•28•
На следующий день
Время ожидания тянулось так медленно и мучительно, что просто хотелось залезть на стены. Правда. Кажется, парни ничего другого так не ждали, как результатов сданных день назад анализов. От них зависит многое, очень многое: здоровье Тимы, его состояние, да что там - состояние обоих (!), их ближайшее будущее и это далеко не всё.
Три дня. Чёрт возьми, три дня!
После их истечения, парни оба с ума сойдут, окончательно себя накрутив страшными мыслями. Хотя, на самом деле, они держались. И неплохо. С друзьями рядом было несложно отвлечься, но тревожность, к сожалению, всё равно возвращалась со временем, она была непредсказуема, оставалось лишь терпеть и игнорировать её.
- Нет, я до сих пор в ахуе тут сижу! Я не понимаю, как можно было не сказать нам об этом за целый день! Кошмар! - недовольно воскликнула Диана в очередной раз, пока Артём любезно наливал ей чай в кружку, а рядом с ним, неподалёку, стоял Тимофей, скрестив руки на груди, опираясь спиной на кухонную столешницу.
Она действительно негодовала. Волновалась за друзей страшно, как узнала - чуть не сошла с ума, в голову лезло разное. И в то же время безумно злилась на них, мол, а какого фига, собственно, она узнала об этом не сразу. Хотелось поубивать обоих за такое, а потом воскресить - любит же. Стоит ли говорить, что как только ребята сообщили Диане пугающие новости о состоянии Тимы, та сразу же прилетела к ним домой, они как раз уже вернулись с больницы, и устроила им словесную взбучку, даже дала по подзатыльнику. Надо же было додуматься, в одиночку всё это пытаться пережить, таскаться по больнице целый день... Ну, реально, что за глупышки у неё, а не друзья?
- Точняк. Я, конечно, не такой вредный, как Дианка, но она права, - усмехнулся Миша, также сидя за столом, напротив девушки, наблюдая за парнями, - понятно, что не до этого, возможно, было, но вы без нас и в больнице были, с ума сходили, и в ту ночь одни. Это жесть. Мне узнать только стоило - я ужаснулся, а вы... - не договорил, но было понятно, в принципе, что бы он сказал.
Сазонов тоже не понимал, почему они умолчали о таком. Да и вся ситуация вызывала по телу неприятные мурашки. Он волновался за друзей, ещё как сильно. И мысль о том, что Тима может быть... - неважно, даже не хотелось это произносить просто в голове, - нереально пугала. Не хватало только этого. Однако, в очередной раз Миша ими восхитился, в очередной раз ощутил за них гордость, в очередной раз посчитал их нереально сильными и непробиваемыми.
- Я ещё мало вам вставила люлей, - продолжила Морозова, видя, как перед ней поставили кружку с её любимым ароматным зелёным чаем, приятно горячим, ещё и шоколадку немалую такую вручили, - спасибо, сукины вы дети, но меня этим не купишь, ясно? - она показательно-резко выхватила у блондина сладость, открывая обёртку, увидев улыбку от троих парней. - Поулыбайтесь мне ещё тут.
- Это я не хотел раньше времени говорить о чём-то, глупо же попусту вас тревожить и пугать, - пожал плечами Тима.
Тёма приблизился к мелкому и встал позади, обхватывая руками плечи, сцепив ладони на его животе, сам положил голову на плечо. Тима же чуть улыбнулся и доверчиво облокотился спиной на грудь парня. Уютно. Теперь они стояли вдвоём, но было намного комфортнее и теплее.
- Я и сам не знаю, что на меня нашло, ничего же страшного, вроде, - продолжил, снова о чём-то задумавшись, - просто в последний месяц я стал быстро уставать, голова болела почти каждый день. Это вообще для меня не свойственно. Сначала я думал, что это бывает, хуйня. Но кровь и это всё... - нахмурился, чувствуя, как сзади его тело притягивают к себе крепче, обнимают сильнее, от этого было легче. - Может, я реально долбоёб, что так начал париться? Не стоило...
- Каждый человек накручивает себя и переживает о своём здоровье. Лишний раз провериться никогда не помешает, - вступила снова Диана, - тем более, если тебя это смутило. Не просто же так... Но, блять, сука, это так неожиданно всё, - она уже и сама не понимала, чего всё так быстро происходит.
