четыре пары глаз загорелись таким восторгом, будто она предложила им не чай, а поездку на чемпионат мира.

Рома - Серьёзно? — спросил Роман, пытаясь сохранить невозмутимость, но у него не получалось.

Лев- Мы будем аккуратны! — пообещал Лев, вытирая руки о штаны.

Тарас - Кошек не напугаем. — кивнул Тарас с такой серьёзностью, будто давал клятву на верность.

Петя- Ура-а-а! — завопил Петя, подпрыгивая на месте. — В гости к Таньке! Мурку и Уголька тискать! Это ж лучше, чем любая тренировка! Бежим!

Они почти втолкнули её в подъезд, такой была их радость.

Квартира Тани была именно такой, какой они её себе представляли: уютной, светлой и очень опрятной. В воздухе пахло чаем и чем-то сладким. Уголек тут же выскочил встречать гостей, громко мурлыча и тычась в ноги. Мурка наблюдала с подоконника с королевским снисхождением.

Петя - О, зверьё! — воскликнул Петя, пытаясь поймать Уголька, но тот ловко увернулся и побежал к Тане.

Рома - Красиво у тебя, — сказал Роман, оглядываясь. Его взгляд задержался на полке с книгами и хоккейными кубками. — Уютно.

Лев- А какой запах! — с наслаждением потянул носом Лев. — Как у моей тётки. Только без пирогов с капустой.

Тарас - Хорошо у тебя. — заключил Тарас, удобно устраиваясь на табуретке у прихожей и снимая ботинки с такой осторожностью, будто разминировал бомбу.

Таня распорядилась насчёт чая и кофе, и вскоре они все сидели в гостиной. Петя уже успел исследовать все полки (под пристальным взглядом Тани), Лев подружился с Угольком, который устроился у него на коленях, Роман разглядывал фотографии, а Тарас... Тарас просто сидел и улыбался. Это была редкая, немного смущённая, но очень тёплая улыбка.

Таня - Ну что, чем займёмся? — спросила она. — Я вот, например, страстная любительница шахмат.

Роман мгновенно оживился.

Рома - Серьёзно? Давай сыграем. Я неплох.

Петя - Ой, только без этой скукотищи! — заныл Петя. — Давайте во что-нибудь весёлое! У тебя же настольный хоккей есть, я видел!

Лев - А давайте и то, и другое! — предложил Лев. — Пусть Ром с Таней играют в свои умные шахматы, а мы с Петькой устроим чемпионат мира по настольному хоккею! Тарас будет... арбитром!

Так и порешили. Вскоре в комнате воцарилась атмосфера сосредоточенного азарта. В одном углу Роман и Таня склонились над шахматной доской.

Рома - Конём на е5. — объявил Роман с видом Наполеона.

Таня - Смело. — улыбнулась Таня. — Но неосторожно. Слон на g4. Шах.

Рома - Ой... — Роман почесал затылок. — Это ты ловко... Ладно, ухожу королём.

В другом углу бушевала настоящая буря. Петя и Лев сражались на настольном хоккее. Пластмассовые фигурки трещали от ударов, крутящиеся ручки скрежетали, а сам стол ходил ходуном.

Петя - Ага! Получи, Глебов! Бросок в девятку! — орал Петя, яростно дёргая за ручку нападающего.

Лев - Не выйдет! — парировал Лев, отбивая его «бросок» своим вратарём. — Я же профессионал! Чувствую шайбу носом! А ну, отдай шайбу, хитрюга!

Петя - Не отдам! Это моя! — Петя пытался провести шайбу вдоль борта, но Лев блокировал ему все ходы.

Тарас сидел между двумя «зонами боевых действий» с важным видом. Он следил за хоккеем.

Тарас - Лев, слева открыто! Петя, пас на центр! — командовал он.

Петя - Не учи, я сам знаю! Ой! — в суматохе Петя так дёрнул ручку, что его нападающий вылетел из паза и упал на пол.

Лев - Ха! Дисквалификация! Удаление до конца матча! — торжествующе закричал Лев.

Тарас - Нарушение правил. — с серьёзным видом констатировал Тарас. — Два минуты штрафа. Продолжаем в меньшинстве.

Петя - Да какой же это нарушение! Это... техническая неполадка!

Пока Петя возился с фигуркой, Таня поставила мат Роману.

Таня - Шах и мат. — сказала она тихо.

Рома - Ничего себе... — Роман смотрел на доску с недоумением. — Я даже не заметил, как ты подвела ферзя... Красиво. Обидно, но красиво.

Таня - Спасибо, — улыбнулась она. — Хочешь реванш?

Рома - Ещё бы! — Роман уже расставлял фигуры. — Теперь я буду внимательнее.

Шум от хоккейного стола привлёк внимание Уголька. Он прыгнул на стол и начал ловить лапой бегающую шайбу.

Лев - Эй, вратарь! Посторонним на поле не место! — засмеялся Лев, осторожно убирая кота.

Петя - Это не посторонний! Это наш тайный агент! — заявил Петя. — Мур-мяу, отними шайбу у Левы!

Просидели они так почти два часа. Лев в итоге выиграл у Пети со счётом 10:8. Таня обыграла Романа ещё два раза, после чего он сдался, заявив, что будет тренироваться. Тарас так и сидел на своём посту арбитра, изредка вставляя реплики и подливая всем чай. Было шумно, весело и по-домашнему уютно.

Когда начало темнеть, они нехотя стали собираться.

Петя - Ну всё, на сегодня хватит, — вздохнул Петя. — А то Таня от нас устанет, и нас больше никогда не позовёт.

Лев - Спасибо за гостеприимство, — сказал Лев, аккуратно ставя на место Уголька. — Очень круто было.

Рома - Да, — поддержал Роман. — Спасибо. И за шахматы... я отыграюсь.

Тарас - Очень хорошо у тебя. — сказал Тарас, стоя уже в дверях. Его огромная фигура почти заполнила проём. — Уютно. Как дома. — и он вдруг протянул ей маленькую, аккуратно свёрнутую бумажку. — Это тебе.

Удивлённая Таня развернула её. Это был рисунок. На нём была изображена она, катящаяся на коньках, а вокруг – четыре смешных, улыбающихся фигурки в форме «Метеоров». Подпись гласила: «Нашей Танюше. Выздоравливай быстрее. От твоих защитников».

Таня - Тарас... — она посмотрела на него, и у неё перехватило дыхание. — Это ты нарисовал?

Тарас смущённо кивнул,глядя в пол.

Тарас - Саша помогал. Идея. Я... рисовал.

Петя - Тарасище! — воскликнул Петя. — Да ты художник! Скромный, но гениальный!

Роман - Очень красиво, — тихо сказал Роман.

Лев - Вот это да... — прошептал Лев.

Таня обняла Тараса. Он сначала застыл, потом неловко похлопал её по спине.

Таня - Спасибо, — прошептала она. — Это самое лучшее, что мне дарили.

Они уходили, шумно споря о чём-то на лестничной площадке. Таня закрыла дверь, прислонилась к ней и зажмурилась. Она снова чувствовала усталость, но теперь это была приятная, счастливая усталость. Её тело ныло, но сердце пело. Она была дома. Её ждали кошки. И её ждала её команда. Её нелепые, ревнивые, самые лучшие в мире парни. И всё было хорошо.

________________________________________________________________________________