Глава 12
Они стояли на крыше в тишине. Говорить было нечего.
Она была глупой. Дурой. Ее ослепило красивое лицо и чарующая улыбка. Мика, врущий мерзавец, дважды получил от нее то, что хотел. Если бы она только не посмела надеяться. Если бы она ушла, как только узнала его, отвергла бы его извинение. Но она впилась в наивную надежду, что она ему нужна.
Она подвила горький смех. Нужна? Никогда. Он просто был волком, охотящимся на хорошо защищенную овцу.
— Кто-то его нанял, — пробормотал Лир. Пайпер вздрогнула, тишина длилась долго. Эш не двигался, стоял в паре футов спиной к ним, его плечи были напряжены. Каждые пару секунд он двигал ими, словно вес давил на него, и он не мог найти способ удобно держать его.
— Что? — вяло спросила она.
— Кто-то знал о твоем прошлом с ним, так что его наняли найти тебя. Кто бы проще подобрался к тебе, как не тот, кто знал тебя? — он горько рассмеялся. — И ты бы не подумала, что его наняли. Чертовы деньги.
Она подавила извинение, пытающееся вырваться из ее горла. Извинения не помогут, и на месте Лира она бы не простила такую глупую ошибку. Даже спрашивать не стоило.
— Кто-то с деньгами, — продолжил Лир, потирая рукой волосы с ненужной силой. — Еще и вертолет. Это может быть кто-то из главнокомандующих.
Пайпер скривилась. Это был еще один термин для глав правящих семей деймонов.
Лир молчал мгновение.
— Нам крышка.
Сдавшись, Пайпер села на корточки и прижала лицо к коленям. Слезы пробили ее контроль и лились беззвучно по лицу. Они будут прятаться до конца жизней, а жизни будут короткими. Амбициозные деймоны еще даже охотиться не начали. Скоро они не смогут ходить по улицам без нападений Охотников на камень. А еще были префекты. Если их схватят, то бросят гнить в темницу. Без Сахара они не очистят имена.
Рука обхватила ее плечи.
— Тише, — шепнул Лир. — Ладно тебе, Пайпер, еще не все конечно. Мы еще можем отследить этих гаян и вернуть твоего отца. Он нам поможет.
Она покачала головой. Они могли спасти ее отца, но его ждала такая же судьба, как и ее. Весь мир будет считать его убийцей. Она не могла очистить и его имя. Его карьера, вся жизнь работы превратится в пепел.
— Это все моя вина, — проскулила она. — Мне так жаль.
— Тише. Нет, все виноваты, Пайпер, — мягко сказал Лир. — Мы с Эшем были там, но не заметили. Мика действовал хитро.
Она всхлипнула. Пайпер подавила всхлипы и постаралась вытереть слезы. Но они лились, как дождь. Все было испорчено. Все кончено. Все в пепле и прахе. Как она могла все так испортить?
Черные ботинки появились перед ней. Понимая, что ее товарищи-деймоны все равно осознают, что она плачет, Пайпер подняла голову. Перед ней стоял Эш, укутанный в тень. Он был до ужаса неподвижным, выражение лица было пустым, как камень. Она не дышала, ожидала, что он сдвинется, что-то скажет.
Его ладони сжались. Разжались. А потом, к ее потрясению, он начал расплетать косичку на боку головы, где была красная лента. Он вытягивал волосы, пока шелковая полоска не высвободилась. Он сжал ленту в кулаке и протянул ей. Пайпер автоматически вытянула руку, раскрыв ладонь.
Взмахом запястья Эш отпустил ленту, один конец еще был вокруг его пальцев. Другой конец стукнул о ее ладонь. Конец ленты окутывал что-то маленькое и тяжелое. Эш потянул за кончики, и скрытый предмет выскользнул из ткани.
Пайпер поняла, что это, как только предмет ударил ее ладонь.
Сахар.
Настоящий Сахар.
И тут она поняла, что давно не держала в руках настоящий Сахар.
Он был слишком тяжелым для своего размера, словно в маленьком серебряном овале было заключено что-то большое. Он мерцал, сияя изнутри, чаруя. Она ощущала что-то странное от камня кожей, и она знала, что лишь раз держала настоящий Сахар — когда только вытащила его из коробочки в спальне.
