Глава 9
Когда парни вышли из комнаты в девять вечера, они были готовы к ночному выходу.
Пайпер впервые обратила внимание сначала на Эша. Он был в черном, снова выглядел как загадочный и грозный подземный деймон, которого она избегала в Консульстве. Черные джинсы, тяжелые ботинки и черная рубашка с серебряным черепом на груди. Рукава были оторваны, чтобы открывать его красивые бицепсы, его запястья были в кожаных браслетах с шипами. Серебряная цепочка была несколько раз обернута вокруг браслета на правом запястье, другая цепочка висела слева на его джинсах. Немного морока затемнило его волосы до черных и скрывало красную ленту, вплетенную туда.
С усилием она закрыла рот. Ох, Эш был… неотразим. Темный, привлекательный. Лир источал обычно столько сексуальности, что она и не замечала Эша таким.
Теперь замечала. Его вид все еще был опасным, все еще угрожал без усилий с его стороны, но… был очень привлекательным.
Она вспомнила страницу из папки, и это словно окатило ее ведром холодной воды. Она сглотнула и перевела взгляд на Лира, но это было не лучше.
Он уже не ограничивался намеками. Он был в черно-красном под стать черно-серебряному стилю Эша. Его волосы теперь были белыми, резким контрастом с его загорелой кожей. Темно-серые джинсы сидели на нем плотнее, чем на Эше, было больше цепей и меньше кожи. Черная футболка с красным извивающимся драконом. Интересно, что его джинсы были разорваны с одной стороны, а потом зашиты узким кожаным шнурком.
Она смотрела то на одного, то на другого, пыталась нормально дышать. Лир заметил направление ее взгляда. Он с кривой улыбкой обвил рукой плечи дракониана. Он склонился к Эшу и хитро улыбнулся Пайпер.
— Всегда можно взять сразу двоих, — проурчал он.
Пайпер стиснула зубы, ее щеки пылали. Эш пронзил Лира убивающим взглядом и стряхнул с плеч его руку. Она закрыла глаза, досчитала до десяти, стараясь не думать о них. Ее лицо горело. Как ей подавлять грязные мысли остаток ночи? Чары Лира ее сокрушат.
— Думаю, мне тоже стоит переодеться. Там, кхм, есть дресс-код? — добавила она, указав на одежду Лира.
Он ухмыльнулся.
— Мы выглядим скромно. А ты можешь одеться смелее.
— Ох, почему же, — протянула она, — я не подумала взять кожаный корсет в шипах?
Удалившись в спальню, она открыла рюкзак и вздохнула. Она не подозревала, что придется идти в клуб, так что не брала одежду для этого. Она выбрала узкие джинсы с заниженной талией и привычные сапоги. Сверху был черный плотный кожаный топ, укороченный на четыре дюйма. Ее живот был голым. Вот. Лир будет рад. Напоследок она надела зачарованные наручи, добавила длинную цепочку из рюкзака Лира на свою талию и спрятала в сапогах кинжалы.
Она прошла в ванную, соединенную со спальней, и попыталась оживить черные волосы с красными прядями, но сдалась. Вздохнув, она пошла в гостиную. Она дошла до приоткрытой двери, стук из гостиной заставил ее застыть. Она представила, как в квартиру врываются убийцы деймонов. Она пригнулась и выглянула.
Упала лампа, но чудом не разбилась. Цви сидела на лампе, расправив крылья, с чем-то темным в зубах. Она опустила голову и рычала на кого-то в комнате.
Появился Эш, пригнулся и улыбнулся так, как она еще ни разу не видела.
— Отдай, монстрик, — грубые слова были пропитаны весельем.
Цви шумно щебетала, тряся головой. Пайпер поняла, что у дракончика был браслет Эша с камнями энергии. Цви пригнулась, покачивала хвостом, как кот перед прыжком. Эш бросился на нее, но она отскочила. Он нырнул за ней, и она игриво зарычала, побежала по дивану и нырнула под кофейный столик. Эш сунул руку под столик и попытался схватить ее.
Пайпер моргнула и оглядела гостиную в поисках Лира, но инкуба не было. Из-за двери на смотрела, как Эш гоняется за своим дракончиком по комнате, пока не прижал ее на диване. Он поймал Цви руками. Не зная о зрителях, он съехал на пол и вытащил браслет из зубок Цви. Она недовольно сдалась, рыча и пытаясь обвить когтистыми лапками его ладонь.
Он сунул браслет в карман, а потом устроил Цви на спине и защекотал пальцами ее живот. Она извивалась и пищала, хватала его ладонь лапками и пыталась погрызть костяшки. Он высвободил ладонь и почесал ее под челюстью. Она обмякла и заурчала как кошка… с серой чешуей, черной гривой и большими крыльями.
Эш рассеянно щекотал ее, пока смотрел в сторону окна. Веселье угасало. Едкий оранжевый свет фонаря проникал через решеченное стекло, бросая полоски света и тени на его лицо. Комната казалась большой и пустой, слишком тихой и одинокой, пока он сидел в дальнем углу возле окна, как в тюрьме, глядя на ночь. Он склонил голову к Цви, коснулся ее чешуйчатой щеки, словно она была его единственным другом в мире.
