Глава 9
Атмосфера "Gare Expéditrice" (фр. станция отправления), как называли большой зал с высокими стеклянными потолками, наполняла ожиданием чего-то ещё большего, чем сам Дворец. Именно отсюда отправлялись из Сондвэйма в другие государства. Сэйери и Алекс прошли мимо главный зал с множеством продолговатых диванов, где ходили официанты и раздавали согревающие напитки и еду на заказ тем, кто скоро отправляется. Их ожидал отдельный зал намного меньших размеров, чем главный, но все также поражающий своими размерами. Девушки несколько минут сидели на бархатных креслах и пили горячий какао из золотистых стаканов, пока их не отвлекли шаги, стук каблуков и сразу за тем официальные приветствия. Сэйери, не успев сделать глоток, отставила на столик напиток и встала, резко обернувшись к прибывшим:
- Моя госпожа, мой господин, - она поклонилась, - Добрый вечер.
Алекс намного медленнее поставила стакан и обернулась. Наверняка стоило встать, но она по какой-то причине осталась сидеть. Ей было до невозможности неловко показаться в полный рост, но пришлось, когда мужчина примерно того же роста, что и Аманда, но сейчас казавшийся ниже из-за ее туфлей, сделал шаг вперед, на что Алекс неловко отвела взгляд, встала, едва не споткнувшись об диван и чудом удержавшись на ногах, и аккуратно поклонилась. После того, как они обменялись приветствиями, мужчина продолжил их знакомство:
- Я Эзер Антерфост, правитель Риавайна. Рад принимать тебя в Сондвейме, - спустя короткую паузу Эзер отошёл, - Ты похожа на Эллиаду.
Мужчина выглядел намного старше, чем Аманда, из-за недлинной бороды, но, вполне вероятно, они одного возраста. Каштановые короткие волосы были зачёсаны назад, поверх была надета золотая массивная корона. Светлый костюм с золотом сидел мужественно на немного плотной фигуре. Темно-карие глаза под широкими густыми бровями были добрыми, но одновременно серьезными.
- Скорее на Кристиана, - Аманда оказалась рядом и по-дружески пожала Алекс руку своей в полупрозрачной перчатке. Волосы ее были аккуратно зачёсаны назад. Изящная золотая диадема с россыпью полупрозрачных камней. Светло-голубое платье с юбкой и рукавами из фатина опускались почти до пола, а талия была затянута коричневым корсетом. Серьги с темно-синими камнями дополняли и без того великолепный образ, - Привет, милая. Ещё секунда, мы дождёмся одного молодого человека, - она благодушно закатила глаза и обернулась как раз в тот момент, когда высокий стройный парень 17 лет в чёрном костюме с серебряной цепочкой на воротнике рубашки с самым надменным и серьёзным видом зашёл в зал и поклонился, сложив руки сзади. Он обратился к Алекс:
- Джонан Антерфост, мое почтение.
Алекс сразу заметила, с каким нежеланием он подошел, поклонился и низким голосом произнёс своё имя. Девушка сдержала порыв отвернуться и лишь поклонилась в ответ. Спустя несколько секунд, которые для них обоих показались намного дольше, они отвернулись друг от друга. Первая не выдержала Алекс: приподняв юбку, сделала несколько шагов назад и сравнялась с Сэйери, которая стояла немного позади. Она тоже поздоровалась с Джонаном, назвав его господин Антерфост.
Алекс сдержала улыбку. От господина в нем только корона. Как, собственно, и в ней... Поэтому девушка поспешила отказаться от своих выводов и принять то, что они оба вряд ли подходят для своей роли, но, не смотря на это, предстали перед друг другом очень важными персонами.
Эзер и Аманда одновременно взглянули на Джонана, мужчина раздраженно, а девушка с бессилием, и поспешили улыбнуться нахмуренной Алекс, которая, несильно вскинув брови, ожидала дальнейших действий.
- Нам пора отправляться, - спас положение Эзер и сделал несколько шагов в направлении к дверям, ведущим на улицу. Там уже ожидали портье и швейцары.
- Удачи, - шепнула Сэйери на прощание и осталась стоять в зале.
Алекс бросила ей короткую улыбку и поспешила за Амандой, которая направилась вслед за мужем. Джонан шёл где-то сзади. Убрал с лица чёрную, немного сероватую, челку, которая сразу легла на две стороны, и вздохнул. Его некогда надменный взгляд совсем потерял интерес к происходящему.
Алекс старалась не замечать присутствия парня, но отчетливо чувствовала его непостоянный взгляд у себя на спине. Не будь он настолько симпатичным, что можно смело утверждать, что за ним ухлёстывает не одна девушка, Алекс бы почувствовала отвращение к его манерам. Но даже это не мешало ей испытывать к нему не своевольную неприязнь. Джонан отпугивал своим слишком серьёзным взглядом. Он всегда такой или ему настолько невыносима ее, например, компания и это событие? Чего скрывать, Алекс была такого же мнения, и она решила оставить парня в покое. Они на удивление похожи.
Алекс надевала поданный ей плащ из толстой ткани одновременно со всеми. Эзер давал слугам короткие поручения, Аманда наблюдала за тем, как мужчины смахивали листья, налетевшие на дорогу, ведущую в огромное куполообразное здание, чтобы они смогли до него добраться без преград. Оно, будучи намного больше Gare Expéditrice, было защищено воздушным, едва видимым, барьером, который проявлялся полупрозрачными всплесками в воздухе, если на него попадал мусор или листва.
До последнего Алекс не хотелось видеться с людьми, которые ненавидят ее просто за то, что она появилась в их жизнях. Не хотелось сидеть за огромным столом на ужине и этично улыбаться, как говорила Сэйери. Не хотелось ловить на себе редкий, но слишком надменный взгляд парня позади. Ей хотелось одного: оказаться в безлюдном месте с осознанием своей ненужности никому в Афолиане. Однако такой возможности ей никто не мог обещать.
