Глава 8
Чонгук
С трудом выбрался из захвата Лисы. Эти тонкие пальчики могут крепко держать, особенно, когда боишься разбудить. Уходить было сложно, лишь мысль, что у нас будет шанс понежиться в постели, помогла вырваться из ее плена.
Отведя от лица волосы и напоследок рассмотрев ее безмятежное лицо, быстро собрался и вышел из спальни, скрываясь под капюшоном.
Место встречи было оговорено заранее, а потому, минуя центральные проходы и держась как можно дальше от монаршего крыла, спустился на цоколь, к казарменной части. Из дальних комнат слышался гомон и смех, и стук кружек по деревянному столу. Дворцовая стража не занятая в карауле отдыхала.
Я пробирался мимо них, не спеша, скорее развязно. Кивнул стоявшему в проходе гвардейцу, который опасливо шагнул в сторону. Прятаться лучше всего под носом.
- Инквизитор? - окликнули меня.
Я остановился, спиной чувствуя устремленный взгляд. Остальные тоже затихли и повернулись.
- Говори, - презрительно бросил в сторону солдата.
Тот подошел сбоку, и пришлось повернуться, медленно, я тут в своем праве; нагло, что ты мне сделаешь, вояка?
Невысокий, темноволосый гвардеец смотрел хмуро и неприязненно. Мне он тоже не особо нравилось, но какое дело до личных симпатий. Зато правдоподобно.
- Это солдатские казармы. Члены ордена размещаются на втором этаже.
- И?
- Вам тут не место, - выплюнул солдат.
Хорош, он. Ненависть и страх, так и сочатся.
Я сложил руки на груди, все еще смотря из под скрывавшего лицо плаща.
- Его святейшество желает, чтобы орден обеспечивал безопасность дворца. Раз вы не способны.
- Обеспечивайте подальше отсюда. Поиграйтесь с пленниками, господин инквизитор, - по комнате пробежал шепоток.
Солдаты в ужасе, никто не смеет так говорить со слугой церкви.
- Эй, Мал, не горячись, пусть ходит, где хочет, - молодой мужчина оттащил говорившего в сторону. - Ты чокнулся? Он же из ордена, не трогай его.
- Простите его, господин инквизитор, перебрал немного на нервах. Сами понимаете, как тревожно сейчас.
Я окинул взглядом всех собравшихся и посмотрел на парня, словно оценивая, растягивая его нервозность. И неожиданно для всех усмехнулся:
- Само собой, я тоже человек. Бывает. А парня вы отправьте проспаться, - и сделал шаг прочь. - Хотя, - остановился в пол оборота и добавил. - Я сам провожу.
Мое предложение не встретили с восторгом, но перечить никто не посмел. Подталкивая пошатывавшегося стражника в спину, вышел из общей комнаты и последовал к казармам.
- Иди нормально, спотыкаешься.
- Зато правдоподобно.
- Создатель тебя забери! Актеришка.
- Кто бы говорил, - усмехнулся Малкольм. - Ребята вон переживают. Я, между прочим, много месяцев вливался в доверие, свой человек тут.
- Рад за тебя, - в мою же голову лезло, что Лиса все это время была здесь с такой же целью, но одна и без надежды. По спине пробежал холодок.
- У нас все готово, - Малкольм заговорил совсем тихо, когда мы вошли в его спальню. - Ребята сейчас, кто в карауле, кто по замку рассредоточен, в темницах тоже наши, но там пасутся два инквизитора постоянно.
- Разберусь с ними.
- Прекрасно, а то парням, не очень прельщает тесное общение с твоими братьями. Мы нападем на темницы, как только инквизиторов не будет. Одного подменишь сам, второго... как пожелаешь, по мне так глотку «чик».
- Сказал же, разберусь, - процедил сквозь зубы.
- И его величество.
- На рассвете.
***
Лалиса
Стало зябко. Подтягивая пуховое одеяло к самому носу, перевернулась на другой бок и слепо пошарила рукой по остывшей простыне. Ощущение пустоты пробудило.
