Ближе к свету

Девушка не прикоснулась ни к единой книге в библиотеке. Весь час, что длилась перемена, она читала статьи в интернете. Так было куда проще, чем искать нужную информацию в книгах. Пишешь вопрос, и тебе дают миллион ответов, а какой из них правда — решать тебе.

Ей начинало казаться, будто она знает достаточно для того, чтобы не просто поставить учителя истории на место, но ещё и сделать это красиво, подкрепив историческими фактами.

Эммелина берёт в руки стих, написанный на вырванном из тетради листке. Читает его пару раз и понимает, что не может допустить того, чтобы он был прочитан на уроке литературе. Безусловно, всё будет анонимно, но дело вовсе не в этом. Девушку волнует то, что он совершенно несовершенен. Глупые фразы, отсутствие рифмы, что-то настолько банальное, что хочется лишь скривить лицо, будто пьёшь до ужаса горький чай.

Читает ещё и ещё, вчитываясь в каждую строчку, будто чего-то не видит. И в конечном итоге запихивает листок обратно в тетрадь, переводя свой взгляд на экран ноутбука. Этот стих может и не самый идеальный из тех, что ей пришлось прочитать или написать, но он её. Только её, это уже делает его особенным. В данный момент, этого вполне достаточно.

***

Старк подходит к столу мисс Аддерли после того, как называют её имя. Теперь её очередь читать стихотворение.

— Итак, — воодушевленно произносит преподаватель. — Вот это, — она вытягивает из корзины листок в линию, сложенный пополам и протягивает Эммелине, пока та прочищает горло.

Темноволосая разворачивает тетрадный лист и нервно сглатывает, опираясь правой рукой на стол. Мисс удача — это о ней. Из двадцати с лишним стихотворений ей попалось то, которое она сама и написала.

«Вдох. Выдох, и начинай читать. Ты хотя бы знаешь, с какой интонацией это нужно делать и где ставить акценты», — успокаивает она себя.

Она закрывает глаза, тёмные и длинные ресницы переплетаются, словно лианы, и Эм видит другие миры, но не в одном нет того, кого она хотела бы видеть.

— Ты уже можешь начинать, — мисс Аддерли выдёргивает Старк из путешествия, и темноволосая ошеломленно оглядывается на неё.

Девушка начинает волноваться, и сама не понимает почему. Даже если бы весь класс знал о том, кто автор — какая, к чёрту, разница?

Питер, Лили и Нед не отрывают от девушки взгляда с того момента, как она поднялась со своего места и направилась к столу преподавателя. А теперь они лишь ждут, затаив дыхание. Что-то подогревало их интерес. Каждый раз, когда Старк открывала свой рот, всем хотелось слушать её голос. Этим она походила на свою мать: нежный голос, который притягивает к себе окружающих, словно магнит. Он подобен приятному вечернему солнцу или мёду, чему-то такому, что заставляет растворяться в наслаждении.

Эммелина быстро проводит языком по губам и принимается читать стихотворение.

Смываю с себя вчерашнюю боль.
Сегодня другой день.

Она делает паузу, как и задумывалось.

Я верю, другой.
Но я всё также,
Вижу солнце во тьме.
Я танцую без музыки,
И молчу на встречах.

Глубокий вдох для акцента. Она делает всё правильно.

Моя душа, по-прежнему стремится
в мир иной.
Ну, знаешь...

Лёгкий, непринуждённый кивок

за тобой.
Я не смогу больше
Увидеть тебя
В освещенных экраном
строчках.
Я ищу тебя там,
Где тебя вовсе нет.
И более быть не может.

Те, кто пытался хоть немного вникнуть в суть стихотворение, ощутили странное послевкусие. Им хотелось продолжения или хотя бы просто прослушать стихотворение ещё раз в исполнении Эммелины.

Те, кто действительно слушал, невольно воспроизводят в своих головах услышанное. Это произвело на них большое впечатление. А девушке хотелось лишь провалиться сквозь землю, чтобы отдышаться, однако, всё, что ей оставалось, — это вернуться на своё место и продолжать глотать болезненный комок в горле.

Ей не спрятаться — не хватало только споткнуться о собственную ногу, упасть на пол, который не мыли со вчерашнего вечера, и утопать в слезах.

Каждый день, когда она удерживает поток солёных слёз в себе, начинает казаться, что совсем скоро она больше не сможет их подавить и тогда начнётся самая настоящая истерика. Эммелина ожидает того, как её грудная клетка будет неровно вздыматься то вверх, то в низ и тело будет сотрясаться, будто в конвульсиях.

Она приземляется на свой стул, пряча пальцы в рукава толстовки и закрывая лицо тёмными прядями волос. Всё, чего ей сейчас хотелось, — это спрятаться ото всех и побыть наедине с самой собой.

— Всё нормально? Тебя так затронуло стихотворение? — шёпотом спрашивает Лили, сидящая позади.

— Оно моё, — кратко отвечает Старк, не поворачиваясь к девушке, чтобы не привлекать внимание преподавателя.

Все те, кто сидели в метре от Эммелины теперь знали автора недавно прочитанного произведения. А именно, Лили, Нед, Питер и еще двое парней, имена которых темноволосая не знала.

— Так всё нормально, да? — Лили действительно насторожило поведение Старк. Ей впервые довелось увидеть, как девушка съеживается, будто напуганный котёнок. Она даже не знала почему её волновало это, что-то внутри будто взывало от того, что она видела перед собой не уверенную Эммелину, а какую-то печальную.