Аманде наскучили мётлы и ковёр и она подошла к Алекс, внимательно оглядывая ее с ног до головы, желая о чём-то заговорить. И, безусловно, ее внимание привлеки туфли, носки которых выглядывали из под юбки.
- Что это у тебя? - она заинтересованно вскинула брови и немного наклонилась: ее волосы скользнули со спины и начали покачиваться красивыми локонами, - Неужели мои туфли, недооценённый труд мадам Голдет?
Ее слова не звучали с недовольством, но Алекс почувствовала себя виноватой. Она полагала, что Аманде не понравиться то, что туфли госпожи носит кто-то другой, и уже хотела начать оправдываться, но Аманда ее опередила.
- Я очень рада, что такие дорогие туфли не пылятся без дела. Они тебе нравятся, милая? Мадам Голдет не оставит свои труды без дела, - она махнула рукой и усмехнулась.
- Эти туфли очень красивые, - согласилась Алекс, с облегчением выдыхая. Аманда останется прекрасной в ее глазах несмотря ни на что. Такого доброго и одновременно сильного человека ей не доводилось встречать, в этом и была неповторимость госпожи, которую оценили все ее подданые.
Двери распахнулись, и Алекс последовала за Антерфост. Их слаженная процессия поражала, никто бы не смог усомниться, что они - одна семья. Что-то общее было в каждом из них, но с первого взгляда не удастся определить, что именно. Возможно, их умиротворенный, но одновременно возвышенный взгляд.
Одолев дорогу они зашли в один огромный зал куполообразного здания. Алекс рефлекторно отшатнулась и споткнулась об ковёр. Она потеряла равновесие, но не успела упасть: Джонан, не оборачиваясь, схватил ее за руку и потянул вверх, после чего сразу отпустил:
- Ты под ноги смотреть не можешь, принцесса? - его монотонный голос без капли сочувствия ударил в голову. Алекс раздраженно поджала губы и медленно, со страхом, взглянула на огромных чёрных существ, чьи могущественные крылья и большие головы расположились где-то под потолком. Джонан ее больше не волновал. Дракон с синим отливом на крыльях расхаживал по своей «клетке». Только сейчас, увидев драконов, можно изменить свои доводы о том, что куполообразное здание огромных размеров. Оно было лишь тесным убежищем для великолепных существ. Второй красно-чёрный дракон склонил голову над лапами. Его огромные рубиновые глаза с продолговатыми зрачками приоткрылись, когда пожаловали в их покои.
Сразу после ощущения страха, возникшего не только от неожиданности, но и от неизвестности - что могут сделать эти драконы, если захотят? - Алекс с восхищением начала переводить взгляд от одного дракона к другому.
(неужели им удобно в таком маленьком помещении?)
Ей стало невыносимо жаль запертых чьим-то желанием существ. Они ведь должны летать по бескрайним небесам, но никак не просиживать свою жизнь взаперти. Они без труда смогли бы разбить стекла массивными крыльями и улететь, однако по какой-то причине остаются здесь и, наверняка, уже долгое время.
Они не могли и не смогут улететь. На их лапе была одета огромная, возможно, свинцовая окова, на стыке горящая темно-синим. Эти оковы напоминали те, что Алекс видела у Хати, и специально присмотревшись, она могла с уверенностью подтвердить, что отличались они только размером.
...способны не только сдержать пыл Хати, но и убить их.
Алекс стало не по себе от возможной судьбы величественных существ, но из дальнейшего сопереживания ее вывела Аманда, которая ненавязчиво подхватила Алекс под руку и повела вслед за мужем и сыном. Они уже успели отойти на небольшое расстояние по направлению к лежащему дракону.
- Иногда меня не покидают сомнения, что этот сад маловат для них обоих, - госпожа с новым интересом оглядела начисто убранную и благоустроенную территорию, - Тебе как кажется? Знаешь, я бы с удовольствием выпустила их на эти бескрайние земли, достаточно лишь расширить барьер. Но только город совсем близко: появление существ Богини вызовет переполох.
- Почему нельзя возвести стену, отделяющую их от города? - сомневаясь в своих догадках проговорила Алекс.
Аманда пожала плечами и подняла голову вверх, к самому куполу:
- Знаешь, совсем без смысла. Барьер никак иначе будет им препятствовать. А драконы - существа своенравные. Не будь оков - от Дворца остались бы половина внутренних стен и обломки внешних. В любом случае драконы очень много спят. Бодрствуют они всего несколько часов в день.
Они миновали высокую лестницу, поставленную на спину дракона, и Аманда замолчала, когда сразу двое мужчин в одинаковых костюмах с длинными плащами помогли им зайти внутрь просторного салона. Внутри их уже ожидали Эзер и Джонан, а за стеной - двое провожатых, готовых в любой момент дать драконам сигнал о взлёте. Аманда присела к мужу, изящно подняв юбку платья, а Алекс напротив них с Джонаном. Он без интереса смотрел в окно. Эзер два раза стукнул по стеклу, после чего опустил заслонку.
Застеклённый купол начал отступать в стороны, а барьер над ним рассеиваться. Уже через несколько секунд черно-красный дракон поднялся на мощные лапы и замахал крыльями, которые сейчас показались запредельных размеров. Он взлетел, а барьер и купол снова заключили второго дракона в свой покой. Холодный ноябрьский ветер пробивался через стеклянные окна.
Почти всю дорогу никто не посчитал нужным о чём-то заговорить. Только иногда обменивались не несущими смысла фразами или короткими предложениями Аманда и Эзер. Неловкость чувствовала одна Алекс. И как девушка была счастлива, когда провожатый обьявил о их скором прибытии.
