Его тихая война

Утро в горах Аллилуйи было холодным и прозрачным. Между парящими скалами медленно тянулись тонкие полосы тумана, ветер гулял в пустоте между каменными островами, заставляя длинные лианы мягко покачиваться, а где-то далеко под ними уже блестела тонкая полоска океана. На широкой каменной платформе лагерь Оматикайя постепенно оживал. Икраны переступали когтями по камню, расправляли огромные крылья, встряхивали головы и тихо щёлкали челюстями, чувствуя приближение полёта. Несколько воинов проверяли ремни и седла, кто-то переговаривался у края площадки, а чуть дальше Джейк уже стоял у выступа скалы, оценивая направление ветра и небо между каменными островами.

Нейтири была рядом со своим банши, её движения были быстрыми и уверенными, когда она проверяла крепления у седла. Тук стояла рядом с ней, стараясь выглядеть очень серьёзной и взрослой, но всё равно всё время вертелась, заглядывая вниз между скалами и снова поднимая голову к небу. Кири спокойно гладила шею своего банши, словно разговаривая с ним без слов, её пальцы медленно скользили по коже зверя, пока тот тихо урчал от этого прикосновения.

Чуть дальше, у края платформы, Сатари стоял рядом с Элайни. Новый банши выглядел так, будто уже давно принадлежал этому небу: его тёмные крылья были сложены, но ветер всё равно слегка трепал перепонки, а узоры на коже мягко переливались в утреннем свете. Элайни тихо провела ладонью по его шее, чувствуя спокойное тепло живого тела под рукой. Иногда она всё ещё ловила себя на мысли, что не до конца верит в происходящее — что снова стоит рядом с банши, что снова может лететь.

Сатари тихо щёлкнул челюстями и чуть наклонил голову, будто понимая её мысли.

Недалеко от них Нетейам затягивал ремни у седла своего икрана. Рядом с ним Ло'ак лениво возился со своим, делая всё заметно медленнее, чем нужно. Он пару раз посмотрел на небо, потом снова на ремни — так, будто старательно делал вид, что никуда не спешит. Нетейам заметил это почти сразу. Уголок его губ чуть поднялся.

— Что? — настороженно спросил Ло'ак, не поднимая головы.

— Ничего, — спокойно ответил Нетейам, проверяя поводья. — Просто думаю, как быстро ты сегодня полетишь.

— Я всегда быстро летаю, — Ло'ак всё-таки поднял взгляд на брата.

— Да, — согласился Нетейам. — Но сегодня особенно.

— Почему?

— Потому что через пару двое суток ты снова увидишь Цирею, — Нетейам пожал плечами так, будто сказал что-то совершенно очевидное. Ло'ак замер. Совсем на секунду, но этого было достаточно. Паук, который стоял рядом и пытался разобраться с узлом на ремне, медленно поднял голову и посмотрел сначала на Нетейама, потом на Ло'ака.

— Подожди... — протянул он. — Чего?

— Заткнись, — Ло'ак тут же толкнул Нетейама плечом. Но уголок его рта всё равно дёрнулся. Паук теперь смотрел на него уже совсем иначе.

— Так... — сказал он медленно. — Я что-то пропустил?

— Похоже на то, — Нетейам спокойно похлопал своего банши по шее.

— Нетейам... — предупредительно произнёс Ло'ак. Но было уже поздно. Паук расплылся в широкой улыбке.

— Ло'ак... ты серьёзно?

— Ничего серьёзного, — Ло'ак раздражённо выдохнул и отвернулся, делая вид, что очень занят ремнями.

— Ага, — усмехнулся Нетейам. — Поэтому ты со вчерашнего дня, каждые пять минут спрашивал, когда мы уже полетим обратно.

— Вот теперь всё понятно, — Паук тихо рассмеялся.

— Я тебя сейчас с этой скалы скину, — буркнул Ло'ак. Нетейам лишь тихо усмехнулся и слегка склонил голову, будто всерьёз обдумывал это предложение.

— Попробуй.

Ло'ак уже открыл рот, чтобы ответить что-нибудь ещё, но в этот момент неподалёку Элайни повернула голову в их сторону. Она стояла рядом с Сатари, проводя ладонью по тёплой коже его шеи, и, услышав последние слова, её глаза весело блеснули.

— Только сначала предупреди меня, — сказала она совершенно серьёзно. — Мне придётся лететь следом, чтобы поймать мужа, — на секунду повисла тишина, а потом Паук тихо рассмеялся.

— Плохая идея, Ло'ак. Теперь у него есть поддержка.

— Отлично, — Ло'ак закатил глаза, но уголок его губ всё равно дёрнулся. — Теперь вас двое.

— О чём они говорят? — Кири подошла к Элайни.

— О Ло'аке.

— А что с ним?

— Он скоро увидит Цирею, — Кири мягко улыбнулась, переводя взгляд на брата.  Похоже, она тоже знала о симпатии Ло'ака в дочери вождя клана Меткай'ина. 

— Ооо...

В этот момент ветер между скалами усилился. Один из икрана резко расправил крылья, поймав поток воздуха. Джейк уже подходил к платформе.