За окном все еще было темно, но звезды мерцали уже не так ярко. Из гнезд на соседних деревьях, доносилось нестройное чириканье ранних пташек. Ветер лишь слегка покачивал толстые ветки, облепленные сочно-зеленой листвой.
Вставать не хотелось, за ночь температура в спальне опустилась. Холод и неясная тревога прогнали последние следы сонливости, и я лежала, бесцельно смотря в украшенный лепниной потолок.
Так продолжалось бы долго, мыслей достаточно, чтобы смаковать, накручивая себя. Но пустому беспокойству развиться не дали.
Стены дворца вздрогнули, стремительно взбирался вверх жуткий треск, словно свод сейчас упадет прямо на голову. Уши так заложило, что захотелось потрясти головой, чтобы прийти в себя.
На лицо посыпалась тонкая струйка каменной крошки, неприятно щекоча волосы и нос, отчего по позвоночнику прокатилась волна мурашек.
Отряхиваясь, спустила босые ноги и осторожно наступила, проверяя устойчивость пола. Дворец выдержал, лишь слегка сбросил с себя вековую пыль, залегшую меж стен и камней.
Ступни оставляли следы в пыли, когда, все же встав, я пробежала через всю комнату к гардеробной. Времени на раздумья не осталось, но еще с ночи я приготовила дорожный костюм. В таком полагалось ездить на прогулку или охоту. Мне же предстояло быть замешанной в перевороте.
Сдернула с вешалки одежду, что та покачнулась и завалилась набок, подпертая стенкой шкафа и принялась натягивать чулки, не с первого раза попадая носком. Пальцы не слушались, то и дело, выпуская их скользкую тонкую ткань.
Проскочила в помявшуюся от неаккуратных движений синюю юбку из тонкой шерсти. В холодное утро теплая одежда пришлась в самый раз.
Потерев ногу о маленький ворсистый коврик, сбросила налипший песок и в этот момент пространство вновь завибрировало. С ноги соскочила не до конца надетая туфля и грякнула о паркет квадратным каблучком.
В отдалении звучал звон и визг. Много графинов и ваз разобьется этой ночью.
Чонгук просил ничего не бояться, побыть сильной в последний раз. И сейчас, смотря в зеркало, я понимала, что готова выполнить просьбу. А потом кошмару придет конец.
Наскоро собравшись, заплела не желавшие подчиняться волосы в низкий пучок. Пару прядей так и остались небрежно торчать, и я махнула на них рукой. Не время для красоты. Накинула на плечи шаль и выскользнула из покоев.
Второй этаж уже заполнился людьми. Прямо в холле, выводящем к главной лестнице столкнулась с Петрой.
- Лалиса, вот вы где. Нужно выходить на улицу. Живо! - она пыталась звучать уверенно, но лицо выдавало своей бледной синевой. - Кажется, это нападение, - она схватилась за голову. - Неужели война? Проклятые фолинтийцы. Создатель нас сбереги!
Петр заметалась, то хватая меня за плечо, то отпуская и дергая свои растрепанные пряди волос.
- Успокойтесь и выдохните, - мягко попросила я. - Вас сложно понять
- Ты совсем глупая? Да что ж с тобой возиться, хочешь, погибни здесь, - вскрикнула она и побежала вниз.
Оттуда доносились окрики гвардейцев, наконец, появившихся в проходах. Они пытались восстановить порядок, но сдерживать мечущихся дам, та еще задачка. В дальнем конце мелькнуло нечто серебряно-красное, но в мою сторону инквизитор не шел, спускаясь к беснующимся дамам.
Я, набрав в грудь побольше воздуха, решительно шагнула в противоположную сторону. Убедившись, что за никто не пытался преследовать, свернула в маленький боковой коридорчик.
Каждому шагу аккомпанировал бешенный марш стучавшего сердца. Сминая пальцами подол, глядела под ноги, боясь оступиться, и считала.
