Сердце Ведьмы. Синдром Адели |Книга №3| [ФИНАЛЬНЫЙ ТОМ]

Тайна о подземных ходах под ратушей всë ещё оставалась не раскрытой. Вход не могла найти даже Ксуфирия с помощью своего колдовства. Она сделала для себя вывод, что вход скрывается как раз таки за счëт колдовства дьяволистов, и это являлось в самом деле правдой. Над этим определëнно постарался Михаэль Свон, самый хитроумный и опытный колдун из дьяволистов и в прошлом бедлудов. От понимания своей бесполезности Ксуфирия злилась на саму себя, к тому же на неë оказывали давление раздражëнные взгляды воинов, которые больше всех желали побыстрее положить конец войне и вернуться домой к семье. И почему-то так вышло, что именно от Ксуфирии зависело, как скоро это произойдёт, то бишь никто, кроме неë, не умел свободно использовать колдовство. А что же касается императора... Он пытался еë поддержать, утешить, но его неумелые попытки еë успокоить всегда заканчивались нервным срывом с еë стороны или простым игнорированием из-за усталости. Больше всех переживала из-за исчезновения последних двух дьяволистов именно Ксуфирия, которая вместо их убийства представляла себе свою счастливую улыбку, какая будет на еë лице при виде живых Михаэля Свона и Рейдена Арлета, а уж потом и сам процесс их пытки. Даже Керо не сможет еë отговорить от свершения сладкой мести за смерть наставниц и еë нервов.

Думать об этом она могла лишь в бессонные ночи, а во всë остальное время Ксуфирия занималась чтением оставшихся неизученными 53-ëх колдовских книг. В этих книгах переписаны абсолютно все заклинания, собранные родом Ракмадоке, а значит, их чтение не будет пустой тратой времени и, возможно, что-то дельное всë-таки найдëтся, например, заклинание для определения места нахождения любого живого существа. Ксуфирия как раз именно такое и нашла, однако для этого требовалась кровь объектов поиска... М-да, это заклинание однозначно не подходило.

Кайл Рейсе ничем не смог помочь в поисках пропавших собратьев, как и Ханна, которая о них вовсе никогда прежде не слышала. Единственное, что он знал об этих ходах, — это историю их проложения. Подземные ходы, входы в которые были лишь в пяти местах, были проложены ещё в 14 веке, когда такие крупные города как Гартвольд, Дьяоро, Угису, Таима ещё были посëлками и только начали перерастать во что-то наподобие городов. В те времена между Керпсией и Тевтонским орденом* развязалась многолетняя война, в которой Керпсия могла пасть, если бы не проложение подземных ходов по приказу царя. С их помощью воины Керпсии устраивали внезапные нападения на врага и всегда одерживали верх, то бишь всегда удавалось застать врага врасплох. После победы этими ходами перестали пользоваться и входы запечатали, а в последующих воинах они не требовались, они были бесполезны, как и их существование. Но спустя пять веков один из входов в подземные ходы обнаружил Михаэль, рассказав о своей находке только Рейдену. Михаэль будто с самого первого дня знакомства не доверял своим собратьям, что касалось ранее и Рейдена, его лучшего друга, который стал им в тюрьме. Их отношения казались несколько подозрительными для остальных, слишком близкими и откровенными, но за рамки дружбы они никогда не выходили. Когда их собратья начали придавать этому особое внимание, тогда, наверное, их предводитель и отдалился от них, так незаметно и неощутимо, что, казалось, так всегда и было. Неудивительно даже, почему Михаэль никому не доверял, кроме Рейдена.

Когда Кайла начали вновь пытать расспросами о подземных ходах, он дал тот же отрицательный ответ, а потом к нему на ум пришла идея о допросе Нейро Дефиммяко, как только ему сообщили о еë заключении в подземной темнице под дворцом. Ксуфирия ударила себя по лицу из-за своего тугодумия и одобрила его идею, саркастично назвав Кайла гением планеты. Она сама решила допросить Нейро, но с ней пошли Керо и Акихико — один для контроля, другой для защиты, а то кто знает, что рыжая ведьма выкинет при встрече с ненавистной ей особой. Кстати говоря, с того самого дня еë заточения в темницу Ксуфирия еë не видела почти два месяца, а вот Керо еë неоднократно навещал и даже перекидывался с ней парочкой добрых слов. Хорошо, что Ксуфирия с ним не ходила, иначе бы еë стошнило от положительной реакции Нейро на его льстивые слова.

