Глава 9 - (эпизод 5 )
***
Бабуля и Наемник бежали по тюремному коридору. Камо ожидал, что они вот-вот наткнутся на отряд вооруженной до зубов стражи, но как ни странно никто не появился у них на пути.
– Дети Эмихола, ну, те революционеры, о которых я тебе уж рассказывала, устроили диверсию. Так что страже сейчас не до нас. Сомневаюсь, что во всем здании их наберётся хоть пять голов. Так что уметаем от селя ноги, покуда целы. Нечего судьбу искушать.
– Постой. Мы не можем уйти. Длань здесь, в кабинете Хадлеара. Мы должны ее забрать, иначе все это не имеет никакого смысла.
Старуха не стала возражать. Она лишь сильней сжала палку, о которую опиралась, так что костяшки на ее старческих пальцах побелели.
– Ну да, ну да. А как же. Только поторопись.
Наемник шел по коридору, ведомый интуицией. Они почти у цели. Вот они остановились у приоткрытой двери. Рука замерла в сантиметре от дверной ручки. Его прошиб холодный озноб. Он чувствовал нутром, словно бы его звали. Но другой, внутренний голос, кричал, бился в панике.
– Что-то ни так, милок? – озабоченно поинтересовалась Бабуля.
– Странно. Я почему-то был полностью уверен, что иду верным путем. Но это... не кабинет Хадлеара. Это даже не то крыло.
– О чем это ты говоришь, сахарный мой? Ты ошибся? С каждым бывает...
– ...Нет, это другое. Я почему-то был уверен, что именно сюда мне и нужно. Словно что-то влекло меня.
– Если чуешь беду, то лучше уйдем подобру-поздорову.
Наемник почти было согласился, доводы старухи не были лишены здравомыслия. Но зов стал сильней. Зов крови. Зов холодного огня. Этот зов взял над ним верх. Камо толкнул дверь. За ней оказалась казарма с многочисленными лежаками и столиками. В глубине комнаты, на одной из коек, спиной к ним сидела сгорбленная фигура.
Наемник, не осознанно, сделал несколько шагов вперед. Фигура, потревоженная звуком шагов, выпрямилась и, изогнувшись коршуном, посмотрела на пришельцев.
Камо невольно отпрянул, ошарашенный увиденным. Глаза человека блестели безумным огнем. Губы искривились в недоброй улыбке. Наемник не сразу узнал в этом хищном оскале знакомые черты. Это был гвардеец Карлос. Но что с ним стряслось? Да, он и до того был не больно то дружелюбной личностью. Но теперь на Наемника смотрел не просто горделивый и невоспитанный юнец, это была сама смерть.
– О-ооо, кого я вижу! А я как раз о тебе думал. Как твой бедный носик, уже не болит? Не за добавкой ли ты случайно пришел?
Карлос двинулся на Наемника. Весь его вид излучал угрозу. Но откуда это, граничащее с безумием, бесстрашие? Разве он не видит, что Наемника больше не сдерживают цепи? Разве не понимает, что в схватке один на один у него нет никаких шансов? Затем Камо все понял и ему стало дурно. В правой руке Карлос держал короткий меч-тесак, принадлежавший Наемнику. В левой же руке он сжимал алмаз. Всему виной проклятый камень. Алмаз завладел разумом гвардейца, свел того с ума. Юнец просто не контролировал себя, не отдавал отчет своим действиям. Как это знакомо. И как это ужасно выглядит со стороны. Неужели и он когда-то был таким?
Карлос проследил за взглядом Наемника, и настороженно завел руку с камнем за спину.
– Э-э-э... Знаю, знаю, что ты задумал. Ты пришёл отнять его. Я очень много интересного о тебе узнал, пока любовался этим прекрасным нерукотворным чудом. Ты знал, что этот алмаз разговаривает? – Карлос хихикнул, – Да, да, он разговаривает! И он все помнит. Он помнит всех, кем обладал. Ему есть что рассказать.
Карлос поглядел на Бабулю, стоящую позади Наемника.
– А это кто у нас там? Твоя мамуличка? Ути-пути, мой маленький мальчик. Ему разбили носик, и он позвал мамочку. Бедняжка. А ей известно, что натворил ее сыночек? А я вот знаю. Мне камушек все рассказал. Ничего не утаил. Ты был очень, очень плохим мальчиком. Мамочка должна знать правду. Мамочка должна проучить своего маленького проказника.
– Заткнись! – закричал Наемник, – Закрой свой гнилой рот!