Пайпер медленно попятилась и выпрямилась в спальне. Она прикусила губу, ощущая себя неловко, словно подсмотрела личное. Ее мнение об Эше немного смягчилось. Было приятно знать, что он умеет нормально улыбаться, играть со своим питомцем и показывать симпатию. Он был не таким холодным, каким казался. Может, он был и не таким опасным… но в этом она сомневалась. Она уже видела его в действии.
Прогнав из головы мысли про его страницу из папки и номер пять, она покачала головой, очищая выражение лица, постучала в дверь и вышла из спальни.
Она ожидала увидеть перемену в Эше, когда войдет. Что он вздрогнет или посмотрит недовольно. Но он просто оглянулся, сидя на полу с Цви на коленях, окинул Пайпер оценивающим взглядом. Видимо, облик его устроил, потому что он кивнул и перевел взгляд на окно.
Она глупо стояла там, не зная, как реагировать. Ей больше всего хотелось вскинуть руки и уйти, ругая его и его каменное лицо. Но потом она подумала о его улыбке в игре с Цви. За этими стенами был хороший парень. Где-то был.
И она пересекла комнату и опустилась на пол рядом с ним. Он посмотрел на нее с вопросом.
— Как самочувствие? — спросила она. — Не думала, что буду спрашивать, как ты исцелился.
— Неплохо, — сказал он и чуть помрачнел. — Заслуга Вейовиса, конечно, — он не назвал его мерзавцем, но она слышала это по тону.
— Он был странный, — отметила она. — Он бессмертный?
Эш пожал плечами.
— Кто знает? Он древний с сильным навыком исцеления. Я стучал в дверь смерти, когда он показался, и он все же вернул меня.
— Как и в прошлый раз? — тихо спросила она.
Он стиснул зубы. Он не смотрел на нее.
— Он сказал тебе об этом?
— Он сказал, что уже спасал тебе жизнь, но ты ненавидишь его за это, потому что… он спас не ту жизнь.
Эш молчал.
Она видела, что он не хотел говорить об этом, но любопытство не унималось.
— Чью жизнь он не спас?
Он снова стиснул зубы и отвел взгляд, Цви тревожно защебетала и уткнулась головой в его живот.
— Моей сестры, — прошептал он.
Пайпер резко вдохнула.
— Мне жаль.
Эш смотрел в пустоту, видел воспоминания.
— Если бы этот мерзавец оставил меня и взял ее, она бы… — он резко тряхнул головой. — Это было давно.
— Боль от этого не слабеет, — прошептала она. — Насколько давно?
Он пожал плечами. Через миг он понял, что она ждет его ответа.
— Пару лет назад, — пробормотал он. — Может, больше. Мне было пятнадцать.
Пятнадцать. Такой юный, но готовый умереть, чтобы жила сестра.
— Сколько было ей?
Пауза была еще дольше в этот раз.
— Тринадцать.
Она печально кивнула и опустила голову, изучая синяки на своих костяшках от ударов по лицам чеймонов. Она коснулась коротких ногтей и вспомнила, как ее ругали за то, что она грызла их. Он не хотел говорить на эту тему, и она предложила в обмен свое болезненное воспоминание. Чтобы было честно.
— Мама ушла, когда мне было восемь, — сказала она. — Ушла и не вернулась после большой ссоры с моим отцом. Через год он умерла. Я даже не смогла попрощаться.
Немного напряжения покинуло его позу от смены темы.
— Ты не видела ее вообще, после того, как она ушла?
— Нет. Она не вернулась, а я не могла с ней связаться. Она не звонила.
— Сильная была ссора.
Она кивнула. Они сидели в тишине, погруженные в мрачные мысли. А потом с воплем и грохотом Лир ворвался в комнату, его привлекательный вид был испорчен страхом.
— Ребята? — выдохнул он. — Мы не одни. Отряд префектов ворвался в дом.
* * *
Когда они бросили все папки, кроме той, где было о гаянах, в печь, схватили вещи и спрятали под кроватью, а потом ушли, префекты обыскали первый этаж. От этого жители выходили на улицу.
Пайпер, Эш и Лир тихо спешили по коридору к дальней лестнице, но не так быстро.
— Стойте, — прошипел Эш. — Я слышу их на лестничной площадке.
Гул голосов с другой стороны здания предупредил о еще одной группе префектов на втором этаже.
— Будем сражаться? — прошептала Пайпер, помня, как Эш сбил дюжину префектов с пути.
Лир покачал головой.
— При разведке я видел два джипа префектов и грузовик в этом районе. Если будем сражаться, сбегутся все.
Они развернулись и пошли по коридору, но теперь оказались между двух групп. Прыгать из окна не вышло бы, префекты были и на улице. Что же им делать?
Начиная паниковать, Пайпер схватилась за ближайшую дверь. Она была заперта.
— Черт, — прошипела она.
Эш схватился за ручку. Магия зашипела в воздухе. Он распахнул дверь, и Пайпер снова выругалась. Это была служебная комната. Большой прибор, похожий на печь, с кучей труб занимал почти все место, кроме участка перед дверью.
