13.
Выражения лица парней быстро меняются с «похотливо-довольное» на «ахуевше-неловкое». Около минуты они просто стоят молча, не зная что сказать. Вдруг, тишину прерывает Томас:
– Заметь, ты снова был первым, – усмехнулся парень.
– Тебе лучше прикрыть пиздак, Сангстер, – Дилан улыбнулся, – мне правда пора. Если второй урок прогуляю, позвонят родителям.
Томас кивнул и вместе с О'Брайеном направился в прихожую. Отпускать Дилана не хотелось: они должны были поговорить, обсудить то, что происходило, и то, что произошло сейчас. Все это казалось странным и запретным, но также – желанным и до ужаса приятным.
– Увидимся.
Дверь захлопнулась.
***
На следующий день в школе Томас ощущал приятное волнение, обусловленное очевидно встречей с Диланом. Из собственных мыслей его резко выдернула Кая, крепко обнимая парня.
– Почему не отвечал на мои сообщения, придурок? – спросила она, улыбаясь.
Сангстер мгновенно вспомнил, что видел ее сообщения, но отвечать на них не было сил.
– Извини, я не заметил, мне вчера было нехорошо, – соврал Томас.
– Дилан заходил к Аве? Он говорил тебе что-то про нас? – начала допытывать Скоделарио, тут же забыв о предыдущей теме разговора.
От нахлынувших воспоминаний бросило в жар. Томас взял всю свою сдержанность в кулак и постарался с абсолютной невозмутимостью взглянуть на Каю.
– Он так распсиховался, чуть не ударил, – сказал Сангстер, зная что девушка будет рада услышать такой ответ, – наверное, ревнует.
«Но не тебя»
Томас заметил, как глаза девушки вспыхнули. Она улыбнулась и, поцеловав парня в щеку, оставила его одного в шумном коридоре. Не стоило забывать, что они все еще состояли в «отношениях» и вести себя нужно было соответствующее.
После нудного урока алгебры в коридоре Томас наткнулся на Аву, болтающую с подругами. Она тут же посмотрела на него и, извинившись перед друзьями, взяла парня за руку и отошла в сторону.
– Знаю, что мы не говорили с того вечера, – начала девушка, – извини. Ты был прав, это твой выбор, – в ее голосе слышалась вина.
Глаза Томаса на лоб полезли от столь взрослой и непривычно рассудительной позиции сестры. Для нее характерно скорее обижаться неделю, а потом делать вид, что ничего не было. Ее точно кто-то надоумил.
– Мы с Диланом поговорили и решили все вместе потусить у него дома сегодня, – Ава улыбнулась, – пригласишь Каю?
Теперь понятно кто именно ее надоумил. Снова решил поиграть?
***
Кая, услышав новость, чуть не выпрыгнула из окна от счастья. Внутри Томаса цвело чувство вины и перед ней, и перед сестрой. И если в чувствах Авы к Дилану Сангстер сильно сомневался, то с Каей все было понятно – она безнадёжно и безответно влюблена. Томас пообещал себе разобраться с этим позже.
Сангстер был за рулем, пока Ава и Кая, поссорившись из-за желания обеих сидеть спереди, устроились на задних сиденьях. Участвовать в их вечных перепалках желания не было, поэтому Томас приказал девушкам сесть на задний ряд. По мере приближения к дому Дилана, сердце билось все быстрее и быстрее, намереваясь выпрыгнуть из грудной клетки. Последняя встреча настолько взбудоражила чувства парня, что находиться рядом с О'Брайеном и не иметь возможности поцеловать ближайшие несколько часов было эквивалентно казни. Припарковавшись, Томас открыл девушкам дверь и направился к входной двери. Он позвонил в звонок и от мгновенно раздавшегося «иду» сердце вновь совершило кульбит. Томас соскучился.
Через пару секунд перед компанией открылась дверь и две пары карих глаз встретились. Сангстер заметил, как Дилан ухмыльнулся, отчего мгновенно покраснел, вспомнив об их последней встрече.
