Церера. Сияние призрачных звезд

Настоящее. Неохелановый океан. Море Ёкиттов*. Близ комплекса двенадцати островов Прайора.

Цикл 9796, лье 58

Этой ночью он был поцелован одной из самых нежеланных Богинь Диких Земель, чей призрачный облик все живые существа ждут с содроганием сердца – Смертью.

К пеплу всё это!

Гроза бушевала ни на шутку. Было сложно определить, когда в лицо бил дождь, а когда брызги от вновь разбившейся волны о край лодки. Первые тридцать минут, которые Циндер и Май гребли изо всех сил, были самыми спокойными минутами в их жизни.

К пеплу всё! Вспышки молний освещали штормовое море. Его волны порой бывали высотой до десяти метров и сокрушительной силой мотали лодку из стороны в сторону. К пеплу всё! Циндера никогда не беспокоила морская болезнь, но он уже потерял счёт, сколько раз содержимое его желудка вышло наружу, растворившись в пенящейся пучине.

К пеплу всё! Он держался за внутренние веревки лодки изо всех сил. Но с каждой новой волной его хватка становилась всё слабее и слабее. Вместе с этим, сквозь затуманенные от соли глаза, Циндер пытался следить за тем, чтобы Май не вывалился за борт.

К пеплу!

Йокиттово море яростно хотело забрать путников в свою бездну. Циндер уже давно был готов к тому, чтобы с радостью утонуть в её леденящих объятиях.

"Я так устал... Убей же меня уже скорее!"

Внезапно он заметил, что Май потерял сознание, бессильно повиснув на одной из верёвок. Молодого парня кидало из стороны в сторону, как тряпичную куклу, у которой вот-вот оторвётся одна из рук.

– Чтоб тебя пепел..! – Прокричал Циндер, видя, как постепенно сириянин всё слабее и слабее держался, норовясь выпасть за борт.

Но даже если он и хотел что-то сделать, то не успел. Циндер поднял спутанный взгляд, видя, как на них идёт двенадцатиметровая волна. Он испуганно выдохнул и потерял сознание. Лодка разбилась вдребезги.

Море забрало два тела в свои леденящие объятия.

***

Циндер пришёл в себя от того, что кто-то смотрел прямо на него. Было ощущение, что язык превратился в наждачку и кто-то нещадно обсыпал его сверху солью. Он хотел открыть глаза, но те, как и всё остальное, забились мокрым песком. Беглец начал откашливаться, но мельчайшие песчинки стали лишь царапать его горло и глаза изнутри. Нестерпимо хотелось одного – пить.

– Воды... – Циндер не узнал голос, которым прохрипел это слово. Неужели это был действительно его?

– Сейчас помогу. – Услышал Циндер краем уха.

После этих слов кто-то бережно стал омывать его от песка прохладной водой. Только спустя несколько минут он смог нормально открыть глаза, чтобы увидеть глухую ночь и луну, высоко поднятую в небе.

– Держи, это всё, что есть. – Проговорил Май, подавая Циндеру кокос, наполненный полупрозрачной жидкостью. Мужчина с дикой жаждой приложился к ореху, в один глоток выпив всё, что в нём было.

"Пепел, как же мало..." – с печалью подумал Циндер, ухватив последнюю каплю. Но потом его голову посетила ещё одна мысль, от которой стало не по себе: "А вдруг он тоже хотел?"

– Я... – Немного виновато проговорил мужчина, опустив глаза.

– Всё нормально, я могу долго без воды обходится. – Успокаивающе пожал плечами Май. Циндер заметил, как его путник с небольшой грустью смотрел на пустой кокос.

– Мы выжили? – Удивлённо бросил бывший призрак, не веря в происходящее. В это время Май помогал ему очиститься от остатков песка и водорослей.

– Выжили. Но в следующий раз выбирать способ побега буду я. – На изнемождённом лице молодого парня проглянула слабая улыбка.