Голоса разносились по коридору, они слышали, как префекты застучали в первую квартиру.
Лир безумно оглянулся и заполз под бойлер. Он едва смог туда влезть.
— Прячьтесь, — рявкнул он через плечо. — И заприте дверь!
Дико взглянув на Эша, Пайпер прошла в комнату. Эш протиснулся за ней и запер дверь. Она закрылась с громким щелчком, и они погрузились в почти полную тьму. Только мерцание в печи было хоть каким-то светом.
— Ай, — зашипела Пайпер, когда Эш наступил на ее ногу. — Куда теперь? Мы не можем просто стоять здесь. Они откроют дверь, и мы попадемся.
— В задней части комнаты свободно, — прошептал Эш. — Сможешь туда пробраться?
Она неловко развернулась и чуть не упала. Эш схватил ее за плечи, его локоть ударился обо что-то металлическое с громким стуком. От этого будет синяк. Его тело было теплым у ее спины, она уже начинала потеть от жара и отсутствия воздуха. В дальнем конце за сплетением труб и оборудования было видно темное пространство, которое могло быть свободным.
— Ты первый, — прошептала она. Голоса снаружи приближались.
— Скорее, — прохрипел Лир из укрытия под бойлером. — Тут неудобно. И жарко.
Они с Эшем медленно танцевали, пока она не прижалась к двери, а он не смог протиснуться между трубами и добраться до дальней части комнаты. Пайпер осторожно последовала. Ее сердце колотилось в горле, было слишком темно, она едва видела, куда карабкалась. Когда она добралась до «свободной части» и чуть не завопила от разочарования.
Это была крохотная коробочка, брешь среди труб, где только Эш смог уместиться в углу. Куда она должна залезть?
Мужской голос что-то кричал, префект близко стоял у двери. Бойлер гудел слишком громко для нее, слова не были понятны, зато тон она различала.
Другого выбора не было. Она пробралась дальше и оказалась на коленях Эша. Ноги деть было некуда, и она сунула их под трубы, что были в шести дюймах над полом. Ее сапоги ударили что-то под трубами, и оно хрустнуло, как сухая слома. Ужас охватил Пайпер, она ждала орду крыс, но ничего не произошло.
— Ну, — выдохнула она, — это неловко.
— Не жалуйся, — раздался справа запыхавшийся голос Лира. — Думаю, у меня будет тепловой удар.
— Тихо, — зашипел Эш.
Пайпер прикусила губу и слушала. Голоса были у комнаты. Ручка двери загремела, кто-то дергал ее. Еще слова, и голоса удалялись. Эш расслабился, и Пайпер покраснела, ведь ощущала под собой все его напряженные мышцы.
Она облизнула губы и пыталась думать о чем-то другом. С каких пор такое у нее возникает с Эшем? Она думала, Лир был ее криптонитом.
Несмотря на неудобство в душной комнате, полной горячих металлических труб с паутиной, она не могла игнорировать Эша за ней. Прямо под ней. Ее спина прижималась к его груди, его жаркое дыхание задевало ее шею, его бедро двигалось под ней, словно ему было неудобно. Так, пожалуй, и было. Как-то, несмотря на затхлую комнату, она ощущала его запах: вкусный теплый и свежий запах нагретого солнцем горного воздуха. Как он мог так хорошо пахнуть в такой ситуации?
Пять минут они сидели в тишине и слушали далекие звуки префектов. Он не знала, что они подумали из-за печи, полной бумаг, сожженных магически. Может, это было нормально здесь. Префекты не могли уловить магию, иначе они сразу пошли бы к нужной квартире, а не обыскивали дом.
Ее мысли прервались, когда Эш вдруг просунул руки под ее попу, приподнял ее на пару дюймов и пошевелил ногой. Он устроил ее на место с выдохом облегчения. Она пару раз глубоко вдохнула и пыталась притвориться, что сердце не забилось галопом, и что она не замечала его ладони, оказавшиеся на ее талии.
— Итак, — зашептал Лир, — тебе нравятся кладовки, Пайпер?
— О, да, — прошипела она с сарказмом. — Это — любимая. Трубы я просто обожаю.
Лир фыркнул.
— А мне понравился первый шкаф. Помнишь?
— Что помнишь? — спросил Эш. Его дыхание на ее шее заставляло ее дрожать. Она не хотела думать о том, что было в шкафах.
— Я бросил в чеймона афродизией, — объяснил Лир. — И Пайпер случайно задело и завело.
— Лир!
— Что? Это правда.
— Не нужно это всем рассказывать.
— Эш — не все.
— Если это был первый шкаф, — перебил Эш, — что было во втором?
— Ах, — Лир замолчал. — Не так интересно.
— Лир тоже завелся, — фыркнула Пайпер.
— Нет!
— Тогда зачем ты меня поцеловал?
— Я… ну… кхм…
Пайпер прикусила губу. Мысли о поцелуях не были хорошей идеей. Может, и Эш так думал, потому что немного заерзал под ней. Она прикусила губу сильнее.
— Так это третий шкаф? — пробормотал он. — Или было больше?
— Ох, нет. Это третий.
— В таком аду и не поцелуешься, — ворчал Лир. — Если я перестану отвечать, я отключился от жара. Просто, чтобы вы знали.