Жизнь - сука. Да. В который раз они все убеждаются в этом.
- Не волнуйтесь, всё будет замур-р-рчательно, - начал в своей манере Миша, улыбнувшись шире, - нравится мне этот стикер во ВКонтакте... Что? - увидел удивлённые взгляды на себе, и тут же пояснил. - Раньше времени не стоит себя нагружать. Скоро всё будет известно. Мы рядом. Теперь с вами придётся ночевать. И плевать, что я буду как третий лишний - зато вы оба под присмотром, - посмеялся, вроде, пошутив, но, вроде, и не совсем.
Миша посмотрел на Артёма и Тимофея, показал им жест пальцами «слежу за вами», прищурился забавно, заставив их откровенно посмеяться. Собственно, Диана его решила поддержать и показала такой же жест. Влюблённые сразу поняли, что теперь, кажется, с них глаз-то реально не спустят. Это радовало, конечно, но они решили подыграть сейчас, и оба состроили испуганное выражение лица, театрально ахнув вдобавок.
После их короткого «диалога» жестами все посмеялись снова, было уже неизбежно.
И, действительно ведь, все смогли забыть о плохом и страшном только так, вместе. Они друг в друге явно не ошиблись, были словно на одной волне, похожи во многом - очень многом, - понимали с полуслова, чувствовали долгожданный комфорт от банальных разговоров, о той же погоде.
Диана встала из-за стола, подойдя к парням, обняла их обоих сразу, выглядело неуклюже, зато как мило.
- Мои вы-ы, я вас так люблю, что аж не могу, - протянула и улыбнулась довольно от тёплых объятий, - э-эх, - вздохнула слишком печально, - сейчас такие мальчики пошли, ужас. А вы единственные нормальные остались...
- Эй, я всё слышу, - вступил в разговор Миша, но улыбнулся, видя поведение подруги.
- Ладно, ты тоже ничего, - исправилась и отмахнулась от парня, как от комара.
Сазонов посмеялся и тоже встал с места. Понимал же, что она шутит и специально его дразнит. Так захотелось их всех обнять, что отказывать собственным желаниям он не стал. Присоединился к обнимашкам, рост и наличие мышц дали ему преимущество, и он обхватил троих крепко-крепко, слыша от них немного недовольные и возмущённые вздохи, однако, классно было всем, до единого. Вскоре комнату заполнил громкий смех, а ребята чуть не повалились на пол от собственной неуклюжести.
°°°
- Как это «вы не хотите танцевать»? - с явным недоумением спросила Диана, смотря на парней с удивлением.
Что придумает эта девушка - каждый раз не предугадать. Она может ругаться, а после сразу обнимать и говорить, как сильно любит. Она может смеяться, а потом плакать и жаловаться на жизнь. Сейчас же она резко захотела слушать на всю громкость песни, петь их и танцевать, но ещё только полчаса назад говорила о том, как хочет выспаться в кой-то веке.
В принципе, никто удивлён не был. Парни слишком любили свою подругу - за такое короткое время она стала им реально очень близкой. Они лишь поддерживали её и слушались во всём. А как иначе? Можно и подзатыльник получить с лёгкой женской руки. Проверено уже. Но сейчас ни у кого из присутствующих в квартире, кроме девушки, не было желания повеселиться. Все, честно говоря, обленились, и хотели банально ничего не делать.
Но кто бы им разрешил ещё...
- Пялиться в телек не дам, - пробурчала Морозова, беря пульт у Миши, и выключила телевизор. Почти услышала недовольство со стороны троих, но не тут-то было, - цыц, кому сказала. Распоясались мне тут. Совсем от рук отбились. А всего пару дней не виделись, - скрестила руки на груди, от недовольства надув губы.
Диана видела, как Артём сидел на собранном со вчерашнего вечера диване, а на его коленях расположился Тимофей, так сидел скромненько, явно смущался. Оба всё равно поддерживали зрительный контакт время от времени, держались за руки. Она посчитала их в очередной раз милыми до жути, и почти что сдалась и размякла, но нельзя. Она, якобы, злится же. А ещё она была безумно рада видеть их, наконец, спокойными, такими счастливыми. Судя по всему, они смогли на время забыть и отпустить ситуацию. Хотя до их прихода были сами на себя не похожи, как бы усиленно не скрывали истинные эмоции, это не очень хорошо выходило.