Раз, один последний рывок, и совсем не страшно. Два, в этот раз я не одна. Три, ничем не рискую, ведь все продумано. На следующем счете сбилась и припала к стене, переводя дыхание.
Ночью Чонгук рассказал об их плане.
Последние несколько месяцев Малкольм и Чонгук занимались вводом людей во дворец. Кто-то давно служил здесь, передавая информацию повстанцам, другим пришлось устраиваться в найм слугами или дворцовой охраной. Немало подкупали взятками, подделывали рекомендации и приказы о переводе, но повстанцам удалось внедрить своих людей.
Они то и сообщили, что делегация на подходе. Вот тогда и сам предводитель повстанцев, и беглый инквизитор пробрались ближе. Опасность для фолинтийцев понимали все, даже сами иностранцы, с которыми Малкольм задолго до этого вступил в переписку.
Соседи много лет прилагали усилия к поддержке повстанческого движения и финансово и информационно. Без фолинтийцев никогда не удалось бы подобраться так близко к кардиналу.
Да, что говорить, если все началось с моей мамы, пришедшей в Ристанию ради этой цели. А теперь я неслась по дворцу, завершая ее план.
Следующий взрыв раздался совсем близко, пришлось остановиться, неуклюже расставив руки, казалось, пол уходит из-под ног. Здание снова устояло. Но и намерений его рушить и не было.
Точный расчет: заложили динамиты у северных стен, где размещалась темница. Опоры должны были поддаться взрывной силе. И путь из казематов будет свободен.
Освобожденным фолинтийцам останется всего-то пройти через дворцовый двор, а затем его восточную часть.
Путь отхода Малкольм со своими людьми подготовил. Они собирались воспользоваться теми же открывшимися в стене проходами, что и иностранцы. Только вот оставалось три беды: кардинал, орден, гвардия.
Надежней смерти нет, чем отсечение головы, а потому ударить решили сразу по его святейшеству. В конце концов, все свалившиеся на наших людей беды от его решений. Без кардинала Ристания станет свободой, Грегор сможет править, как велит ему сердце, а фолинтицы помогут, наверное. Не просто так в составе делегации явилась родственница их монарха.
Я спустилась по крутой винтовой лестнице, предназначенной для слуг. Чонгук заставил меня проговорить маршрут несколько раз, чтобы точно запомнить. Он не хотел вмешивать в саму битву. Мое присутствие нужно лишь в самом конце, когда у кардинала отнимут последнюю часть Источника, чтобы соединить его.
Здесь должны были ждать присланные Малкольмом одаренные. Хотелось бы верить в беспокойство повстанцев о моей жизни, но боюсь, их интересует лишь дар, способный уничтожить артефакт.
- Леди Лалиса? - донесся негромкий оклик, и от стены отделилась тень, преграждая мне дорогу.
- Вы здесь от..., - договорить не дали,
Грубо оборвав жестом, что от неожиданности и правда замолчала. Но все верно, лишние слова произносить не стоит.
- Меня зовут Ядвига, а это Андерс, - представилась стройная жилистая женщина, в мужской одежде.
Ее лицо казалось вытесанным из камня небрежными рубящими движениями скульптора. Кожа выглядела обветренной и загоревшей. Ничем эта женщина не походила на леди, но умные внимательные глаза и решительно вздернутый подбородок, выдавали ее уверенную силу.
- Мы обеспечим вашу безопасность, - сухо произнесла Ядвига.
Она спустилась на несколько ступеней, и показался второй спутник, молодой курчавый парнишка.
- Мы встречались. Я помогал вам уйти, ну, когда инквизитора того..., - нескладно пояснил он, оглядываясь, и подал мне руку, помогая.
Уже вместе спускались все ниже и ниже.
- Это цокольный? - уточнила я, от поворотов и скругленных стен кружилась голова.
- Да, миледи. Выйдем через складские комнаты, вас приказано привести в обход основного сражения.