Они замолчали, голоса снова приблизились. Префекты были разговорчивыми, учитывая, что они делали. Пайпер прислушалась. Ее нога начала чесаться. Она подвигала ей без результата, не получалось дотянуться, чесалось все от колен и ниже под этими дурацкими трубами.
Префекты обсуждали что-то у двери. Ручка загремела снова. Они без успеха обыскали этаж и проверяли менее вероятные места.
Эш застыл от напряжения, но Пайпер было сложно сосредоточиться, потому что ей казалось, что что-то касается ее ноги над сапогом, и она была готова закричать от щекотного ощущения. Она дергала ногой, но ощущение переместилось на ее колено. Забыв на миг о префектах, она отпрянула, вдавив Эша в стену, высвободив колено, чтобы почесать его.
Как только колено показалось из-под труб, она закричала.
Эш зажал ее рот рукой в последний миг. Ее приглушенный писк скрыл скрежет металла, префекты взломали замок на двери. Эш зажал другой рукой ее живот, как тисками.
— Тихо, — прошипел он ей на ухо.
Дверь в комнату распахнулась.
Заряд магии пронесся мимо нее, исходя от Эша. Он прошептал что-то на другом языке. Тени вокруг них стали плотнее и темнее, но не скрывали то, что сидело на ее ноге.
Самый большой и страшный паук в мире был на ее колене, стучал лапками по джинсам, словно хотел понять, съедобное это или нет. Он был грязно-белого цвета с желтыми полосками, тонкими длинными ногами, и два больших жвала шевелились, словно что-то жевали. Всего в дюйме от ее кожи. Она не думала, что джинсы их остановят.
Она должна была переживать из-за префектов, светящих фонариками в комнате, из-за Эша, чуть не задушившего ее, чтобы она не шумела, его рука плотно зажимала ее рот. Вместо этого она застыла и смотрела в ужасе на паука. Желание вскочить с криком было очень сильным.
— Чисто, — сообщил один из префектов.
— Ага, сюда никто не влезет, — согласился другой. Он начал разворачиваться, и его свет скользнул по полу. — Погоди, что это было?
Рука Эша дрогнула. Паук пошел по ее ноге.
— О, это просто выбоина… стекло отразило фонарик, — проворчал префект. — Идем.
Они ушли и захлопнули громко дверь. Они вздрогнули от внезапного звука, включая паука. Он подскочил и побежал на грудь Пайпер.
И она сдалась. Она закричала в руку Эша, извиваясь, как бешеная. Он пытался удержать ее на месте, а она била локтями по трубам. Он развернулся и прижал ее к полу.
— Замри, — прорычал он. — Где это?
— Что? — пропищал Лир из своего угла. — Что такое?
Пайпер застыла, как доска. Эш был над ней, колени были по бокам от нее, он пытался заметить паука. Она прикусила губу до крови, слезы лились из глаз. Ее мышцы дрожали. Она могла сразиться с минотаврами и сфинксами, но не пауками.
— Не вижу, — прошептал Эш.
Что-то защекотало ее живот.
Она приглушенно завопила от ужаса и оттолкнулась от пола так, что Эш отлетел в трубы над ними. Его голова громко ударилась об одну из них.
— На животе, — прохрипела она, борясь с криком, поднимающимся в горле.
Эш опустил ее. Паук юркнул под ее футболку. Эш потянул футболку так быстро, что раздался трек ткани. Он снял с нее паука голой рукой. Его кулак сжался, и между пальцев показались куски паука.
Пайпер задыхалась, но ее паника остывала. Эш покачал головой, отбросил паука, а потом вытер ладонь о край джинсов. Он посмотрел на ладонь.
— Этот мелкий гад укусил меня, — пробормотал он.
— Укусил? — охнула она. Пайпер приподнялась и поздно поняла, что сесть и двигаться негде. В битве с пауком они развернулись так, что Пайпер оказалась на спине, согнув ноги в коленях, прижимаясь ногами к трубам. Эш был на коленях над ней, его ноги прижимались к ее ногам. Он согнулся под трубами, одной рукой у ее головы поддерживал свое тело.
— Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — прорычал Лир.
— Паук, — ответил Эш, разглядывая ладонь.
— Паук? — ошеломленно повторил Лир.
— Очень большой паук, — исправила Пайпер отчасти злясь, отчасти стыдясь. — Полз по моей ноге. А потом залез под мою футболку!
— А его можно винить? Я тоже так хочу.
— Лир, не время.
— У тебя вечно так.
— Ты заткнешься? У нас и без того много проблем, — она потянулась к запястью Эша. — Дай посмотреть на руку. Сильно укусил?
Он позволил ей развернуть ладонь. Две красные точки пронзали ладонь на внутренней стороне, но другого цвета вокруг не было, кожа не опухла. Пока что.
— В этом регионе нет пауков, опасных для людей, — сказал он. — А у меня иммунитет почти ко всем ядам.
Она моргнула.
— Да?
— Да, — его брови приподнялись. — Меня обычно жуки не… задирают.
Пайпер скривилась. Лир фыркнул.
— Умно, Эш.