Май помог подняться Циндеру, чьи мышцы по всему телу невыносимо болели и ныли от перенапряжения. Он чувствовал себя так, словно несколько циклов подряд бежал без остановки.

Первым, на что Циндер обратил внимание – это воздух. В этом месте он, казалось, был пропитан кислородом настолько сильно, что Циндер наслаждался каждым вдохом, не веря, что он смог сбежать.

"Жаль только, что я не смог забрать с собой Эша... Из-за моего побега ему придётся несладко среди остальных... Хороший же из меня отец!" – подумал про себя мужчина, ощущая, как сердце болезненно сжалось в груди. Но он не мог поступить иначе на данный момент.

Осмотревшись вокруг себя, Циндер понял, что они находятся на одном из небольших островов комплекса Парящих скал. Сейчас была глубокая ночь, но это не мешало видеть их приблизительные очертания. Те застыли в небосклоне и было слышны скрипящие движения. Подняв голову вверх Циндер увидел, что над ними находятся ещё несколько десятков таких же островков и один огромный.

– Никогда бы не поверил, что такое реально... – Прошептал бывший призрак, с детским восторгом разглядывая огромные глыбы. Скалы же зависли в ночном небосводе, словно кто-то невидимой рукой придерживал, чтобы они случайно не рухнули вниз.

– За счёт чего они... Не падают? – Еле слышно спросил Май, точно также завороженно смотря на скалы.

– Благодаря магии Прайора Зефира, вернее, её остаткам, которые дошли до наших лье. Когда-то здесь жили самые первые из Детей Ветра. Их король, чтобы огородить свой народ от холодной войны, поднял всё королевство в воздух. – Воспоминания о сказке, которую Циндеру рассказывала прабабка, сами собой всплыли в голове. Вместе с этой сказкой он вспомнил о тёплом медовом молоке, треске дров, и сахарных трубочках, которые всё его детство окружали каждый лье. – Но с того момента прошло немало времени. Человечество утеряло магию и почти всё, что с ней было связано. Раньше в небе находилось не несколько скал, а целые города. Это место одно из живых напоминаний о том, что когда-то магия в нашем мире была повсеместна.

– А как называлось это место в то время? Ну, сейчас Скалы Прайора в честь короля, а раньше?

– Этерия. – Прошептал Циндер, всё ещё видя перед глазами детство. Тогда он слушал легенду о затонувшем королевстве каждый вечер, отчего она въелась ему в память.

– Наверное, лагерь находится на той большой скале? – Предположил Май, всё ещё не опуская головы. – Но... Как мы туда попадём?

– Дождемся рассвета и тогда решим. В темноте ничего не видно. – Сильно щурившись, ответил ему Циндер, осматривая островок, на который их выбросило море. – В этой части Цереры опасно. Надо развести костёр, чтобы можно было отогнать диких зверей. Создашь огонь? – Спросил призрак у Мая.

Молодой парень долгое время молчал, рассматривая парящие в ночи скалы. Призрак подметил про себя, что при последних словах лицо Мая оцепенело, словно от страха. Циндер решил, что тот его не услышал, и набрал в легкие воздух, чтобы повторить просьбу. Но Май отстраненно заговорил, устремив стеклянный взгляд вдаль:

– Я... Я сейчас не могу... Столько событий, это... Это мешает собраться с силами... – Промямлил огненный парень.

"Странно... Неужели он настолько устал, что не может создать небольшое пламя?" – Подумал про себя Циндер, начав злиться на Мая.

– Хоть небольшой огонёк...

– Нет.

– Мне будет достаточно искры, а дальше я сам...

– Я же сказал, что не могу! – Истошно закричал Май. Призрак заметил, что его глаза заслезились и поэтому решил больше не просить его сделать что-то "магическое". По крайней мере, несколько часов.

– Первые... Тогда собирай всё, что может гореть с той стороны пляжа, а я с этой, потом разожгу. И чтобы я тебя видел.

