Сердце Ведьмы. Синдром Адели |Книга №3| [ФИНАЛЬНЫЙ ТОМ]

Часовая стрелка была на одиннадцати, а минутная уже проехалась по тройке, когда Ксуфирия открыла глаза и еле-еле заставила себя поднять с кровати спину. В голове еë было пусто. Она едва помнила, какой сегодня день, и кое-как смогла отойти от снотворного. Мысли перемешались вместе с воспоминаниями о вчерашнем. Еë осенило, когда она увидела стоящую у кровати капельницу, которую не унесли из-за подозрения, что ей опять может стать плохо. Но женщине и без тошноты было плохо: голова гудела, а руки не знали, за что вцепиться, потому что в глазах двоилось. Но в этом было виновато не снотворное, которое ей подсыпал в чай Керо, а плод внутри Ксуфирии, что поглощал еë жизненные силы, которых даже ей не хватало. Она держалась только благодаря вчерашнему переливанию крови, но и этого было мало, чтобы у неë не болела голова во время бодрствования.

Но Ксуфирии хватило сил встать и подойти к двери, а также всë вспомнить. Дверь оказалась заперта снаружи. Женщина начала барабанить кулаками по двери и требовать, чтобы еë выпустили.

— Немедленно откройте дверь, иначе я еë снесу к чëртовой матери!

— Мне велено вас не выпускать до возвращения Его Величества во дворец, — послышался голос снаружи.

— Так он всë-таки уехал воевать, да? — Ответа не последовало. — Вот ведь паршивец чëртов!

Ксуфирия пнула дверь и развернулась к ней спиной. Ей ничего больше не осталось, кроме как от тоски скатиться по двери спиной на пол и сесть у порога. Только она понимала всю суть происходящего и его серьëзность. Керо не поверил ей, даже не решился прислушаться и поехал на сражение, с которого не вернëтся — в этом Ксуфирия была уверена наверняка. Вереса ясно дала ей понять, что его убьëт еë враг, то есть либо Рейден Арлет, либо Михаэль Свон, и только она может предотвратить это. Она должна во что бы то ни было попасть на поле боя и помешать убийству Керо, а для этого ей нужны, как минимум, открытые двери и чтобы никто не останавливал еë. Ксуфирия для этого связалась телепатически с Акихико.

«Где ты? Ответь, Акихико!»

«Госпожа?»

«Нет, блин, твой сон! Где ты? Ты мне нужен! Меня тут замуровали!»

«Меня тоже».

«В смысле?»

«Я в темнице, сижу за решëткой, которую мне не расплавить».

«Какого хрена...?»

«Это всë Керо. Он меня вырубил светильником и приказал заточить меня в темнице».

«Зачем?»

«Я ему вроде как мешал...»

«Мешал?»

«...»

«Ответь!»

«Я не помню! Мне отшибло память от удара».

«Ладно. Тогда самой придëтся выбираться».

«Вас тоже заточили под стражу?»

«Похоже на то. Но я разберусь и высвобожу тебя, а потом поедем спасать Керо».

«Спасать?»

«Когда встретимся, объясню. Давай, жди меня».

Ксуфирия оборвала между ними связь и встала на ноги. Еë взгляд был устремлëн в самое большое окно в комнате, из которого вполне реально выпрыгнуть и не пострадать. В обличье волка, разумеется. Женщина расчитывала на то, что сил на трансформацию ей хватит, поэтому решила прыгать. Перед этим она переоделась в повседневный брючный костюм, который Ксуфирия уже успела полюбить за удобство. Открыв окно, алые глаза посмотрели вниз, а пальцы скрутились в кулак от небольшого страха. Было страшно ей не прыгать, а не успеть спасти Керо.

Пока она думала, в еë комнату открылась дверь и зашëл Роджер. У него в руках был поднос с едой и графин с водой. Он оглядел еë внимательно, поставил поднос на тумбу и поклонился. Его спокойствие Ксуфирию раззлобило и страх благодаря этому забылся.

— Доброе утро, леди Ксуфирия. Как себя чувствуете?

— Хорошо всë со мной, так что выпустите меня.

— Простите, но не могу. Его Величество строго-настрого запретил мне выпускать вас.

— А может, я в туалет хочу!

— У вас же под кроватью есть...

— А-а-а-а-а-а, всë, заткнитесь лучше! — схватившись за голову, простонала она. — Почему мне нельзя на волю?

— Причины я, увы, не знаю, но лучше вам не совершать глупостей до возвращения Его Величества. До этих пор я...