Эш скривил губы в намеке на улыбку. Он пытался подбодрить ее. Она глубоко вдохнула.
— Прости, что сорвалась. Но пауки это… фу.
— У всех есть слабости, — прошептал он.
— Кроме тебя, — проворчала она.
— Даже у меня.
— Да? Например?
Он замешкался, а потом посмотрел на трубы над головой.
— Мне не нравятся… тесные помещения.
Пайпер моргнула и огляделась.
— Ох, тесные, как здесь?
Он чуть вздрогнул.
— В основном, под землей, но и кладовки мне не нравятся.
Она улыбнулась, взбодрившись, хотя Эш не срывался из-за того, что пребывал в тесной комнате. Но кладовка и не нападала на него.
Вздохнув, она посмотрела на их неловкое положение, но не видела способа исправить это. Эш неуютно заерзал плечами.
— Сколько еще ждать? — прошептала она.
— Минут пять, — пробормотал Лир, — и я потеряю сознание, — его голос звучал сонно.
— Ничего не слышу, — сказал Эш. — Давайте выбираться отсюда.
Он выполз в брешь между труб, не наступив на нее. Она последовала за ним. Проверив, что все чисто, они вытащили Лира за ноги. Его лицо было свекольно-красным и потным. Он почти повис на плече Эша, они выбрались из комнаты.
Они спустились и вышли на приятно прохладный воздух, и Пайпер каждые пару минут поглядывала на Эша. Он был милее насчет ее срыва, чем она ожидала. Их чуть не поймали из-за нее. Его прощение заставляло ее задуматься, как сильно он мог запаниковать от своей фобии. Она не хотела увидеть паникующего дракониана, взрывающего все кругом магией.
Она шла за двумя деймонами, взгляд был на Эша, и мысли были о нем.
* * *
Бульвар МакИнтир был самой ужасной улицей из всех, на каких бывала Пайпер. Фонари были сломаны, окна в зданиях — разбиты или заколочены. Мусор усеивал улицы, ржавые машины стояли вдоль дороги. В воздух стоял запах мочи.
Живым местом на бульваре было только здание, похожее на склад. Низкий бас стучал по всему району. Двери были пустыми, Пайпер с опаской следовала за Эшем к входу. Лир шагал рядом с ней, удивительно тихий, подавляющий волнение. Он рассеянно теребил кожаный браслет Эша на своем запястье.
По пути Эш ворчал про осушенные камни. Лир ответил с привычным уважением личного пространства.
— Мы с Пайпер пытались зарядить их для тебя, — смело сказал он. — Прошло не так хорошо.
Эш испуганно посмотрел на Пайпер, он то ли был удивлен, что она попыталась сделать это, то ли не понимал, что пошло не так.
— Сам виноват, — сказала она инкубу резким голосом, прося его тоном заткнуться.
— Я? — потрясенно спросил Лир. — Это ты на меня прыгнула…
Она ударила его по плечу так быстро, что он не успел уклониться. Он вскрикнул и отошел от нее.
— Эй, Пайпер. Ладно, это была не твоя вина, — он нахмурился. — Но и не моя вина, что это не сработало. Я не мог забрать твою энергию.
— Почему?
— Думаю, ты больше чеймон, чем мы думали. Это не сработало, как и с нормальным чеймоном или деймоном.
Она растерянно смотрела на них.
— Но у меня нет магии.
Лир пожал плечами. Эш был задумчивым. Пайпер не понимала. Как у нее могла быть энергия, подходящая для магии, но без магии? Это было не честно.
После этого Лир заявил, что в клубе зарядит все три камня, и Эш отдал браслет ему. И, хотя после этого они не говорили, Лир был взволнован вызовом. Пайпер не хотела знать, как именно Лир собирался заряжать камни в клубе.
Втроем они подошли к тяжелым металлическим дверям здания. Она уже почти могла разобрать музыку. Лир потянулся к ручке, но Эш коснулся его плеча.
— Погоди, — сказал он. Он повернулся к Пайпер и задумчиво нахмурился на миг. А потом провел пальцами по ее волосам. Воздух на миг стал обжигающим, а потом ледяным вокруг ее головы, а потом все пришло в норму.
— Мило, — отметил Лир.
Она поднесла к носу прядь волос. Она сияла медно-каштановым цветом, ее естественным цветом волос.
— Ты использовал морок? — спросила она. — Но я думала, что для этого тебе нужно касаться меня?
— Эм, — он отвел взгляд. — Это не морок.
— Что?
— Я выжег краску из твоих волос.
— Ты… что?
— Это твой естественный цвет, — защищался он. — А краска была очень узнаваемой, — он оглянулся, увидел ее потрясенный взгляд и быстро повернулся к двери. — Идем.
Он открыл дверь и прошел. Все еще теребя волосы, не зная, как это воспринимать, Пайпер пошла за ним. Внутри была почти кромешная тьма. Музыка уже не была приглушенной, танцевальный ритм пульсировал. Она следовала за блеском цепей Эша по длинному коридору, музыка становилась громче с каждым шагом. Впереди тень, похожая на человека, закрывала тусклый красноватый свет.