— Да, всё в норме, — сухо отвечает Старк всё также не шевелясь, будто позирует скульптору.

Нужно было лишь переждать эту бурю печали, потому что в конечном итоге всё проходит и баланс возвращается сам собой.

Ей было необходимо взять себя в руки, потому что следующим уроком была химия, на которой Эммелина была обязана хорошо и даже отлично написать тест.

Бледная рука скользит по парте, а карандаш отмечает верные ответы. Девушка быстро разделывается с задачей по органической химии, отмечает правильные изомеры, выбирает характерные свойства тем или иным веществам. И как только она завершает последнее задание, то с облегчением выдыхает. Хотя, самое страшное впереди. Как же её работу оценит мисс Фолли, которая на прошлом занятии считала своей обязанностью придираться к каждому действию Старк.

— Хорошо, — важно произносит женщина, пробегаясь взглядом по ответам на тест. — Даже очень хорошо, — она поправляет сама себя после того, как смотрит вторую часть. — Вы очень хорошо позанимались с мистером Паркером, — подозрительно проговаривает мисс Фолли, отчего Эммелине начинает казаться, будто женщина уверена в том, что темноволосая списала весь тест.

— Вы думаете, что этот тест решила не я? — напрямую спрашивает Старк.

— Удивительно быстро и легко ты с ним справилась, — отмечает преподаватель.

— По-вашему, я должна была полчаса выбирать правильный изомер или думать о том твёрдый или жидкий бывает метанол? — удивляется темноволосая, недовольно скрещивая руки на груди.

— Пока остальные решают тест, ты можешь развлечь себя ещё одним. Этот сложнее, — женщина в очередном забавном костюме буквально пихает новый листок с заданиями под руку девушки.

— Вы так и будете стоять здесь? — всё же спрашивает Эм, переходя уже к третьему заданию нового теста.

— Тебя что-то смущает? — тем временем девушка отмечает ответы, которые кажутся ей правильными. Этот тест был действительно сложнее. То, что в последнее время выручало Старк на тестах, в которых она ничего не понимала, — это теория вероятности. Стоит лишь понять закономерность правильных ответов и знание темы теста становится необязательным фактором.

— Кажется, готово, — она протягивает лист с отмеченными вариантами мисс Фолли, и та надменно берёт его в свои морщинистые руки.

— Какая отметка была у тебя по химии в предыдущей школе?

— Удовлетворительная, — этого женщина совершенно не ожидала.

— В таком случае, я очень рада, что ты взялась за ум, — девушка ловит себя на мысли о том, что мисс Фолли — первый человек, который этому рад.

В начале урока отводилось лишь двадцать минут на тестовые задания, после чего ребята вновь рассаживались по группам и делали очередное практическое задание. И, судя по словам Лидса, на следующем занятии по химии будет очередная нудная лекция.

— Эммелина, — обращается к девушке довольно приятный голос, а позже его обладательница садится на скамейку рядом со Старк. — У меня сегодня вечеринка, приходи, я буду рада видеть тебя, — довольно пафосно произносит брюнетка. Чёрные, как смоль, волосы выдают её образ. Девушка, жаждущая внимания, но скрывающая это за слоем хорошего, и, порой, вызывающего макияжа. Эм раньше тоже грешила подобным. — Ты ведь понимаешь, что это старшая школа и нужно правильно выбирать себе компанию, — она мельком смотрит на всех сидящих за столом неудачников.

— Прости, как тебя зовут? — одним лишь вопросом Старк удаётся принизить раздутое самомнение девушки.

— Кэсси, — улыбается она.

— Хорошо, Кэсси, напишешь мне адрес? — подыгрывает Эм, отпивая немного апельсинового сока. Это единственное, что осталось в столовой.

— Отлично, конечно, — воодушевлённо подпрыгивает на ноги девушка и удаляется к столику, за которым сидит её школьная компания. Как правило, такие группы распадаются сразу после выпуска.

— Хэй, Пенис Паркер, — громко здоровается Томпсон, хлопая парня по плечу. Судя по выражению лица Питера, единственное, чего ему хотелось — это провалиться сквозь землю. — Тоже заглядывай, — Флэш имеет ввиду грядущую вечеринку и удаляется.

— У него патологическая неприязнь к твоему имени? — интересуется Эммелина, глядя в сторону Питера. Своим вопросом и лёгкой улыбкой, девушка, сама того не осознавая, снимает с парня всё напряжение и недовольство, касательно показушных выходок Флэша.

— Вроде того, — по-доброму усмехается парень.

— Ну так что, вы идёте? — интересуется девушка у своих новых знакомых, и все в унисон начинают отнекиваться, на ходу выдумывая причины не идти. — Да ладно вам, — останавливает Эм. — Будет весело.

— Ты, наверное, не понимаешь, — нерешительно начинает Лили. — Мы группа лузеров, которые обычно являются шутами на подобных вечеринках, — Эммелина чувствует печаль в голосе девушки. Старк при всём желании не сможет понять, что чувствуют эти «лузеры», ведь она никогда не была в их числе.

— Нет, я не говорю остаться там. Я предлагаю взять напитки, закуски и прогуляться по вечернему Нью-Йорку. К слову о шутах, Флэша вряд ли сможет кто-то заменить.