Глава 18
Ночь выдалась беспокойной. Под утро сны стали мутными и тревожными: в них Ильс пытался отыскать свою Вторую в сложном переплетении Путей и Червоточин. Темная размытая фигура уводила её прочь по бесконечному коридору. Хотелось кричать, но в легких не оставалось воздуха.
Сообщение Вейла выдернуло его из полусна: "Кэп, я слагаю с себя полномочия Старшего. Покину Саору и попытаю счастья в Гильдиях других миров. Вначале подамся на Киллум, оттуда - как карта ляжет. Сложные нынче времена. Прошу о рекомендациях". Все бы ничего, но за прошедшие сутки это была уже третья такая просьба. От Коррена он знал о высоком спросе на нелегальные Переходы: все больше людей изъявляли желание начать новую жизнь подальше от Саоры.
Небо за внешними жалюзи оказалось серым и пасмурным. Ильс по привычке заварил кофе в две чашки, подумал, и не стал выливать вторую. Ворон присел на оконный карниз и пристально посмотрел на него сквозь стекло. Ильс встретил его взгляд, ощутил пульсацию сознания птицы, биение сердца и движение нервных импульсов, нащупал в этом чужеродном внутреннем ландшафте место, где таилась боль и первобытный страх... и вовремя остановился. Ворон резко взлетел и скрылся из виду.
На комм пришло сообщение от Янга. В нем не содержалось ничего кроме ссылки на очередное расследование:
"Мы доверяем им наши разумы и нашу целостность во время Переходов. Но оправдано ли это доверие? Насколько надежны Лоцманы?
Обостренная эмпатия, чрезмерная сенситивность и чувствительность к тонким феноменам: эти люди сочетают психическую восприимчивость с поразительной ригидностью. Лоцманы не поддаются ценностному корректированию, что делает их, как граждан, чрезвычайно неблагонадёжными...."
Секундой спустя пришло сообщение от Мелл с той же ссылкой: Ильс. Ты это видел?
Сообщение от Свитаны было назидательным: Это нормально - искать поддержки, когда в ней нуждаешься. Просто позови.
Следующее сообщение пришло с незнакомого номера. В нём оказалось голосовое послание. Ильс вздрогнул, услышав мелодичный, хорошо поставленный голос Давирэля:
Мори, только ты способен оценить всю гениальность этой затеи! Я уделил большое внимание ценностному конфликту и пришёл к ряду интересных выводов. Вместе мы искореним его и начнём с армии. Нужно довести до её сведения, что Регент и есть народ. Что скажешь? Пока я жду ответа, действует мораторий на все рейсы из Анклава. Хотя, может, ждать тебе уже некого? Отзовись, а то я уже начинаю думать, что куда надежнее иметь дело с Венномом.
Ильс неловко повернулся и пролил содержимое второй чашки. Горячая жидкость обожгла его, но он этого даже не почувствовал. Что значит некого ждать? Целых три завуалированных угрозы в словах Давирэля произвели на него куда меньшее впечатление, чем эта фраза.
Из ступора его вывел звонок в дверь. Коррен Харн молча окинул взглядом темные круги под его глазами и следы кофе на одежде.
- Мы нашли их, - сказал он, вместо приветствия.
***
Войдя, Паромщик остановился перед портретом первого владельца виллы, Рокка Морригана.
- Вот значит, каким на самом деле был Одноглазый Генерал, - сказал он, присматриваясь к изображению, - Герой войны с Астаррогом вошедший в школьные учебники. Я видел, как в Цероде снимали его памятник из-за предательства твоего отца.
- Отец никого не предавал. Он служил людям.
Коррен кивнул, не сводя глаз с фотографий.
- Ты похож на них обоих.
Облитая кофе рубашка Ильса неприятно липла к телу. Он вдруг осознал, что так и не предложил Коррену пройти дальше прихожей.
- Плохой из меня хозяин. Если хочешь кофе, придется дождаться, пока я сварю новый.
Оказавшись на просторной кухне виллы Рокк, Коррен хотел было опуститься в кресло, но, критически оценив его конструкцию, остался стоять. Он откашлялся и перешел к делу.
- Наши люди узнали их. Эти клиенты Перемещались на Киллум и Зентан через Червоточины. Все как ты сказал.
- Столько их было?
- Двое. Глен и Иштван.
Ильс кивнул. Значит трое осталось на Саоре. Три огневые точки для испытаний Грома здесь, и ещё две - в других мирах.