Эш пожал охраннику руку и сказал что-то, что Пайпер не уловила из-за шума. Зубы крупного охранника сверкнули в улыбке, он пропустил их. Эш не мешкал. Пайпер поспешила за ним, завернула за угол и попала в комнату, которую не ожидала в клубе.
Коридор стал шире вдвое. По сторонам, как часовые, стояли длинные столы в красном бархате. Почти каждый дюйм на столах покрывали маски: стилизованные, с камнями, перьями, бусами и лентами. Полвина была в виде известных зверей, другая часть — в виде волшебных существ. Все выглядело зловеще.
Изогнутое стекло защищало маски, и за столами стояли работники в масках. Мужчина в маске скалящейся змеи был без рубашки, чешуя была нарисована на одном его плече. Он раскинул руки, указывая на маски. Женщина на другой стороне была в маске из перьев павлина, она уже тянулась под свой стол. Она протянула без слов для Эша черную маску. Он принял маску с кивком.
— Выбери себе, — сказал он поверх плеча Пайпер. Он развернулся и закрепил маску на лице.
— Но… зачем? — спросила она. Вблизи оказалось, что у мужчины на столе лежали маски меньше и женственнее.
— Потому что «Стикс» — анонимное место, — ответил рассеянно Лир, разглядывая женские маски. — Я возьму эту, — он указал на красивую маску, усеянную рубинами, с длинными черно-красными лентами.
Пайпер повернулась к витрине и сглотнула. Маски были красивыми, но жуткими. Как ей выбрать себе одну? Молчаливый работник понял ее смятение. Он потянулся под стекло и поднял серебряную маску с острой мордочкой и большими шелковыми ушами. Он передал ей маску, стилизованную под лису.
— Эту? — спросила она. Он кивнул. Она пожала плечами и надела ее, завязала ленты. Какая разница?
— Идем, — сказал Лир в своей красно-черной маске. Она выглядела еще опаснее с его золотыми глазами в прорезях, и Пайпер постоянно поглядывала на него. Эш уже шел дальше, его шаги были быстрыми от нетерпения. Коридор снова изогнулся, и Эш пропал за поворотом. Пайпер поспешила за ним, повернула и застыла.
В огромной комнате перед ней были только два цвета: красный и синий. Красный исходил отовсюду, тускло сиял под стойками, из трещин в стенах, их скрытых ламп. Синий вспыхивал в прожекторах. И все остальное отражало этот свет. Эффект был невероятно зловещим. В красном свете дым в воздухе словно пульсировал, пока синие огни вспыхивали по комнате в такт с оглушительным басом.
Клуб был полным. Тела покачивались под музыку, толпа была гуще всего вокруг стоек и чего-то, похожего на сцену в дальнем конце. Небольшие столики окружали танцпол, занимавший весь центр комнаты.
Все были в масках, у многих были подходящие костюмы. Пайпер охнула при виде сотни тел, движущихся в ритм, пока Лир не схватил ее за локоть. Он повел ее в толпу танцующих следом за Эшем. Они добрались до основного бара в задней части зала. В мерцающих огнях было плохо видно, но ей нужна была тьма, чтобы не смотреть.
Клуб был посреди худшей улицы в городе. Посетители точно были не местными. Костюмы были дорогими, порой их почти не было. Прослеживался общий стиль, как и у Эша с Лиром, но не такой сдержанный. Пайпер сглотнула, взгляд перемещался с кожи на цепи, с корсетов на ленты, кружева и сетки.
Волосы всех неестественных оттенков торчали под разными углами. Пара в сочетающихся костюмах грозных карпов кои танцевала вместе. Маски пульсировали в свете, загадочные и немного жуткие.
Может, дело было в масках или в клубе, но отсутствие запретов было тут фишкой, как красно-синие огни. Вокруг никто не стеснялся. Когда она прошла женщину в красных полосках ткани вместо одежды и в кошачьей маске, зажатой между двумя мужчинами, Пайпер отвернулась к спине Эша и смотрела туда, радуясь, что маска скрывает выражение ее лица.
Эш привел их к бару, остановился рядом с девушкой в черно-лиловом корсете, лиловых трусиках, босоножках на шнуровке до колен и в маске стрекозы. Пайпер боролась с желанием зажать руками уши, голова раскалывалась от грохочущей музыки.
Она посмотрела на стену ради отвлечения. Она была приподнята, покрыта черно-красным бархатом, озарена прожекторами. На трех серебряных шестах кружились три танцовщицы. На них не было почти ничего, кроме масок. Лир смотрел с интересом. Пайпер закатила глаза.
Ее взгляд скользил дальше, а мужчина сделал сальто рядом с ней, и ее рот раскрылся.
Его маска была в стиле морды белой рыси, но пушистые уши торчали из волос и двигались от звуков, и длинный белый хвост за ним был настоящим, как и ноги, заканчивающиеся лапами. Он точно был деймоном.
Она смотрела, раскрыв рот, а потом скользнула по лицам ближайших танцующих. Они не были потрясены или испуганы. Они смотрели, да, но с интересом и симпатией. Без сомнений деймон пробрался на танцпол, и его тут же окружили девушки, покачивающие бедрами. Одна гладила его ухо. Пайпер сглотнула. Он или был деймоном с изобретательным мороком, или это был деймон-нэко, решивший не скрывать себя. Он не выглядел мутантом, как сфинкс, но его необычность бросалась в глаза.