В сопровождении двух братьев-близнецов она спустилась вниз, в мрачную темницу, которую освещали настенные зажжëнные факелы. У одной единственной занятой камеры стояла стража, полностью облачëнная в доспехи и вооружëнная до зубов, будто они не охраняют кого-то, а с драконом идут насмерть биться. Если рассматривать далее сравнение с драконом, то им являлась рыжеволосая девушка, только-только достигшая совершеннолетия, но уже совершившая преступление и ставшая сиротой. И это преступление как раз и подразумевало собой убийство родителей, иначе говоря одно действие повлекло за собой целых два последствия. От мысли о сочувствии к этой девушке сразу же становилось тошно всем знавшим Нейро в лицо и о еë деяниях.

— Здравствуй, Нейро, — подойдя к камере, произнесла Ксуфирия загробным голосом. Этот зов мог не услышать лишь мертвец.

Девушка с рыжими волосами, которые струились волнами вниз и касались коленей, покачнулись вместе с их обладательницей, что медленно и демонстративно подняла голову, дабы разглядеть женщину, прибывшую навестить еë, имея при этом цель получить ответы на свои вопросы. Она была привязана цепями к стулу, на руках были наручники, что прятались за еë спиной, одежда на ней была та же, в которой она явилась сюда два месяца назад, лицо и волосы были покрыты толстым слоем пыли и пота, а всë девичье тело исхудало и побледнело до белого цвета. За время, проведëнное здесь, превратило некогда прекрасную и статную девушку в измученную скукой заключëнную, которая, казалось, уже отказалась от своих мечтаний и целей и начала мечтать о смерти. На самом же деле всë было совсем наоборот.

— Ну здравствуй, Ксуфирия Неакриде. — Голос Нейро был охрипшим и резал слух, а взгляд излучал желание вцепиться отросшими ногтями ей в глотку. Керо и Акихико стояли в стороне, и девушка не заметила их присутствия. — Какова цель твоего визита сюда?

— Пара вопросов у меня к тебе имеется, — честно ответила Ксуфирия. Честно говоря, она была признательна Нейро за то, что та плюнула приличиям в лицо. — Ответишь?

— А какая мне с этого выгода? Отвечу я или нет — меня всë равно не освободят.

— Да, ты права, но всë же...

— Всë же что? Почему ты надеешься на то, что я дам ответы на твои вопросы?

— Я думаю, ты дашь мне ответы, или хотя бы наводку, — твëрдо ответила женщина, на что Нейро округлила глаза. — Скажи мне, Нейро, знаешь ли ты что-нибудь про подземные ходы под Гартвольдом?

Как только вопрос был озвучен, девушка открыла рот в немом изумлении и непонимающе похлопала глаза. Ответ выдавало еë искажëнное удивлением лицо.

— Тогда я повторю вопрос. — Внезапно из темноты вышел император, встав рядом с Ксуфирией. Только после этого стражники поприветствовали Его Величество. — Нейро, ты знаешь что-то про подземные ходы и где в ратуше находится вход в них?

— Г-господин... Керо... — промямлила она, как только услышала своë имя, произнесëнное императором. — В-вы тоже...

— Нейро, пожалуйста, ответь на мой вопрос, — настаивал Керо, обхватив железные прутья руками и смотря на неë тоскливым взглядом. — Ты ведь что-то знаешь про них, верно?

— Она ничего не знает. — Этот голос принадлежал Акихико, который вышел на свет и встал за спиной Ксуфирии. — Вы бы ещё на колени перед ней встали...

— Как ты это понял? — спросил его Керо, не оборачиваясь и продолжая смотреть на Нейро.

— На еë лице всë написано, — некорректно пояснил Акихико, поймав на себе взгляд Ксуфирии. — Госпожа, продолжайте допрос.

— Да, теперь второй вопрос, — кивнула она и взглянула вновь на девушку. — Как так вышло, что ты родилась здоровой?

Нейро обомлела от этого вопроса, ибо вообще не понимала его сути. Ещё парочку подобных вопросов — и у неë задëргается глаз.

— О чëм это ты?

— Я знаю, что твоя мать была ведьмой, а отец — человеком, а дети от такого союза рождаются больными. А ты, я погляжу, никаким недугом не страдаешь. Почему же? Или твой отец всë же был колдуном?