Нетейам легко вскочил на спину своего банши, уверенным движением перекинув ногу через седло. Икран тихо фыркнул и расправил крылья, чувствуя усиливающийся поток ветра между скалами. Нейтири почти одновременно поднялась в седло своего банши, и Тук ловко вскарабкалась впереди неё, устроившись у основания шеи зверя. Девочка тут же вцепилась в поводья, оглядываясь на остальных с таким видом, будто именно она ведёт весь полёт. Чуть дальше Кири помогала Пауку забраться позади себя. Он уже давно привык летать с на'ви, но всё равно на секунду проверил ремни, прежде чем кивнуть ей. Кири мягко коснулась шеи своего икрана, успокаивая его, и зверь тихо щёлкнул челюстями, принимая дополнительный вес. Рядом с краем платформы стояла Элайни. Сатари переступил когтями по камню, его огромные крылья слегка дрогнули от ветра, и тёмные узоры на коже на мгновение вспыхнули в утреннем свете. Элайни провела ладонью по его шее — коротким, спокойным движением — и затем легко поднялась на его спину. Банши сразу поднял голову, словно гордо принимая свою наездницу, и расправил крылья чуть шире остальных.

Нетейам повернул голову и на мгновение задержал на ней взгляд. Ветер между скалами Аллилуйи уже усиливался, холодный поток тянулся вдоль платформы и трепал длинные косы, заставляя поводья тихо звенеть о седла. Элайни как раз устраивалась в седле Сатари, наклоняясь вперёд, чтобы крепче закрепить ремень у основания шеи банши. Когда она выпрямилась, ветер сразу растрепал её волосы, и несколько тонких прядей упали ей на лицо. Сатари тихо переступил когтями по камню, его огромные крылья чуть дрогнули, словно зверь уже чувствовал приближение полёта и едва сдерживал желание рвануться в небо. Нетейам смотрел на неё всего секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы она почувствовала его взгляд. Элайни подняла голову. Их глаза встретились через шум ветра, крики банши и движение воинов на платформе. Она ничего не сказала — только едва заметно кивнула, коротко и спокойно, как делают на'ви перед полётом.

Всё хорошо.

Нетейам тихо выдохнул и чуть наклонил голову в ответ. В этом коротком обмене не было ни слов, ни жестов, которые могли бы заметить остальные, но этого было достаточно. Он видел, как уверенно она держится в седле, как спокойно лежит её рука на шее Сатари, и понимал: она снова чувствует себя в небе. Сатари тем временем снова переступил когтями, его хвост чуть качнулся, а перепонки крыльев вздрогнули под порывом ветра. Банши явно не собирался долго ждать.

— Всё-всё... — протянул вдруг рядом Ло'ак, наблюдавший за этим со стороны. — Новый банши, счастливая жена... и брат, который смотрит на неё так, будто мир наконец-то стал идеальным. Может хватит того, что я видел ваш поцелуй?

— Ло'ак! — не выдержав, сказала Кири, Паук рассмеялся.

— Твой брат Ло'ак невыносим, Кири, — сказала Элайни нахмурившись.

— Я не виноват, что мой старший брат, — Ло'ак широко ухмыльнулся, —  не умеет скрывать свои эмоции...

Икран под Ло'аком нетерпеливо щёлкнул челюстями, словно поддерживая шутку своего наездника, а ветер между скалами снова усилился, гуляя по широкой каменной платформе и подхватывая поводья и длинные косы на'ви перед полётом. В этот момент Джейк шагнул ближе к краю площадки. Он на мгновение остановился у самого выступа скалы, посмотрел вниз, где под парящими островами медленно двигались полосы облаков, затем поднял взгляд к небу, оценивая ветер между каменными островами Аллилуйи. Несколько секунд он молчал, прислушиваясь к потоку воздуха, который свистел между скалами, после чего повернулся к остальным.

— Все готовы? — спросил он спокойно, но так, чтобы его услышали все. На платформе почти одновременно раздалось несколько коротких кивков. Нейтири уже сидела в седле своего банши, Тук устроилась впереди неё, вцепившись в поводья с таким сосредоточенным видом, будто именно она сегодня будет вести весь отряд. Кири, сидевшая на своём икранe, лишь слегка наклонила голову в знак согласия, а Паук позади неё поправил ремень и тоже кивнул. Ло'ак, всё ещё с ухмылкой на лице после недавней шутки, поднял руку.

— Готовы, — сказал он. Джейк коротко кивнул и перевёл взгляд на остальных, быстро распределяя их в голове так же привычно, как делал это во время любого вылета.

— Летим тем же строем, — сказал он. — Я и Нейтири впереди.

Нейтири лишь коротко наклонила голову, уже направляя своего банши ближе к краю платформы. Её зверь расправил крылья шире остальных, ловя поток ветра, и перепонки тихо зашуршали.

— Следом Кири с Пауком, — продолжил Джейк. — Потом Ло'ак.

Ло'ак хлопнул ладонью по шее своего икрана, и зверь ответил тихим рыком, будто уже знал, что скоро окажется в небе.

— Замыкают Нетейам и Элайни.

На мгновение ветер усилился ещё сильнее, и несколько банши одновременно расправили крылья, словно почувствовали сигнал. Нетейам, услышав своё имя, лишь коротко кивнул. Он уже держал поводья, чувствуя, как его икран под ним напрягается в ожидании полёта. Чуть в стороне Сатари переступил когтями по камню, и Элайни, слегка наклонившись вперёд, мягко коснулась ладонью его шеи, успокаивая зверя. Джейк ещё раз посмотрел на небо между парящими скалами, затем поднял руку.

— По моему сигналу.

Несколько мгновений всё вокруг будто замерло. Только ветер шумел между скалами Аллилуйи и крылья банши тихо дрожали в потоках воздуха. Потом Джейк резко опустил руку.

— Летим.