Дыша слишком быстро, она внимательнее осмотрела клуб. Нэко был не единственным деймоном здесь, многие были на разных стадиях снятия морока. Одна, точно подземный деймон как нэко, сделала себя сине-золотой феей с крылышками. Другие были скромнее, рассредоточились по залу, но все получали тройное внимание от противоположного пола.
Что тут творилось? Деймоны не ходили по округе без морока. Просто не ходили.
Кто-то постучал ее по плечу. Пайпер обернулась, и ее сердце замерло. Черная маска незнакомца была красивой, но до жути реалистичной. Маска словно была частью его лица, изгибалась на лбу и скулах, напоминая морду кота и рептилии. В маске заканчивалась у челюсти, открывая ее изгиб. Изящные изогнутые рога были по бокам и закрывали уши.
Она моргнула и поняла, что это был Эш в маске дракона.
Жар прилил к ее лицу, она обрадовалась своей маске. Он поманил ее за собой. Надеясь, что он не заметил ее потрясенный взгляд, она пошла за ним. Как она могла не узнать его?
Стукнув Лира по затылку, чтобы отвлечь от танцовщиц на сцене, Эш повел их к отчасти скрытой двери в дальнем углу клуба, охраняемой двумя мужчинами в масках, которые кивнули Эшу, когда он проходил.
Вниз спиралью уходила лестница, озаренная красными огнями. Эш толкнул дверь внизу, и внезапная перемена удивила Пайпер. Ярко-освещенный деловой коридор повел их к комнате, похожей на Консульство.
Эш остановился в центре комнаты и убрал маску наверх.
— Они скажут Лилит, что мы здесь. Она скоро присоединится.
Лир тоже убрал маску, нашел кресло и сел. У него было опьяненное выражение лица. Может, ему понравилась прогулка по обезумевшей от похоти толпе на танцполе.
Пайпер медленно выдохнула.
— Так что с деймонами здесь?
Эш пожал плечами.
— Порой приятнее быть таким, какой есть.
— И внимание женщин, — мечтательно сказал Лир. — Некоторым людям такое нравится.
— Но… — она нахмурилась. — Разве вы не говорили, что деймоны не показывают истинный облик, потому что мы не сможем больше верить, что вы — люди?
— Деймоны здесь и не хотят, чтобы их считали людьми, — сказал он. — Они хотят внимания, а не скрытности.
Она вскинула брови.
— Ты бывал в этом клубе без морока?
Он сверкнул улыбкой.
— Нет. Я могу получить все внимание и без обмана.
— С каких пор отсутствие морока стало обманом?
— Лир не такой привлекательный с мороком, — неожиданно сказал Эш. — По нашим стандартам, конечно.
Пайпер удивленно моргнула.
Лир тоже был потрясен.
— Мои уши обманывают меня, Эш? Ты сказал, что я тебя привлекаю?
— Твои уши тебя обманывают.
Пайпер фыркнула.
— Ты уже опьянен, Лир. Заигрываешь не с тем полом.
Он моргнул и немного смутился.
— Ох… да, наверное, — он тряхнул головой и встал. Плавно потянувшись, он прошел к Пайпер, и его рука скользнула по ее животу, добралась до противоположного бедра. Он склонился к ней, улыбаясь, когда его губы оказались у ее уха.
— Говорят, танцы — как секс в одежде, — проурчал он. — Думаю, нам стоит попробовать.
Фыркнув, Пайпер вырвалась из его хватки и споткнулась в спешке. Эш поймал ее за руку и поднял, и она оказалась прижатой к нему. Она моргнула, не ожидая этого. Он тоже был немного удивлен.
Лир вдруг зарычал.
— Назад, Эш.
Возмущенная его властным тоном, Пайпер повернулась к инкубу и потрясенно отпрянула в Эша. Глаза Лира стали черными. Полностью. Он затемнился за пять секунд!
— Эм, Лир? — прошептала она.
Он оскалил зубы, глядя на Эша.
— Назад, — прорычал он.
Эш медленно поднял руки и намеренно опустил их на талию Пайпер. Низкое рычание, которое едва можно было расслышать, загудело в его груди. Сердце колотилось в горле, она оглянулась на него. Глаза Эша тоже потемнели, даже быстрее, чем у Лира.
Глубоко дыша и пытаясь успокоиться, она осторожно отодвинулась от Эша, но его руки сжались тисками и потянули ее обратно. Лир стиснул зубы. Да что такое? Почему они одновременно потеряли головы?
Лир скривил губы в гневе.
— Отпусти ее, — сказал он, чеканя слова. На секунду Пайпер подумала, что он пришел в себя, но потом он добавил. — Я занял ее первой.
Кровь покинула ее голову. О, плохо дело. Если бы Эш не держал ее, она бы ударила инкуба сапогом между ног, но она не хотела сегодня умирать.