– Я не ребенок, чтобы за мной следить. – Обиженно проговорил Май, но всё-таки пошел на поиск веток.

"Пеплов сириянин! Он ведет себя ещё хуже, чем Эш! А ведь тому двенадцать циклов!" – Подумал про себя призрак прежде, чем отправиться на поиски самому.

Остров был не таким большим, как тот, что парил в небе. Циндер в несколько десяток шагов почти обошёл его весь. Мокрый песок неприятно царапал тело. Из-за морской воды ему безумно хотелось пить, поэтому он собрал несколько зелёных кокосов. Он догадался, что часть из них, вместе с ветками, прилетела сюда с других островов. На этом Циндер не заметил никакого деревца. Остров, куда их выбросило, одиноко стоял в океане. Возможно, раньше он был точно также поднят в небо, но магия иссякла и кусок камня рухнул в воду, оставшись на поверхности ёкиттового моря.

"Наверное, под водой находится очень много таких же затонувших островов. Сколько же городов и поселений Богиня Море забрало к себе? И сколько аирэлов находилось в это время на островах, когда они пошли ко дну? Выжили ли они или потонули вместе со всем остальным?"

Собрав горку веток и травы они сложили их в виде небольшой пирамидки. Часть горючего оставили на потом. Циндер искал на острове огнесоздающие камни, поэтому опробовал почти каждый, попавшийся ему на глаза. Наконец, удача улыбнулась ему, и он победно, но сдержанно произнёс:

– Хорошо.

Постучав несколько раз камнями друг о друга, Циндер создал искорки, попавшие на сухую траву. Костёр быстро разгорелся благодаря его поддувам. Он посмотрел на Мая, который пустым взглядом наблюдал за огнем, сев подальше. Его руки немного затряслись и он крепко сжал кулаки, начав качаться взад-вперед. Циндеру показалось, что у сириянина сейчас случится припадок.

"Класс, он ещё и ненормальный... Видно у них с Обсидианом это семейное." – Подумал Циндер про себя, но вслух сказал:

– Я в море.

– Что, прости? – Эта фраза вывела Мая из оцепенения.

– Песок кожу царапает под одеждой. – В это время он стал снимать с себя липкую рубашку, обнажая бронзовое крепкое тело, исчерченное шрамами. – Тебе тоже стоит. – Циндер заметил, что Май отвернулся, когда тот снял с себя всю одежду, оставшись нагим. Он усмехнулся.

– Обойдусь. Мне хватило сегодня воды.

Повесив вещи около костра, Циндер быстро вернулся в объятия моря. В этот раз оно было куда доброжелательнее и теплее. Теперь морю не хотелось его убить, а лишь освежить и смыть с тела противные песчинки. Мужчина быстро нырнул под воду, наслаждаясь её теплом. В это мгновение Циндер позволил себе забыть обо всех проблемах. Забыть о Багдесте. О Призраках. О смертельной опасности. В этот момент Циндер полностью отдал свое тело и мысли лишь Богине Моря, чтобы она помогла привести их в порядок. Но долго быть в Йокиттовых водах он не мог, и поэтому быстро, но с неохотой вернулся на сушу.

"Не сбежал, хотя была возможность. Что же с тобой не так, Май?"

Зачесав тёмные волосы назад, Циндер отжал их от лишней воды и встал поближе к костру. Май посмотрел ему в глаза:

– Почему ты решил мне помочь? – Сириянин вглядывался в его лицо.

– Разве это имеет значение? – Ответил ему Циндер, не поднимая глаз от огня.

– Ну, ты ведь Призрак и служишь...

– Служил. – Грубо оборвал Циндер, не понимая, на кого он злится сейчас больше. Какая разница этому сирияну, кто и зачем его спас? Разве для него вообще имеет значение хоть кто-то, кроме него самого?

