Глава 17
День тянулся бесконечно.
Я не спала. Не ела. Только смотрела в телефон и ждала.
Сообщения уходили в пустоту. Звонки сбрасывались. «Прочитано» горело напротив каждого моего слова — но ответа не было.
Я: «Ваня, пожалуйста»
Я: «Где ты?»
Я: «Я схожу с ума»
Прочитано. Молчание.
К вечеру я перестала писать.
Сидела на кровати, смотрела в стену и слушала тишину. В голове крутилось одно: Ярик. Его лицо. Его исчезновение. Его тело, разорванное на куски.
А теперь Ваня.
Тот, кто провожал меня домой. Тот, кто грел мои руки в своих. Тот, кто ночью перебрался в мою кровать и обнимал так, будто я была чем-то ценным.
В семь вечера я поняла, что опаздываю на смену.
Встала. Оделась. Взяла сумку.
Мама уже ушла на работу. Квартира пустая, тёмная, холодная.
Я вышла на улицу.
Мороз щипал щёки. Снег скрипел под ногами. Фонари горели тускло, разбрасывая жёлтые круги по сугробам.
Я шла к магазину.
Ноги не слушались. Мысли путались. Перед глазами стояло одно — его лицо. Его улыбка. Его шёпот: «Ты ничего мне не должна».
Где ты, Ваня?
Я свернула в переулок. Здесь было темнее. Фонарь не горел — разбили ещё неделю назад. Я ускорила шаг.
И вдруг услышала звук.
Странный. Мокрый. Ритмичный.
Я остановилась.
Звук доносился из-за угла. Будто кто-то рубил мясо. Только слишком часто. Слишком жадно.
Я не знаю, зачем пошла туда.
Ноги сами повернули за угол.
Там было ещё темнее. Только слабый свет из окна какого-то подвала падал на снег.
И фигура.
Человек стоял на коленях. Перед ним — что-то на снегу. Тёмное. Большое.
Он двигался. Рука взлетала и опускалась. Взлетала и опускалась.
Нож.
Я видела нож. Лезвие блестело в тусклом свете.
Человек резал. Кого-то.
Я замерла.
Сердце пропустило удар.
Он поднял голову.
И я увидела лицо.
Ваня.
Зелёные глаза. Тёмные волосы. Куртка, в которой он ходил каждый день. Вся в чём-то тёмном. Мокром.
Он смотрел на меня.
А под ним — тело.
Я не видела, чьё. Не могла разглядеть. Только тёмную массу, кровь на снегу, неестественно вывернутую руку.
— Ваня… — выдохнула я.
Голос пропал.
Он встал.
Медленно. Не сводя с меня глаз.
Нож всё ещё был в руке. Кровь капала с лезвия на снег.
Он шагнул ко мне.
Я отступила.
— Ваня…
Он шагнул ещё.
И побежал.
Прямо на меня.
Я развернулась и побежала.
Снег летел в лицо. Ноги проваливались. Сердце колотилось где-то в горле. Я слышала его шаги сзади. Ближе. Ещё ближе.
Я бежала. Не понимая куда. К выходу из переулка. К свету. К людям.
— Т/и!
Его голос. Хриплый. Чужой.
Я не останавливалась.
Он был почти рядом. Я чувствовала его дыхание за спиной.
Я обернулась на бегу.
И увидела.
Улыбку.
Ту самую. Безумную. Пустую. Которую я видела несколько месяцев назад в подсобке, когда его пальцы сжимались на моей шее.
Глаза горели зелёным огнём.
И он улыбался.
Я споткнулась.
Нога подвернулась. Снег. Земля. Боль.
Я упала.
Попыталась встать — не смогла.
Он был рядом. В двух шагах.
Я смотрела на него снизу вверх. На его куртку в крови. На нож в руке. На эту улыбку.
— Бессмертных… — прошептала я.
Он шагнул ко мне.
В глазах потемнело.
Я потеряла сознание.