На большой высоте была видна всего лишь часть Алехариса, но без того огромная: озера, мосты, много домов разных размеров, которые сейчас не так сильно блестели золотом и благополучием, как в солнечные дни.
Дракон начал снижаться без предупреждений. Алекс не могла поверить, что сейчас предстанет ее Дворец, что она вернётся домой. Туда, где могла прожить счастливое детство с родителями. Каждый день видеть их лица, говорить с ними, рассказывать обо всем и просто проводить время вместе. Алекс всегда верила, что родители были очень хорошими и добрыми, как всегда говорила Василиса, но сейчас в ее воспоминания закрались чужие подозрения, которые полностью меняли представление о них. Девушке до последнего не хотелось верить, что они не воплощение идеала, который она создала у себя в памяти.
Сильный толчок разошёлся по стенам и сиденьям салона: дракон приземлился на мощные лапы где-то очень высоко и далеко от города, который они только что пролетели.
...Государством небес служил Алехарис, Создательница подняла Дворец в небеса...
У Алекс отчаянно забилось сердце. Она не могла поверить, что все, что рассказывалось, казалось бы, в старой легенде, окажется правдой.
Один из мужчин открыл дверь. Первой вышла Аманда, грациозно ступая изящными туфлями на каблуке на деревянные, только что поставленные, ступени.
- Прошу, - Эзер жестом указал Алекс выйти на улицу первой.
Ещё не сойдя со ступней, Алекс подняла голову и... Она больше не могла отвести взгляд и сделать последние несколько шагов.
Огромный, намного больше Сондвэйма, величественный золотой Дворец занимал большую часть неба. Он парил в небесах, окружённый широкими круглыми мостами, а с его основания стекали мощными потоками несколько водопадов. Они впадали внизу в озеро и несколько речек, проходящих через город. Золотые стены в солнечную погоду отбрасывали бы ярчайшие блики, от которых пришлось бы закрыть глаза руками, но сейчас была прекрасная возможность оценить Дворец по достоинству. Алекс внезапно пришла в голову мысль, что этот Дворец в миллионы раз больше, чем ее квартира и даже дом, а, возможно, и больше. Глаза заслезились как раз в тот момент, когда Аманда аккуратно потянула ее за руку на землю. Девушка, не замечая ничего, кроме великолепия Алехариса, так и осталась стоять на последних ступенях, не давая возможности пройти Эзеру и Джонану.
- Что скажешь, милая? - спросила Аманда, которая уже некоторое время наблюдала за тем, как Алекс самым детским взглядом, будто большую игрушку в магазине, разглядывает Дворец. Резерфорд не могла воспринять размер даже одной башни и тот факт, что она принадлежит ей. А о всем замке, как о собственности, даже думать не хотелось в подобном ключе. Она слабо покивала и, не думая, спросила первое, что пришло в голову и действительно интересовало.
- Это все было домом моих родителей?
- Весь Алехарис, - Аманда провела запястьем по очертаниям всего Дворца и его окрестностей, - Весь этот Дворец принадлежал им, Александра, весь город был в их распоряжении.
Алекс не была расстроена. Или обрадована. Она просто не верила в истинное существование Дворца и в то, что стоит почти у его ворот и скоро окажется внутри как полноправная владелица. Легче было поверить в собственную смерть, сорвавшись с балкона в квартире, в которой побывала недавно. Вспомнив об этом, Алекс не смотрела более так восторженно. Ее взгляд стал безжизненным стеклом, после сменяемым равнодушием. Но этого никто не заметил: Эзер и Джонан обогнали их и шли немного впереди, а Аманда, подхватив Алекс под руку, оживлённо рассматривала Дворец с каким-то непростым интересом, понятным только ей самой.
В их компанию вторглись несколько стражников с копьями в красной военной форме и окружили гостей со всех сторон, ровным защищённым строем ведя их в боковые ворота. На форме стражников на груди были вышиты одинаковые гербы с совмещёнными полусферами Солнца и Луны, позади которых виднелась рука, держащая клинок с горящей звездой в острие.
Над драконом, расположившемся на специальном мосте, уже был возведён защитный барьер, и Антерфосты оставили его на сохранение королевским специалистам по ухожу за существами, подобными драконам.
Они прошли через мост к, будто бы из чистого золота, воротам. По краям добавляли величие этому месту несколько высоких заострённых золотых столбов. Проход был открыт. Взойдя по большому количеству доломитовых ступеней, они оказалась в просторном холле.
В широкой тёплой прихожей дворецкий помог снять плащи и повесил их на искусно вырезанную вешалку. Алекс огляделась по сторонам, она понимала, что ступает по огромным коврам не просто так и, возможно, скоро будет видеть их чаще. Монументальность Алехариса заставляла молчать и благодушествовать своим присутствием в его стенах. Не было ничего лучше, чем слабый свет, что тусклыми лучами пробивался в огромные длинные окна и заставлял золотые пики у стен отбрасывать блики на чистый пол; хрустальных люстр в окружении тех же золотых остриев; ощущения, что вместе с Дворцом находишься над землей, над всем миром, защищённый от беспокойного города. Когда-то в этом зале были Эллиада и Кристиан. Алекс прикрыла глаза, останавливая подступившие слёзы. Она не могла понять точно, что вызвало такую реакцию: яркий свет, нахлынувшие воспоминания или несравнимость Алехариса, но девушка была уверена, что, окажись она сейчас в одиночестве, непременно разрыдалась бы без всякого стеснения.