– Возможно и служил, но откуда мне знать точно? – Словно не замечая нервозность собеседника, продолжил Май. – Может это всё какая-то уловка? Ты должен быть на стороне Обсидиана, а не помогать мятежникам и тем более спасать меня. Как я могу доверять тебе, если не буду уверен в том, что это не... Не знаю, не ловушка? – Циндер был не уверен, но ему показалось, что в голосе у Мая печаль. И с какой стати ей там быть!?

– Мне не нужно твоё доверие. – С безразличием проговорил Циндер. Он скрестил руки и прикрыл глаза, наслаждаясь обжигающим теплом костра. – Я делаю, что нужно. У нас с тобой пути разные. Я отведу тебя в лагерь, а дальше, посмотрим. – Циндер пожал плечами, разминая их. После этого он приоткрыл один глаз, взглянув на Мая. – Поэтому твоё доверие, как и тебе моё, не нужно. Это ясно? Необходимо пережить друг друга до рассвета, а дальше каждый из нас пойдет своей дорогой. – Циндер надеялся на то, что его слова прозвучали как можно более безразлично и сухо. Он чувствовал на себе неотрывный взгляд Мая, чьи эмоции на лице было невозможно прочитать, но он молчал. Долго молчал. Циндер присел на корточки, подставив руки огню и задумался.

«Пережить друг друга до рассвета... А дальше я буду думать, как вызволить Эша... А что делать, когда я его вытащу? Найти лошадей? Лодки? А куда потом отправиться? На Север или за Археланово Море? А вдруг ничего не получится? Нужно сначала пережить эту ночь...»

– Спасибо. – Внезапно подал голос Май.

– За что? – Циндер поднял на него глаза, полные недоумения.

– За честность. – Его губы тронула слабая улыбка. Циндер в этот момент внимательно осмотрел его лицо под светом огня. Короткие тёмные волосы, корни которых были цвета крови. Темные круги под глазами. Шрам, пересекающий бровь и часть левого глаза. И аметистовые, сияющие в темноте глаза. Что-то незримое между ним и Обсидианом было общее. Циндер ответил ему на улыбку.

– Не за что.

После этого они молчали некоторое время. Циндер задумался, прокручивая события последних нескольких лье.

«Откуда эта мерзкая ведьма могла знать обо мне? Или она на самом деле не знала, а просто пыталась меня запугать, чтобы я сам раскололся? Вот же пепел, что же Хемлок и её сестры сделают с Эшем? Уверен, у меня не получилось их обмануть, что он для меня ничего не значит... Но если Хемлок, Эмбер или Грентель его хоть пальцем тронут, я обещаю, они пожалеют, что когда-то явились на этот свет!»

– У тебя есть семья? – Вновь заговорил первым Май. Он все также сидел от огня как можно дальше, сжимая трясущиеся руки в кулаки.

– Какая разница?

– Просто спросил. – Пожал плечами Май. – Интересно было бы о тебе хоть что-то узнать. Все-таки, вместе сбежали, пережили лодкокрушение.

Циндер долго молчал. За это время он даже успел обратно одеться в высохшую одежду и устроится поудобнее у костра. И только после этого ответил:

– Нет.

– Что нет? – Похоже, за это время Май уже и забыл свой вопрос. Циндер злобно вздохнул и сказал.

– Нет семьи.

– Что с ней случилось?

– А вот это тебя точно не касается, сириянин. – Последнее слово Циндер постарался особенно выделить и произнести, как оскорбление. Ведь жители именно этой расы всегда отравляли его жизнь.

– Хотелось бы просто уточнить: тебе не нравлюсь именно я или все окружающие? – Спросил он у Циндера. Но тот в ответ лишь поднял колкий взгляд и Май всё понял. А потом сказал так тихо, что Циндер еле-еле услышал эти слова. – Я тебя понимаю.

***

Ночная смена только-только началась, а Тоуи уже тянуло закрыть глаза и сладко заснуть. Он хотел присесть на землю, но понимал, что если сядет, то потом захочет прилечь, а потом уже и уснёт.