- Что ж, вот тебе и подтверждение, которое ты искал, - сказал Харн, - Я выполнил свою часть договора. Теперь дело за тобой.
Ильс посмотрел на него долгим, пристальным взглядом.
- Ты точно готов?
- Точно.
- Но, как я и предупреждал - никаких ожиданий.
- Ясно.
Морриган в свою очередь медленно кивнул, вытирая руки о рубашку.
Через несколько минут они оба уже спускались вниз, на цокольный уровень. В тишине Ильс слышал тяжелые шаги Коррена, считывал его волнение и тревогу. Оказавшись у Трещины, пронизывавшей основание старого особняка Рокка Морригана, Паромщик открыл свой разум, чтобы Ильс смог точно увидеть место на Раване, куда он собирался попасть.
- Поторопись. Я смогу удерживать портал открытым не более часа.
Коррен нервно прикоснулся рукой к шее, поглаживая татуировку синеголовой ящерицы.
...Он вернулся один и тяжело рухнул в пыль цокольного этажа. Даже когда он уже полностью очнулся и вышел из дормы, белки его глаз оставались покрасневшими и воспаленными.
Ильс не стал его расспрашивать. В конце-концов, у Паромщика тоже хватило такта не спрашивать его о том, где его Вторая. Теперь, когда подтверждение было у него в руках, можно было, наконец, подключать к делу урдских юнг - всю их спаянную пятерку.
***
- Я люблю тебя.
- Никогда не забывай об этом.
Так он сказал ей на прощание, но она не помнила ни лица, ни имени. Только голос и только слова. Образы ускользали. Вместо них оставалась лишь одна реальность - реальность невосполнимой утраты. И ещё тревоги - как будто она отчаянно спешила куда-то и безнадежно опаздывала.
Не забывай.
Отблески света на потолке комнаты образовывали причудливые узоры. Воздух с запахом озона казался ей смутно знакомым. Она прислушалась к звукам, доносившимся из-за двери.
- Бездна обычно пожирает разум начиная с последних воспоминаний, и заканчивая первыми, - слова были знакомыми, но выговор чужим, непривычным. В самом голосе звучало почтение, - Нашим Целителям удалось вернуть ей почти всё. Конечно, возможны пробелы, и восстановление все ещё в процессе...
- Насколько она уже стала собой?
- Интеллектуально почти полностью, но психически... Острый стресс заставил её вернуться в детство. Скажем так, её эмоциональная зрелость сейчас соответствует возрасту трех лет.
- Я чувствую, что она уже не спит. Я хочу её увидеть.
- Если не возражаете, леди Сигаль, я войду вместе с вами.
В комнату вошли двое - светловолосая и белокожая женщина в синем кафтане, и темноволосый мужчина. В их лицах было что-то пугающее, чуждое, будоражащее. Но женщину она узнала сразу.
- Элиен Тар, - её имя в устах женщины тоже звучало знакомо, хоть и неправильно, - Ты знаешь кто я?
Она кивнула.
- Леди Най Сигаль, - слова давались ей с заметным трудом, - Значит, я на Умбарре?
Светловолосая кивнула. Вгляд её потеплел, а губы тронула улыбка.
- Это Шар Конн, - сказала она, - Он - Следопыт, благодаря которому ты здесь и уже в относительной целостности.
Мужчина тоже склонил голову в знак приветствия, и она, наконец, поняла, что в нем не так. Что не так во всех них. Не только их странная речь, исковерканные слова, но и внешний вид - отсутствие бровей и ресниц, и слишком огромные глаза. Пугающие. Неправильные.
- Следопыт?
- Он следовал за вами по моему поручению. Конечно, вы его не видели из-за выборочной блокировки восприятия. Но он всегда был рядом.
Вы. Значит, все правильно. Значит их, и правда, всегда было двое. Значит зияющая пустота в её сознании и правда указывает на безвозвратную потерю. Она забыла того, кого обещала не забывать. Кого не хотела забыть ни за что на свете.
Образы стали расплываться перед её глазами. Отчаяние вырвалось наружу неудержимым потоком.
- Шар Конн, что я сделала не так? - в словах леди Сигаль звучала тревога.
- Трудно сказать, я на миг потерял бдительность. Похоже, ваши слова напомнили ей о пробелах в её памяти... Она осознаёт их, но эмоционально не в состоянии обработать.
Светловолосая обратилась к ней.
- Пожалуйста, постарайся успокоиться.