— Да не вернëтся он, как вы не понимаете?! — не выдержала Ксуфирия. — Если вы меня не выпустите, его убьют! Я видела будущее, я знаю, поверьте мне! — она подошла к нему и схватила за плечи, умоляюще смотря ему в глаза. — Прошу вас, выпустите меня, Роджер. Пожалуйста...

Роджера слегка поразили действия женщины, но она не смогла достучаться до его старческого сердца. Он молча убрал с себя еë руки и подошëл к выходу. Его взгляд был мрачнее тучи.

— Оставайтесь здесь и поешьте, пожалуйста. Ни о чëм дурном не думайте, иначе накликаете на императора беду, — сказал и вышел Роджер. За дверью послышались лишь его громкие и размеренные шаги.

Ксуфирия замерла в ступоре. Еë вновь разозлили своим недоверием на сказанные ею слова. Но в итоге злость исчезла в никуда, когда взгляд еë пал на поднос с едой. Ксуфирия сглотнула, но к еде не притронулась, думая, что в неë опять подмешали снотворного. Она не хотела в это верить, однако рисковать не стала, а молча сжала кулаки и выглянула в окно. Внутри себя Ксуфирия не почувствовала прилива сил и вообще начала сомневаться, что она сможет колдовать, но ею движила цель и желание как можно скорее попасть на поле боя, помочь Керо, тем самым спася его от гибели. Чтобы это сделать, ей нужно торопиться.

Трансформация в волка прошла успешно, и Ксуфирия выпрыгнула из окна, приземлившись на лапы. После приземления она почувствовала едкую боль в конечностях, еë пришлось заглушить воспоминаниями о словах Вересы, которые сделали невозможное: смогли смотивировать Ксуфирию двигаться вперëд несмотря на боль. Теперь ей нужно было попасть в темницу, но в еë планы точно не входило попасть на глаза стражникам, которые с напуганными криками побежали в еë сторону. Ксуфирия взяла всю свою волю в кулак и поспешила удрать от них на своих надломленных четырëх конечностях обратно во дворец, ибо это был единственный вход в темницу.

Путь был опасен и переполнен живыми препятствиями в виде сотни стражников, что сперва чуть не отрубили ей ухо на входе, а потом лапу уже в темнице. Она перепугала всю прислугу, которая встретилась у неë на дороге, что некоторые, в частности женщины, попадали в обморок. Однако стража всë равно представляла бóльшую угрозу, чем лежащие в обмороке на полу люди, через которых пришлось ей перепрыгивать. А когда Ксуфирия оказалась в темнице, показалась новая опасность: стражники схватились за факелы и мечи и направили их в еë сторону. Ей пришлось отбиваться лапами, чтобы в конечном итоге уложить большинство стражников, однако у неë чуть подгорела шерсть и еë лицо задело лезвие меча. Но сильно Ксуфирия не пострадала, к большому счастью. Прибежавшую сюда новую партию стражников она таким же способом одолела, а самые трусливые побежали за подмогой, не успев отразиться в еë звериных глазах.

Ксуфирия чересчур вымоталась и еë одолела сильная жажда, но она стерпела, обратилась в свой человеческий облик и подошла к камере Акихико, которого заметила ещё во время поединка со стражью. Юноша смотрел на неë восхищëнными глазами, что женщина проигнорировала. Обхватив руками железные прутья, она посмотрела на него, а потом на замочную скважину на замке.

— Госпожа, как вы? Вы же...

— Забудь об этом. Где ключи? — спросила Ксуфирия, изучая замок с разных ракурсов.

— Кажется, они висят у входа возле лестницы.

Она обернулась, и еë глаза увидели сперва не ключи, а камеру, в которой сидела Нейро и испепеляла еë взглядом. Он был мрачен, как и еë грязное лицо. Ксуфирия отвернулась от неë и пошла к лестнице. Когда она проходила мимо еë камеры, Нейро что-то прошептала себе под нос, внимательно следя за ней. Игнорировать еë взгляд было трудно, который выпрашивал свободы одним своим тусклым блеском. Но Ксуфирия сдерживала своë недовольство, чтобы Нейро не разговорилась и тем самым не задерживала своими вопросами еë.

Благодаря телекинезу ключи быстро оказались в руках Ксуфирии, она развернулась, и взгляд алых глаз невольно встретился с парой голубых. Беловолосая молча прошла мимо ещё одной занятой камеры и освободила Акихико, как только один из девяти ключей подошëл в замок. Юноша оказался на свободе и кинулся обнимать свою госпожу.