– Нена-а-авижу ночное дежурство! – зевая, пожаловался он своей напарнице по смене – Тирше, которая к тому же была старшей сестрой. – Вот на кухне работать – это да! А тут спло.. спло.. Сплошное мучение! – Наконец проговорил он, одержав временную победу в схватке с сонливостью.

Тирша привыкла к вечным жалобам Тоуи, поэтому не отвечала ему, стараясь сдерживать заразительные зевки брата. Держа в руках оружие, она подошла к краю скалы и стала рассматривать острова. Внезапно взгляд Тирши зацепился за огненного светлячка на водном острове.

– Эй, Тоу, иди сюда! – Когда парень подошёл к ней, она кивнула в сторону разгоревшегося пламени и двух силуэтов, мерцающих вокруг него. – Видишь?

– Кажется, у нас го-го-гости... Нужно сообщить Ноту. – Потерев глаза, проговорил младший брат. Тирша кивнула.

***

Языки пламени взвивались вверх, улетая в небо в виде небольших отблесков. Постепенно мерцающие искры гасли, оставляя правление в небе звёздам и Луне. Тишину, не считая поскрипывания скал, нарушал лишь треск догорающих веток в костре. Долгое время напарники по побегу молчали, смотря на мерцающий свет огня. Циндер держал в руке найденный ранее кокос, иногда прикладывая его к губам, чтобы утолить жажду. Каждый сейчас думал о своём.

"Интересно, что там сейчас творится на корабле? Заметили ли наше исчезновение? Не должны. Сколько же у меня есть времени? Лье? Или несколько часов? А у Эша, прежде чем его решат казнить? Будут ли его перед этим мучить? Пепел... Надо было его взять с собой... Но я не мог так рисковать им... Что, если бы..."

– Несмотря на то, что он ведёт себя как полный мерзавец, но Обсидиан прав. Всегда был прав. И не только он... – Очень тихо проговорил и неожиданно заговорил Май.

– Что? – Поднял обескураженный взгляд Циндер.

– Да просто, мысли вслух... – Горько усмехнулся Май, пряча лицо в ладонях. – Знаешь, мне кажется, я согласен с Обсидианом. – Снова заговорил Май. – Ты наверное думаешь, что я не знаю этого? Я трус. Всегда им был и всегда буду. Я уже привык к презрению, с которым ты смотришь на меня. Все так смотрят. – С каждым новым словом Циндер удивлялся всё больше и больше.

"Что нашло на этого сириянина? То убегает всю жизнь, то бежит спасать. То молчит часами, то начинает говорить безостановочно. Май, у тебя точно нет раздвоения личности?" – Думал про себя Циндер, но вслух ничего говорил. Ему было не до того, чтобы решать проблемы этого парня: "Своих хватает. Тем более, он и сам с собой нормально поговорить может".

– Я постоянно думаю о том лье, когда все начали считать меня... Избранным? Истинным цветком? Когда он убил её... Последнюю из Тейтарийцев. – Продолжал Май как ни в чем не бывало. В его аметистовых глазах отражалось пламя, словно они состояли из стекла. –

– Ты об Амалии? – Предположил Циндер, но тут же укусил себя за язык и скривился, словно съел десяток лимонов. Ему запретили произносить её имя при Мае.

– Откуда ты знаешь, как её звали? – Май обернулся. В его глазах смешались животный ужас, непонимание и непрошенные слёзы.

– Я... – Циндер был рад, что сейчас было темно и костер не освещал его лица. Иначе Май бы заметил, как лицо покрылось испариной и багровыми пятнами. – Слышал тогда, как ты выкрикивал её имя. Во время Пепелища.

Май заплакал. Сначала это было едва заметно. Но постепенно слёзы начали рекой течь по его лицу, отчего Май не успевал их вытирать. Огненный маг перестал стараться утереть стремительный поток слез, поэтому обнял себя за колени, спрятав лицо.