Я кивнула пытаясь не подавать виду, как сильно пульсирует кровь по венам и меня трясёт. Спрятала беспокойные пальцы под шаль.
Чонгук сейчас должен быть в казематах, помогать фолинтийцам, учитывая, что их охрану контролируют члены братства. Свой инквизитор пришелся очень кстати. Кроме него, наверное, только я или кардинал, могли бы стоять перед слугами церкви, но из меня боец плохой, а кардинал, увы, на другой стороне.
Я знала, что магов выведут на свободу, а дальше в игру вступали мы.
- Пожар уже разросся вдоль южного фасада, - шепнула Ядвига.
Хотела было кивнуть, но меня пронзило ужасное осознание.
- Южное крыло? - брови удивленно взлетели вверх и я отшатнулась. - Нет, этого быть просто не может.
Все, что я знала о планах повстанцев, а вернее Малкольма, что поведал Чонгук, касалось спасения дружественных иностранцев, свержение кардинала и ордена инквизиторов.
А вот о судьбе Грегора не услышала ни слова. Как же могла не вспомнить!
С губ сорвался не то стон, не то крик. Гремучий коктейль вины и страха, забурлил внутри, выбивая из слабого равновесия.
Что я за человек такой! Вечно по моей вине случаются беды, за которые оправдываю себя. Думаю, что хорошая. А в итоге, жестокая эгоистка.
Как я могла забыть о короле?
Мелькнул образ Чонгука, появившегося на моем пути, и все поплыло. Ночью было так хорошо, что отключился здравый смысл.
Сейчас же ясно осознала: никому нет дела до короля. Выживет он, падет от случайной раны, может его захватят люди кардинала?! А что, если Малкольм захочет пленить короля и править сам. Я ведь совсем не знаю этих людей. И столько вреда уже причинила Грегору.
Не позволю разменять короля на свободу. Больше не позволю. Хотят избранную одаренную? Пусть защищают и его величество.
- Леди, скорее, - Ядвига осторожно направила меня, но я дернула плечом уворачиваясь.
- Нет! В южном крыле остался Грегор, я его не брошу.
- Леди, с королем разберутся. Не извольте беспокоиться, - от мальчишки такие речи казались неестественными и забавными, но сейчас улыбаться не хотелось. - Вам нужно выйти из дворца и ждать, когда кардинала захватят. А затем завершить вашу миссию.
Мне не понравилось, как он выразился. Что значит «разберутся»? Это же повторила вслух, но Андерс лишь пожал плечами, его не было никакого дела.
- Не стоит лгать, если не в курсе - бросила раздраженно. - Мне не понятно, что в голове у вашего предводителя, но знаю, что не смогу жить, если по моей вине Грегор погибнет. Он заслуживает лучшего. Я иду к ним, - сухо объявила, без тени сомнения.
Страха больше не было.
- Леди, но Малкольм распорядился...
- Меня не волнуют его приказы, я служу своему королю.
Ядвига шумно втянула воздух, словно вырастая в размере, и попыталась не пустить. Заняв проход, они оба хмуро уставились, поднимая руки. Я ощутила, как за спиной накаляется воздух, даже не нужно поворачиваться, чтобы понять, что магический огонь тянется ко мне, опаляя торчащие из прически волоски.
Еще один огненный маг, как оказалось, такой опасный дар не редкость. Андерс выглядел сосредоточенно и явно с трудом управлял стихией. Мне это знакомо. Одна ошибка и потоки вырываются на свободу, захватывая все на пути.
Ядвига тоже не собиралась бездействовать. Ее руки стали меняться, на пальцах удлинялись клочковатые ногти, лицо вытянулось и болезненно кривилось.
Превращенец? Слышала о таких в страшных сказках, уродливые перевертыши, обладающие небывалой физической силой.
Женщина, уже непохожая на саму себя, схватила меня, отрывая от пола, собираясь закинуть на плечо. Попытавшись дернуться, лишьнаткнулась на клетку из лап и когтей.