Нейтири первой направила своего банши к краю платформы, и через секунду зверь сорвался вниз, падая в поток ветра между скалами. Джейк рванулся следом. Остальные икраны почти одновременно расправили крылья, и мощный взмах прокатился по платформе. Один за другим на'ви уходили с края каменного острова, падая в пустоту, чтобы через мгновение поймать поток воздуха и подняться в небо Пандоры. Замыкающими в этом строю, как и сказал Джейк, поднялись Нетейам и Элайни — их банши почти одновременно сорвались с края скалы и, поймав ветер между островами, плавно развернули крылья, направляясь вслед за остальными к далёкой синей полосе океана.

Впереди шли Джейк и Нейтири. Их икраны двигались уверенно и ровно, как будто знали дорогу наизусть. За ними держалась Кири с Пауком, чуть дальше — Ло'ак, а замыкали строй Нетейам и Элайни. Сатари летел чуть ниже, чем икран Нетейама, но держался рядом, почти на одной линии, и временами их крылья двигались в одном ритме, словно звери уже привыкли чувствовать друг друга в воздухе.

Когда они наконец покинули лабиринт скал, небо над Пандорой раскрылось широко и свободно. Под ними растянулся бесконечный зелёный океан леса — волны крон уходили до самого горизонта, а между ними иногда блестели тонкие нити рек. С высоты было видно, как ветер проходит по лесу длинными тёмными полосами, словно кто-то проводит рукой по поверхности зелёного моря.

Первый день полёта прошёл быстро. Икраны держали ровный ритм, иногда поднимаясь выше в потоки тёплого воздуха, иногда опускаясь ниже, когда ветер становился слишком сильным. Солнце медленно поднималось над горизонтом, затем стало почти белым в зените, и от жары воздух над лесом начал дрожать. Банши тяжело дышали, но продолжали лететь, их мощные крылья работали почти без остановки.

Иногда Джейк подавал знак рукой, и строй слегка смещался, меняя высоту или направление, чтобы обойти особенно сильные потоки ветра. Пару раз им пришлось нырнуть между облаками — мягкими, влажными, которые на мгновение скрывали всё вокруг белым туманом. Когда они вылетали из них, крылья банши блестели от мелких капель воды.

К вечеру первого дня они сделали первую остановку. Джейк повёл их к широкому выступу скалы, который поднимался над лесом, как огромная каменная ладонь. Икраны один за другим опустились на камень, тяжело складывая крылья. Некоторое время они просто стояли, тяжело дыша после долгого полёта. На'ви спешились, давая зверям возможность отдохнуть. Кто-то проверял ремни, кто-то просто сидел у края скалы, глядя на бесконечный лес, который постепенно начинал темнеть.

Ночью воздух стал холоднее. Внизу лес начал светиться мягкими голубыми огнями — тысячи растений раскрывались в темноте, превращая Пандору в огромное живое небо под ними. Банши спали, сложив крылья, а ветер тихо гулял между ветвями.

На рассвете второго дня они снова поднялись в воздух. Теперь погода изменилась. Чем дальше они летели на запад, тем сильнее в воздухе чувствовалась влага. Ветер стал мягче, теплее, а где-то далеко впереди на горизонте уже начинала появляться тонкая серебряная линия. Сначала её почти нельзя было различить, но постепенно она становилась шире и ярче.

Океан.

Ло'ак заметил его первым. Он чуть наклонился вперёд в седле, всматриваясь вдаль. Даже с такого расстояния можно было увидеть, как солнечный свет отражается от воды. Чем ближе они подлетали, тем сильнее менялся воздух. Запах леса постепенно уступал место солёному ветру. Тёплые потоки поднимались от воды, и банши начали лететь легче, почти скользя по ветру. Сзади, замыкая строй, Нетейам на мгновение повернул голову. Сатари летел рядом, его крылья уверенно резали воздух. На его спине Элайни держалась спокойно и уверенно, и по тому, как легко банши реагировал на её движения, было видно — связь между ними уже стала крепкой.

Ветер становился всё теплее. Воздух тоже изменился. Он стал тёплым, тяжёлым от соли и влаги, и банши начали лететь легче, будто сами чувствовали, что впереди море. Потоки воздуха над водой были мягче, и крылья зверей скользили в них почти без усилия. Впереди уже начали появляться знакомые очертания рифов.

Ава'атлу.

Бирюзовая лагуна раскинулась между коралловыми островами, и над водой уже кружили морские икраны народа Меткайина. Когда первый из банши Джейка прорезал воздух над лагуной, несколько на'ви на длинных деревянных мостках подняли головы. Через секунду над водой уже раздались голоса.

— Торук Макто вернулся!

В деревне сразу началось движение. На'ви выходили из своих домиков из коралла и переплетённых ветвей, поднимались на мостки, прикрывая глаза от солнца и глядя в небо. Дети побежали к воде, указывая пальцами на приближающихся банши. Джейк первым направил своего зверя вниз. Банши резко расправил крылья, замедляя падение, и мягко коснулся лапами песка у края лагуны. Нейтири приземлилась рядом, её банши тихо фыркнул, складывая крылья. За ними один за другим начали опускаться остальные.

Когда Кири приземлилась, Паук спрыгнул на песок первым и сразу вдохнул влажный солёный воздух так глубоко, будто снова убеждался, что действительно может дышать этим миром.

Следом опустился Ло'ак. Он едва дождался, когда его икран коснётся земли, прежде чем соскочить вниз. Его взгляд уже скользил по людям на берегу, по фигурам на мостках, по лицам, которые становились всё ближе. И вдруг он увидел её. Цирея стояла чуть дальше, у самой воды. Она тоже заметила его в тот же момент. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга через толпу на'ви и шум прибытия. Потом Цирея сделала шаг вперёд, и её лицо вдруг озарилось такой искренней радостью, что Ло'ак даже на мгновение растерялся. Он тоже шагнул вперёд. Они остановились в нескольких шагах друг от друга. Ни объятий, ни прикосновений — только этот короткий, почти неловкий момент, когда оба вдруг не знают, что сказать.