Циндер ощутил себя настолько неуютно, насколько это возможно. Он даже предположить не мог, что Май за все эти пять циклов так и не смог справиться с потерей. Сам-то он легко перенес гибель своей семьи, ведь в тот момент его сердце уже было занято Ночью.

– Мой мир рухнул в один миг, а все видели во мне лишь избранного. Но мне было настолько страшно и больно... – Подняв голову, прошептал Май столь тихо, что Циндеру пришлось прислушиваться.

– Я тоже хорошо помню Пепелище. – Циндер придвинулся к нему чуть-чуть ближе. Он не умел поддерживать. Практики на корабле у него в этом деле не было совсем. Но он постарался говорить с Маем как можно мягче. – Ты уничтожил весь город и его жителей буквально по щелчку. Это тогда сильно ужаснуло Призраков. И не только их. Обсидиан тоже был напуган, но не так явно. – Он заметил, что Май чуть-чуть успокоился, прислушиваясь к его словам, поэтому решил продолжить. – Никто и никогда не видел силу Первоэлемента. Магию Дикого Огня. Силу Драконов, что исчезли вместе с ней. Как думаешь, когда последний раз её использовали? Почти десять тысяч циллениев назад. – Каждое слово Циндер проговаривал с нажимом, чтобы до Мая дошла его собственная значимость в тот лье. – Эта сила также древна, как и наш мир. Как и драконы, которые существовали когда-то и шли бок о бок с народом огня. Как и сами Первые. И когда ты, неизвестный всем парень выплеснул её, уничтожив тем самым целый город... У многих тогда появилась надежда на то, что ты – нечто большее. Ты тот, кто исполнит пророчество. – Последние произнесённые слова Циндер говорил скорее не Маю, а сам себе. Чем больше он об этом думал, тем сильнее убеждался, что ещё не всё потеряно.

– Да уж.. – Май запрокинул голову, усмехаясь. Нос был всё ещё забит из-за недавних слёз, поэтому говорил глухо. Но хотя бы он успокоился. – От этой силы в моей жизни одни лишь проблемы. Даже тогда, когда они хотели мне просто помочь я их чуть не сжёг, понимаешь?

– Вообще-то сжег. – Добавил Циндер. – Все, кто находился в тот момент в Риванте, погиб либо сразу, либо через несколько лье.

Май посмотрел на Циндера с таким выражением, отчего тот подумал, что лицо мага перекосило и онемело одновременно.

– Тебе когда-нибудь говорили о том, что ты прекрасный собеседник?

"А тебе о том, что ты только и делаешь, что жалеешь себя? Или о том, что у тебя биполярное расстройство? Или о том, что ты пять пепловых циклов прятался и сокрушался над своей несчастной судьбой в то время, пока умирали миллионы!?" – Циндер хотел это прокричать Маю прямо в лицо и хорошенько дать ему несколько раз в нос за всё, что тот сделал и не сделал. Чего он ждал от него? Жалости? Слов поддержки? Понимания? Ни того ни другого Циндер не собирался испытывать по отношению к этому трусливому мерзавцу.

Какое-то время Май молчал, но потом снова продолжил:

– Сожжение целого города с его жителями. Убийство тех, кто хотел мне помочь. И ведь это всё лишь малая часть... Так что, можно ещё поспорить, кто из нас с Обсидианом большее чудовище. – Сиреневые глаза вновь обратились к мерцающему пламени костра. – Я так боюсь... Боюсь прийти в лагерь. Там все надеются на меня, ждут чего-то, на что я просто не способен. Мне страшно, что я не справлюсь со всей этой ответственностью, которая появится из-за присоединения к мятежникам. Может мне стоит сбежать за пределы Цереры? Это ведь лучше, чем кому-то специально навредить... Это будет меньшее зло.