- Я... я...не могу... - она хотела объяснить, но всхлипы ей мешали.
- Она, и правда, не может, - вмешался Шар Конн, - Как я уже сказал, её эмоциональный возраст...
- Когда же он догонит все остальное?
- Трудно сказать. На это может уйти от нескольких недель до нескольких лет, - он снова обратился к ней, и попытался мягко дотронуться до её плеча, - Ты в безопасности. Всё хорошо. Ты можешь плакать, столько, сколько захочется.
Она оттолкнула его руку. Потом села на кровати, подтянула ноги к груди, обняла себя и стала медленно раскачиваться. Размеренные движения успокаивали её, и вскоре, когда в комнате снова наступил спасительный полумрак, она погрузилась в глубокую дрёму.
Сквозь сон до неё донеслись последние слова Най Сигаль:
- Боюсь, мы не можем позволить себе ждать так долго.
***
Тесная аудитория Школы Лоцманов на Урде несла в себе отпечатки мыслей и чувств многих поколений учеников. Эти стены помнили первые неловкие попытки применения Дара, любознательность и амбиции юнг, их юношеское рвение и прилежание. Но даже они не помнили настолько гнетущей тишины. По этой тишине, как казалось Морригану, черным пятном расползалось его отчаяние.
- Мы звали тебя, - сказала, наконец, Кара, - Но ты так и не пришёл. А потом стало уже поздно.
- Как они узнали? - услышал он свой собственный голос.
- Орли кричала во сне, - отозвалась Марисабель. Её сестра сидела, опустив взгляд, - И Мирт тоже. Воспитатели услышали и все поняли.
- Так они узнали, что мы до сих пор связаны, - добавил Джеф, - И обучили нас Барьеру. Теперь наша связь уже не такая, как раньше. И пришлось вернуться в общие спальни.
Ильс сжал кулаки так, что у него побелели костяшки пальцев.
- Вы ходили к Колодцу, хотя я вас предупреждал, что это опасное место. Через такие места в наш мир проникает чужой, враждебный разум. Кошмары - меньшее, что могло случиться с вами в итоге! Вам так важно было убедиться в этом на собственном опыте?
- Теперь это уже не важно, - Кара, как всегда, встала на их защиту, - Расскажи зачем мы все-таки тебе понадобились?
- Теперь это уже не важно, - эхом откликнулся Морриган. Он стиснул зубы, изо всех сил стараясь отгородиться от них. Попытка провалилась, хотя и была достойна всяких похвал. Пристально посмотрев на Кару, он сказал, - Хорошо, тогда правда за правду. Я расскажу, чего хотел от вас, а вы мне скажете, кто вы такие.
Когда он закончил, в аудитории воцарилось молчание. Невысказанные вопросы теснились в мыслях юнг. Ильс указал на Джефа.
- Сначала ты.
Юнга нервно запустил ладонь в рыжие пряди и зачесал их назад.
- Значит вот какой был план? Пятеро против пятерых?
- Они попытаются сбить наведение систем, вмешавшись в сознание Сенсоров. Так, чтобы удары пришлись не по лунам, а по планетам. Ваша связь обеспечила бы вашу устойчивость. Вы смогли бы почувствовать их, предупредить о них, и противостоять их влиянию, - Морриган махнул рукой, окончательно сбрасывая со счетов этот план.
- Регент знает? - спросила Кара.
Ильс отрицательно покачал головой.
- Я доверяю армии, а не Регенту. Генерал Вал Торриан - вот, кого я собирался посвещать во все это.
Юнги многозначитально переглядывались. До сих пор молчавший Мирт, наконец, заговорил.
- Так и будет. Ты ещё позовешь нас. Я видел!
Ильс прищурился.
- Ты хочешь сказать, что видишь будущее? - он усмехнулся, - Выходит, не зря я подарил тот шар именно тебе. Что же ты видел?
Мыш покачал головой и виновато потупился.
- Я никогда ничего не видел, кроме этих снов, - признался он, - Я просто знаю какие-то вещи, и всё тут.
- Что же ты знаешь? - не унимался Морриган.
- Что ты ещё позовешь нас. Ничего больше.
- Хорошо, - взгляд Ильса вновь остановился на Джефе, - Ты?
Джеф вновь откинул прядь со лба и посмотрел на него с вызовом.
- Я - Следопыт. Я чувствую перемещение людей в пространстве. Ну... - он запнулся, - В доступном пространстве. И тех, кого успел хоть раз увидеть.
