Глава 1 - (эпизод-2)
***
Семеро низкорослых фигур в сияющих доспехах стояли посреди зала гордо выпятив грудь. Отряд состоящий из гномов-гомункулов теперь более походил на рыцарскую дружину, нежели на сборище неотесанных разбойников. Хозяин пристально всмотрелся в суровые бородатые лица, и то что он увидел в полыхающих огнем глазах ему очень не понравилось. Во взгляде этих искусственно созданных отродий отражалась жизнь, гордость, целеустремленность. Особенно предводитель отряда: тот вообще держался так, словно был не кем иным как полководцем многотысячной армии, которая одержала очередную победу над превосходящим ее числом противником. Хозяин отметил про себя, что эксперимент начал развиваться не совсем по тому сценарию, что он задумал. Созданные им гомункулы все больше и больше становились похожими на живых существ, в них формировался характер... Нет, ни так: в них начинал проступать характер, личности скрытые глубоко в подсознание, побочный продукт того генетического материала, что он использовал для создания искусственных существ. Теперь Хозяин осознал свой промах, не стоило использовать тот материал, уж очень велик был риск что природа возьмет вверх над наукой. И вот, он лично имел возможность наблюдать как созданные им, безликие, исполнительные и неприхотливые разбойники начинали преображаться. Откуда такая тяга к блестящим доспехам и наточенным секирам? Чем вызваны эти перемены в характере? Чего еще ожидать от их отряда? Того и гляди эти бездушные куклы, возомнившие себя гномами, начнут распевать песни рудокопов, или, что не намного лучше, станут излагаться витиеватыми речами.
Хозяин медленно прошелся по просторному залу, длинная изумрудного отлива мантия с зловещим шуршанием волочилась за ним по гладкому мрамору пола. В костлявых руках он небрежно держал кусок скальной породы. На вид вещица не казалась какой-то особой ценностью, но он прекрасно знал чего стоил этот булыжник. Он ощущал бурливший в мертвом камне источник энергии, древняя магия проходила через его ветхое тело, заставляя все кости резонировать едва уловимому гудению. Разумеется эти безмозглые гомункулы ничего не почувствовали, когда несли ему Длань. Лишь вкусивший тяжесть ответственности, которую приносит с собой знание магии, способен ощутить силу заточенную в Длани Эмихола. Хозяин поднес вещицу к глазам: на плоской стороне камня был выгравирован отпечаток человеческой ладони. Хозяин провел дрожащими пальцами по углублению в породе, и едва поборол желание вложить свою ладонь в отпечаток. Он знал, что ничего не произойдет (он не был тем, кто мог бы привести Длань в действие) но было что-то зловещее в одной лишь этой мысли. Длань вызывала у него отвращение. Сила, исходившая от нее была не правильной. Ее нельзя было изучить или измерить, нельзя было приручить или успокоить. Была ли Длань в таком случаи бесполезной? О, нет! Была ли она опасной? Еще как! "Все что не поддавалось анализу — опасно". Так говорил Дракон. Дракон ненавидел парадоксы, презирал магию и приходил в ярость при одном лишь упоминании о подобных Длани артефактах. Но теперь, держа Длань в руках Хозяин понимал — нет вещи подобной сей. Святыня похищенная из Капища Эмихола должна быть уничтожена. Однокрылый Дракон не успокоится, доколе этот булыжник не будет измельчен в пыль которую развеют у берегов Тихого Моря.
Хозяин вновь поглядел на отряд "гномов". Те явно чего-то ожидали: Похвалы? Награды? Почестей? Хозяин, поборов раздражение, приблизился к предводителю отряда.
— Очевидно вы ждете, что я рассыплюсь в благодарственных речах, — заговорил он размеренным голосом, — Быть может даже имеете нахальство рассчитывать на некие премиальные? Но хочу напомнить вам, что не в бою вы заполучили этот предмет. Дважды вы потерпели поражение! Я уже начинаю жалеть, что оживил вас! — Хозяин грозно взглянул в глаза предводителю, — Ты бы так и остался гнить там в ущельи если бы ни я! Помните мои слова? У вас не было шанса на ошибку!
— Но мы же принесли Длань, — попытался возразить тот.
— Нет! — вспылил Хозяин потрясая куском скальной породы у самого лица разбойника, — это девчонка вам ее отдала! Девчонка Мираж похитила Длань у Огненного Пса и только потом передала вам. Девчонка выполнила работу, порученную большим мальчикам. Может мне стоило обменять весь ваш отряд на одну эту девчонку? Какая от вас вообще польза?
— Мы делали все что в наших силах, — предводитель разбойников потупил взгляд. Таким его Хозяину было привычней лицезреть, — У нас всего лишь ножи и секиры против грохочущих палок и магии. Нам нужно более серьезное оружие...
Хозяин залился холодным смехом. Брезгливо указав рукой на блестящие доспехи, в которые были облачены гномы, он ехидно подметил:
— Как я погляжу вы и так успели обновить амуницию.
— Это другое... — гном замялся, — там, в ущельи, когда я был мертв, я видел сон: великая битва, и я был во главе доблестных воинов. Я подумал... эти доспехи... так будет правильно. Там были вы, и вы сказали что мы связанны.
Черты лица хозяина смягчились.
— Так и есть, мы действительно связанны. Я тот источник, что дает вам жизнь, лишь благодаря мне вы существуете. И лишь я в силах порвать эту нить, никогда не забывайте об этом. А все эти бредни о рыцарях и доблестных воинах... Вы будете лишь теми кем я вам скажу быть. Куклы не видят снов, гомункулы не избирают себе судьбу. Забудьте об этом, не цепляйтесь за иллюзии. Пусть единственное что вас волнует будет неукоснительное следование нашей миссии. Вы же не забыли о нашей цели? Кому мы служим?
Предводитель гомункулов расцепил крепления нагрудного панциря и тяжелый метал звонко шлепнулся на мраморный пол:
— Мы служим Однокрылому Дракону. — проговорил он с отрешенным видом безучастной куклы.
— Как познаем мы пути того, которого не видим?
— Созерцая дела его, и внимая звуку голоса его.
— Как имя ему?
— Враг всего живого не нуждается в имени, ибо никто в здравом уме не дерзнет обратиться к нему. Он сам обращается к тем кто его.
— Хорошо, — проговорил Хозяин.
Он вновь оглядел свой отряд. На этот раз он был удовлетворен увиденным. Куклы вновь выглядели бездушными, не имеющими лика инструментами. Именно то что от них и требовалось — быть беспрекословными инструментами. Но когда придет время от них также придется избавится. Дракон ненавидит парадоксы, и не позволит их оставить. Ведь гомункулы хоть и были, от части, созданы при помощи науки, но все же оставались существами противоестественными. А Дракону претило все что искажало гиперболу бытия. Дракон создал лишь один мир, и его он ненавидел больше чем что либо. Мир, созданный, им заселили парадоксы, мерзкие создания противоречащие материи сущего. Скоро. Совсем скоро Нурлинь очистится от этого вируса. И Хозяин что было силы старался угодить Дракону, дабы ненароком не очутиться по ту сторону баррикад. Выживание — единственное, что имело значение. А он умел выживать. Когда-то он был некромантом, одним из так званных Сыновей Аэндора. Но затем они нарекли его отступником. Что ж, кривизна мира вновь изогнулась в его сторону. Нет более Сына Аэндора, нет отступника. Он Хозяин. А в ближайшем времени, когда этот проклятый мир будет уничтожен, он станет компаньоном. Когда Однокрылый Дракон вновь воспарит, восседать на нем будет новый наездник.