– Отчего же? Разве тебя не учили, что нужно каяться в своих проступках? Я думаю мамочке будет очень, очень интересно...
Закончить Карлос не успел. Наемник, бросился на гвардейца, он молниеносно пронесся по казарме и со всей силы врезался тому плечом в грудь. Карлос повалился на лежак, но тут же вскочил на ноги, хотя Наемник явно слышал хруст ломающихся ребер. Губы гвардейца вновь искривились в ухмылке. Струйка крови потекла у того изо рта, но Карлос не придал этому никакого значения. Глаза его блестели. Он издал боевой клич и кинулся на Наемника, целясь острием меча тому в горло. Альмогавар едва успел отскочить в сторону, подставляя лезвию свою левую руку. Метал звякнул на металл. Ортопедическое устройство сработало как щит. Пока Карлос соображал в чем дело, Наемник, не теряя времени, ударил того кулаком правой руки в висок. Гвардеец покачнулся и уронил меч. Еще один удар, на этот раз левым локтем в челюсть. Адская боль пронзила сломанную руку. В глазах Наемника помутилось, но он, взяв все остатки воли в кулак, приказал себе стоять на ногах. Тошнота и головокружение прошли. Карлос же обмяк и медленно осел на пол. Наемник поднял свой заново приобретенный меч.
– Я бы с радостью показал тебе еще парочку боевых приемов, но думаю и этого с тебя хватит.
Затем Камо выхватил алмаз из руки поверженного врага. Черная волна нахлынула на него и отступила. Камень жег ладонь. Наемник с того момента, как очутился на Нурлинь, брал его в руки всего лишь пару раз. Какой же это был сильный зов. Алмаз кричал, требовал, жаждал крови. Альмогавар поспешно спрятал камень в тайник в рукояти меча. Повернувшись к Карлосу спиной, он направился было к старухе. Но тут острая боль пронзила его голень. Карлос вцепился в него зубами.
– Отфдай! Мойфе! Я тефя убьфю!
Наемник стряхнул безумца, словно тот был вшивым псом, повисшим на его ноге. Но Карлос не прекращал безуспешные попытки завладеть мечем. Он чувствовал зов. Вещь, которой он до этого обладал покинула его. И гвардеец был готов погибнуть, пытаясь вернуть алмаз себе. Камо видел это в глазах юнца – готовность умереть.
– Ты должен мне его отдать! Он мой! Слышишь? Камень мой! Ты не достоин его. Ты, жалкий убийца детей! Да я тебя...
Тирада Карлоса оборвалась. В юных глазах безумство сменилось испугом и недоверием. Клинок меча вошел тому в грудь по самую рукоять. Глаза Карлоса увлажнились, глубокие, иссиня голубые, каким никогда не станет небо Нурлинь. Красивое, юное лицо исказилось в агонии. Возможно кто-то любил этого невоспитанного мальчишку. Он осуждающе смотрел на Наемника. Жизнь все не покидала гвардейца. «Почему ты не умираешь? Умри же наконец-то!» Не понимая, что творит, Камо нанес еще один удар. Затем еще один. Рука его потемнела от крови. Глаза Карлоса медленно закрылись. Наемник отстранился от безжизненного тела с ужасом глядя на окровавленный клинок.
Легкая, как пушинка, старческая рука, опустилась ему на плече. Наемник судорожно дёрнулся, затем расслабился.
– Бедный мой малыш. – заговорила Бабуля. В голосе ее не было и нотки осуждения, лишь забота и сострадание, – А я-то, дура старая, все не могла взять в толк, отчего это ты такой вспыльчивый. Все эти перепады настроения. Думала кризис среднего возраста раньше времени, а оно вот как все на самом деле.
– Я... я не хотел его убивать.
– Знаю, знаю. По глазам вижу, что не хотел. Но этого хотел камень. Он приказал тебе. Даже не знаю, как ты ему раньше сопротивлялся. Но однажды этот алмаз прикажет тебе убить твоих друзей. Сможешь ли ты устоять тогда? Будешь ли в силах противостоять этому зову?
– Не смогу, – обреченно ответил Наемник и, заплакал, – уже не смог. Каждый раз эта проклятая вещь находит меня. Что бы я не делал. Я раб этого камня. Все, кто пытался его у меня отнять, мертвы.
– Ты должен избавится от этой вещи. Я чую смерть. Это бацилла, которая съедает твою душу изнутри.
Наемник отстранился. Вытер меч от крови и закрепил его на поясе. Затем, не глядя на старуху, отрешенно ответил:
– Я очень сомневаюсь, что у меня еще осталась душа.
.