Орли и Марисабель не стали дожидаться приглашения.
- Усилитель и Блокатор, - по очереди представились они.
- Я могу усиливать сенситивность и любые психические способности других, - сказала Марисабель, - Правда, не надолго. И в определенном радиусе.
- А я - блокировать, - Орли улыбнулась с оттенком кокетства, - Мы симметричны.
- Теперь ты, - Морриган повернулся к Каре и заставил себя заглянуть в её глаза, - Ты вынуждаешь других говорить правду.
- Не совсем, - к его удивлению, девушка смутилась, - Я вынуждаю делать то, что мне нужно. Правда, получается не всегда. Например, отдельные комнаты нам так и не вернули.
- Ясно, - вздохнул Морриган, - Вы ещё необычнее, чем я думал. Что ж, мне пора. Спасибо за откровенность.
- Постой, - сказала Кара, - Регенту все ещё нужны Сенсоры! Мы вызываемся добровольцами!
- Забудьте, - сказал Морриган, выдерживая её взгляд.
- Но...
- Я сказал, забудьте, - отрезал он, - И не пытайся снова меня вынудить.
Он вышел и аудитории, оставив дверь открытой прежде, чем Кара успела что-то сказать.
***
Когда он вернулся домой через Трещину, то сразу почувствовал чьё-то присутствие. На ступеньках виллы, кутаясь в плащ, сидела Свитана. Куратор Наставников дернулась и повернулась к нему, когда он открыл парадную дверь.
- Ильс, ты меня напугал! Я могу поклясться - пять минут назад никого в доме не было.
Она поднялась и выпрямилась во весь рост. В её внешности была перемена, которую Морриган пока не улавливал.
- Что случилось? - спросил он.
- Ты лучше скажи мне, чего ещё не случилось? - ответила Свитана, - Люди не могут нормально работать из-за враждебности пассажиров. Школы так и не получают финансирования. Старшие Совета гадают, кто станет героем следующего "расследования", ходят слухи, что нам вернут браслеты... И все это время тебя носит тьма знает где!
- Совет дал мне две недели.
- Совет хочет отправить тебя в отставку. Янг совсем не в восторге, но готов занять твоё место, если понадобится.
- Я готов его уступить.
- Кое-кто требует и дисквалификации. Это правда, что ты привел Красного Дракона в Причал?
Морриган вдруг почувствовал навалившуюся на него усталость.
- От героя до парии, значит? Ладно. Ожидаемо.
- Ильс, люди помнят, что ты для нас сделал, и благодарны. Но они тебя не понимают! Особенно, когда ты замыкаешься в себе и ничего не сообщаешь.
Черты её лица сейчас казались нежнее и мягче, чем обычно. Короткие светлые волосы растрепал ниярский ветер. Присмотревшись, он, наконец, понял, что в ней изменилось.
- Тебе намного лучше без очков.
- Прости за банальность - когда я без очков, и ты выглядишь лучше. Но я думала тебе нравятся только раванки, - её тон тоже смягчился, а взгляд задержался на его губах. Ильс ощутил растущую неловкость.
- Боюсь, я должен объяснить... - Как же он ненавидел эти моменты! В его имплантированной памяти ничего хорошего они тоже не предвещали.
Лицо Свитаны вмиг обрело обычную жесткость.
- Нет, боюсь должна объяснить я. На самом деле, мне плевать кто тебе нравится: раванки, мужчины, гермафродиты или карлики. Тебе нужен Второй, или Вторая - будь добр, выбери хоть кого-нибудь. Крайне самонадеянно считать, что ты вывезешь один.
- У меня есть Вторая.
- И где же она сейчас? В момент, когда ты загнан в угол, растерян и, похоже, в отчаянии? Не отпирайся, это видно.
- Анклав в блокаде.
- И она не присылала вестей? Обычную почту уже доставили бы, даже из Анклава. Разве не естественно, что раванка захотела бы там остаться? Мы говорили с ней незадолго до её отбытия и, знаешь, ей далеко не все тут нравилось.
Ильс окаменел.
- Спасибо, Свитана, - сказал он, возводя Барьер, - Обещаю, если мне понадобится поддержка, я вспомню о тебе первой.
- Так и не пригласишь меня войти?
- Нет.
Куратор Наставников развернулась на каблуках, так резко, что по его лицу хлестнули полы её плаща.
- Пока, Морриган. У тебя осталась неделя.