Аманда повела вновь остановившуюся Алекс вперёд, немного препятствуя ее порыву необъяснимых чувств, и девушка была этому очень рада. Не хотелось расплакаться ещё до того, как что-то действительно стоящее ее слез произойдёт и, конечно, не при всех. Это, наверняка, испортит ее репутацию. И ещё этот Джонан, которому наверняка неведомы ни слёзы, ни сочувствие. Только что он бросил на неё взгляд, но с таким же равнодушием и появившимся раздражением, вызванным от собственных мыслей, отвернулся. Проходя мимо второй люстры в зале, Алекс примерно прикинула, что может случится, упади такая на человека. Ей показалась странной эта мысль, но девушка, не вдумываясь, сразу забыла об этом.
Множество зеркал, мраморные скульптуры, вазы с цветами на стеклянных столах, несколько больших окон с кремовыми портьерами. В следующем зале, размером с театральный, куда их привели, было не менее благообразно: расписные потолки в коричневых тонах, слева - длинный золотой стол с коричнево-белой скатертью и столовыми приборами, справа - небольшое возвышение над полом. На нем расположились 4 огромных золотых трона с высокими спинками и пиками. На них восседала семья Демфорд, которая почтила прибывших своим исключительным приглашением на личную встречу. Все время их правления для непрошенных гостей ворота Алехариса были закрыты.
Низкий полный мужчина с неприятной внешностью сидел во главе. Длинная светлая, почти седая, борода, яркий узорный костюм и огромная корона доставляли ему ещё большую неприязнь к себе со стороны других. Он всеми способами, даже глупыми и неподходящими, хотел выделиться. Король надевал подобные вещи с полной уверенностью того, что выглядит он достойно правителю, но со стороны других это вызывало только тихие насмешки и отвращение, которые не могли стать открытыми для внимания короля. Никто не решится высказать ему это в лицо, а в Совете всем было не до его внешнего вида точно. Мало кто вообще уделял ему внимание по своей воле и, тем более, никому не хотелось спорить с ним по поводу «Вы не можете одеться нормально? Из какого театра вы вообще украли этот костюм?» - председательница несколько раз не смогла сдержаться. Всем был настолько неинтересен этот человек, что иногда члены Совета делали вид, что его нет. Конечно, не так целенаправленно. Он всё-таки часть их собраний и чего-то стоит. Но почти все предпочитали не обращать на него внимание, нежели игнорировать. До того определенного момента, пока он сам не заговорит; с ним никто хотел вести долгие разговоры.
Рядом расположилась королева. Только изящное синее облегающее платье с россыпью камней на корсете привлекало к ней внимание на фоне обычной неприметной, но по-своему красивой внешности: вытянутое худое лицо и печальные карие глаза. Темные волосы были заплетены в претенциозную прическу, завершенную золотой короной с гладко отполированными рубинами. Но даже в таком своём обличие, в отличие от короля, она вызывала намного больше симпатии.
На соседнем троне высокомерно расположился высокого роста парень со светлыми, коротко подстриженными, волосами. Он был одет в почти такой же костюм, что и отец. Наследник смотрел на прибывших сверху вниз, а свою корону он надевал и носил с особой усладой. Воспитание его отца сыграло плохую шутку с мальчиком. Он вырос эгоистичным и агрессивным. Совершенно безжалостным, но для государства ничего не стоящим. В свои 18 он до сих пор не мог закончить академию. Три попытки сдать последний экзамен не закончились ничем хорошим для него, когда, в свою очередь, его однокурсники уже давно сдали экзамен и перешли на высшие курсы. Но он, не задумываясь даже о словах директора, что для правителя закончить академию особенно важно, был твёрдо уверен, что папа все решит, а он так и продолжит холить свои безграничные и вечные в его понимании власть и славу. Но все, даже сам директор, желали, чтобы настолько неподходящий кандидат никогда не сдал этот экзамен и так и остался в роли наследника. Нынешний король, как ни смотреть, более подходящий претендент - своим, хоть и нечестным, но трудом, добившийся правления, а не получивший его по случаю или старанием других.
По левую руку от короля напряжённо сидела худая бледная девушка 15 лет с пышными светлыми вьющимися волосами. Прическу дополняла украшенная камнями диадема. На ней было длинное кремовое платье с пышной юбкой и корсетом со светло-розовыми цветами. В ней отразилась мать: такое же горестное выражение лица, карие глаза и вытянутое лицо.
Несомненно, это и были те самые правители. Внешний вид и собственное превосходство со стороны мужского пола говорили все сами за себя: власть загубила их. И все же королевская семья удостоила гостей своим приветствием: поднялись с тронов один за другим и, спустившись по нескольким ступеням, оказались около Антерфост и Резерфорд.
- Я рад приветствовать вас в нашем замке, - снисходительно начал король Раймонд Демфорд.
Аманда с наигранной доброжелательность улыбнулась, так и желая сказать: «Не льстите нам, дорогой, у вас все на вашем гнусном лице написано».
- Благодарим за приглашение, уверена, госпоже Резерфорд нужно получше узнать Дворец, - как и всегда спокойно ответила Аманда.
- Кто не желает попасть к вам на званный ужин? Это ведь такая редкость, к самим Демфордам! - слова Эзера проходились будто ножом, острым и готовым прирезать в любую секунду. Но в его словах одновременно с иронией прозвучало и обязательное уважение к собеседнику.
Короли обменялись короткими приветствиями, королевы присели в реверансе. Джонан и наследники Демфорды поклонились друг другу. Алекс, на которую пока никто не обращал внимания, стояла в стороне и наблюдала за происходящим. Ей стало очень неловко. Она ощущала всю ненависть к себе ещё даже не общаясь ни с одним из ее посланников. Они, в основном король, предпочли делать вид, что ее просто не существует. Но ненадолго. Как и полагалось, им было просто необходимо познакомиться, это и была основная цель их прибытия сюда.