Она смотрела на него так долго, что, когда подняла голову, Эш уже почти закончил вплетать ленту в волосы. Под ее онемением от потрясения зашевелились эмоции. Но не радость. Не облегчение и не удивление. Она ощущала пока что не это.
В ней вскипал ужас, который медленно превращался в кристаллы ярости.
Дракониан не смотрел ей в глаза. Его лицо было в тени, он смотрел выше ее головы, черты были напряженными и холодными. Он защищался.
— Ты дал мне подделку, — она не узнавала свой голос, тихий тон был сплетен со льдом. — Когда ты их подменил? — медленно спросила она. — В первый день, — ответила она себе. После того, как они сбежали от префектов и долго катались, коробочка была плохо сунута под ее футболку, когда она проснулась. Эш переплел волосы, спрятав Сахар при себе, где никто не украл бы его, не содрав с его головы кожу.
Она встала на ноги лицом к дракониану. Он посмотрел на нее, прячась в тени. Она хотела видеть его лицо. Она хотела видеть вину.
— Ты украл у меня Сахар. Когда я спала, — он ведь предупреждал, да? Он говорил ей перед сном, чтобы она хранила Камень.
— Пайпер, — быстро вмешался Лир, тоже встав. — Это хорошо. Сахар у нас. Эш защитил его для…
— Для нас? — резко закончила она. Эш не двигался, не дрогнул под ее ненавидящим взглядом. — Не глупи, Лир. Он защищал камень для себя. Это было идеально, да, Эш? — насмехалась она. — Когда все поймут, что у меня подделка, след так запутается, что никто и не подумает искать настоящий Сахар у тебя. И ты получил бы его себе, как и любой другой деймон мечтал бы.
Лир посмотрел на них с тревогой.
— Пайпер… — попытался он снова.
— Почему ты защищаешь его? — она набросилась на инкуба. — Он предал нас!
— Он спас Сахар, — прокричал в ответ Лир. — Что с того, что он приберег настоящий? Это же сработало в конце!
— А мой отец? — завопила она. — Когда станет ясно, что эта подделка, его обвинят в подмене Сахара до того, как его украли гаяне. Семьи Аида и Ра начнут войну. Ему придет конец!
Лир был в панике. Он смотрел то на Эша, то на нее.
— Есть вещи важнее карьеры, — пробубнил он.
— Например? — едко спросила она. Пайпер повернулась к молчаливому дракониану. — Ради чего ты разрушил жизнь моего отца, Эш? — она тряхнула головой, ощущая себя разбивающейся внутри. — Ты эгоистичный трус. Лживый вор. Отец знал, что ты прибыл не к добру. Он знал…
Она застыла, правда ударила по ней. Тело задрожало. Гнев вспыхнул в ней, закипая, готовый вырваться.
— Это был ты, — ее ладони дрожали, желудок сжимался. — Из-за тебя отец забрал настоящий Сахар до встречи. Когда ты пришел в Консульство, он понял, что ты пришел за камнем. Он поменял его со своей подделкой. Ты… боже, как я могла быть такой глупой? — вопила она и смеялась. — Ты сам сказал мне до этого! Ты догадался, что случилось, потому что уже побывал в хранилище. Ты уже пытался украсть Сахар, но узнал подделку.
— Пайпер… — начал Лир с сомнением в голосе.
— У тебя уже была подделка, — продолжила Пайпер, заглушив Лира. Она смотрела свысока на дракониана, ожидала его реакцию, признание, хоть что-нибудь. — Иначе откуда у тебя была бы идеальная подделка? Ты ворвался в хранилище раньше, собираясь оставить свою подделку и уйти с настоящим. А потом послы пришли бы за Сахаром и поняли, что это фальшивка, и обвинили бы моего отца. Так и случилось, — ее гнев разбился. — Ты собирался подставить моего отца! — завизжала она. Слезы полились по щекам. — Я тебе доверяла!
Она отвернулась, ей надоела его неподвижность, отсутствие реакции.