"Только не это! Не хватало, чтобы ещё увязался за мной!" – Испугался Циндер, и поэтому, посчитав внутри себя до пяти, заговорил вслух спокойно-воодушевляюще:

– Принимать свои страхи и недостатки – это показатель сильной личности. – Циндер задался целью вдохновить Мая, чтобы тот даже не думал о побеге. Хватит уже, пять циклов прожил в бегах. Да и он не хотел видеть этого сириянина дольше, чем одну ночь. – Немногие способны на это. Как и на принятие ноши, что на тебя возложила сила Первоэлемента. До того, как стать Призраком, я всегда пользовался правилом: "Ты в праве распоряжаться своей жизнью ровно до тех пор, пока от этого не страдают другие". А от твоего побега пострадают миллионы. Знаю, для тебя это был сильный удар: несколько сотен жизней унёс тот пожар. Но нужно двигаться дальше. Больше душ погибло от того, что их не было кому защитить. Я не могу сказать, что ты чудовище, но как по мне, безразличие, хоть и меньшее, но это зло. Если Боги наградили тебя силой, значит ты способен ею управлять.

После этих слов в глазах Мая загорелся недобрый огонёк. Аметистовый взгляд, сияющий до этого всполохами костра, померк. Он нахмурился, отчего шрам, пересекающий бровь и глаз, скукожил лицо. Циндер испугался этой резкой смены настроения.

– А если я не хочу этого!? – Прокричал Май. – И почему это ты мне говоришь, что я должен делать, а что нет? Кто ты такой вообще? Призрак, который до этого убивал людей пачками! – Маг вскочил на ноги, размахивая руками и брызжа слюной. Циндер также поднялся, готовясь к тому, что Май на него может вот-вот накинуться.

– Успокойся. – Предостерег Циндер, приподняв руки. Его зеленые глаза постоянно обращались к костру, чьё тепло уже перестало быть приятным.

– Ни за что! – Закричал на него с новой силой Май. Костер в этот момент начал мерцать, разгораясь сильнее. – Ты до этого точно также ничего не делал, как и я, а теперь в тебе вдруг проснулась совесть и ты решил спасать людей? Да ещё и меня отчитываешь за то, что я никому не помог! Я не обязан, ясно!? – В его глазах снова появились слёзы. – Мне никто не помог, когда я ночами снова и снова видел смерть матери от рук Обсидиана!

– Май, послушай...

– Никто и не помог, когда из-за него же меня в детстве выкинуло через портал в забытую Первыми Пустошь к бандитам, которые продали меня в рабство по цене тушки кролика!

– Май... Огонь... – Циндер пятился всё дальше к воде, попеременно глядя то на обезумевшего Мая, то на всполохи пламени, лижущие расплавленные камни. По телу струился пот.

– И после этого ты хочешь, чтобы я помогал другим? С чего? С чего, я спрашиваю!? – Костер разгорелся настолько, что песок под ногами начал плавиться, превращаясь в стекло. Раскалённый воздух обжигал кожу и лёгкие, отчего Циндеру стало трудно дышать.

"Ещё немного и он и меня превратит в расплавленную жижу... Вот теперь я точно уверен, что у него проблемы с головой... Так... Думай... Думай... Что его может успокоить? Что может успокоить озверевшего психопата?"

– Май, обернись.

Циндер не мог придумать ничего лучше. Но тут Май его послушал, медленно посмотрев вокруг себя. Его глаза округлились, вернув былой аметистовый оттенок.

– Нет... – Прошептал сириянин. Лицо Мая искривилось от ужаса и омерзения, когда увидел, что он сотворил. В этот же момент, пламя костра утихло почти полностью, оставшись слабо мерцать на углях.

Циндер облегченно выдохнул, но из воды выходить не спешил. Слишком уж был раскалённым воздух.