— Вы точно в порядке? — с беспокойством спросил Акихико, сжимая хрупкие женские плечи.

— Держусь пока, но это временно. Идëм уже. — Ксуфирия нечаянно взяла его за руку и потянула за собой.

— От чего мы должны спасти Керо? — остановил он еë вопросом.

— Он погибнет от рук моего врага на поле боя, если я там не окажусь. Оказавшись рядом с ним, я спасу и защищу его, а ты мне поможешь в этом. Так предсказала Вереса, — ответила она, сдерживая нетерпеливый тон. Ксуфирия взяла его за обе руки, развернувшись. — Помоги мне уберечь его, Акихико. Без тебя я не справлюсь.

Юноша уронил взгляд на свои руки, сжатые в холодных ладонях Ксуфирии. Только вот взгляд алых еë глаз был совсем иным, излучающий надежду и волнение. Акихико понимал природу этих чувств, зародившихся в еë глазах, но не мог взять в толк, почему Вереса обманула еë, а Керо сказала правду. Если они оба прокляты этой ведьмой, значит, она желает им смерти, поэтому Вереса и обманула Ксуфирию, чтобы еë предсказание сбылось и его госпожа не изменила судьбу. Акихико задумался над этим и пытался выбрать конечное решение: рассказать ей правду или помочь ей стать причиной гибели Керо. Он не хотел лгать госпоже, но ещё больше он не хотел навсегда потерять еë, отдав Керо как должное, а чтобы избежать этого, ему нужно просто промолчать и доставить Ксуфирию на поле боя. Сама мысль об исчезновении соперника радовала его душу, и он определился, решив умолчать о правде.

Акихико провëл большим пальцем по женской руке и уверенно кивнул. Женщина склонила голову и выпустила его из своей хватки, развернулась и поспешила в выходу, выбросив по пути ключи. Но как только Нейро оказалась за спиной, послышался сзади еë голос.

— Керо у-умрëт? — спросила она громко, и Ксуфирии вместе с Акихико пришлось замереть на месте. — Правда мрëт?

— Нет, я спасу его, — уверенно заявила беловолосая и повернулась к ней лицом.

Нейро с поджатыми губами схватилась за прутья решëтки, пугливыми глазами смотря на женщину.

— Возьми меня с собой, — потребовала Нейро дрожащим голосом.

— Зачем?

— Хочу увидеть его живым в последний раз.

— Он не умрëт! — крикнула злобно женщина со сжатыми кулаками. — Не каркай лучше!

— Я тебе не верю. Никому, кроме Керо. — Нейро сильнее сжала прутья, и только сейчас Ксуфирия заметила, что она без наручников.

— Твоë право. Акихико, идëм. — Женщина не желала больше слушать еë вопли и поспешила уйти.

— Пожалуйста, возьми меня с собой! Клянусь, я тебя и пальцем не трону, ближе чем на метр не приближусь, только, прошу тебя, выпусти меня! Если Керо умрëт, а я буду во время его гибели здесь, то я...

— Заткнись уже, ты, поехавшая дура! ОН НЕ УМРËТ, Я НЕ ПОЗВОЛЮ ЭТОГО! — Ксуфирия резко подбежал к еë камере, схватилась за прутья и прокричала это Нейро прямо в лицо, которая от этого в ужасе остолбенела. — Усекла, неандерталка глухая?

Женщина смотрела девушке прямо в глаза и искала в них подвох, то бишь сама Нейро не могла выдавить из себя и слова, чтобы ответить на еë слова оскорблением, как она уже делала. Но ответа со стороны рыжеволосой не последовало, будто еë заколдовал взгляд алых глаз Ксуфирии, что смотрела на неë, не отрываясь. Однако такого рода пытка не смогла раскусить Нейро. Девушка была уже во второй раз напугана еë действиями, и Ксуфирия сама себе это припомнила. Но нынешний страх Нейро перед ней не сравним с тогдашним, ибо тогда Ксуфирия чуть не убила еë, а сейчас она просто испытывает психику девушки на прочность.

Неожиданно для Нейро Ксуфирия щëлкнула пальцами. К камере подошëл Акихико, который по пути подобрал брошенные его госпожой на пол ключи. Ксуфирия изменила своë решение и смиловалась над рыжеволосой пленницей. Юноша открыл камеру подошедшим ключом и освободил Нейро по мысленному велению госпожи. Девушка с опасением смотрела на обоих, выходя из камеры.