Обеими руками обхватила ее шероховатую бугристую кожу, зубами сдирая перчатки со своих рук. Больше в них смысла нет.
Закричав, ударила кулаками по Ядвиге и лишь стесала себе кожу, заскулив от злости. Ноги беспомощно болтались над землей, их бессистемные удары не попадали в цель.
Бесполезно, я как мышонок, в лапах огромной кошки, без шансов вырваться. Но сдаваться не собиралась, продолжая отчаянно рваться к свободе, пока меня уносили прочь.
В голове нарастал звон, что пришлось с силой сжать виски. Попыталась тряхнуть ей, в надежде избавиться, но не вышло.
Давление нарастало, словно распирая меня изнутри, и когда сил сопротивляться уже не было, я обмякла, расслабляя нывшие мышцы, а потоки силы, что пульсировали вдоль кровяных сосудов, ринулись на свободу, проникая через всю кожу. Боль опалила меня, словно сверху опрокинули кипящий чан. Вдруг поняла, что светятся не только руки, но все тело, не покрытое тканью одежд, разливалось неистовым слепящим сиянием. Даже волосы мерцали, я ощущала их движение, и слышала, как треснула сковывающая резинка.
Чувства похожие на Прорыв. Только в десятки раз сильнее.
Магия шла легко, ее резервы казались нескончаемы. Никогда раньше не ощущала, что так много могу ее выплеснуть. Вместо нескольких плотных лучей, что текли сквозь ладонь, бушующий океан.
- Отпусти! - крикнула я, заглушая звон в голове, и тут же рухнула вниз.
Приказы нужно давать точнее. Особенно, когда в них вложено столько мощи.
Андерс смотрел на происходящее круглыми испуганными глазами, не в силах пошевелиться.
- Что вы с ней сделали? - Он уставился на свою напарницу, что замерла каменным безвольным изваянием.
- Подчинила, - казалось, голос звучит слишком громко и чисто. - Не волнуйся, потом все исправлю. Если часто не делать этого, никаких последствий не появляется, - пояснила ему, вспоминая нервные срывы Грегора.
- Проводите меня к его величеству, - снова прибавила силы в слова, распространяя теперь и на парня.
- Миледи, там идут бои. Кардинал и инквизиция тоже все еще занимают южное крыло, - равнодушно пояснил Андерс, но уже сделала шаг в указанном направлении.
- Вы меня спасете, - с некоторым сожалением произнесла я.
Война требует жертв. И я, и они, лишь разбитые осколки этой битвы.
Петляя по закоулкам, о существовании которых и не догадывалась, спустились центральный холл, стены которого были расписаны яркими многоцветными узорами, а витражные окна, в несколько человеческих ростов, пропускали внутрь раскрашенные солнечные лучи, дополняя картину.
Мне раньше нравилась эта часть дворца. В своей торжественности она не утратила индивидуальность, казалось, посвящала в свои тайны, стоило оказаться рядом с окном у изображений легендарных сцен и битв.
Но сейчас здесь особенно много красного. Роскошные ковры белой мраморной лестницы залиты кровью. У ее подножья лежал гвардеец.
Через весь зал доносилось его хрипящее дыхание. Как завороженная, наблюдала за вздымающейся спиной, не в силах подойти ближе. Одурманенные спутники не могли помочь, не имея собственной воли.
Преодолев подкатывающую тошноту, бросилась к умиравшему, разворачивая к себе.
- Тише, тише, - я аккуратно подняла голову, заглянув в бледное лицо.
- В-в...
Из уголка рта мужчины потекла розоватая пена, белесые губы едва шевелились, но зрачки выдавали живое сознание.
- Где король? Я хочу помочь.
Гвардеец сфокусировался на моих губах, видно с трудом понимая речь. Не зная, что делать, обратилась к Ядвиге, отпуская свою магию и давая ей немного свободы.
