Часть двадцать пятая.
Он целовал настойчиво: прикусывал мои губы чуть, заставляя вздрагивать от необычных ощущений. Всё внутри пылало огнём, щёки зажглись в миг, мир из-под ног исчез. Мои руки осторожно скользнули на его спину, я сжала в кулаках жёсткую ткань формы. Ресницы трепыхались, сердце колотилось, думаю, удары в эту бесконечную минуту намного превысили норму. В последний раз, прежде чем оторваться, Кот чмокнул совсем мягко. Мы открыли глаза, посмотрели друг на друга. Он красный, я того краснее: пальцы у обоих подрагивают.
—Кот... — Тихо засмеялась я, сама не зная от чего. Влажные губы приятно гудели.
—Я тя люблю, Лебёдушка... — Прошептал он, и сжал меня в крепких объятиях. Я заулыбалась, кладя голову на его плечо, и тихо выдохнула: всё плохое позади. Так казалось.
—И я тебя... Теперь всё будет хорошо? Без этих перипетий? — С надеждой спросила я.
—Конечно будет. — Хохотнул Костя. —Без перипетий. Дальше мы подорвём. Точно подорвём, а потом: заживём. Хорошо и спокойно...
—Откуда ты знаешь? — Я глянула на него, высовываясь чуть-чуть.
—Просто знаю. Жить мы точно будем. Первый шаг мы сделали ведь, да? А дальше... — Он улыбнулся. —Зашагаем шире. Всё будет хорошо.
—Ты вроде не оптимист, а реалист...
—Вот именно.
Я тихо засмеялась...
Тем временем в курилке. Авторская речь.
Тяпкин поддерживал спину Любы, чтобы она не завалилась совсем. Та же обессиленно сложила голову на его плечо. Ребята косились, кто-то обронил шутеечку. Но их это не интересовало. Валя сосредоточился на Белоснежке, Белоснежка сосредоточилась на боли. Ей было не до чужих взглядов и чужого смеха.
—Может, в санчасть? — Спросил Тяпа тихо-тихо.
—Потерплю ещё. — Выдохнула Березина непреклонно.
—Куда ещё терпеть? Ты свалишься, если я тебя отпущу, Люб. — В его голосе была тревога. И он искренне переживал. Это же нельзя так оставлять! Но и за шкирку, к медикам, конечно, не потащишь...
—Я сказала: потерплю. — Девчонка утомлённо прикрыла глаза.
—У тебя, может, что-то болит? — Спросил пацан, мягко проводя рукой по её спине.
—Живот. — Выдохнула Белоснежка.
—Ну, пошли за таблеткой?
—Нет. — Фыркнула она.
«Да что ж такое?!» — пронеслось в мыслях Тяпы. Его новое предложение, почти просьбу, пойти, опередила вопросом Люба.
—Куда Кот с Лебедем ушли?
—Поговорить. Наверное, не поделили что-то. Видела, какой Кот в последнее время смурной?
—Я видела, что Саня смурная была. Как бы Котяра не обидел её...
Тяпа сразу вспомнил ту прогулку, где Костя говорил о любви к Лебедевой. Пазл вдруг стал складываться, а бровь ползти вверх в осознании.
—Да нет... Вряд-ли. — Произнёс тот в ответ, ухмылка растянулась на губах: неужели?
—Чё лыбишься? — Поинтересовалась Березина, ощутив в его голосе эту ухмылочку.
—Их увидишь, и поймёшь. — Тяпкин ещё боялся говорить прямо. А если теория не оправдается?
Рамза покосилась на них, краем уха услышав диалог. Тяпа с Лавриком переглянулись, и Лёша кивнул, подтверждая мысли Вали.
Скоро из-за угла показались красные физиономии, которые сразу приняли на себя косые взгляды пар так десяти глаз.
От лица Лебедя.
Когда мы вернулись, я встретила ухмылочки Айше и Тяпы, радостную улыбку Лаврика и взгляды, в которых плескалось понимание всей ситуации. Скрывать не было смысла, но и подавать огласке, конечно, не нужно.
Мы просто тихо сели на наши места, которые мы ненадолго оставили, и теперь мир ощущался как-то совсем по-другому: ярче и чище. В нём была жизнь, в нём появились краски. А ещё я стала гораздо чаще смотреть на Костю...
***
Спустя два часа. Лагерь. От лица Лебедя.
Настроение не могло испортить уже ни что, даже то, что Паша попросил меня и ещё некоторых ребят помочь, мол: скоротаете время до отбоя, всё равно делать нечего. Мы с Принцем и Калугой просто таскали комплекты формы со склада на склад. Видно, скоро будет пополнение. Интересно будет поглядеть на новых ребят. Калуга стал совсем нелюдимым. Я мало обращала на него внимания в последнее время, было не до этого, а сегодня свела сама судьба. Так вот, мы с Принцем пытались с ним заговорить, и не один раз. Он отвечал что-то расплывчатое, а потом и вовсе: «Да пошли вы...». Так что больше мы не пытались.
Около выхода со склада, когда я поправляла форму на руках, ко мне спешно подошёл брат. Увидел, что мне тяжело, перехватил часть, я удивлённо глянула на него. Мы понесли, пристроившись за спинами пацанов.