— Ты вернулся, — тихо сказала Цирея. Ло'ак усмехнулся, чуть опустив голову.

— Ага... — ответил он. — Похоже на то.

Но в его голосе было столько облегчения, что слова почти потеряли значение. Несколько секунд они просто стояли рядом, улыбаясь друг другу, словно всё остальное вокруг вдруг перестало существовать. Именно этот момент заметила Ронал. Она стояла чуть дальше на мостке, высокая и строгая, наблюдая за возвращением гостей. Её внимательный взгляд скользнул по прибывшим на'ви, по Джейку, по Нейтири... и затем остановился на Ло'аке и её дочери.

Ронал ничего не сказала. Но уголок её губ едва заметно дрогнул в недовольстве.

Тем временем на песок уже опускались последние банши. Когда Сатари развернул крылья над лагуной, многие на'ви невольно замерли. Его тёмные перепонки с яркими узорами вспыхнули на солнце почти фиолетовым блеском, и зверь выглядел так, будто был создан из самого неба. Когда он приземлился рядом с остальными, несколько молодых охотников народа Меткайина даже шагнули ближе, разглядывая его с удивлением.

— Посмотрите на этого банши...

— Он другой...

— Такой красивый...

Сатари тихо переступил когтями по песку и слегка наклонил голову, будто слышал их шёпот. С его спины Элайни легко спрыгнула вниз. Ветер с океана тронул её волосы, и она на мгновение остановилась рядом со своим банши, проводя ладонью по его шее. Нетейам приземлился рядом через секунду. Его икран тяжело взмахнул крыльями, поднимая облако песка, и сложил перепонки. Нетейам спрыгнул на землю и на мгновение посмотрел на Элайни.

Теперь их снова окружало море.

И Ава'атлу приветствовала их шумом волн, голосами клана и тёплым ветром, который пах солью и солнцем.

Когда песок окончательно осел после приземления банши, из глубины деревни уже выходили старшие на'ви Меткайина. Впереди шёл Тоновари — высокий, широкоплечий, с той спокойной уверенностью, которая всегда была в нём как в оло'эйктане. Его шаг был неторопливым, но в нём чувствовалась сила хозяина этих вод. Он остановился в нескольких шагах от Джейка и коротко кивнул.

— Джейк Салли, — сказал он спокойно, но в его голосе слышалось искреннее уважение. — Вы вернулись.

— Тоновари, — Джейк шагнул вперёд и ответил тем же лёгким наклоном головы. В их коротком приветствии не было лишних слов. Они оба понимали друг друга и без них.

Рядом уже подошла Ронал.

Она остановилась чуть в стороне от мужа, её взгляд внимательно скользил по прибывшим. Сначала она осмотрела Джейка и Нейтири, затем детей, словно проверяя, все ли вернулись целыми. Её глаза на мгновение задержались на Кири, на Тук... потом скользнули дальше. И остановились на Элайни. Ронал слегка прищурилась. Что-то было иначе.

Элайни стояла рядом со своим банши, её ладонь всё ещё лежала на тёплой шее Сатари. Ветер с океана тихо трепал её волосы, и в этом ветре узоры на её лице были особенно заметны. Светящиеся линии, нанесённые перед церемонией, мягко переливались на коже — тонкие, аккуратные, отличные от обычной боевой краски. Ронал узнала их сразу. Её взгляд стал внимательнее. Она медленно подошла ближе. Теперь она видела и другое: тонкое украшение в волосах Элайни, уверенное спокойствие в её осанке, и то, как рядом с ней почти незаметно держался Нетейам.

Ронал остановилась в нескольких шагах. Её глаза медленно переместились с лица Элайни на Нетейама... потом обратно. Понимание пришло почти сразу. Она ничего не сказала. Только уголок её брови едва заметно поднялся, а в лице появилась тень того спокойного одобрения, которое редко можно было увидеть у строгой тсахик Меткайина.

— Похоже, — тихо произнесла она, обращаясь больше к Нейтири, чем к кому-то ещё, — пока вы были в горах... произошло нечто важное.

Нейтири коротко посмотрела на Элайни, затем на сына, и уголок её губ едва заметно дрогнул.

— Да, — спокойно ответила она. — Произошло.

Ронал снова перевела взгляд на Элайни. И теперь смотрела на неё уже иначе. Она уже собиралась что-то сказать, когда вдруг заметила ещё одну странность. Её взгляд скользнул чуть в сторону — туда, где рядом с Кири стоял Паук. Он стоял почти плечом к плечу с ней, слушая разговор Ло'ака и Циреи и иногда улыбаясь их тихим словам. И только через мгновение Ронал поняла, что именно её смутило. На нём не было маски.

Она нахмурилась чуть сильнее.

Когда семья Салли покидала Ава'атлу, этот мальчик едва мог дышать воздухом Пандоры. Именно поэтому его и увозили — потому что здесь он не мог жить без дыхательной маски. Теперь же он стоял прямо перед ней, дышал спокойно и свободно, даже не задумываясь об этом. Ронал сделала небольшой шаг ближе. Теперь они стояли почти рядом — достаточно близко, чтобы слышать дыхание друг друга сквозь шум волн.

— Нейтири, — тихо сказала она и Нейтири повернула голову. Ронал слегка наклонила голову в сторону Паука, не отрывая внимательного взгляда от его лица.

— Когда вы покидали Ава'атлу... — произнесла она медленно, — этот мальчик не мог дышать нашим воздухом, — её глаза снова задержались на нём.