После приветствий к ней подошел, как и предполагалось, сам король Демфорд:
- Не хотите поздороваться, юная леди? - он плохо скрывал раздражение. Алекс едва сдерживалась, чтобы не уйти и никогда больше не вспоминать о таком ужасном человеке, - Или мне следует называть вас госпожа? - он выплюнул последнее слово с редким омерзением к той, к кому обращался.
Резерфорд зачем-то мельком глянула на Аманду, будто бы ожидая ее разрешения что-либо сказать, поддержки и заметила, что все смотрят именно на нее одну. В этот самый момент ей хотелось лишь снять с него корону и швырнуть прямо в его неприятное, скривившийся в диалоге с ней, лицо. Алекс стоило немалых усилий сдержать себя.
Она молчала. Какое-то время ее губы брезгливо подрагивали, пока девушка не подняла на Раймонда полный решимости взгляд:
- Приятно познакомиться, господин Демфорд. Госпожа Резерфорд, - без промедлений Алекс присела в неумелом реверансе, совершенно не смущаясь своей бестактности.
- Раймонд Демфорд, нынешний король Алехариса, - он вскинул голову и расплылся в самодовольной улыбке. После поклонился на публику, не сводя взгляда с Алекс. Отвечал он ей тем же, специально не подавая виду, что ее поведение как-то тронуло его душу.
- Анариель Демфорд, - для одной Алекс королева ещё раз присела в реверансе.
- Питер Демфорд, - у наследника голос был таким же высоким, насквозь пропитанным самолюбием и высокомерием.
- Фиара Демфорд, - почти прошептала девушка и сразу опустила голову. Как они с матерью все же отличались от мужчин своей семьи.
- За стол? - предложила вдруг королева, чтобы ещё сильнее не заливать разгоравшийся конфликт керосином.
- Да, не стоит уделять слишком много внимания пустым разговорам, - поддержал Эзер и последовал к столу.
Когда все расселись на бархатные стулья с высокими спинками, Аманда остановилась, не увидев поблизости Алекс, и обернулась назад: девушка стояла неподвижно, ее немного пошатывало. Руки затряслись с ненормальной силой.
Голова закружилась настолько, что она больше не смогла удерживаться на ногах и начала медленно падать. Аманда не успела подбежать, Алекс уже без сознания лежала на полу.
Эзер и Анариель сразу вышли из-за стола и стали около Резерфорд. Аманда, подбирая платье, быстро наклонилась и измеряла пульс:
- Она дышит, пульс есть.
- Положите ее на диван, - Анариель указала на место около дальней стены.
Эзер взялся перенести Алекс. Аманда настороженно вглядывалась в лицо девушки, но немного отпрянула назад, когда в чуть приоткрытых глазах не увидела зрачков. Они были полностью белыми. Именно это и привело ее в сильное замешательство. Но ничего сказать госпожа не успела...
Она потеряла сознание. Переключилась в другую реальность. Реальность, что ещё не произошла. Та вероятность, что с большим успехом проникнет в настоящее. Самая точная и логичная из всех. Но не все долговечно. Нужно всего лишь изменить что-нибудь, чтобы ход времени пошёл по-другому. Будь так, каждый, кто знает, что случиться в будущем, и подстраивая его под себя, давно сменил бы ход времени, оставляя за собой весомые изменения. Возможно, даже судьбоносные.
Резерфорд резко подорвалась с дивана, стараясь вспомнить все до мельчайших деталей.
- Александра, посмотри на меня, - Аманда взяла ее за плечо и развернула к себе, облегченно выдыхая, - Что случилось?
Девушка молчала; смотрела вперёд и нервно выискивала в толпе Джонана. Он, до этого стоявший рядом, направился к выходу. Алекс подняла голову вверх и резко вскочила с дивана.
Не более чем за пару секунд она успела сбить его с ног. Они оба оказались в нескольких метрах на полу от громко упавшей хрустальной люстры, которая разлетелась на мелкие осколки при падении. В ушах зазвенело в унисон с хрусталями, разметавшимися по гладкому полу.
Те, кто стояли, смогли отвернуться и отбежать, но Алекс и Джонан - нет. Успев только отвернуться вниз, осколки устремились порезами по коже. Джонан почти не пострадал: его руки были полностью закрыты костюмом, но Алекс повезло меньше: открытые руки и плечо окрасились алыми полосами.
Никто не решался сделать шаг и нарушить тишину. Обвалившаяся люстра была объектом всеобщего внимания на какое-то время.
- Ваше величество, - в помещение зашёл придворный в синем бархатном костюме и чёрной рубашке, - я слышал шум. Все в поря... - прежде смотря на короля только через некоторое время он заметил люстру, - никто не пострадал? Я распоряжусь очистить зал. И позову лекаря.
- Не нужно! - остановил Раймонд, - пока не нужно.. Ступай.
- Нужно позвать лекаря, - заверила Раймонда Анариель и после обернулась к придворному, повысила голос, - Позови лекаря для госпожи.
Мужчина послушался и скрылся из виду.
Джонан поднялся на руках и перевёл взгляд на Алекс. Девушка приподнялась на плече, но рука предательски подогнулась, и она за мгновение до удара на удивление быстро зажившим подбородком успела упереться о вторую руку. Джонан, ещё оправляясь от произошедшего, бессознательно обернулся в ее сторону и только после понял, что должен помочь, хотя секунда и Алекс бы сама встала на ноги.
- Твоих рук дело? - Раймонд старался говорить спокойно, но в его голосе можно было легко распознать злость, которую он сразу сменил брезгливым высокомерием, - Ваших... госпожа Резерфорд.