- Миледи, он оглушен взрывом.
- Но мне нужно узнать, где Грегор. Что-то можно сделать?
- Вы можете ему приказать, - холодно произнесла одаренная.
Магии не нужны слова, достаточно желания. Я положила руку на его лоб, внушая необходимость говорить. Против естественной способности, на последнем издыхании.
- Короля увели. Маги. Это переворот. Но инквизиторы защищают лишь кардинала. Леди...
Больше сказать мужчина не смог ничего. Я аккуратно устроила его на полу, закрыв глаза своей ладонью и не тратя времени на пустые сожаления взбежала по ступеням.
Сразу за поворотом разносились удары, словно в стену бросали тяжелыми предметами. В общем-то так и было, едва завернув, увидела, как стоящая группа одаренных, облаченных кто в форму слуг, кто и вовсе без отличительных знаков, атакует гвардию, сопровождаемую всего одним раненным инквизитором, припадавшим на одну ногу.
Оборонявшиеся отступали, а маги продвигались все дальше, в основную часть дворца, где размещались и тронный зал, и кабинеты короля и кардинала.
Отвлеченная битвой, я лавировал между магами, не ощущая действия их сил. Зато вокруг все взлетало, взрывалось, разгоралось. Вихрь людей закрутил, отрывая меня от сопровождавших. Я остановила поток своей силы.
- Куда вы! - донеслось от Ядвиги, явно сбрасывавшей чары, но я отмахнулась, и побежала, придерживая подол.
Придворная леди мало интересовала одаренных, но уклоняться приходилось. Тяжелый канделябр ударил в плечо, оставив там кровоточащую ссадину. Но боль не могла меня остановить. Особенно боль инквизитора.
Мужчина удивленно уставился, когда оказавшись в пяти метрах, я не согнулась в приступе. Он переводил взгляд с меня на свои руки, не понимая. Сделал пас в другую сторону, и оттуда донесся знакомый голос Ядвиги полный агонии. Проверив силы, вновь вернулся ко мне, но бесполезно.
- Помогите своим, тут я справлюсь, - крикнула, надеясь, что они послушаются.
Подставлять людей под удар церковника было бы жестоко.
Уверившись от удара коротким ручным мечом, проскользнула по другую сторону от мужчины. Инквизитор был не в том состоянии, чтобы догонять, но мимо головы просвистел острый дротик, опалив кожу холодом.
- Потом испугаюсь, - шепнула себе и, побежав, что было сил, по заваленным потерянными вещами и кровью коридорам, ворвалась в большую гостиную, скорее похожую на бальный зал. Лестница из нее вела на третий этаж, еще два парадных сквозных выхода разместились по бокам.
Здесь и нашла короля.
Грегор у дальней двери, за спинами личной охраны, прокладывающей путь наружу. Кажется, там напирала еще одна группа одаренных. Короля намеренно окружали, и, кто знает, что собирались сотворить.
- Грегор! - воскликнула, едва увидев мужчину, чувствуя прилив счастья. Он в порядке, а значит, все еще может пройти хорошо.
Мужчина обернулся медленно, словно его телу мешал вязкий воздух. Взгляд короля скользил не видя. Неестественно прямая спина выдавала напряжение, как и побелевшие костяшки пальцев, сжимавшихся над пустотой места, где должны висеть ножны. Монарх не носил оружие в обычное время, это лишь дань традиции. И видимо, Грегора застали за работой.
- Ты в порядке, - сама не заметила, как обняла, крепко прижимая его к себе.
В ответ Грегор словно поймал в захват не слушающимися руками. Осознание приходило медленно, но все же мужчина собрался. Пальцы скользнули по моей спине, поглаживая, лицом уткнулся в волосы, шумно вдохнул.
Нет, в этом не было страсти и желания для меня. Лишь забота. Я полюбила короля и не могла это отрицать, но это были дружеские чувства к хорошему человеку, пострадавшему по моей вине.