— Теперь может.

Нейтири на мгновение тоже посмотрела на Паука. Но прежде чем она успела ответить, сам Паук услышал разговор. Он стоял достаточно близко, чтобы понять, о чём идёт речь. Он чуть смущённо усмехнулся и потер ладонью затылок.

— Эм... да, — все взгляды сразу повернулись к нему. Паук пожал плечами, всё ещё слегка неловко. — Вообще-то... это не я сделал, — он кивнул в сторону Кири. — Это она, — Кири на секунду замерла. Затем спокойно подняла голову. Ронал медленно перевела взгляд на неё. Теперь тсахик Меткайина смотрела на Кири очень внимательно — так, как смотрят на что-то редкое и непонятное. Кири выдержала этот взгляд спокойно. Она не выглядела ни виноватой, ни растерянной.

— Лес помог, — тихо сказала она. Ветер с океана прошёлся по берегу, колыхнув волосы и украшения на'ви. Несколько долгих секунд Ронал молчала. Потом её лицо едва заметно изменилось — не мягче, но глубже, будто она что-то для себя поняла.

— Значит, — произнесла она медленно, — Эйва слушает тебя.

На берегу стало тихо. Даже Тук, стоявшая рядом с Нейтири, перестала шептаться. Ронал ещё мгновение смотрела на Кири, а затем слегка кивнула — коротко, но с уважением, которого она почти никому не показывает. Потому что такие вещи редко происходят без воли самой Эйвы.

Этот момент заметил Тоновари. Он стоял рядом, наблюдая за разговором, и, когда понял, что всё сказано, сделал шаг вперёд, обращаясь уже не только к семье Салли, но и ко всему клану, который собрался на берегу.

— Они вернулись, — громко сказал он, его голос легко перекрыл шум волн. — Наши друзья снова дома.

Слова Тоновари прокатились по берегу, и клан Меткайина ответил шумом голосов и лёгким движением — кто-то приветственно поднял руки, дети подбежали ближе к воде, несколько воинов подошли к Джейку и Нейтири, касаясь их плеч в знак уважения. Волны мягко перекатывались по песку, ветер трепал украшения и длинные косы, а банши на мелководье тихо переступали когтями, складывая крылья после долгого полёта.

Чуть в стороне от старших всё ещё стояли Ло'ак и Цирея.

Они не разговаривали громко — наоборот, будто старались, чтобы их слова не потерялись в шуме вокруг. Цирея стояла совсем рядом, но всё ещё сохраняла то осторожное расстояние, которое обычно бывает между теми, кто рад видеть друг друга чуть сильнее, чем готов показать перед всем кланом. Её глаза внимательно изучали лицо Ло'ака — словно она проверяла, не изменился ли он за то время, пока его не было.

— Ты выглядишь... — она чуть наклонила голову, подбирая слово. — старше.

— Скажем так... Мы попали в небольшое и очень неприятное путешествие так, что... я стал умнее.

— В это трудно поверить, — Цирея тихо рассмеялась. Он хотел ответить что-то колкое, но на секунду замолчал. Его взгляд скользнул по её лицу, по тонким украшениям в волосах, по браслетам на руках, которые тихо звякнули, когда она поправила косу.

— А ты не изменилась, — сказал он наконец. Цирея слегка приподняла бровь.

— Это хорошо или плохо?

— Это... — Ло'ак на мгновение запнулся, потом тихо усмехнулся. — Это значит, что я всё ещё узнаю тебя.

Она ничего не ответила, но её улыбка стала мягче. Чуть дальше Паук, стоявший рядом с Кири, наблюдал за ними с заметным интересом. Он наклонился к Кири и тихо пробормотал:

— Они всегда так разговаривают?

— Ты ещё не видел, как они спорят, — Кири бросила на него короткий взгляд. Паук тихо рассмеялся. Ло'ак краем уха услышал это и закатил глаза.

— Я вас слышу.

— Мы вроде и не шептали, — невинно ответил Паук. Цирея снова тихо засмеялась, и на секунду между ними повисло то лёгкое, почти невесомое ощущение, которое появляется только тогда, когда встречаешь кого-то, по кому действительно скучал.

Эту сцену заметила Ронал.

Она стояла чуть позади Тоновари и наблюдала за кланом, но её взгляд на мгновение остановился на Ло'аке и Цирее. Девушка Меткайина стояла рядом с сыном Торук Макто, и выражение её лица было слишком мягким, чтобы остаться незамеченным. Ронал ничего не сказала. Только слегка прищурилась, внимательно наблюдая. Тоновари тоже проследил её взгляд, затем тихо усмехнулся.

— Они ещё дети, — сказал он негромко. Ронал ответила не сразу.

— Пока да, — произнесла она спокойно. Но в её голосе было то тихое знание, которое бывает у матерей и тсахик, когда они видят, как между двумя молодыми сердцами начинает расти что-то новое.

А на берегу жизнь Ава'атлу уже возвращалась к привычному ритму — шум волн, разговоры клана, запах соли и солнца, и среди всего этого стояли те, кто только что вернулся домой.

Чуть в стороне от общей суеты Нетейам уже мягко повёл своего банши за поводья, уводя его к краю мелководья, где волны тихо перекатывались по песку. Рядом шёл Сатари. Огромный банши Элайни двигался спокойно и уверенно, время от времени слегка расправляя крылья, словно привыкая к новому месту. Его тёмные узоры на коже мягко переливались в солнечном свете, и несколько молодых на'ви Меткайина с любопытством оглядывались на него, шепча что-то друг другу.