Алекс не сразу смогла понять, что он обращается к ней, поэтому какое-то время стояла и смотрела в пол, держась за отдающую болью голову. Безусловно, стоило ответить, но девушка не могла бы и имени своего вымолвить. Рассказать то, что и сама не знает, конечно, было бы почти невозможно. Она не подозревала, почему накинулась на Антерфоста и как узнала про люстру.
Алекс бросила взгляд на осколки, которые, к ее счастью, отзвенев своё, бесшумно лежали на полу. Она изо всех сил надеялась, что так они и пролежат до конца ужина. Также безмятежно и уже не привлекая никакого внимания. Что не могла сказать о себе: теперь она сама - всеобщий объект негодования и интереса.
- Не.. нет. Наверное, не я... - все, что смогла прошептать Алекс, но ее услышали в мертвой тишине, сохранившейся в зале до сих пор.
- Наверное?! - повысил голос король, - Я бы не советовал утаивать что-либо в моем присутствии!
Почти мыслями Алекс, которые девушка хотела сказать, в разговор вмешался Эзер.
- Ваше присутствие ничего не значит, - холодно осведомил он, - И не смейте повышать голос на госпожу.
Джонан достал из кармана платок и кинул его Резерфорд. Девушка с трудом смогла поймать его, ещё пошатываясь на ногах. Парень выхватил его и положил на рану на предплечье, после чего ее рукой накрыл платок, чтобы он не упал.
Через время в зал вбежала лекарь: женщина в белой форме с медицинским деревянным ящиком. Она быстрым шагом подошла к Алекс и усадила ее на стул. Женщина налила на ватку немного едкой жидкости и поводила около носа пострадавшей, которая сразу пришла в себя и закашлялась от ужасного запаха. После лекарь достала из чемодана, наполненного различными склянками, травами и мешочками, щепотку травы и сжала в руке. Прошептав в определённой последовательности слова на незнакомом языке, она открыла уже пустую ладонь, по руке Алекс распространилось приятное тепло, что излечило все ее раны: они затягивались с немыслимой скоростью. Не дойдя запястьем до плеча, женщина с недоумением замерла, внимательно смотря на ее кожу, где совсем недавно заметила глубокую царапину. На ее месте осталась лишь небольшая полоса, женщина обработала и ее. Будучи уверенной, что никак не могла вылечить царапину и забыть, она постаралась убедить себя, что ей показалось. Лекарь недоверчиво осмотрела руку и, удостоверившись, что не осталось даже маленького шрама, закрыла чемодан, взяла его за ручку, кивнула всем присутствующим, давая тем самым знать, что закончила, и ушла.
Аманда быстро подошла к Алекс и наклонилась к ее лицу. Ее внимательный взгляд остановился на побледневшем лице девушки, госпожа Антерфост сказала:
"Ничего не объясняй, мы разберёмся со всем позже. Сейчас же главное не вызвать лишних подозрений".
Алекс сначала не придавала значения тому, что лицо и губы Аманды оставались неподвижными, но когда она заговорила уже привычно, была отчетливо заметна разница: первую фразу она, вероятно, не произнесла вслух, только в голове у Алекс ее мысли имели значение, но после она своим таким же спокойным чётким голосом сказала:
- Как твоё самочувствие? Голова не кружится?
Алекс хватило сил слабо помотать головой, но именно этот жест говорил об обратном. Ей было настолько нехорошо, что не было сил что-либо сказать. Аманда, наверняка, поняла ее, и больше не донимала расспросами. Изящно вильнув бёдрами и откидывая платье в сторону, она вскинула подбородок и обернулась ко всем, кто стоял у неё за спиной и внимательно за ними наблюдал.
- Ужин придётся завершить преждевременно, никто не возражает? - без особой тревоги о чужом мнении поинтересовалась госпожа.
- Конечно, госпожа Резерфорд не в лучшем состоянии.
Но Раймонд был, конечно, другого мнения:
- А что, собственно, произошло? - он подошёл ближе к Алекс, - Не хотите нам рассказать, госпожа?
Алекс в который раз становилось противно от того, как он к ней обращается. От этого отвратно наигранного госпожа. И все в этом человеке было ужасно неприятно, особенно понимание того, что он может играть в твоей жизни хоть и незначительную, но все же роль. Что он думает о тебе, и раздумья эти непременно связаны с тем, чтобы навредить.
Резерфорд молчала, пока Раймонд недолго ждал и в раздраженном нетерпении вопросительно покашлял:
- Я жду.
- У Александры так бывает, - ответила Аманда, поняв, что Алекс продолжит молчать, как сама ей об этом и сказала, - Она предупредила меня, что иногда падает в обморок.
Раймонд вскинул брови:
- Как она узнала о люстре? Это никак не может быть связано со здоровьем, следовательно что-то здесь не так. И мне не хочется думать, что госпожа, как бы вы в ней не сомневались, способна выступить за свои убеждения и кому-то навредить.
- Это обвинение? - слишком серьезно произнёс Эзер, и его лицо стало каменным, застыв в несокрушимой решительности.
- Ни в коем случае, - невесело усмехнулся Раймонд, - мне и самому не хочется верить в подобное. И всё-таки люстра обвалилась именно в тот момент, когда госпожа потеряла сознание. Как бы всем не хотелось верить в ее непричастность, признайтесь, каждый сейчас задумался о поразительном сходстве двух этих событий. Я не прав? - он оглядел всех испытующим взглядом, но никто его не поддержал. Наследники, как и всегда, не хотели вмешиваться, опасаясь наказания за лишние разговоры, Аманда и Эзер не хотели поддерживать Раймонда, а Анариель, казалось, не интересуется ничем, кроме всеобщего благополучия для собственного спокойствия.