—Саня, меня подполкан вызывает. — Произнёс он тихо, чтоб лишние уши не услышали.
—Как? — По спине пробежал неприятный холодок. Что-то нехорошее ждёт...
—Жопой об косяк и лбом об стену, Саша, обычно. — Раздражённо проговорил брательник.
—Ты херню же никакую не творил? — Спросила я, приподняв бровь вопросительно.
—Нет.
—Ну и всё, значит, просто чё-то сказать хочет.
—А ты в курсе, что его накануне вниз вызывали?
Я посмотрела на Лёшу вопросительно.
—И чё ты этим сказать хочешь?
—Ну, тебе не кажется, что чё-то это все-таки значит, м?
—Хер знает. В любом случае мы не знаем чё он хочет, правильно? Правильно. Ну и всё.
Лёша медленно кивнул. Мы уже дошли до нужного места, положили комплекты куда надо, пошли обратно за следующими.
—А чё вы там, с Котом-то? — Уже более радостно, с искренним интересом и улыбкой спросил он.
Я смущённо посмеялась.
—Ну-у... — Протянула я.
—Ну-у? — Лаврик подтолкнул плечом, засмеялся.
—Целовались мы! — Выпалила я, глядя в землю.
—Эвон как! — Улыбнулся он. —Кто первым шагнул? Котяра осмелился, да?
—Я ему руку на щёку положила, а целовал уже он... — Пробормотала я, стесняясь рассказывать о таких вещах брату.
—Молодцы, чё. — Лёша потрепал меня по голове, я убрала его руку.
—Ну Лёша! Сколько раз просила так не делать! — Я попыталась заправить пряди, которые вылезли его виной, обратно в косу. Но всё было безуспешно.
—Да ладно тебе...
***
Лагерь. Ночь. От лица Лебедя.
Мы с братом вышли из палатки вдвоём. Я — покурить, он собирался к Антону. Папиросы мои закончились, поэтому поделился Лаврик. Он и папиросу дал, и подкурил последней спичкой. Его были слишком крепкими, горькими не в меру, я их ненавидела, поэтому и просила редко. Но в эту ночь — в самый раз. Тревога клокотала в сердце, трепыхалась внутри загнанным зверем, ударяясь о рёбра. Так хотя-бы вкусом можно было её перебить, временно, но можно.
Лёша решил закурить из солидарности, подкуривал себе о мой тлеющий свёрток. Получилось далеко не сразу. Тем не менее, вышло. Он затянулся глубоко-глубоко, я всегда этому поражалась. Курить такую дрянь в затяг — надо уметь. Мои же он называл девчачьей мерзостью, видите ли, не хватало ему чего-то. Поэтому у меня мои просить брезговал.
—Чё думаешь, Лёх, чё подполкан хочет? — Тут уже спрашивала его я.
—Хер знает. Ну, разберёмся, если чё. — Указательным пальцем он подтёр нос.
Я сделала то же самое, под воздействием холода и в моём пятачке соплей накопилось много.
—Понятное дело. — Кивнула я, повертев тлеющий свёрток в руках. Курить больше не хотелось, хотя оставалось больше половины. Скоро он покатился по траве. —Дрянь невозможная.
—Твои вообще мерзость девчачья. — Заступился за своё "изысканное" курево братец.
—Мои хотя-бы курить возможно.
—Сомневаюсь.
—Ну давай, поспорь! Попытайся доказать свою правоту в пятисотый раз! — Подталкивала его я.
—Иди ты лесом, мелочь... — Ухмыльнулся Лаврик.
Я даже опешила: а где ссора? Где оры? Где конфликт, маты, оскорбления, и в конце концов оборванные косы и сломанные носы?
—Удивительно... — Пробормотала я.
Он же докурил почти что до пальцев, бросил, затушил носком ботинка. Вздохнул.
—Ну, спокойной ночи. Пошёл я.
—Лесом?
Лаврик выдохнул, прикрывая глаза.
—Прекратишь мне нервы трепать?
—Ладно... Давай, спокойной. — Я улыбнулась ему вслед. Брат широко зашагал, а я развернулась в палатку...
***
От автора:
Всем привет! Всем здравствуйте! Поздравляю всех с юбилейной, 25-ой частью! Я уже по вам заскучала. Ну, рассказывайте, как сами, как дела ваши? Как ваш май проходит? До лета совсем немного! Какие планы? Кто куда едет, едете ли?
Как вам фанфик? Нормально? Держу ещё планочку?)) Чего ждёте от концовки? Какой её представляете? Интересно узнать, поделитесь, кто хочет.
Спасибо вам громадное, мои дорогие, за 100 подписчиков! Я безумно люблю каждого из вас, спасибо за такую поддержку ❤
Я и подумать не могла, что дойду до такого (как говорится, как я докатился до жизни такой?), до такой популярности, и что у меня будет такая замечательная аудитория! Спасибо огромное вам за то, что вы есть, я ценю и люблю каждого из вас, родные мои ❤
Как я всегда говорю: дальше — больше! До новых встреч, до новых частей!
С любовью
И благодарностью
Ваш автор, ваша Наташа.
❤❤❤