— Отец знал, — выдавила она. — Он просил меня держать вас наверху, пока они перемещали Сахар. Чтобы ты не попытался снова, — она оскалилась. — Наверное, ты обрадовался, узнав, что у меня настоящий Сахар. Не стоило тебе говорить. Ты предал Консульство, предал мою семью, предал нас.
Тишина.
Лир смотрел на бетон крыши между ног, его лицо недовольно скривилось. С разочарованием. Но не так, словно он был удивлен, а так, словно он надеялся на лучшее.
Пайпер развернулась. Эш смотрел на нее с холодной маской, как на фотографии из папки.
— Скажи что-нибудь, — сухо потребовала она.
— Например? — его шелковый голос без эмоций вызвал дрожь на ее спине. — Ты все сказала, так ведь? Все описала. Не стоит учитывать другую сторону.
— Так опиши другую сторону, — парировала она. Слепая и слабая надежда, как с Микой, росла в ней. В этот раз она раздавила ее. Что могло объяснить действия Эша? Он был вором. Обманщиком, бессердечным лжецом.
Он снова застыл, черная статуя в тенях, пока думал над ответом. Он издал звук отвращения горлом и отвернулся.
— У тебя есть два варианта, — сказал он. — Забрать Сахар и делать с ним, что хочешь. Пытаться спасти себя, своего отца, как хочешь. Или мы действуем по изначальному плану.
Она стиснула зубы, гнев бушевал в ней. Крики не выдавят из него ответ. Он не хотел признавать, что другой стороны у истории не было. Он хотел камень и сделал все, чтобы получить его, предавая всех. Так сделал бы любой деймон. Они не были людьми. Нельзя было ожидать, что доверие им так же важно, как человеку.
— Я тебе не доверяю, — сухо сказала она. — Я не хочу ничего, связанного с тобой. Просто уйди.
— Пайпер… — прошептал Лир.
— И ты с ним уходи! — почему-то было проще срываться на Лира, а не на Эша. Смотреть на него было больно.
Это обжигало. В ней болели все осколки доверия.
— Если ты все еще защищаешь его, уходи с ним. Пусть врет тебе и предает дальше.
— Пайпер, — рявкнул он. — Пойми уже!
— Что? — напряженно завопила она.
— Да! Ты не думаешь логически. Ну, украл Эш Сахар, чего хотят все деймоны на этой стороне вселенной. Ну, думаю я, что он козел. Да, я тоже расстроен, но я хочу жить и злиться завтра, через месяц или год. И это возможно только при работе командой, — он понизил голос. — Ты знаешь, что без Эша мы не сможем.
Она стиснула зубы, отказывая признавать это. Пылающая боль предательства пронзала ее хуже, чем при реакции Мики на ее признание. Она доверила Мике сердце. Эшу она доверила жизнь.
Разжав кулак, она посмотрела на Сахар. Он сиял в тусклом свете города, пульсировал силой. Она помнила, как часы назад Эш с невинным видом говорил Лилит, что не крал его. Она фыркнула. Какой лжец.
— Хорошо, — рявкнула она. — Хорошо, идем по плану, Эш. Но, если ты хоть посмотришь на Сахар…
— То что? — вопрос прозвучал шипением. Пайпер отпрянула на шаг, потрясенная тем, что его глаза вспыхнули черным. Он улыбнулся, показывая зубы. — Что именно ты сделаешь, Пайпер? Будешь меня еще больше ненавидеть? Не забывай, что я дал тебе Сахар, и я могу забрать его в любой момент, — его взгляд был ледяным, он бросал ей вызов.
Она застыла под его взглядом, как кролик под взглядом сокола. Выдавив улыбку, она оскалила зубы.
— Так почему не заберешь? — вспылила она, злясь еще больше за то, что он угрожал ей. — Забирай, — она протянула кулак, до боли сжимая камень пальцами. — Бери его и катись, куда тебе нужно. Безграничная сила сделает тебя счастливым, Эш? — процедила она. — Будет лучше дружб, которые ты предал?
Низкий гул раздался из его груди, его руки сжимались, словно он боролся с желанием ударить его. Она отступила на шаг.