- Тем более я давно хотела ваш свадебный танец порепетировать, - вдруг, выдала Ди, чем приковала к себе сразу три удивлённых взгляда, - да, а что? Неужели, вы не собираетесь жениться? Рано или поздно, как говорится...
Тима засмущался пуще прежнего, точнее, стало неловко, и он усиленно подавлял свою улыбку. Девочкой уже себя ощущает, но ничего сделать с этим не может. Тёма прекрасно его реакцию видел, каждую мелочь замечал и сам улыбался, как довольный котяра.
- Собираемся, - кратко, намекая уверенным голосом, что это не подлежит обсуждениям, и заметил, как мелкий захотел переместиться с его колен на диван, но сделать ему этого не дал, - не упрыгаешь уже, заяц.
- Ой, бля, не смотрите на меня так, - протянул и зажмурился, понимая, что никто его не заставлял раньше так смущаться, - пиздец... Не собираюсь я прыгать никуда.
- Вот и замечательно! - воскликнула брюнетка и хлопнула в ладоши.
Она в мгновение схватила свой телефон и за пару минут нашла какую-то песню, прибавила громкость на всю, и отложила устройство на стол. Выжидающе посмотрела на пару, намекая, что хватит уже сидеть, жестами приказала встать.
И как тут не повиноваться?
🎶Perfume Genius -🎶
«Can't help falling in love»
И они действительно ведь начали танцевать. На самом деле, и самим было интересно, вообще, попробовать, рано или поздно это сделать придётся, да и они сами захотят, знают уже самих себя и друг друга. Песня была настолько спокойной, приятной, даже нежной, успокаивающей, под неё реально хотелось станцевать вдвоём, причём что-то такое же романтичное, размеренное.
Артём и Тимофей не профи в этом деле, но почему-то именно сейчас знали, как двигаться, куда смотреть и за что лучше держаться. Ноги сами по себе начали танцевать, получалось слишком красиво и ловко, легко, в такт. Хотя, это чистая импровизация. Парни лишь отдались моменту, забыв, похоже, и о том, что не одни сейчас. Прикосновения рук, глаза смотрят только друг на друга, родной и до боли знакомый, привычный, манящий аромат тел, ласкающая слух музыка, учащённое сердцебиение и ощущение невероятного спокойствия.
Даже друзья на время забылись, не желая прерывать эту красоту и нежность. Смотрели на парней настолько заворожённо и неотрывно, не стесняясь. Да и как тут можно, вообще, оторвать взгляд?
Сазонов ещё в начале хотел пошутить, как обычно, что-то вроде «не отдавите друг другу лапы», но будто язык проглотил и забыл как разговаривать. В который раз убедился, что между этими двумя есть что-то невероятное.
Диана во всю улыбалась, сидя на диване, и даже обняла Мишу в чувствах, любуясь вместе с ним. Мечтательно успевала вздыхать и шептать себе под нос какие-то восхищённые комментарии от увиденного. Ещё несколько минут назад планировала их учить и, при необходимости, ругать за неправильное движение, а теперь поняла, что они и сами справляются «на ура». В который раз убедилась, что эти двое слишком очаровательны.
Последние секунды, и музыка медленно затихла, повисла тишина, а танцующие остановились нехотя и неторопливо начали выходить из своего «отдельного мира», возвращаясь в реальность. Стояли всё ещё друг напротив друга, Артём так и прижимал зайца к себе за талию, а Тимофей держался за шею хулигана. Оба мило улыбнулись, соприкасаясь лбами. Было безумное желание поцеловаться, но что-то их останавливало. Возможно, наличие друзей? Хотя, вряд ли. Они не могли даже оторваться от зрительного контакта, не хотелось.
- Горько, ебать! - воскликнул Миша, прерывая тишину, и слегка пихнул рядом сидящую подругу в бок, намекая на поддержку.
- Горько! Вот именно, горько! - посмеялась и тоже начала упрашивать всеми силами и жестами.
Парни оба смутились, что им, вообще, не характерно так-то. Посмотрели на друзей, покачав головой от того, насколько они у них требовательные и хитрые. Ну, реально. Тёма посмеялся, его поддержал Тима, и они всё-таки поцеловались. Хотелось более страстно, но не могли при ком-то, вот хоть убейте. Но, кажется, присутствующим было достаточно и этого, ибо от них тут же послышались радостный гул и даже аплодисменты.