- У нас нет времени на объяснения, - таким же ледяным непоколебимым тоном произнёс господин Антерфост, - Мы имеем право сохранять молчание. Госпожа Резерфорд вправе не разглашать все то, что пожелает оставить в неведении для окружающих. Единственное, о чем вам действительно нужно заботиться, - как закреплены во Дворцах люстры. Если бы не госпожа Резерфорд, мой сын мог бы пострадать, вы это понимаете?
- Полностью беру ответственность на себя, кто-то ведь должен это сделать, - его губы искривились в усмешке, - Приступим к ужину?
На белоснежной скатерти расположились множество блюд, напитков, бокалы с шампанским и другим алкоголем в окружении серебряных приборов и идеально начищенной посуды. Все было слишком аппетитным, к тому же Алекс была очень голодная с обеда и не смогла бы отказаться хотя бы от одного блюда даже в знак протеста или плохого самочувствия.
Прозрачно чувствовалось напряжение между всеми за столом. Раймонд старался скрыть свою ненависть тем, что спокойно налил себе ром в стеклянный бокал и сделал несколько глотков.
- Не стесняйтесь, - Анариель провела рукой над столом , - Угощайтесь.
Она и Раймонд первые притронулись к еде, в это же время и все остальные наполнили свои тарелки предложенным блюдами. Какое-то время тишину нарушали только звон посуды и прочий шелест.
- Все же знают, что за этим столом мы ничего не решим? - Раймонд откинулся на спинку стула, отчего его второй подбородок с жесткой щетиной стал виден ещё отчётливее, - Окончательное решение вынесет Совет. А это - так - негосударственные обсуждения. Нам было необходимо познакомиться с госпожой лично, ведь не раз ещё придётся встретиться, верно, госпожа Резерфорд?
Алекс на секунду задержала нож и вилку над тарелкой и, нехотя кивнув, продолжила резать картофель в белом, приятно пахнувшем специями, соусе. Она больше ничего не замечала, кроме своей тарелки, наполненной идеально нарезанным салатом, картофелем и маленьким куском мяса.
- Вы правы , - похоже, впервые согласился с ним Эзер, - На это и рассчитан сегодняшний ужин. Нам необходимо прояснить всю ситуацию. К тому же, учитывая обстоятельства, это не дастся так просто. Всегда нелегко принимать что-то новое и когда это напрямую связано с властью.
Весь диалог, каждая фраза, адресованная противоположной стороне, могли беспрерывно соревноваться в неподдельности едва заметного унижения и способе заставить противника не сдержаться от злости. И у каждого это получалось с особенной точностью. Ещё не встретившись на званном ужине, все были готовы превратить это событие в нечто неприятное, желая оставить след собственных высказываний в памяти собеседника.
- На вас, наверняка, сейчас серьёзная ответственность, нелегко ведь было поднять с низов одно государство, а здесь вы ещё стараетесь задуматься о другом. Уверяю вас, без надобности. Вам ни к чему чужие заботы, - с поддельным сопереживанием сказал Раймонд и махнул рукой в сторону. Почти незаметно, но мужчине, кто стоял сзади, было достаточно и этого жеста: с самого их расположения за столом он внимательно следил за действиями каждого, чтобы, в случае чего, не пропустить знак о понадобившейся помощи. Тем более Раймонд никогда не считал выше своего достоинства нормально позвать служащих, а потом наказывал тех, кто не выполнил его приказ сразу.
Почти каждый, кто служил во Дворце довольно долгое время, теперь ненавидел свою работу и никогда не мог забыть те прекрасные времена правления Резерфорд. К «своим людям» Эллиада относилась более чем хорошо, что уж говорить о Кристиане - «Самом лучшем правителе из всех, господине до конца наших дней».
- Налей нашим девушкам вина и шампанского, Оганий. Непростительно, ведь никто не подумал о напитках для наших великолепных дам, - попросил Раймонд; официант внимательно его выслушал и, медля, словно сомневаясь в чем-то, кивнул и удалился.
- Я несказанно благодарен, что вы лично сообщили мне о новой госпоже, - разговор снова продолжил Раймонд, наливая между тем уже второй бокал рома, - Я не был так уверен, что это окажется в ваших интересах, но вы стали ещё выше в моих глазах, раз не умолчали о таком важном событии. Прошу извинить мой интерес, но вы так увлечены решением не своей проблемы, что, может показаться, забыли о своих.
- Я не нуждаюсь в чьих-либо указаниях и прекрасно справляюсь со всеми своими обязанностями, - как и предполагалось, Эзеру не понравился его грубый интерес, - Ко всему прочему, в моих интересах поддерживать интересы всех моих жителей, а не только свои. Это ли не работа всех правителей?
Раймонд старался как можно отдаленней смотреть на все колкости, хотя они, по правде говоря, задевали его с самого начала. В другое время он бы даже не заметил их, но не тогда, когда с ним за одним столом сидит главный враг.
- В каждом государстве своя работа, - уклончиво произнёс Раймонд и через некоторое время с неожиданным смирением произнёс, - И все же, я не смогу идти в упрёк всему Совету, и, конечно, поддержу любое его решение.
Почти все недоуменно подняли на него взгляд. Аманда и Эзер, не поворачивая головы, переглянулись, ничего не говоря, но понимали, что думают об одном и том же: что-то не так. Но что именно заставило Раймонда так быстро поменять свои взгляды - было понятно одному королю.
Оганий вернулся с четырьмя бокалами красного вина и расставил их всем девушках по очереди. Когда очередь дошла до Алекс, он остановился за ее стулом. Рука его замерла на полпути и он бросил на Раймонда испуганный, полный ненависти взгляд. Демфорд уничтожающе смотрел на него в ответ, но какого было его удивление и ярость, когда Оганий резко отстранил бокал от Алекс и дрожащим, разгневанным голосом почти выкрикнул:
- Чтобы вы ни сделали, я не позволю вам этого! Вы самый худший человек, которого я встречал в своей жизни, и я не позволю загубить вам нашу последнюю надежду! Я не позволю вам от... - его крик прекратился; Оганий замер на месте и через несколько секунд упал на пол без чувств. Бокал с вином разлетелся на куски, а красная жидкость распространилась по всему мраморному полу.