— Зачем ты отдал его? — спросила она, стараясь придать голосу нейтральный тон.
Он стиснул зубы. Он посмотрел на Лира, а потом на нее.
— Мне не нужен Сахар, если все уже думают, что я украл его…
— А ты это сделал, — пробормотала она.
Он повернул голову, не успев ответить. Порыв ветра и хлопанье нарушили тишину, Цви вылетела из темноты. Она опустилась на плечо хозяина, защебетала, расправив крылья. Он внимательно слушал.
— Два отряда префектов с ищейками в клубе, — сухо сказал Эш. — Если мы уходим, лучше сделать это сейчас.
— Откуда ты знаешь? — с подозрением спросила она.
— Цви была на страже.
— Цви — животное.
— Как и люди.
Она открыла рот, но Лир встал перед ней.
— Идемте. Сейчас.
Эш кивнул.
— Я найду машину и встречу вас через квартал на восток отсюда. Не мешкайте.
— Но… — начала Пайпер.
Эш повернулся к краю здания. Ловким движением он перемахнул через край и упал во тьму. Она слушала, но звука приземления не было. Глубоко вдохнув, она сжала пальцы на камне до боли.
— Идем, Пайпер, — сказал Лир.
Она повернулась к инкубу, опешила от враждебной сдержанности его профиля. Он не смотрел на нее, указывая на пожарную лестницу на южной стороне.
— Что такое? — рявкнула она.
— А что с тобой? Знаешь что, Пайпер? — гнев делал его слова острыми. — Думаю, порой люди в отчаянии. И они поступают отчаянно, порой — неправильно. Может, стоило хоть немного подумать об этом, а потом называть трусом деймона, который чуть не умер, спасая твою жизнь.
Он развернулся и пошел прочь.
Пайпер сморгнула слезы. Лир был на стороне Эша. Деймоны всегда выбирали друг друга, а не чеймона или человека. Она помнила извинение Эша, когда он истекал кровью после боя в больнице. Он ощущал вину, он знал, что поступил неправильно. Но он оставался вором.
И отчаяние не смягчало последствия.
* * *
Текущее место встречи гаян было в самом неожиданном месте — старом Консульстве.
Это оскорбило Пайпер. Это Консульство служило соседнему городу, пока Квинна не назначили Главным консулом. Это Консульство не могло уместить все, что требовалось для главного, и новое построили на другой стороне, а это использовали за эти годы все меньше и меньше. Примерно год назад его закрыли. Она была тут пару раз до закрытия, но она была в десятках других, и интерьер везде был схожим.
Они с Лиром и Эшем пригнулись за кустами у края заросшего луга здания. Консульства всегда были с большим пространством без деревьев вокруг, чтобы люди не пробрались скрытно к стенам. Дом был маленьким, в два этажа, усиленным сталью в нескольких местах, в других местах облупилась краска. Окна ярко сияли, здание уже не было заброшенным.
Их план был простым. Они проберутся сзади, найдут подходящее окно, и Эш отправит Цви на разведку внутри. Если ее отец и гаяне были там, то они с Эшем и Лиром заберутся туда, чтобы спасти Квинна. Времени было мало. Префекты из клуба могли идти по их следу.
— Ну? — шепотом спросил Лир.
Эш пожал плечами. Он почти не говорил по пути. Он был отчасти затемнен, и это или его устраивало, или он не мог этим управлять. Пайпер хватало ума не злить его, она не доверяла ему ни в чем теперь, и он мог наброситься на нее в любой миг. Пугало, что он легко мог убить ее. Один момент затемнения, когда она будет стоять слишком близко. Если он злился на нее так же, как она на него, его контроль ускользнет быстро.
Она не понимала, что его так злит. То, что она, в отличие от Лира, не отреагировала на случай спокойно? Он думал, что ей все равно? Что она поймет его амбиции? Думал, что она простит его?
— Я осмотрюсь, — сказал дракониан. — Ждите здесь.
Она поджала губы, чтобы не спорить. Не оглянувшись, Эш скользнул в деревья, пропал в тенях. До рассвета были часы, свет бросал лишь серп луны. Она жевала язык, глядя на Консульство. Не было ясно, сколько там людей.