Как только все трое зашли в дом, Кая вцепилась в Томаса, пытаясь вызвать у Дилана ревность. Ава, глядя на Скоделарио, лишь сильнее обвивала руки вокруг шеи О'Брайена. Пиздец, конечно, любовный квадрат.
Дилан осторожно высвободился из объятий девушки и пригласил всех в гостиную, в которой все было готово для просмотра фильма. Все четверо присели на диван.
– Томас, не поможешь мне открыть бутылки на кухне? – Сангстер только что обратил внимание на шпатель, которым Дилан помахал в руке. Все продумал, гаденыш?
– Да, конечно, – Томас улыбнулся и направился за О'Брайеном.
Парень слегка прикрыл за собой дверь и практически в ту же секунду почувствовал, как Дилан прильнул к нему всем телом. Их губы встретились в трепетном поцелуе. Брюнет оглаживал пальцами линию челюсти, скулы, подбородок, спускался ниже – к шее, чем заставлял Томаса тихо скулить и сжимать ткань футболки еще сильнее. Губы продолжали сталкиваться в жадном поцелуе. Движения Дилана были невероятно уверенными и правильными, отчего хотелось только большего. Руки Томаса блуждали по спине, очерчивая каждый сантиметр подтянутого тела. Дилан прижал Сангстера к ближайшей стене, поставив колено между ног парня. От этого Томас невольно подался вперед, слегка сжимая бедра. Он почувствовал, как О'Брайен улыбается сквозь поцелуй.
Отстранившись друг от друга парни спокойно открыли две бутылки с сидром и, прихватив четыре стакана, вернулись в гостиную. На щеках Томаса все еще играл румянец, влажные губы слегка покраснели от укусов, а волосы растрепались. Казалось бы, тут все станет ясно, но Кая и Ава были слишком заняты внегласной борьбой друг с другом, из-за чего им не было абсолютно никакого дела до внешнего вида блондина.
– Где вы так долго ходите, – Ава приторно улыбнулась Дилану и, схватив его за ворот футболки, притянула к себе и чмокнула в губы, – я соскучилась.
О'Брайен лишь улыбнулся в ответ, кидая многозначительный взгляд на Томаса.
Вечер прошел, на удивление, хорошо. Еще пару часов назад Сангстер был уверен, что посиделка закончится дракой, но все обошлось, и даже Ава и Кая наконец нашли общий язык. Девушки уже собрали свои вещи и собирались выходить из дома, как Томас сказал:
– Ава, вот ключи, посидите пока в машине, я в туалет забегу, – парень протянул сестре связку ключей.
Девушка кивнула и, чмокнув Дилана на прощанье, закрыла за собой и Каей дверь. О'Брайен тут же положил руку на талию Томаса, прижимая ближе к себе. Сангстер улыбнулся и уже хотел податься ближе, чтобы прикоснуться к губам брюнета, но тут же застыл.
– Ты чего? – Дилан усмехнулся.
– Ты не хочешь обсудить, все что происходит? – Томас мгновенно стал серьёзней и отошел от Дилана на пару шагов.
– А что обсуждать? – улыбка все еще не сходила с лица О'Брайена, – ты же понимаешь, что это не серьёзно?
Томасу показалось, что внутри него что-то умерло. Он хотел что-то сказать, но не получалось выдавить и звука, в голове крутились лишь два вопроса: «как можно быть таким идиотом?» и «как можно было поверить, что это все по настоящему?». Злость на себя и на Дилана душила изнутри, хотелось одновременно выдрать себе все волосы, начать биться головой о стену, перерезать вены и спрыгнуть со скалы без парашюта.
– Да, конечно, я это и хотел обсудить, – спустя несколько секунд молчания выдвил из себя Томас, вымученно улыбаясь, – я рад, что мы друг друга поняли.
После этих слов Сангстер вышел из дома О'Брайена.