Элайни провела ладонью по его шее, успокаивая. Сатари тихо щёлкнул челюстями и склонил голову, позволяя ей снять ремни с седла. Тёплый ветер с океана трепал её волосы, когда она аккуратно развязывала крепления. Нетейам остановился рядом со своим банши и тоже начал освобождать поводья, но его взгляд почти сразу скользнул в сторону Элайни. Он смотрел на неё несколько секунд — спокойно, без спешки, как будто просто хотел убедиться, что она действительно здесь, рядом с ним, на этом берегу. Она почувствовала этот взгляд ещё до того, как подняла голову. Их глаза встретились. Элайни тихо улыбнулась и снова вернулась к ремням. Несколько мгновений они работали молча — только звук пряжек, тихое дыхание банши и шорох волн рядом. Когда она закончила, Сатари медленно расправил крылья и встряхнул головой, будто освобождаясь от долгого полёта. Элайни погладила его ещё раз, и банши, удовлетворённо фыркнув, сделал несколько шагов к воде. Нетейам тем временем уже снял последние ремни со своего икрана. Зверь тоже расслабился, сложив крылья и шагнув ближе к морю.

Теперь они стояли рядом.

Вокруг по-прежнему звучали голоса клана, смех детей, разговоры воинов — но здесь, у самой воды, было спокойнее. Только шум волн и ветер. Нетейам на секунду посмотрел на Сатари.

— Он хорошо держался в полёте, — сказал он тихо.

— Он сильный... и упрямый, — она слегка усмехнулась. — Похоже, мы понимаем друг друга.

— Это неудивительно, — Нетейам улыбнулся в ответ. Она повернулась к нему, слегка прищурившись.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего, — спокойно ответил он, но уголок его губ чуть дрогнул. Элайни закатила глаза, но её улыбка всё равно стала шире. Несколько секунд они просто стояли рядом, наблюдая, как банши заходят в воду и опускают головы, утоляя жажду после долгого полёта. Потом Элайни вдруг тихо выдохнула.

— Всё ещё не верится, что мы снова здесь.

— Мне тоже, — Нетейам перевёл взгляд на океан, на бесконечную линию воды и неба. Он сделал шаг ближе, почти незаметно. Теперь между ними оставалось совсем немного пространства. Ветер снова тронул её волосы, и он осторожно убрал одну прядь, упавшую ей на лицо. Это движение было медленным, почти задумчивым. Элайни посмотрела на него снизу вверх.

— Что? — тихо спросила она.

— Просто проверяю... — сказал он негромко и покачал головой.

— Что?

— Что ты всё ещё рядом, — он на секунду задержал взгляд на её лице. Элайни тихо усмехнулась и покачала головой.

— После всего, что было... ты всё ещё сомневаешься?

— Нет, — ответил он спокойно. И всё же его рука на мгновение задержалась на её щеке, прежде чем он опустил её. В этот момент Сатари тихо фыркнул у воды, и волна мягко перекатилась по песку у их ног.

К вечеру лагуна Ава'атлу стала совсем другой. Жаркий свет дня медленно угасал, и океан принимал глубокий синий оттенок, отражая первые звёзды. Ветер стал мягче, а волны у берега перекатывались тихо, почти лениво. Над водой уже зажигались светящиеся растения, а между маруи загорались маленькие огни.

В маруи семьи Салли было оживлённо. После ужина они сидели полукругом у входа — на мягких плетёных циновках. Тук уже наполовину лежала у Нейтири на коленях, лениво играя с ракушкой, которую нашла на берегу. Кири сидела рядом, перебирая тонкие нити своего ожерелья, а Паук растянулся на боку, подпирая голову рукой и слушая разговор Ло'ака и Нетейама.

— Я всё равно говорю, — уверенно заявил Ло'ак, — что наш полёт был быстрее, чем прошлый раз.

— Нет, — спокойно ответил Нетейам. — Просто тебе казалось, что быстрее.

— Потому что ты летел сзади и ничего не видел!

— Я видел достаточно, — Нетейам чуть усмехнулся.

— Да, мы тоже видели, — сказал Паук, лениво переворачиваясь на спину, — И слышали, — Ло'ак прищурился.

— Что именно?

— Как ты каждые пять минут спрашивал, когда же мы долетим, — невинно сказал Кири, сдерживая свой смех.

— Я не спрашивал!

— Спрашивал, — спокойно подтвердил Паук. Тук сразу заинтересованно приподнялась.

— Зачем?

— Потому что, — Кири повернулась к ней и тихо сказала, будто раскрывая важную тайну, — он очень хотел увидеть Цирею.

— Цирея очень красивая! — Тук мгновенно широко улыбнулась.

— Эйва, спаси меня, — Ло'ак застонал и закрыл лицо руками. Нетейам, который всё это время молча слушал, теперь откровенно усмехнулся.

— Не проси помощи у Эйвы, — спокойно сказал он. — Это твои собственные слова.

— Ты вообще молчи, — буркнул Ло'ак.

— Почему? — невинно спросил Нетейам.

— Потому что ты доволен.

— Я всегда доволен, когда правда выходит наружу, — сказал Нетейам и Паук рассмеялся.

— Он просто наслаждается моментом, — сказал он Кири. — Ты же знаешь, сколько раз Ло'ак его подкалывал.

— Теперь равновесие восстановлено, — Кири кивнула. Ло'ак только покачал головой.

— Вы все ужасные.