Дракониан обвил рукой ее талию, прижимая к себе стальной силой. Другая рука обхватила ее горло, отклонив голову Пайпер. Она боролась с инстинктом бороться с ним, ведь ее горло было открыто. Борьба разожгла бы в нем инстинкт доминировать. Он прижался носом к ее волосам и вдохнул, закрыв глаза, а потом черные глаза открылись, и он посмотрел на Лира прожигающим дыру взглядом, бросая вызов.
Лир зарычал и агрессивно шагнул вперед, пока не оказался прижатым к Пайпер, перед лицом Эша. Пайпер охнула, оказавшись между ними, осознавая опасность ситуации. Ее товарищи, которые встали бы на ее защиту, теперь угрожали ее безопасности. Это случалось, когда деймоны затемнялись, когда ими руководили инстинкты. Непредсказуемость была преуменьшением. Если напряжение между ними вспыхнет, они могли и забыть о хрупкой девушке на пути.
— Эм, — снова попыталась она, сохраняя тон нейтральным. — Ребята? Вы мои друзья и все такое, но я не принадлежу ни одному из вас. Вам нужно отойти.
Медленно, словно передвигались прожектора, деймоны перевели взгляды на нее. Она перестала дышать, увидев черный взгляд Лира. Это был взгляд волка, хищный и беспощадный, там не было света сознания, отделявшего людей от зверей. Она сглотнула.
— Лир, — прошептала она, — прошу.
Его пустой взгляд не менялся.
Эш застыл, его теплая рука все еще была на ее горле, могла задушить, стоило ему сжать пальцы. Его рука на талии вдруг сжалась сильнее.
— Гадость, — прошипел он.
Воздух зашипел. Эш взмахнул рукой, и Лир отлетел назад. Пайпер не успела отреагировать, Эш отпустил ее и развернул.
— Лилит, хитрая зараза, — прохрипел он низким голосом. — Я вырву твое сердце.
Серебряный смех прозвучал в комнате. Пайпер развернулась.
С улыбкой на полных губах, молодая женщина склонилась к дверному косяку. Она была прекрасна. В ее присутствии стало бы стыдно закатам и северному сиянию. Ее янтарные глаза были большими и манящими, длинные светлые волосы были роскошными. Ее фигура была без изъянов. Она была в джинсах и простой белой блузке, что почти не показывала ее кожу, но подчеркивала каждый идеальный изгиб.
Глядя на девушку, Пайпер ощущала, как рушится и горит ее самооценка.
— Я просто веселилась, мой дорогой дракон, — ее улыбка сверкала, и Пайпер захотелось извиниться.
— Это не игра, — прорычал Эш. — Мы могли убить ее.
Лир подошел и встал плечом к плечу с Эшем. Пайпер оказалась за ними, пыталась разобраться в ситуации.
— Афродизия — не игрушка, — прорычал инкуб. — И мы не используем ее на своем виде.
Лилит склонила голову, ее глаза стали черными, а потом вернули свой цвет. Эш и Лир застыли, шагнули вместе вперед, а потом отпрянули. Эш издал жуткий низкий вой, который не смог бы повторить человек.
— Еще раз так сделаешь, и продолжение тебе не понравится, — пригрозил он.
Пайпер глубоко вдохнула, поняв. Лилит ударила по Эшу и Лиру своей магией суккуба, противоположности афродизии инкуба. Ее сила работала только на мужчинах. Потому они начали сражаться за Пайпер ни с того, ни с сего. Против людей афродизия работала как оружие, но на деймонов действовала не сильно. Хотя, когда ее использовали быстро и с силой, реакция была опаснее, чем у похотливых людей.
— Ты не простишь любопытство девушке? — Лилит прижала ладонь к груди. — Вы не приводили еще в мой клуб подруг. Мне было интересно, чья она, — она снова склонила голову и посмотрела на Пайпер. — Но она стоит между вами, никому не далась. Как… смело.
— Я никому не принадлежу, — рявкнула Пайпер, придя в себя. Она обошла двух деймонов и встала перед ними, скрестив руки. — И если будешь опять играть с ними, то пожалеешь.
Суккуб откинула голову и рассмеялась.
— Человек защищает вас? — она прикрыла рот рукой, подавляя смешок. — Как вы пали. Так сильно меня боишься, Дракон?
— Я не повторяю ошибки.
Лилит улыбнулась, словно они были лучшими друзьями.
— Посмотрим, — она выпрямилась и указала на диваны. — Присядем? Будете угощения?
Лир без слов опустился на ближайший диван. Его челюсть двигалась в стороны. Пайпер отвернулась от Лилит. Эш слабо улыбнулся ей, его серые глаза успокаивали цветом. Она улыбнулась в ответ, стараясь показать без слов, что поддержит его, как и он — ее. Он сел рядом с Лиром, а Пайпер, не желающая сидеть на диване с Лилит, устроилась на подлокотнике рядом с ним.
Суккуб прошла к дивану и устроилась на краю. Она посмотрела на троих с загадочной улыбкой.
— Похоже, мои чары не оценили, — сказала она, рассмеявшись, но натянуто. Ее взгляд скользнул по Пайпер, а потом по Эшу. — Итак… — она склонила голову и улыбнулась, как кобра перед атакой. — Чем могу быть полезна?