— Я беру тебя с собой, чтобы ты убедилась, что Керо останется жив. Когда ты это увидишь, я убью тебя, и Керо не сможет меня отговорить от этой идеи. Ты всë поняла? — Ксуфирия прижала еë спиной к железным прутьям камеры, схватив девушку за горло, и сказала всë это она ей с твëрдой уверенностью в голосе. — Но ты можешь остаться здесь и останешься жива, так что выбирай первый или второй вариант.

— Тут и выбирать нечего. — Несмотря на сдавленную глотку, Нейро произнесла эти слова с ещё бóльшей уверенностью, не испугавшись предупреждения женщины. — Я еду с вами.

Ксуфирия чëтко услышала еë ответ, перевела на секунду взгляд на стоящего столбом Акихико, что мысленно поражался госпожой, а потом снова на Нейро, краем губ хитро ухмыльнувшись. Еë настрой позабавил женщину, и она отпустила Нейро, резко развернулась к ней спиной и зашагала широким шагом к выходу.

— Тогда нам нужно торопиться, иначе я лишусь идеального шанса сломать тебе шею. И да, Нейро, — Ксуфирия обернулась и выставила на неë указательный палец, — будь уверена, мне за это ничего не будет.

Женщина отвернулась и втайне от них злорадно усмехнулась. Мысль об убийстве Нейро отвлекла еë от переживаний о Керо, который мог уже быть мëртв. Но Ксуфирия старалась не думать о дурном по просьбе дворецкого, чьи слова не выходили у неë из головы. Нейро на еë слова отреагировала злой ненавистью и ревностью, но сдержалась от ответной колкости. Ей лишь бы Керо живым увидеть, смерти она не боялась, ведь еë жизнь уже лишена всякого смысла.

Когда они оказались снаружи, прибежавшая только сейчас подмога окаменела при виде этой троицы и растерялась. Стражники получили сообщение о пребывании во дворце волка, но не все из них знали, что им являлась Ксуфирия. По сути они должны схватить всех троих, однако никто из них не сдвинулся с места, когда троица проходила мимо них.

— Где зверь? — громко спросил один из них. — И почему заключëнная на свободе?

— Зверь внутри дворца. Вот-вот сожрëт Роджера и всю мебель, — ответила Ксуфирия. — Чего стоите? Зверем займитесь, а заключëнная поедет со мной.

— Так не пойдëт! Ни вам, ни этим двоим нельзя покидать территорию дворца! — заявил другой.

Беловолосая ударила себя по лбу и обречëнно закатила глаза. Словесные разборки со стражью только усложняют дело.

— Акихико, разберись с ними уже.

— Понял.

Юноша создал огненную завесу, через которую стража точно не пройдëт живой. С другой стороны пожара послышались напуганные возгласы, а троица поспешила к конюшням, где они вырубили конюха и каждый взял по лошади. После они покинули территорию дворца и отправились на место сражения, проходящего сейчас между революционной и императорской армиями. Только вот ещё у выезда в город их задержало общее любопытство, вызванное от вида мëртвой вороны. Ксуфирия узнала в ней Хаку и установила, что она была убита огнестрельным оружием. Еë не столько расстроила смерть крылатой прислужницы, сколько подозрение, что убийцей птицы был Керо, у которого был оправданный мотив для убийства. Ксуфирия первая вознамерилась убить Хаку, вместе с ней и источника всех бед, но еë опередили — это и расстраивало. Женщина уделила этой мысли всего минуту, а потом снова переключилась на цель спасти Керо, забралась на коня и выехала вместе с Акихико и Нейро в город. 

***

В это время две враждебные армии уже бились насмерть. Сражение длилось уже целый час, но за это время успел определиться победитель. Хотя он и до начала боя был всем известен.

Сейчас революционная армия состояла, как и предполагал император, из одних «рабов», которых он приказал своим воинам убивать без сомнения. У них не было с собой противоядия против раболепия, поэтому не было иного выхода, кроме как убивать их. А «рабы» при этом умирали с таким умиротворëнными лицами, будто жаждали этого момента всю свою жизнь. Керо, смотря на эти лица, злился сам на себя и сжимал в руках рукоятку меча. Воины прикрывали его тыл и убивали каждого, кто пытался подобраться к императору, в то время как Керо уверенно шагал навстречу к дьяволистам. Михаэль Свон и Рейден Арлет стояли спиной к спине и отбивались от воинов императора, пока не заметили приближение Керо в их сторону. Оба дьяволиста отлипли друг от друга и посмотрели на Его Величество без привычной ехидной улыбки. Они томно дышали, а с их лбов неминуемо стекали ручьи пота. В таком виде Керо не ожидал их увидеть, а уж тем более осознать, что они не нарушили свои требования, написанные в договоре.