Эзер и Аманда подскочили с мест, в ужасе переводя взгляды от Алекс к телу Огания. Анариель, Питер и Фиара были в не меньшем непонимании, не ожидая подобного поведения ни от короля, ни, тем более, от официанта. Теперь уже все смотрели на Демфорда. Он серьёзным взглядом провожал Огания в последний путь, опуская руку.
- Что ты..? - гневным шепотом проговорила Аманда, так и не закончив - ее перебил Эзер.
- О чем он говорил? - господин подошёл к Раймонду очень близко, с вызовом, уже не сдерживая настоящих эмоций, как было положено правителю, - Что ты собирался сделать? Отвечай!
Раймонд сцепил зубы и, напрягая каждый мускул лица, скривился. Он смотрел в одну точку в полу и не отвечал какое-то время. В одно мгновение он поднялся со стула, его тяжёлый крик распространился по всему залу, и Эзер невольно сделал шаг назад.
- Думаешь, это мерзавец что-то мне испортил?! Думаешь, я не справлюсь без него?! Ошибаешься.
Никто не успевал за мыслями и намерениями Раймонда. Никто не мог предугадать, что он сделает прямо сейчас. Кроме Алекс, которая ещё не могла даже подумать об этом. Демфорд резко обернулся и поднял руку на уровне груди девушки. Из его запястья вырвалось что-то чёрное и всепоглощающее и со стремительной силой набросилось на Резерфорд, но все, что она успела, это отшатнуться в сторону. Элемент вырвался уже из всего ее тела и набросился наперекор силе Раймонда, а после и на него самого. Алекс не была сильнее, но смогла удерживать противостоящую энергию, в какие-то моменты задевая руки Раймонда. Король начал медленно, но уверенно терять хватку, столкнувшись с креслом за собой.
Невозможно было определить, долго ли они стояли друг напротив друга, но Раймонд стал слабеть. Он не мог принять то, что ему кто-то может помешать и никогда не был к этому готов. Однако сейчас он был уверен, что встретил ее. И она сможет изменить его жизнь, изменить весь мир. Он больше не мог ненавидеть ее, не мог любить, уважать. Только благодарить за то, что она так быстро сдалась и посвятила его в свои тайны. Раймонд сейчас хотел одного: получить ее и запереть навеки там, где ей самое место. Он знал наверняка, где жаждут ее элемент.
Но не смог бы этого сделать, как бы ни старался. Силы почти что равны, вместе они порождают, но не уничтожают...
Раймонд отлетел назад, а кресло опрокинулось назад под его весом. Что-то он не смог рассчитать, поэтому и проиграл. И что могло остановить его? Что? Алекс? Нет, он знал наверняка, что девчонка не играет здесь никакой роли, кроме сосуда для неё. Именно поэтому он проиграл. Сражался он с ней. А она никогда не проигрывает.
Ещё способный думать, Раймонд лежал на полу, пока сознание совсем не покинуло его, а чёрная масса не заполонила его тело, пропадая бесследно.
Алекс в этот момент находилась словно в забытие, не обращая должного внимания на происходящее. Все, что сейчас случилось, казалось ей правильным, а события - запланированными. Однако ее не покидало совершенно незнакомое чувство, захватившее разум, когда ее элемент вступил в борьбу с силой Раймонда. Но истинно была ли это борьба?
(она снова меня спасла...)
Алекс прикрыла глаза, желая на мгновение избавиться от неподдельных образов, так тревожащих ее сейчас, но этого было достаточно, чтобы девушка пошатнулась и почти упала на пол, но элемент подхватил ее, задерживая в своих объятиях столько, сколько потребуется.
- Он жив? - спросил Эзер, вглядываясь в лицо Раймонда издалека.
Анариель, уже сидевшая на коленях перед мужем, тихо пролепетала:
- Я не знаю...
Аманда подошла к Алекс с непривычным беспокойством на лице. Она убрала волосы с даже во сне напряженного лица Резерфорд. Сейчас она казалась такой беспомощной, но защищало ее то, что было рядом.
(тебя не хватает, как никогда, Рика. только ты смогла бы помочь)
Аманда неуверенно взяла Алекс за руку и постаралась потянуть за собой, надеясь, что элемент поддастся. Рука Резерфорд шевельнулась, она открыла призрачно белые глаза и сделала несколько шагов, все ещё находясь в окружении темно-фиолетового тумана. Она могла идти, но все ещё находилась в бессознательном состоянии, отдав ответственность за себя асиментрации. Они вышли из зала.
Джонан быстрым шагом вышел следом. Только Эзер позволил себе задержаться ненадолго. Он аккуратно присел рядом, смотря на ещё не пришедшего в себя Раймонда, который, на удивление, остался жив.
- Вам неинтересно, что такого хотел сказать ваш официант, из-за чего ваш муж решил, что лучше будет его убить?
- Я ни о чем не знаю... Наверное, это все ваша Резерфорд... Вы видели, что она сделала с Раймондом, разве это дозволено?!
- Учитывая поведение Раймонда, я бы молчал на вашем месте. Он не станет мириться с тем, что кто-то хочет забрать его престол, и готов на все, даже на убийство. Вам стоит искать причину прежде всего в себе, и я не говорю конкретно про вас, Анариель.
Раймонд и Анариель некоторое время молча смотрели на Раймонда, после чего Антерфост встал и напоследок сказал:
- Я желаю вам удачи.
Он быстрым шагом удалился из зала.