Глава 18
Сознание возвращалось медленно.
Сначала — боль. Голова гудела, затылок пульсировал. Потом — запах. Знакомый. Его квартира. Тот самый запах, который я помнила по той ночи, когда он привёз меня сюда после нападения.
Потом — тело.
Я не могла пошевелиться.
Руки были заведены за спину. Запястья стянуты чем-то жёстким — верёвка, кажется. Лодыжки тоже. Я лежала на боку на холодном полу.
Я открыла глаза.
Комната. Его комната. Та самая, где я сидела на диване, пила чай, грела руки о кружку.
Тёмные шторы задёрнуты. Тусклый свет от лампы в углу.
И он.
Сидел напротив в кресле. Смотрел на меня.
Чистый. Спокойный. В чёрной футболке, без крови, без ножа. Как будто ничего не случилось.
Зелёные глаза смотрели прямо в мои.
Я дёрнулась. Запястья обожгло болью.
— Ваня…
Он молчал.
— Что происходит? Где я? Почему я связана?
Тишина.
— Бессмертных! Ответь мне!
Он улыбнулся.
— Ты проснулась, — сказал он.
Голос спокойный. Ровный. Как всегда.
— Что случилось? — закричала я. — Я видела… ты… там был человек… ты убил его?
— Убил.
Спокойно. Без эмоций. Будто речь шла о погоде.
У меня внутри всё оборвалось.
— Зачем? Зачем ты это сделал? Кто это был?
— Неважно.
— Неважно? Ты убил человека! Я видела! Ты бежал за мной! Ты…
— Т/и.
Он встал.
Подошёл ближе.
Опустился на корточки рядом со мной.
— Т/и, — повторил он. — Замолчи.
Я смотрела в его глаза. Зелёные. Пустые.
— Ты ведь поняла, — сказал он.
— Что поняла?
— Сразу. В тот момент, когда я душил тебя в подсобке. Ты поняла, кто я.
— Я… я не знала…
— Знала. Ты видела мои глаза. Ты чувствовала. И потом, когда Ярик пропал… ты знала, что это я.
Я смотрела на него.
— Поэтому ты начал эту игру?
— Да.
— Игру в доброго мальчика? В того, кто провожает меня домой? Кто греет мои руки?
— Да.
— Чтобы что?
— Чтобы ты была рядом. Чтобы ты забыла. Чтобы ты поверила, что я не монстр.
— Я поверила.
— Знаю.
— Ваня…
— Но это не всё.
— Что ещё?
Он молчал долго.
— Я убиваю людей, — сказал он. — Давно. Это моя судьба.
У меня перехватило дыхание.
— Сколько их? Умерших от твоих рук.
— Много. Я не считал.
Я смотрела на него. На человека, которого считала… кем? Другом? Почти парнем? Тем, кто заставлял меня улыбаться?
— Зачем ты мне это говоришь? — спросила я.
— Чтобы ты знала.
— И что теперь? Ты убьёшь меня?
Он усмехнулся.
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты особенная.
— Я не хочу быть особенной.
— Поздно.
Я разрыдалась.
Слёзы потекли по щекам. Горячие, бесконечные. Я не могла их остановить. Всё тело тряслось.
— Ты не можешь… ты не должен… я доверяла тебе…
Он смотрел. Спокойно.
— Т/и.
— Не трогай меня!
— Т/и.
— Ты ужасен!
Он встал.
Навис надо мной.
— Ужасен, — повторил он. — Да. Я ужасен.
Я смотрела на него снизу вверх. Сквозь слёзы.
Он поднял руку.
Я зажмурилась.
Пощёчина.
Звонкая. Больная.
Я вскрикнула.
— Т/ф, — сказал он тихо. — Слушай меня.
Я открыла глаза. Смотрела на него.
— Ты теперь моя. Поняла?
— Нет…
— Поняла?
Он наклонился. Взял моё лицо в ладони.
— Ты моя. И никуда не денешься.
— Зачем я тебе?
— Не знаю. Но ты нужна.
— Для чего?
— Чтобы быть рядом.
— Как те, кого ты убил?
— Ты не они.
— А кто?
— Ты — это ты.
Я смотрела в его глаза. Зелёные. Пустые. И в этой пустоте мне почудилось что-то… человеческое?
Или мне просто хотелось так думать?
— Мне страшно, — прошептала я.— Отпусти меня.
— Не могу.
— Пожалуйста.
Он убрал руки. Встал.
Отошёл к окну.
— Т/и. Ты не уйдёшь отсюда. Пока я не решу.
— И что будет?
— Посмотрим.
Я лежала на полу. Связанная. В его квартире. В клетке.
Человек, которому я доверяла, оказался монстром.
И я не знала, что меня ждёт дальше.
Я не помню, сколько прошло времени.
Час. Два.
Он сидел в кресле. Смотрел на меня.
Я плакала. Потом перестала. Просто лежала и смотрела в стену.
— Воды хочешь? — спросил он.
Я не ответила.
Он встал. Принёс кружку. Поставил рядом.
— Пей.
— Я не могу. Руки.
Он развязал одну руку.
Я взяла кружку. Попила. Поставила.
— Спасибо, — прошептала я.
— Не за что.
— Вань.
— Что?
— Ярик… ему было больно?
Тишина.
— Не знаю.
— Ты убил его. Ты должен знать.
— Я не думал об этом.
— О чём ты думал?
Он посмотрел на меня.
— О тебе.
Я закрыла глаза.
— И что теперь?
— Теперь ты будешь здесь.
Я смотрела на него.
— А если я сбегу?
— Не сбежишь.
— Почему?
— Потому что я везде найду.
— Ты не Бог.
— Нет. Но я умею искать.
Я верила ему и это было страшнее всего.