— Тебе Ханна это наплела? — нахмурилась девушка.

— Не наплела, а поделилась подлинной информацией, но лишь частью из сказанной мною. Остальное мне поведала одна знакомая ведьма, — объяснилась Ксуфирия и скрестила руки на груди. — Ну, так ты ответишь на вопрос?

Нейро нервно сглотнула и закусила губу. Никто в последнее время не трепал ей нервы, как это сделала Ксуфирия буквально в мгновение Ока.

— Освободи меня от цепей — и отвечу, — поставила ультиматум Нейро, хитро улыбнувшись именно ей. Женщина на это лишь хмыкнула и посмотрела на удивлëнного императора.

— Хочешь, чтобы я освободил еë от оков?

— Этого не я хочу, а она, твоя бывшая невеста. — Ксуфирия нарочно произнесла три последних слова с большей выразительностью. — Просто прикажи снять с неë цепи, но из камеры не выпускай.

Что она сказала, Керо так и сделал, отдав приказ стражникам, что выполнили его с такой осторожностью и опаской, будто к собаке в будку заходили. Что ж, Нейро действительно можно сравнивать либо с драконом, либо со злой собакой.

— Благодарю Вас, Керо, — по имени обратилась девушка к императору, который отреагировал на это спокойно. Нейро немного походила по темнице, дабы размять конечности, после чего остановилась напротив Ксуфирии, смотря на неë сквозь железные прутья. — Я готова ответить на твой вопрос.

— Да я уже и сама догадалась, пока ты костями хрустела, — безразлично ответила женщина и отвела скучающий взгляд в сторону. Нейро это то ли задело, то ли разозлило, раз она схватила Ксуфирию за воротник обеими руками и прижала к прутьям.

— О чëм ты конкретно догадалась, уродина?! А ну отвечай! — прокричала она прямо ей в лицо и даже не заметила, как между ними встал Акихико, ударивший еë в грудную клетку. Нейро упала на пол.

— Фиру, ты как? Она тебя не ранила? — подбежал к ней Керо, но она лишь покачала головой, находясь в объятиях Акихико.

— А ты коварнее, чем кажешься, Нейро, — констатировала Ксуфирия, смотря на сидящую на полу девушку. Из носа по лицу Нейро стекала кровь. — Тебе надо было сильнее еë толкнуть, чтоб она башкой насмерть ударилась.

— Мне убить еë, госпожа? — уточнил Акихико с каменным лицом, приняв слова женщины за приказ. — Или у вас ещё имеются к ней вопросы?

— Эй, ты, — обратилась к ней очнувшаяся Нейро, — что ты там себе напридумывала про моих родителей?!

— Ладно, я отвечу, только не ори, — вздохнула Ксуфирия. — Предполагаю, что твоя мать знала о последствиях союза между колдуном и человеком и принудительно обратила мужа в ведьмака перед твоим зачатием, что и спасло тебя от получения недуга при рождении. Я ведь права? Или же ты сама ничего не знала об этом?

— Да что ты вообще знаешь?! Тебе бы лишь поиздеваться...

— Нейро! — прервал еë император приказным тоном. — Скажи, Ксуфирия ведь говорит правду, да или нет?

— К-Керо... — На глаза Нейро наворачивались слëзы, и она опустила голову. — Наверное, да, это правда.

Спустя секунду девушка залилась горькими слезами по непонятной для всех причине. То ли ей было жаль саму себя, то ли она чувствовала себя униженной Керо, которого Нейро всë ещё всей душой любит, то ли она наконец-то почувствовала скорбь по родителям, которых сама убила по первой же просьбе. Возможно, в тот день нападения на Таимское княжество Нейро просто была слишком напугана, чтобы здраво мыслить, но это еë не оправдывает. Это какую степень сумасшедствия надо иметь, чтобы согласиться на убийство отца и матери и сделать это без колебаний? Но девушка действительно чувствовала раскаяние за своë преступление, только сейчас, спустя два месяца после его совершения, делая это мысленно, в тайне ото всех смотрящих на неë глаз, которые видели лишь еë ручьи слëз. Нейро молчала, громко хныкала, закусывала губу и уткнувшись лбом в свои худые колени, дабы спрятать так своë красное лицо.

— Акихико, убей еë.

— Понял.