— Пайпер, — тихо сказал Лир.
Она знала этот тон.
— Не утруждайся.
— А?
— Ты снова собираешься защитить его. Я не хочу тебя слушать, я не прощу его за…
— Пайпер, — прорычал он. — Замолчи. Ты хоть раз в жизни послушаешь?
— Ты вечно говоришь.
— Да послушай уже! — он посмотрел так яростно, что она села на пятки и скрестила руки. Она попросила его продолжать взглядом.
Он холодно смотрел на нее.
— Я знаю, каково тебе быть дочерью Главного консула без магии. Я знаю, как сильно ты училась, чтобы компенсировать отсутствие магии. Я знаю, что ты совершаешь много опасностей, потому что хочешь ощущать себя сильной, хочешь, чтобы папа тебя заметил.
Она хмурилась от его замечаний и была готова плеваться.
— Не твое дело, Лир. Ты ничего обо мне не знаешь.
— Я знаю о тебе больше, чем ты знаешь об Эше. Так почему ты решила, что понимаешь его?
Она недовольно надулась.
— Я знала, что ты снова о нем. Ты можешь…
— Я не защищаю его, Пайпер. Он действовал и за моей спиной. Но… — он ударил это слово тоном, — я знаю, что он бы не поступил так без причины.
— Это не…
— Оправдывает это, — закончил он. — Это я тоже знаю. Я знал Эша четыре года. Ты знаешь, что я заряжаю камни для других деймонов, да? Порой это опасно. Безобидные деймоны не ходят с камнями. Они для сильных и амбициозных, и камней у таких столько, что они не успевают все заряжать. Знаешь, сколько раз Эш спасал мне жизнь за эти четыре года? Знаешь, как сильно он рисковал ради меня?
Она смотрела в глаза Лира и молчала.
— Знаешь, что еще, Пайпер? Если бы Сахар был у меня, и Эш попросил бы отдать его, я бы так и сделал.
По людским меркам это как миллиардер отдал бы все до копейки.
— Потому что он спасал твою жизнь?
— Нет, — ответил Лир. — Я тоже ему помогал. Мы поддерживаем друг друга, — он резко выдохнул. — Я отдал бы ему камень, потому что ему он нужнее, чем мне.
— Нужнее для чего?
— Он тебе не расскажет. И мне не стоит.
— Что не расскажет?
Он не ответил, разглядывая ее.
Она смотрела в ответ, готовая взорваться.
— Ты не очень убедителен, Лир.
— Честно скажу, Пайпер, — его голос стал холодным. — Не думаю, что мне нужно тебя убеждать. И Эшу пытаться не стоит.
— Потому что вам меня не убедить!
Гнев мерцал на его лице. Деймоны снова злились на нее. Эш предал ее. Почему они не понимали?
— Ты помнишь слова Вейовиса? — вдруг спросил он.
— Что?
— Он сказал: «Если вы это переживете, ему потребуется твое прощение. Если ты сможешь», — Лир вскинул брови.
Кожу Пайпер покалывало. Вейовис знал, что Эш украл Сахар.
— И он сказал: «Если ты не сможешь простить его, когда придет время, то ты не достаточно сильна, чтобы быть среди нас».
Она сжала кулаки. Лир посмотрел на реакцию и покачал недовольно головой.
— Люди. Вы смотрите в окно, думаете, что видите весь мир, а не его часть, — он встал и возвысился над ней. — Я расскажу тебе кусочек того, что Эш никогда не расскажет.
Она застыла от взгляда Лира.
— Без кражи Сахара Эша убьют. На него будут охотиться и убьют, как пытались убить его в больнице. Они почти смогли.
Она резко вдохнула. Из-за происходящего она забыла о двух деймонах-убийцах и их угрозах, что Эш в списке их босса. Ему нужен был Сахар для защиты? Но он уже украл его до того, как те ребята напали на него. Она ничего не понимала.