°°°
Как бы то ни было, школа не делась никуда. Снова сидеть в четырёх стенах Тимофей не желал, и Артёму не позволил бы, иначе так они только потянут себя вниз, откуда возвращались. Да и волнение с ненужными мыслями беспокоили бы их куда чаще, нежели во время учебных занятий, где голова забита то очередным примером с логарифмами, то странным или необъяснимым поступком главного героя произведения.
Урок химии длился медленно, прямо-таки мучительно. Весь класс не очень любил этот предмет, ибо учитель, мягко говоря, не очень. Слишком придирчивый, любит покричать, понедовольствовать и, плюсом, объяснять не умеет совсем. Нет, вроде бы, и выдаёт материал, но в виде бессмысленных лекций, самостоятельных под названием «сами разберётесь» и, не к месту всегда, пересказов параграфов. Все привыкли и не спорят лишний раз, могут же нарваться, потом ходить и исправлять долги за пару дней до новогодних праздников - не кайф.
Бондарев, например, не раз проходил эту участь, подзаебался «хвосты» закрывать и теперь приходится на его уроки ходить, даже выполнять все задания, чтобы было удовлетворительное «три» по этому предмету. Химия - не его конёк, явно. Многие в школе хотят сдавать этот предмет, говоря о том, насколько там всё просто... Кому как, знаете ли. Хорошо, что с ним любимый заяц сидит, поможет ведь, если что.
Зайцев - хорошист. И по химии у него стабильное «четыре», тройки мелькают, но совершенно не портят ситуацию. А преподаватель действительно был ужасен. Тимофей на его уроках сразу вспоминал прошлую школу, откуда и ушёл из-за непрофессионализма учителей. В новой, благо, такой был только один.
- Лабораторная сегодня по плану, - сказал мужчина спустя минут пять после начала урока и открыл классный журнал, - будете делать в парах, но я вас рассажу, готовьтесь.
Этой новости, вообще, никто рад не был. Все, вроде как, сидели на привычных местах, ну и, естественно, с тем, с кем более-менее им комфортно. После таких пересадок, как правило, зачастую были конфликты и ссоры. Все получали «нагоняй» от учителей, высказывали очередные нравоучения по поводу адекватного и уважительного поведения друг друга, что было крайне глупо, ну серьёзно. Одноклассникам далеко не пять лет уже, и вряд ли все, такие упрямые подростки, решат послушаться и станут добряками - дружного класса уже не видать.
- Долбоёб, - тихо выругался Артём, имея в виду учителя, едва ли слышно, но рядом сидящий заяц всё услышал и не сдержал усмешку, - серьёзно, не хочу я отдельно от тебя сидеть.
- Боишься, что уведут, да? - выдал Тимофей.
- Ага, если рискнёт кто-то, - не сдержал улыбки, - как ты себя чувствуешь? - не мог не спросить.
У обоих, как бы они не пытались отвлечься, мысли о недавних событиях вызывали волнение. Пытались же всё время думать разумно, не поддаваться эмоциям, но иногда выходило так себе. И, если ещё Тёма может скрывать все свои страхи, чтобы не усугубить ситуацию и не пугать возлюбленного ещё больше, то Тима - нет. По нему сразу было видно, что что-то не так. Неизвестно, как остальные, но хулиган всё видел прекрасно, уже выучил парня за два года знакомства. Зайцев, вроде, улыбался, посмеяться мог, пошутить, но его редкие взгляды в пустоту и частая задумчивость, рассеянность доказывали обратное состояние.
- Да, нормально. Вроде, - он и сам не был уверен, как-то не определился, - не выспался просто, - похоже на самоутешение, ибо уверен в своих предположениях он не был.
- Малыш, может, нахуй домой пойдём? - прошептал Тёма на ухо Тиме и забеспокоился ещё больше, чувствуя, что и его маска спокойствия потихоньку сползает.
- Не, всё нормально, - запротивился и снова улыбнулся в ответ, взглянув в голубые глаза, в которых была видна приятная забота и переживание, - всё нормально-о, - почувствовал, как под партой блондин взял его за руку.