– Первые... Я чуть не убил тебя... Чуть не уничтожил вместе с этим островом... – Обреченно заговорил Май, с ужасом оглядываясь по сторонам. После этих слов он потряс головой, словно пытался избавиться от навязчивых мыслей. – Прости, если обидел... Я плохо помню, что говорю в такие моменты. Я... – Он прикусил губу, посмотрев в сторону Циндера, но избегая его прямого взгляда. – Надеюсь теперь ты понимаешь, что я опасен?

– Да, тебе нужна помощь. – Согласился с ним Циндер, старательно сдерживая себя, чтобы не покрутить пальцем у виска. – Извини за вопрос, но часто у тебя... Такое?

– Ты имеешь ввиду вспышки гнева и желание всё сжечь? – Ухмыльнувшись, заметил Май. – В последнее время всё чаще. Не знаю, с чем это связано. – При последних словах сириянин опустил взгляд и Циндер предположил, что Май всё-таки догадывается, с чем, но не хочет говорить.

Спустя, наверное, полчаса нахождения в воде, Циндер всё-таки вышел на сушу. Он долго не решался подойти к Маю, который одиноко сидел на камне у кромки берега, опустив ноги в морскую пену и смотря на небо. Переборов самого себя, Циндер всё-таки подошёл и сел рядом, готовясь в любой момент вернуться в воду. Но, кажется Мая успокаивал звук волн. В небе летали жемчужные ласточки, которые строили свои гнезда на парящих скалах. Циндер наблюдал за белыми бликами птиц, слушая их звучные перекликания. Соленый воздух с привкусом водорослей оставался на кончике мелкими песчинками, отчего вновь захотелось пить. Циндер сглотнул, борясь с этим желанием.

– Светает. – Заметил Май, кивнув в сторону горизонта. Ультрамариновые цвета ночи стали постепенно окрашиваться золотыми линиями.

– Ага.

Из-за плеска воды Циндер не заметил свистящий звук. Что-то острое вонзилось в шею и весь мир закружился перед глазами. А потом его накрыла тьма.

***

Благодаря Ноту, Тирша и Тоуи могли незамеченно переместится поближе к нарушителям. Опустив с помощью лёгкого порыва ветра на нижний ярус, сам же Нот остался наверху, наблюдая за происходящим. Разглядывая "гостей" в прицел, молодая девушка подметила:

– Ага, чернявый и с ним ещё кто-то, со спины не видно... Их только двое, так что справимся быстро. – Она положила палец на курок. В пистолет с глушителем были вставлены ампулы с быстродействующим снотворным. Девушка нажала, и дротик бесшумно достиг своей цели, Тоуи не дожидаясь приказа, точно также выстрелил по второй жертве.

– Может чернявого добьем? – Произнёс недовольно Тоуи, сплюнув в сторону Циндера. – Зачем он нам, не понимаю. У меня как раз осталась ещё одна ампула, чтобы его убить. – Он направил на него ружьё, готовый было выстрелить, как рука девушки выбила оружие из рук юноши.

– У нас был приказ вырубить, а не убить. Тебе ясно? – Произнесла недовольно Тирша. Хотя она бы точно также с радостью всадила и не одну пулю в голову Тени. Если бы ей дали нож, то она нанесла бы как минимум 28 ударов, чтобы превратить его тело в кровоточащую губку. – Нот запретил убивать и сказал, что решит в лагере, что с ними делать... Давай пока свяжем их, чтобы было удобнее перенести наверх.

Тоуи подошёл к молодому парню. Он ногой подвинул его лицу и вскрикнул:

– Это он... Это... Это...

– Да-да, и без тебя вижу, – раздраженно произнесла девушка, быстро осматриваясь и проверяя, нет ли ещё кого в округе. – Интересный у нас с тобой улов, может даже двойную похлебку дадут за такое. – После этих слов они стали связывать обездвиженные тела. Когда дело было сделано, Тоуи свистнул Ноту, наблюдающими за происходящим сверху и порыв ветра быстро поднял мятежников и нарушителей ввысь, в лагерь Астреи.