— Знаете, Вы мне напоминаете одного человека, который всей своей натурой излучал угрозу. Жаль, я не помню имя этого человека, — признался Михаэль, и сказанное помогло ему успокоиться.

— Хочешь сказать, что боишься меня, Михаэль? — Керо вслушался в его слова и приготовился нападать.

— Я боялся того человека, а вот Вас... Да, из-за того, что Вы с ним похожи, я испытываю страх и к Вам, — честно сказал мужчина и невольно улыбнулся. Рейден не понимал, о ком говорит Михаэль.

— Перед тем, как я убью вас обоих, ответь мне, Михаэль, зачем ты назначил это якобы финальное сражение? — спросил Керо и бесстрастно вгляделся в его глаза. — Признай, у тебя есть какой-то тайный план.

— Тайный план? — усмехнулся Михаэль. — Никакого плана нет. Я устроил это сражение, чтобы Ваша армия раз и навсегда покончила с нами. Я больше не хочу сражаться. Я устал от этого всего. Просто убейте всех нас — и дело с концом.

— Что ты мелишь, Михаэль? — взбунтовался Рейден, услышав эти слова и схватив друга за грудки. — Ты же говорил мне, что мы победим!

— Это была ложь, Рейден. Прости.

У Керо и Рейдена — единственных, кто услышал это — была одинаковая реакция: у обоих пропала земля под ногами, тело задрожало от головы до кончиков пальцев, рот раскрылся в немом шоке. Рейден от потрясения выронил из руки меч и пристально смотрел Михаэлю в глаза, а Керо оглядел сражающихся воинов вокруг. Почти каждую секунду слышались предсмертные крики, каждую секунду на землю проливалась кровь, вместе с этим и сердце юноши от увиденного колотилось всë быстрее. Его убивало осознание, что эти люди погибают без видимой на то причины, просто следуя приказу одного идиота, что уже сдался и не желает сражаться, хочет, чтобы его армия погибла вместе с целью захватить власть над страной. Самую жгучую боль причиняла Керо мысль, что все умершие люди во время войны были обмануты и на самом деле невинны, сражались не за что и погибли зря.

Император рассвирепел, до боли сжал челюсти и кинулся на дьяволистов, чтобы убить их и избавить «рабов» от подчинения этим мерзавцам. Так Керо спасëт их от гибели. Однако Михаэль, заметивший императора за спиной державшего его Рейдена, отпихнул друга в сторону и был проткнут мечом императора насквозь. Рейден не устоял на ногах и упал, а когда посмотрел на Михаэля, понял, что тот только что спас его. Но смерть Свона была неминуема.

Керо не торопился отходить от Михаэля и вытащить свой меч из его тела, презрительно смотря на мужчину, пока тот давился подступившей к горлу кровью. Юноша ждал, что Михаэль что-то скажет перед смертью, но мужчина лишь пялился на рукоять меча и молчал. Злость Керо не отступила даже после нанесения ему смертельного удара.

— Ксуфирия жаждала отомстить и убить тебя за убийство дорогих ей людей, но это сделал за неë я. Твоим убийством я убил двух зайцев сразу, — прошептал юноша с такой выразительной ненавистью в голосе, что Михаэлю почудилось, будто с ним говорит сам дьявол. — Прощай, Михаэль Свон.

Говоря это на ухо умирающему мужчине, он не заметил приближения к себе сразу двух лиц: за его спиной был Рейден, который замахнулся на него мечом, а за спиной Михаэля, кроме сражающихся воинов, на коне ехала Ксуфирия. Топот копыт Керо не услышал, а вот предупредительный крик возлюбленной расслышал отчëтливо.

— КЕРО, БЕРЕГИСЬ! СЗАДИ! — Ксуфирия крикнула так громко, как только смогла, но это предупреждение сыграло обратный эффект: Керо отвлëкся и уже в следующую секунду Рейден проткнул ему мечом грудную клетку.

Юноша выпустил Михаэля из рук и в одно время с ним упал на землю, схватившись за рану. Керо смотрел на Ксуфирию и вспомнил по инерции еë слова, что будущее нельзя изменить. Оказывается, она была как никогда права — только сейчас он это понял.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!