— Он лишает себя последнего шанса, чтобы защитить нас, — сказал Лир, перебивая е мысли. — Может, так ты поймешь, почему я не могу терпеть твои возмущения, — он пожал плечами, от чего она ощутила себя униженной, и посмотрел на луг. — Он принял отчаянное решение из-за угрозы, — он бросил на нее взгляд. — Ты предала бы, чтобы получить магию?
— Я никого не предала бы, — рявкнула она. Дрожа, Пайпер обхватила себя руками. Отказ только слетел с губ, но ужасное желание поднялось в ней. Магия. Своя магия. Это решило бы все ее проблемы. У нее не было бы проблем со становлением Консулом. Деймоны и чеймоны не скалились бы при виде нее. Она уже не была бы ниже. Квинн не был бы разочарован в ней. И участвовал бы в ее жизни.
Она тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Пару минут прошло в тишине, пока она размышляла над словами Лира. Убили бы Эша без Сахара? Но его чуть не убили в больнице даже с Сахаром на нем. Она все еще не видела больших фрагментов картины. Почему Лир не мог просто сказать ей, что происходит? И почему-то Лир и Вейовис думали, что она могла просто простить Эша. Даже если она бы простила его предательство, она не смогла бы простить все. Эш пришел в Консульство, намереваясь украсть Сахар. Это не вышло, и он украл камень у нее. Она думала, что они в беде вместе, но у него все это время был путь к отступлению.
Она прижала ладони к лицу, пытаясь привести разум в чувство. Конечно, ей не хотелось, чтобы Эша убили, хоть она и злилась. Она не хотела его смерти. Но при этом она видела его холодное выражение лица, когда он бросил Сахар в ее ладонь, словно делал ей большое одолжение, украв перед этим камень у нее. Если бы Мика не убежал с фальшивкой, Пайпер и не узнала бы правду. Эш ушел бы с самым дорогим и сильным волшебным артефактом. Все, что она сделал в Консульстве, вело его к самому крупному воровству всех времен.
При мысли о нем ей хотелось что-то ударить.
Она выгнала Эша из головы и начала думать, как легко мог разбиться их план. Она смотрела на тихий дом, думая, там ли ее отец, в порядке ли он. Больше всего она хотела безопасности для него, чтобы он справился со всеми проблемами, как взрослый.
Эш вернулся в зловещей тишине, вышел из тьмы, как призрак. Он объяснил, что нашел точку за домом, где деревья подбирались чуть ближе к зданию. Пайпер и Лир пошли за ним среди деревьев в опасной игре, ведь им надо было ступать там, где ступал он, чтобы не шуметь. Но даже так она слышала, как под ногами хрустели камни и шелестели листья.
Они остановились на скрытой полянке в пару футов шириной, окруженной кустами. За колючими кустами дом, казалось, смотрел на них на расстоянии тридцати шагов по заросшему газону. Склоняясь рядом с двумя деймонами, Пайпер жевала нижнюю губу, адреналин бурлил в ней, и руки дрожали. Это должно было сработать. Должно.
— Готовы? — прошептал Эш. Он посмотрел наверх. Цви рухнула с ветки на его плечо, скрытая черной чешуей. Ее грива стояла дыбом, она выгнула шею и тихо зарычала. Пайпер глубоко вдохнула и проверила камень в кармане. В футляре под футболкой ему было бы безопаснее. Она посмотрела на Эша. Он должен был послать Цви в дом. Он смотрел на дом с пустым лицом.
— Ох… Эш?
Он тряхнул головой, словно у его уха жужжала муха. Цви заскулила, тряся головой. Эш снова дернул головой и на миг зажал уши руками.
— Что такое? — спросил Лир.
Эш покачал головой.
— Странный звук, — пропыхтел он. Эш вжал ладони в уши так, что сжались плечи.
— Сейчас есть на это время? — проворчала Пайпер.
Он пытался сосредоточиться на ней, тряся головой. Его глаза стали стеклянными, и он снова зажал руками уши. Он склонился, напрягся и тихо ругался.
— Слышу, кто-то идет, — сказал Лир.
Пайпер оторвала взгляд от Эша и посмотрела в щели среди листвы. Из-за здания вышли двое, мужчина и женщина. Мужчина нес черный предмет, размером с небольшой портфель, в руке. Они изучали деревья, медленно огибая периметр газона.