Услышав это, девушка подняла глаза и увидела стоящего за прутьями загорелого шатена, который называл Ксуфирию своей госпожой. Она не знала, кто он такой, видела его впервые, слышала и тем самым узнала его имя без фамилии, только сейчас поняв по горящим красным цветом глазам, когда он оказался в метре от неë, что этот юноша ведьмак. Акихико взглянул на неë с нескрываемым презрением и злобой и обхватил прутья ладонями.

— Не смей этого делать! Я запрещаю! — громко воскликнул Керо, до этого стоя в несостоянии принимать происходящее и услышанное за реальность. Акихико это услышал, но даже бровью не повëл и начал расплавливать металл. — Ксуфирия, останови его!

— Еë что, правда нельзя убить? Она же бесполезна, ничего не знает даже про своих родителей, которых она сама и убила. Кстати, а ведь за это полагается наказание! Так почему бы не выбрать в качестве наказания казнь? — Ксуфирия закрыла глаза и говорила с таким холодным тоном, что по спине Керо пробежались мурашки.

— Эй, ты не слышал? Его Величество запретил тебе... — Стражники хотели ему помешать и подошли к нему, желая схватить его за руки, но Акихико оттолкнул их от себя одной лишь силой мысли, что те отлетели к стене. Нейро от страха прижалась спиной в дальний угол камеры.

— Фиру, я прошу тебя, останови Акихико! Не убивай Нейро! Пусть сидит за решëткой, только не нужно убивать! Фиру, пожалуйста!..

Казалось, император готов встать перед ней на колени, лишь бы уговорить еë дать Акихико приказ остановиться. Он схватил еë за плечи и с дрожащими глазами смотрел на неë, начиная дрожать уже всем телом. Ксуфирия никак не могла понять смысла этой мольбы, сколько бы не смотрела на Керо, а потом на Нейро, перед которой уже стоял готовый убить еë Акихико. Ведьма стиснула зубы и сжала кулаки от злобы.

— Акихико, хватит! Не убивай еë! — яростно крикнула ему Ксуфирия, и шатен потушил огонь в своей руке, в недоумении посмотрев на свою госпожу.

— Но почему вы...?

— Я передумала, не трогай Нейро, — объяснилась она, хотя Акихико по еë голосу понял, что император убедил еë отказаться от этой затеи.

— Госпожа, почему вы подчиняетесь ему? Вы ведь вольны делать всë, что вам заблагорассудится, и отдавать мне любые приказы! Вы не обязаны...!

— Замолкни! — процедила женщина сквозь зубы и оттолкнула от себя Керо, всë ещё стоящего напротив. — Просто делай то, что я тебе говорю, даже если я этого сама не желаю и делаю это не по своей воле!

— Но госпожа...

— Да хватит уже спорить! Заткнись и выйди оттуда, пусть стражники еë закроют в другой камере! — сказала она напоследок и с громким топотом покинула темницу, оставив Акихико с Керо, на которого он сосредоточил свой злобный взгляд.

Император отдал стражникам приказ о смене камеры заточения Нейро и проконтролировал процесс, наблюдая, как девушку вновь привязывают цепями к стулу. Нейро уже не рыдала, не издавала ни звука и боялась поднять на Керо свои мокрые и покрасневшие глаза, и даже когда он уходил, она ничего ему не сказала. Девушка была с головой погружена в свои раздумья, которые зародились из-за слов Ксуфирии о еë бесполезности. «Что она имела в виду, говоря это?» — спрашивала саму себя Нейро, но ответ никак не находился. В чëм заключается еë бесполезность?..

Между тем Керо вместе с Акихико поднялись на территорию дворца. Император хотел пойти в свой кабинет, но Акихико остановил его. Удивлëнный Керо посмотрел на него в ожидании, что сейчас он будет его осуждать за его эгоизм по отношению к Ксуфирии и нелогичность решения оставить Нейро в живых, но этого не произошло. Вместо этого Акихико попросил его выйти вместе с ним в сад и там поговорить, а на какую тему — Керо не мог понять. На самом же деле он не говорить с ним собрался, а молча бросил ему под ноги перчатку.

— Я не потерплю, чтобы такой, как Вы, повелевали моей госпожой, давили ей на жалость и стали однажды объектом еë любви, поэтому я вызываю Вас на дуэль, Керо Паланшель. Я во что бы то ни стало одолею Вас и защищу честь своей госпожи, будьте уверены.

*Германский духовно-рыцарский военный орден, основанный в конце XII века.