- Прости, - прошептала едва слышно, цепляясь в его ладонь своей.
Никаких больше приказов от меня. Никогда.
Заглянула в его усталые удивленные глаза.
- Здесь происходит безумие, - хмурясь, заявил мужчина. - Я беспокоился за тебя. Представляешь, когда маги добрались сюда, два инквизитора, что дежурили возле моего кабинета просто ушли.
Мои губы невольно приоткрылись. Как можно объяснить происходящее.
- Они напали на тебя?
Король мотнул головой, оглядываясь на битву. Чуть подвинул меня в сторону, словно боясь шальных снарядов.
- Рванули к кардиналу, и инквизиторы их убили. Август... Я не понимаю, но он меня словно не заметил. Прошел мимо в окружении членов ордена. Они проигнорировали своего короля и... бежали?
В зеленых глазах короля мелькало смятение. Он словно бродил во сне, не осознавая происходящего.
Бедный, бедный обманутый король. Меня затопило сочувствие, погладив его щеку, произнесла осторожно, словно боясь напугать.
- Грегор, кардинала не волнует, спасешься ты или нет. Он думает о своей шкуре. Все, что здесь происходит, его вина.
- Почему ты так считаешь?
- Маги напали, чтобы свергнуть власть церкви. Ничего не будет как прежде, Грегор.
Пальцы, до того сжимавшие мою ладонь, расслабленно соскользнули и он отступил. Губы дрогнули и обнажили зубы. Нет, это не улыбка. Горький оскал осознавшего человека.
Он вглядывался в меня, словно встретил впервые, высматривая подвох. Мужчина искал следы обмана, которые пропустил.
Вздохнув я кивнула, подтверждая его не заданный вопрос.
- Я знаю, что происходит, потому что связанна с одаренными. Мой отец помогал восстанию, как и многие другие аристократы. Люди давно готовились свергнуть эту неправильную власть. Но это не плохо, нет, Грегор. Послушай меня, прошу. Пойми!
Я попыталась поймать его взгляд, узнать, о чем он думает, но мужчина отвел глаза. Я видела, как он поморщил нос и болезненно прикрыл веки. Подняв руку, остановил меня жестом и хрипло произнес.
- Прекрати.
- Но ты должен разобраться! Это и для тебя, Грегор, в том числе. Воля короля больше не будет попрана жаждущим власти стариком. Ты ведь видел, что он не Создателю служит, а себе. Все вокруг ложь. Церковь сгнила. Вернее, она создана искаженным отражением, прикрытием власти кардинала и потомков злобного Ристана.
- Потомков? - одурманено произнес король и усмехнулся.
Я поняла, что сморозила глупость. Династия, конечно, Грегор один из них. Теперь он точно не поверит, что его не хотят уничтожить. Пока не увидит сам.
- Прикажи своим людям пропустить меня вперед, - заявила я.
- Не буду этого делать, - ответил он сдавлено.
Я вырвалась вперед, подбираясь к гвардейцам. Нужно скорее завершить то, что заварили кардинал, одаренные, прошлые короли.
- Грегор, лучше, если ты узнаешь сейчас. Возможно, ты прав, а я ошиблась и грозит беда. И это будет на моей совести. Я совершала и худшие вещи. Мне не ясен, каков их точный план, но тобой рисковать не позволю.
Пригнувшись, проскользнула под рукой у стражника, оказавшись перед их отражающими щитами. Трое одаренных стояли далеко, и то и дело швыряли энергетические сгустки. На лестнице это делать было неудобно, магия врезалась в развешанные повсюду зеркала и картинные рамы. Несколько сияющий искр срикошетили о кованные перила.
- Где же инквизиция, проклятье! - донесся рык короля. - Лиса! - он подбирался ближе, намереваясь добраться до меня.
Но не сейчас. Сознанием потянулась внутрь себя, туда, где в районе солнечного сплетения резвился неукротимый поток магии. Ощутила всю его силу, неповоротливую, немного ленную ото сна. Она словно сотни лет, передаваясь кровью, набирала мощь для последней битвы, но сейчас напоминала разбуженного зверя, еще не до конца осознавшего себя.