— Идут сюда, — она привстала. — Нужно уйти вглубь. Эш, идем!
Дракониан не двигался. Он сжался, закрывая руками уши, мышцы напряглись. Она схватила его за локоть и постаралась увести глубже в деревья. Она словно пыталась сдвинуть скалу.
— Блин, — выдохнул Лир. Он схватил Эша за другую руку. — Идем. Мы не можем тут оставаться. Каким бы ни был шум, тебе нужно уйти.
Эш смог поднять голову. Его лицо было напряженным от боли. Вместе Пайпер с Лиром оттащили спотыкающегося Эша в деревья. Цви прижималась к его плечу, головой уткнулась в его шею и скулила. Пайпер кривилась от хруста веток под ногами.
— Стой, — прошипел Лир. — Они слишком близко.
Они замерли, слушая. Двое стражей поступили так же, потому что стояла тишина.
— Мы знаем, что вы там, — крикнул мужчина. Сердце Пайпер подпрыгнуло. Она переглянулась с Лиром. — Выходите!
— Думаешь, это они? — тихо спросила женщина, ее голос было слышно в тихой ночи.
— Узнаем? — оживился мужчина.
Снова тишина.
Эш напрягся. Его голова откинулась, он вдавил ладони в уши. Он выгнулся на носках, словно его пронзали током. Его глаза закатились. И он рухнул.
Они с Лиром схватили его, опустили, пока он содрогался. Цви билась в конвульсиях рядом с ним, пищала при этом. Пайпер давила на его плечо, чтобы удержать его на месте.
— Лир, — безумно прошипела она. — Что происходит?
— Не знаю!
Голоса зазвучали со стороны газона в десяти шагах от них.
— Работает? — спросила женщина.
— Не знаю, — ответил мужчина. — Усилить?
— Давай.
Эш выгнулся, пятки вонзились в мягкую землю. Его тело застыло. Пайпер ощутила панику. У него был приступ.
— Нет, — охнула она. Пайпер схватила его за плечо, Лир помог ей перекатить его на бок, а Эш забился в конвульсиях, конечности дико содрогались. — Нет! — она закричала шепотом. Она повернула голову в сторону невидимых мужчины и женщины. Это они вредили Эшу. Точно они. Не думая, она вскочила на ноги и побежала из деревьев.
Стражи ждали ее.
Заклинание ударило по ней, как только она вырвалась из-за кустов, и сбило с ног. Пайпер ударилась о землю и ощутила, как вторые чары сковали руки за ее спиной. Она все равно вскочила на ноги. Ей не стоило так бежать на них.
— Хватит, — прокричала она. — Что бы вы ни делали с ним, прекратите!
Мужчина просиял. Он был юным, может, двадцать два или три, с песочными волосами и невинным лицом. Женщине было под тридцать, она была полноватой, а каштановые волосы были слишком хорошо уложены для простой футболки и брюк цвета хаки.
— Так это работает? — спросил парень. — Круто, — он улыбнулся.
Женщина строго посмотрела на Пайпер.
— Сядь здесь, — она указала на участок травы посреди газона. — Сейчас же. Или мы включим еще сильнее и посмотрим, что будет с твоим другом-деймоном.
Еще хуже? Не зная, как с таким бороться, она послушалась, двигаясь резко от спешки и страха. Что еще она могла? Она села с руками, скованными магией, и женщина вытащила рацию и вызвала подкрепление.
— Мы знали, что ты придешь, — сказал парень, радостно подпрыгивая. Черный портфель был у его ног, выглядел неуместно. Вблизи он выглядел неправильно. — Мы уже поняли, с кем ты путешествуешь. Так почему так долго?
Пайпер моргнула, пытаясь понять смысл его слов, пока разум кричал избить его.
— Я не знала, куда идти, — ответила она сдавленно. — Что ты делаешь с Эшем?
— Звук, — радостно ответил он, поднял портфель и похлопал его как послушного пса. — Ультразвук, точнее. Мы не слышим его, но эта колонка издает ультразвуковые волны очень высокой частоты. Драконианы почти не имеют слабостей, но они чувствительны к давлению воздуха. Давление ультразвуковых волн бьет ему по ушам, — он просиял.