- Точно нормально? - уточнил, согревая едва прохладные пальцы в своих ладонях.
- Точно, - повторил Тима и кивнул в знак согласия.
- Но, если что, то...
- Сразу скажу тебе, обещаю, - прервал, сразу поняв, что ему хотел сказать Тёма, - спасибо за заботу, - ему улыбнулись в ответ.
°°°
Нет, оказывается, не совсем и хорошо всё сейчас. Надо же было додуматься этому довольно-таки странному мужчине в очках, которые он постоянно поправлял на своей переносице, так глупо пересадить всех.
Серьёзно, хуже не придумаешь!
Две девочки, Люда и Саша, которые давненько так недолюбливали друг друга, теперь сидят за одной партой, уже, кажется, начиная спорить из-за какого-то карандаша или тетради.
Два парня, Славик и Боря, которые один раз подрались из-за девчонки, теперь тоже сидят вместе, и на их лицах что-то не заметен интерес к лабораторной, а лишь гнев. Оба молчали, не зная, как и общаться-то, а им ведь нужно сделать эту работу, чтоб её.
Тимофей же сейчас в полном ахуе, не меньше. Его посадили за парту с Максом. Блять, что за бред! Зайцев не понимал, учитель это специально всё затеял или нет? Он же знал прекрасно, что недавно было между учениками и всё равно посадил их вместе. Или это его принципы преподавательские? Если да, то в будущем вините химика в очередной драке посреди уроков.
Тимофей делал всё один, как-то забив на присутствие нового соседа. Работа совместная у него с Лебедевым не ладилась. А что можно ожидать? Тот, если надо будет, что-то да напишет, спишет. Не жалко же, как-то похуй, пусть списывает. Лишь бы молчал до конца урока.
Артём весь урок был напряжён. Это факт. Благо, хоть его самого посадили с Мишей и с Дианой - девушке не хватило пары. Хоть что-то хорошее. Но зато они втроём не могли сосредоточиться на совместной работе, а всё их внимание направлено за парту в соседнем ряду, где заяц находился в вынужденной компании...общего врага? Да, можно уже и так сказать.
На самом деле, всё шло нормально. Действительно, даже очень ничего, могло быть и хуже. Первые минут десять были идеальными - тишина, покой, никаких лишних конфликтов, слов и перепалок. Даже странно как-то. Макс что-то начал писать, выполняя работу отдельно, ещё чего, будет он списывать у того, кто его бесит до жути.
- Так, класс, я выйду на пару минут за вашим журналом. Не шумите, не подставляйте меня перед директором, - сказал мужчина, схватив с учительского стола телефон и пару учебников.
Разрешения или ответов соглашения ему не нужно было, и он удалился из кабинета уже спустя секунды. Ну, замечательно. По-моему, это он всех подставил, раз так умело пересадку устроил, а теперь ещё и ушёл, оставив их одних. Далеко не все тут замечательные одноклассники, которые ладят и дружат. Может быть всё, что угодно. Ощущение, что химик специально устроил это всё, чтобы лицезреть новую возню учеников одиннадцатого класса. Чёрт его знает.
Оставалось ещё полчаса до конца урока и, казалось, он действительно пройдёт нормально, без неожиданных и ненужных конфликтов. К этому моменту учитель вернулся в класс и сел проверять тетради за своё рабочее место.
Тимофей, наконец, разобрался в трудном задании, записав решение в тетради. Макс ещё пытался что-то дорешать, но постоянно матюкался под нос. Тяжеловато без помощи-то. Его вечный решебник - Олег - сидит за другой партой с Серёжей, и они, посчастливилось, выполняют лабораторную вместе.
И всё бы ничего, если бы не фраза, прозвучавшая негромко, и таким противным голосом, что аж до тошноты:
- Как дела-то, Зайцев? - решил-таки спросить. И, нет, его совершенно не интересует, как дела у парня. Просто не сидится ему без своих очередных словесных выбросов.
Усмешка была слышна, а улыбку эту уверенную хотелось стереть к чертям с его лица. Тимофей не особо хотел отвечать, но знал же, что от него не отстанут. Да и не в настроении он особо, сейчас мысли забиты собственным здоровьем и ближайшим походом ко врачу. Брюнет продолжал что-то писать в тетрадь, прервался и взял в руки колбу - опыт надо проводить, без него никуда.