Горячо касаться. И пусть физически ничего не происходило, казалось, будто ныряю в лаву. Я сама стала раскаленным металлом, чистой мощью, едва удерживающей человеческий облик. Этой силе подвластно все. Ее приказу послушаются и живые, и даже предметы. Скажи сейчас разбиться всем зеркалам, и они покроются паутиной трещин. Скажи я Источнику соединиться, и он подчинится.
- Прекратите нападение, - мой звонкий голос пронесся по помещению.
Я ощущала, как обжигающий поток рванул наружу, разделяясь на щупальца света, пронзающие тела. С каждым применением магия росла, сейчас так умело и ловко перетекала с кончиков пальцев, захватывая всех присутствующих в свои липкие сети. Люди словно замедлились.
- Лиса? - в мертвой тишине донеслось растерянно от Грегора. - Что еще это значит?
Я обернулась, с трудом заставив себя посмотреть ему в глаза. Слезы сами навернулись, застилая обзор.
- Прости, - смогла лишь снова повторить.
Грегор временами был наивен и импульсивен, но не глуп. Нужно быть абсолютным идиотом, чтобы не заметить, как сияли, словно солнечные отблески, мои ладони. Магия сочилась сквозь них без препятствий.
Король сделал несколько шагов, шикнув на стражу.
- Значит, это ты действительно стоишь за творящимся вокруг ужасом? Как сложно поверить.
Мотнув головой, хотела было взять короля за руку, заслонив собой, но он одернул. Во взгляде проступило разочарование.
- Предательница.
Отрицать это сложно, я сделала много, за что ему стоит меня ненавидеть, но не сам переворот. Выносить тяжелый взгляд мужчины было сложно. Вопреки его нежеланию, приблизилась, все же не рискуя касаться.
Мир вокруг нас застыл. Солдаты и маги беспомощно моргали, тело им больше не подчинялось. Шум, что доносился с внешней стороны, стал едва заметен.
- Сейчас я на твоей стороне. И знаю, ты не поверишь, но я ничем не смогу доказать, пока все не кончится. Я лгала тебе, Грегор, но не по своей воле. Кардинал притащил меня во дворец и заставил влиять на тебя, меняя решения магией. Клянусь, что не хотела.
- Но делала.
- Должна была... да, я должна, сразу прийти к тебе и признаться. Но не находила смелости. И не была для, когда не корила себя. Мой обман стал ловушкой из которой не смогла выбраться.
- Ты могла просто сказать.
Опустила голову, разглядывая пыльные носки туфель. На левом едва заметная капелька крови, видно прилетевшая, когда я бежала. Говорить было тяжело. Правда, сказанная слишком поздно, не приносит облегчения.
- Что было бы, расскажи я тебе?
Грегор стоял плотно сжав зубы и молчал.
- Ты молчишь потому, что знаешь, я давно была бы мертва. Как и другие маги. Просто за факт одаренности. Разве это справедливость? Ты сам говорил, что хочешь другого мира. А в этом, я должна была умереть.
Я вскинула голову и, наконец, встретилась с его изумрудным взглядом. Невыраженные эмоции плескались внутри, сомнение и недоверие. Рука Грегора потянулась, но зависла в воздухе так и не коснувшись моей щеки, по которой покатилась слезинка.
- Если бы повстанцы не начали эту борьбу двадцать лет назад, меня бы здесь наверное не было. Я бы не лишилась отца, не оказалась в приюте. Сила бы не проснулась.
- И мы бы не познакомились, - произнес он с сожалением, только я не могла разобрать, о чем именно.
- Но «бы» для прошлого не существует, мой король. Мы там, где мы есть. И я покажу, кто здесь настоящее зло. Знай, во всех твоих идеях которые я ломала, ты был прав. Не магия зло, а люди.