Разговор в маруи семьи ещё продолжался тихим, ленивым гулом — таким, какой бывает вечером после долгого дня. Ветер с океана мягко проходил сквозь открытые стены маруи, колыхая подвешенные раковины и тонкие плетёные нити. Тук уже почти задремала у плеча Нейтири, Кири сидела рядом, поджав ноги и слушая, как Паук что-то вполголоса рассказывает Ло'аку. Нетейам и Элайни сидели чуть ближе к краю, где можно было видеть воду — тёмную, спокойную, освещённую редкими огнями деревни. И именно в этот момент у входа в маруи появились две фигуры. Сначала их заметила Нейтири. Она чуть выпрямилась, и разговор почти сразу стих — не резко, но постепенно, как это бывает, когда в помещение входят те, кого уважают. В проёме стояли Тоновари и Ронал. Высокие, спокойные, как сама лагуна ночью. Свет факелов мягко ложился на их лица, и перья в волосах Ронал тихо шевелились от ветра.

Джейк поднялся первым. Он сделал шаг вперёд и слегка наклонил голову — не как воин перед вождём, а как равный перед равным.

— Тоновари, — сказал он спокойно. В голосе не было ни напряжения, ни формальности — только уважение. Тоновари ответил тем же лёгким наклоном головы.

— Джейк Салли, — его голос звучал низко и ровно, как шум глубоких волн.

Ронал тем временем шагнула вперёд. В её руках было украшение — тонкое, сложное, сплетённое из морских нитей, маленьких раковин и перьев. Оно мягко переливалось в огнях маруи, и при каждом её движении тихо звенели крошечные раковины. Её взгляд сразу остановился на Элайни. Она смотрела внимательно, почти изучающе — так, как тсахик смотрят на тех, чью судьбу они только начинают понимать. Несколько секунд она ничего не говорила, и в этой тишине слышался только шум ветра и воды.

— У народа Меткайина... — голос Ронал был спокойным и глубоким, — есть свои обычаи... когда два сердца находят друг друга, — Элайни невольно выпрямилась. Ронал подошла ближе. Теперь свет огня мягко касался узоров на лице Элайни — тех самых тонких линий, оставшихся после церемонии. Ронал на мгновение задержала на них взгляд, затем протянула украшение. — Это носят женщины нашего клана... когда союз уже принят Эйвой, — тон её голоса был не строгим, а торжественным — почти как благословение. Элайни на секунду замерла. Она явно не ожидала этого. Её пальцы осторожно приняли украшение, и тонкие нити мягко зашуршали у неё в руках.

— Для меня честь... — тихо сказала она. Ронал смотрела на неё ещё несколько секунд. В её строгом лице появилась едва заметная тень одобрения.

— Теперь ты часть этого берега, — сказала она тихо. — Так же, как часть своего леса.

Нейтири наблюдала за этим молча. Но её взгляд стал мягче, и уголок её губ чуть дрогнул — почти незаметная улыбка матери, которая видит, как её сын начинает собственную жизнь. В этот момент Тоновари перевёл взгляд на Джейка. Он стоял спокойно, сложив руки за спиной, и некоторое время просто наблюдал за молодыми.

— Есть ещё одна вещь, — сказал он. Джейк чуть прищурился.

— Какая? — Тоновари на секунду посмотрел на Нетейама и Элайни. В его взгляде не было ни строгости, ни шутки — только спокойная уверенность.

— У народа Меткайина... — произнёс он медленно, — когда создаётся новая семья, она должна иметь своё место, — он сделал лёгкий жест рукой в сторону лагуны. — Мы приготовили для них другой маруи, — в маруи на секунду стало тихо. Тук сразу выпрямилась.

— Другой?

— Если они теперь муж и жена... — продолжил Тоновари, — им не следует жить среди всех, — его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась та спокойная решительность, которая бывает у вождя, принимающего естественное решение. Джейк медленно выдохнул через нос. Потом посмотрел сначала на сына... потом на Элайни. В его лице появилась короткая усмешка.

— Быстро ты всё устроил, — сказал он Тоновари.

— У моря всё происходит быстрее, чем в лесу.

— Это значит, что Нетейам съезжает? — Паук тихо наклонился к Кири. Кири едва заметно улыбнулась. Ло'ак хмыкнул, но ничего не сказал — он прекрасно понимал, что сейчас лучше молчать. Тем временем Тоновари уже сделал шаг назад.

— Если вы не устали после дороги... — сказал он спокойно, — я покажу вам маруи, — он посмотрел на Нетейама и Элайни. — Он стоит немного дальше по берегу. Там тише... и ветер мягче.

Его голос звучал так, будто речь шла не просто о месте для сна. В этих словах было что-то большее — спокойное признание того, что перед ними теперь новая семья, и для неё уже приготовлено своё пространство под этим небом и у этого моря. Несколько секунд в маруи стояла тихая пауза. Слышно было только, как ветер с океана проходит сквозь подвешенные раковины у входа и как где-то внизу перекатывается волна. Потом Тоновари перевёл взгляд на Джейка и Нейтири.

— Если хотите... — добавил он уже мягче, — вы можете пойти с нами. Увидите место сами.

В его голосе не было формальности — только спокойное уважение к родителям, которые только что отпустили своего сына в новую жизнь. Джейк на мгновение переглянулся с Нейтири. В этом коротком взгляде было много всего сразу: усталость после дороги, тихая гордость за сына... и то самое родительское понимание, которое приходит в такие моменты. Он чуть усмехнулся уголком губ.

— Думаю, мы посмотрим.

Нейтири кивнула почти сразу. Её взгляд на секунду остановился на Нетейаме и Элайни — спокойный, внимательный, словно она ещё раз убеждалась, что всё действительно так, как должно быть.

— Мы пойдём, — сказала она тихо. Тук мгновенно оживилась.

— Я тоже хочу! — но Кири мягко коснулась её плеча.