- Разделили сладенькую парочку, пиздец, жалость какая, - продолжил своё, видя игнор в ответ, - и почему так в лом сказать, кто сверху? - риторический вопрос, хотя его это особо-то и не волновало. Он, блять, специально провоцирует или что? - М-да, охуенно Тёмыча, конечно, приебало за последнее время, - сказал, но в словах ни доли сочувствия. Да уж, какой там. - Жаль... Но он заслужил. Будет знать. Это ему за предательство друзей и за то, что с таким педиком, как ты, связался.
Зайцев вновь почувствовал невероятную злость. Об этом говорило многое: сжатая в кулак ладонь под партой, сцепленные челюсти и едва хмурый взгляд, направленный также в свою тетрадь. Он пытался, правда. Изо всех сил, в очередной раз он не поведётся на провокации. Хотя, хорошенько приложить ещё разок этого гопника о парту очень хотелось. Какое же удовольствие было наблюдать пластырь на его носу и царапину где-то над губой.
- Завали по-хорошему, - выдал Тимофей, не сдержавшись, и перевёл взгляд на Макса, видя сразу знакомый злобный взгляд, и сам не отличался, честно говоря, - я уже говорил, что это не твоё дело. Или мало полуживого носа? Я с удовольствием повторю, мне не жалко для таких придурков, как ты, - он и сам в последнее время не ожидает от себя подобного, но по-другому не может.
Очень рискованно, очень несвойственно ему самому, только наживает себе врагов, понимая это, но ничего не может с собой сделать. Молчать, как известно, не любит в подобных ситуациях, за себя постоять обязан. Особенно - за Артёма. Всегда бесило слышать от кого-то плохие слова в адрес хулигана, и со временем ничего не изменилось. За него он может и придушить, реально. И это тот самый, вполне себе тихий и уравновешенный, Тимофей Зайцев.
- Ты стал слишком самоуверенным, - грубо ответил, снимая свою дебильную улыбку с лица, и как же его взбесило такое отношение, в очередной раз чувствовал себя униженным, - дерзость до добра не доведёт. Ты, сука, напрашиваешься. Не боишься, что разукрашу твою гейскую мордашку? - и, кажется, он был серьёзен. Да, и опять угрозы.
- Попробуй. Хватит запугивать, это не работает, - усмехнулся, пытаясь скрыть и как-то успокоить свой гнев.
- Что, даже за своего парнишку не волнуешься? - пошёл с козырей, понимая, что это точно сработает. По крайней мере, напугает он зайца конкретно. - Бондарь пострадать ведь может. И всему виной будет ваша с ним блядская дерзость. Не с теми связались.
Тима напрягся после этих слов, не отвечая больше. Странно, но это действительно сработало. Страшные мысли о возможности Артёма пострадать появились в его голове и выходить не хотели. Беспокойство было сильнее, и, вдруг, знакомое ощущение над верхней губой дало о себе знать. Зайцев потрогал пальцем кожу под носом, увидел на пальцах красные размытые пятна. Кровь? Снова? Ему было как-то плевать на очередные высказывания Макса по этому поводу в свою сторону, и он попросился выйти. Спустя секунды его в кабинете не было.
Это не ушло от внимания его друзей. Бондарев в последний момент заметил, как его парень выходил из помещения, придерживая нос рукой. Пазлы сложились воедино, и блондина одолел страх. Миша и Диана, конечно, тоже всё заметили и поняли. Побежать за парнем хотелось им вместе, но учитель бы не пустил, упрямый ведь. Он и Бондарева-то одного не пускал. Благо, хулигану было важнее состояние возлюбленного, и он без спроса вылетел из кабинета, предварительно забрав рюкзак и свой, и зайца.
Больше он точно не позволит ему сидеть на занятиях.
°°°
- Тим, ты в порядке? - сразу задал вопрос, стоило только войти в помещение.
Он бросил рюкзаки на пол и оказался рядом с парнем, видя, как тот привычно наклоняет голову над раковиной, с включённой водой, ожидая, когда кровь остановится. Хулиган приобнял мелкого рукой, поглаживая его плечи, хоть как-то пытаясь помочь. Всё, что им оставалось делать - это ждать. Как, блять, ему фигово от того, что он не может забрать его боль себе!