Мгновение она боялась реагировать.
— Выключи, — заорала она, привстав.
— Оставайся там, — приказала женщина. — Вы тоже, — она крикнула в кусты. — Мы можем сделать громче. Если двинетесь, включим полную мощность.
Пайпер застыла, представляя, как Лир в кустах сделал так же. Если звук уже сейчас довел Эша до припадка, то что будет дальше? Она не успела подумать, как ей добраться до колонки, когда шестеро человек выбежало из-за угла здания. Ее сердце сжалось. Они пропали.
Мужчина средних лет в группе новоприбывших быстро захватил власть. Минуты спустя Лира вывели из-за деревьев в наручниках и ошейнике, подавляющем магию. Пайпер тоже сковали наручниками. Она молчала, Лира усадили рядом с ней. Она не переставала думать о бугорке в кармане, где был Камень. Через пять минут двое вынесли Эша из-за деревьев и бросили его на траву. Если он и был в сознании, то едва. Пайпер надеялась, что он отключился. Гаяне, несмотря на ее мольбу, не выключали колонку, пока не сковали Эша наручниками и ошейником. Парень обнимал колонку, радостно улыбаясь из-за успеха своей игрушки. Он смотрел на Пайпер, ожидая ее восторгов.
Группа чеймонов окружила узников. Двое подняли Эша под руки. Пайпер безумно смотрела на него, надеясь, что звук не навредил его слуху. Их повели вокруг здания, Пайпер пыталась управлять паникой. Ее руки все еще были скованы магией, что она могла сделать против такого количества врагов? Они не планировали биться с гаянами, но если бы бой был, Эш управлял бы атакой. Но с их жестоким ультразвуком они мгновенно могли подавить его.
Хуже того, она была с Сахаром. Она не могла отдать его гаянам.
Лидер средних лет распахнул двери Консульства и прошел в фойе, что раньше было роскошным, а теперь стало грязным и печальным. Пайпер тихо следовала за ними, Лир — на шаг позади. Они подошли к двойным дверям. Мужчина открыл их, указал Пайпер и Лиру идти первыми. За ними втащили Эша. Пайпер остановилась посреди большой комнаты. Раньше тут был зал переговоров, но оставшуюся мебель сдвинули к стенам. Ящики стояли аккуратно в углу. Казалось, гаяне не собирались тут задерживаться. И они хотели украсть то, что оставалось в Консульстве, напоследок.
Использовались только два стола в дальнем конце, покрытые стопками бумаг и папок, сверху стояли чудом три ноутбука. Рабочие ноутбуки получить было сложнее, чем бутылку пятидесятилетнего вина. Женщина стояла за столом спиной к остальным, она смотрела на экран. Пятеро окружали ее, смотрели на вошедших пленников с интересом.
Пайпер смотрела на спину женщины. Ее кожу покалывало.
Двое чеймонов, несущих Эша, бросили его на пол у ног Пайпер, оставив его неудобно лежать на животе, пока руки были скованы за ним. Она упала на колени рядом с ним и коснулась плеча.
— Они у нас, мэм, — сообщил мужчина средних лет в тишине комнаты. — Нашли их в деревьях сзади. Как вы и думали.
— Ультразвук сработал? — спросила женщина, не оборачиваясь. Звук ее приятного, но властного голоса заставил кровь Пайпер похолодеть. Ее руки задрожали.
— Да, идеально. Дракониан в ошейнике, мы можем в любой миг сбить его колонкой.
— Отлично, — сказала женщина. Она выпрямилась и отвернулась с ноутбуком. Ее лицо было милым, с высокими скулами и большими ореховыми глазами. Ее рыжеватые волосы были стянуты в простой пучок, что сочетался с ее серым брючным костюмом. Она посмотрела на Пайпер и улыбнулась. Она источала радость.
— Пайперель, — тепло звучало в этом до боли знакомом голосе.
Пайпер не могла дышать. Если бы она не сидела на коленях, она бы упала.
— Мама? — прошептала она.