— Нет, Тук. Завтра.

— Да, — Паук лениво потянулся на циновке и ухмыльнулся.. — Мы посмотрим завтра.

Тук всё ещё немного надулась, но Кири мягко обняла её за плечи, и девочка быстро успокоилась. Тем временем Тоновари уже развернулся к выходу из маруи. Ронал стояла рядом с ним — тихая, спокойная, как и прежде, но её взгляд ещё раз скользнул по Элайни, словно она проверяла, как та держит подаренное украшение. Потом она коротко кивнула.

— Пойдёмте, — Нетейам поднялся первым. Он протянул руку Элайни, помогая ей встать, и их пальцы на секунду переплелись — короткое, естественное движение, которое не требовало слов.

Джейк и Нейтири поднялись следом. Когда они вышли из маруи, вечерний воздух сразу окутал их прохладой океана. Небо уже темнело, и над лагуной начинали появляться первые звёзды. Вдалеке тихо шумели волны, а между маруи мягко колыхались огни. Тоновари шёл впереди, уверенно, как человек, который знает каждый камень и каждый поворот своего берега. Ронал двигалась рядом с ним — спокойная, молчаливая. Они шли вдоль линии воды, где влажный песок тихо скрипел под ногами. Ветер становился мягче, а шум деревни постепенно оставался позади. Через некоторое время Тоновари слегка повернул голову.

— Здесь дальше... — сказал он. Он показал вперёд, где среди пальм и изогнутых корней стоял маруи — немного в стороне от остальных, ближе к воде. Его стены мягко колыхались от ветра, а рядом тихо шуршали листья. Тоновари остановился.

— Вот он, — его голос снова стал тем спокойным, глубоким голосом вождя. — Теперь это ваш дом... если хотите.

Слова Тоновари мягко растворились в вечернем шуме океана. Волны тихо перекатывались по песку неподалёку, а лёгкий ветер трепал стены маруи, заставляя тонкие плетёные нити и раковины тихо постукивать друг о друга. Место действительно было немного в стороне от остальных жилищ — достаточно далеко, чтобы здесь было тише, но всё ещё близко к лагуне, где светились огни деревни.

Нетейам и Элайни на мгновение остановились, разглядывая маруи. Он стоял между двумя широкими стволами деревьев, их корни изгибались над песком, словно защищая это место. Тканые стены мягко двигались от ветра, а внутри уже можно было различить тёплый свет лампы и аккуратно разложенные циновки. Нетейам перевёл взгляд на Элайни. Она смотрела на маруи немного дольше, чем он. В её лице не было удивления — скорее тихая, спокойная серьёзность, с которой человек принимает что-то важное. Потом она слегка повернула голову.

Их глаза встретились.

Но прежде чем сказать что-то друг другу, оба почти одновременно посмотрели на родителей. Нейтири стояла рядом с Джейком, её руки были спокойно сложены перед собой. Она несколько секунд смотрела на молодых, затем медленно кивнула — коротко, но так уверенно, что этого было достаточно. В этом кивке было всё: согласие, благословение и тихая материнская гордость. Нейтири сделала шаг вперёд и повернулась к Тоновари и Ронал.

— Вы сделали для нас больше, чем должны были, — сказала она спокойно. В её голосе звучала искренняя благодарность. — Вы дали им место... и приняли их, — она чуть наклонила голову — жест уважения, который Нейтири показывала нечасто. — Мы благодарны.

Джейк стоял рядом молча, но его взгляд тоже был серьёзным и тёплым. Ронал посмотрела на Нейтири внимательно, потом перевела взгляд на Элайни и Нетейама. Её лицо оставалось строгим, но в глазах больше не было той холодной настороженности, которая была когда-то.

— Это не услуга, — сказала она спокойно. — Это наши обычаи, — она сделала небольшой шаг вперёд, её голос стал чуть мягче. — Вы теперь часть нашего клана.

Эти слова прозвучали просто, но в них чувствовалась та глубина, с которой тсахик признаёт кого-то своим народом. Несколько секунд она молчала, потом её взгляд переместился на Джейка. Лёгкая тень пробежала по её лицу — воспоминание о том дне, когда они стояли по разные стороны гнева и страха. Ронал медленно вдохнула.

— Джейк Салли, — сказала она. Джейк посмотрел на неё спокойно. — Тогда... — продолжила она, — в разгаре битвы... я обвинила тебя, — её голос был ровным, но в нём слышалась честность. — Я сказала, что ты привёл войну к нашему берегу, — Нейтири чуть повернула голову, но ничего не сказала. Ронал опустила взгляд на секунду, затем снова посмотрела прямо на Джейка. — Я была несправедлива... Ты спас мою дочь, — ее голос стал чуть глубже. — И за это... я благодарна.

Джейк несколько секунд смотрел на неё, затем тихо выдохнул через нос.

— Мы защищали друг друга, — сказал он спокойно. — Вот и всё.

Ронал чуть кивнула, принимая этот ответ. Рядом Тоновари наблюдал за этим разговором с лёгкой, спокойной улыбкой. Потом он сделал шаг назад.

— Мы оставим вас, — сказал он и посмотрел на Нетейама и Элайни. — Отныне этот дом принадлежит вам, когда бы не захотели бы поселиться в нём.

Ронал тоже слегка кивнула молодым — жест тсахик, в котором было и благословение, и признание. После этого они развернулись и медленно пошли обратно по берегу. Их фигуры постепенно растворялись в мягком свете деревни, пока шум волн снова не стал единственным звуком вокруг. Теперь у маруи остались только четверо.

Нетейам, Элайни... и Джейк с Нейтири.