- У тебя голова кружится? Болит что-то? - начал заваливать вопросами, а от вида капель крови на раковине в сердце что-то больно ёкнуло. - Что?
В ответ тот отрицательно качнул головой, принимая заботу и внимание своего хулигана, чувствуя его руки на своей спине и плечах, от этого становилось легче, не так страшно. Головная боль стихла, к счастью, оказалась мимолётной. Ноги вполне себе держали тело, единственное, что его тревожило сейчас - кровотечение из носа. Неужели, так будет постоянно?
- Блять, малыш, - выдохнул Артём, уткнувшись носом в плечо Тимофея, вместе с ним ожидая, когда всё закончится, - что же ты так пугаешь меня? - явно риторический вопрос.
Оба сохраняли тишину минуты две. Слова были как-то не нужны, они всё понимали и без них, показывая чувства через прикосновения, действия, объятия. Хулиган не прекращал объятия, доказывая, что всегда рядом. Заяц чувствовал его поддержку и был безумно благодарен. Пытался это показать - взглядом, жестами, прикосновением к крепкой ладони. Как мог.
Спустя ещё минуту, кажется, всё прошло. Тима вставил вату в нос, которая так удачно лежала в его рюкзаке. Не успел он сделать и шагу куда-то, как тут же оказался в объятиях Тёмы. Он обнял его крепко, но нежно, аккуратно и заботливо, выражая своё волнение, тревогу и любовь, желание хотя бы как-то помочь. Сопротивляться не хотелось, и ему ответили взаимностью сразу же, встав на носочки, хватаясь за шею.
- Всё хорошо? - посмотрел в зелёные глаза, надеясь на положительный ответ. - Всё же хорошо, заяц? - получил кивок и выдохнул облегчённо, видя расслабленную улыбку. - Мой хороший, - снова прижал к себе, поглаживая спину, иногда тёмные волосы, пахнущие слишком прекрасно. - Это он? Что он тебе сказал? Ты из-за него? - спросил, было и так понятно, о ком.
Зайцев промолчал. Он и не знал, как ответить. Вроде как, и да, но нет. Может, это просто должно было случиться, и Лебедев тут и не причём? Хотя, волнение от его слов было. Бондарев видел неуверенность во взгляде напротив. Не глупый же, и так всё стало ясно. Руки сжались в кулаки, а в голубых глазах читалась агрессия, ярость. Появилось дикое желание драки с бывшим другом, а ещё лучше - забить его до полусмерти.
- Закопаю к чертям, - прорычал, отпуская мелкого из своих объятий, желая вернуться в класс. И плевать, что там ещё урок, что там ещё учитель. От одной только мысли, что виновен в таком состоянии его парня Макс, снова чёртов Макс (!), руки не слушались, думать здраво не получалось.
- Нет, нет, стой, - сразу остановил его, преградив путь собой, на автомате взял за обе руки, - ничего такого, не из-за него, - он тяжело вздохнул, закрыв глаза уже от усталости всего происходящего, и уткнулся лбом в грудь парня, - не ходи. Пожалуйста. Пойдём домой, - произнёс тихо, почти шёпотом, но голос выражал неимоверную мольбу в перемешку с отчаянием, - пожалуйста.
Артём не мог противиться. Ни Тимофею, ни его просьбам, ни его действиям. Просто не мог. Было не заметно, как злость постепенно уходит, а ей на замену приходят спокойствие и желание прижать к себе нужного, во всех смыслах, человека, пожалеть, нашептать ласковых слов и защитить. Показать в очередной раз, что рядом. Всегда рядом. Он чувствовал состояние Тимофея, прекрасно видел у него усталый взгляд, слышал тихий голос, просящий о чём-то, дыхание, которое стало тяжёлым.
И он прижал его в ответ к себе, обнял так, как никого раньше не обнимал, уткнулся носом в тёмноволосую макушку, начиная поглаживать по спине. От такого им обоим становится лучше, легче, безопаснее.
- Идём, - согласился, прошептав на ушко, с трепетом положив ладонь на затылок зайца, едва путаясь пальцами в его коротких и мягких волосах, пахнущих тем же офигенным и манящим шампунем, - идём домой.
- Спасибо, - поблагодарил облегчённо и обнял крепче, сцепив руки за спиной хулигана, - спасибо.