Его тихая война

Ночь медленно опускалась на горы Аллилуйя. Между парящими скалами стелился тонкий холодный туман, и лагерь Оматикайя постепенно затихал. Костры горели ниже на платформах, мягко освещая шатры и мосты из переплетённых корней. Ветер тихо гулял между скалами, принося запах влажного камня и лиан.

Нетейам сидел у входа в свою палатку, опираясь плечом о гладкий выступ скалы. Он не спал, хотя лагерь уже почти успокоился. Внизу ещё слышались редкие голоса и смех детей, но даже они постепенно стихали. Он смотрел в небо между парящими островами, где медленно двигались облака, и о чём-то думал, перебирая пальцами тонкий кожаный шнурок мешочка у себя на поясе.

Он услышал её раньше, чем увидел.

Шаги были тихими, но знакомыми. Нетейам повернул голову. Элайни поднималась по узкой каменной тропе между шатрами. Когда она вышла на платформу, ветер слегка поднял её волосы, и в них тихо блеснули голубые камни того самого украшения. На мгновение она остановилась, заметив его у входа.

— Ты ещё не спишь, — тихо сказала она. Нетейам слегка усмехнулся.

— Похоже, ты тоже.

Она подошла ближе и опустилась рядом с ним на камень. Некоторое время они просто сидели рядом, слушая, как ветер проходит между скалами. Ночь здесь была другой, чем в лесу — тише, холоднее, будто сами горы слушали всё, что происходит вокруг.

— Я говорила с Мо'ат, — сказала она наконец. Нетейам повернул голову и посмотрел на неё внимательнее.

— И что сказала тсахик?

— Она сказала, что церемонию можно провести завтра, — Элайни на секунду задержала взгляд на парящих островах впереди, словно всё ещё обдумывала услышанное. — Пока мы здесь. У Дерева духов.

Несколько секунд Нетейам молчал. Он не выглядел удивлённым — скорее серьёзным, как человек, который понимает, что важный момент наконец стал реальностью.

— Значит, завтра, — тихо сказал он. В его голосе не было ни сомнения, ни спешки. Только спокойное принятие того, что для него уже давно было решено сердцем. Элайни повернула голову и посмотрела на него.

— Ты ничего не спрашиваешь.

— О чём? — спросил он, не сразу понимая, о чем она.

— О том, уверена ли я, — Нетейам некоторое время смотрел на неё молча, потом тихо выдохнул и слегка покачал головой.

— Если бы ты не была уверена, ты бы не сказала мне об этом сейчас, — он говорил спокойно, без тени давления, просто как тот, кто уважает её выбор. Элайни смотрела на него ещё несколько секунд, потом мягко усмехнулась.

— Ты слишком хорошо меня знаешь.

— Я стараюсь.

Ветер снова тихо прошёл между скалами. Элайни подняла руку и коснулась украшения в своих волосах.

— Мо'ат сказала, что весь клан будет у Дерева духов, — произнесла она тише. — Но когда придёт время соединить куру... мы уйдём одни, — Нетейам медленно кивнул. Его взгляд на секунду стал серьёзнее.

— Так и должно быть.

— Когда это произойдёт, — Она опустила глаза на свои руки, — ты увидишь всё.

Он понял, о чём она. Не только её настоящие чувства, но и всё, что она пережила — тот лес, гибель её народа, долгие годы боли и одиночества. Несколько секунд он молчал, потом осторожно коснулся её руки.

— Тогда ты тоже увидишь всё, — тихо сказал он.

— Что? — Элайни подняла взгляд. Нетейам слегка улыбнулся.

— Всё, что я чувствую к тебе.

Она тихо выдохнула, будто эти слова вдруг сделали ночь вокруг немного теплее. Потом медленно придвинулась ближе и опустила голову ему на плечо. Он осторожно обнял её одной рукой, и некоторое время они сидели так, не говоря ни слова.

Высоко над ними парящие скалы Аллилуйи медленно плыли в тумане, а где-то глубоко в корнях мира Эйва уже слышала их выбор. Ночь вокруг становилась всё глубже, и лагерь постепенно затихал. Костры на дальних платформах уже догорали, оставляя в воздухе лёгкий запах дыма и тёплого дерева. Ветер мягко проходил между парящими скалами, иногда шевеля подвешенные шкуры у шатров. Элайни первой тихо выдохнула и чуть выпрямилась.

— Уже поздно, — сказала она негромко. Нетейам слегка кивнул. Он тоже чувствовал, как усталость последних дней начинает медленно наваливаться на плечи. Но вместе с ней внутри было и другое ощущение — тихое, спокойное ожидание завтрашнего дня. Элайни поднялась с камня. На секунду она задержалась, словно не торопясь уходить. Ветер слегка тронул её волосы, и голубые камни украшения тихо звякнули друг о друга.

— Я буду с Кири и Тук, — сказала она мягко.

— Я знаю, — ответил Нетейам и тоже поднялся. Теперь они стояли совсем близко друг к другу. Свет далёкого костра мягко касался их лиц, и между ними на мгновение повисла спокойная тишина. Ни один из них не сделал движения, чтобы обнять другого. И всё же расстояние между ними было почти незаметным. Нетейам осторожно взял её руку в свою. Его пальцы мягко сжали её ладонь — не крепко, но достаточно, чтобы она почувствовала это тепло. Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Какие красивые у тебя глаза, — Его голос был тихим, но в нём слышалось больше, чем просто пожелание сна. Она на секунду задержала его взгляд. В её глазах появилась мягкая улыбка — тёплая, спокойная, почти светлая. — Спокойной ночи, Элайни.

— Спокойной ночи, Нетейам.

Его пальцы на мгновение чуть сильнее сжали её руку, словно он хотел удержать этот момент ещё немного. Потом он медленно отпустил её. Элайни сделала шаг назад. Ещё один. Она всё ещё смотрела на него, и её улыбка не исчезала. Потом тихо повернулась и пошла по узкой тропе между шатрами. Нетейам некоторое время стоял на месте, наблюдая, как её фигура постепенно растворяется в мягком полумраке лагеря.

Элайни спустилась на нижнюю платформу, где располагались палатки Нейтири и детей. Здесь было немного теплее — рядом ещё тлел костёр, и от него поднимался тонкий дым. Она тихо отодвинула тканевую занавесь. Внутри палатки уже было почти темно. Кири лежала ближе к стене, свернувшись на мягких шкурах. Тук спала рядом с ней, прижавшись щекой к её плечу. Когда Элайни вошла, Кири слегка приоткрыла глаза.

— Ты вернулась, — тихо прошептала она.

— Я не хотела вас разбудить, — ответила Элайни мягко и Кири тихо улыбнулась.

— Мы ждали, — она немного подвинулась, освобождая место, — но Тук уснула. Иди сюда.

Элайни сняла верхнюю накидку и опустилась рядом. Тук во сне чуть шевельнулась и почти сразу придвинулась ближе, словно почувствовала тепло. Кири некоторое время смотрела на неё в полумраке.

— Ты счастлива, — тихо сказала она. Это прозвучало не как вопрос. Элайни на секунду задумалась. Потом медленно выдохнула и посмотрела на слабый свет костра, пробивающийся сквозь ткань палатки.

— Да, — ответила она.

— Я рада, — Кири закрыла глаза. Через несколько минут дыхание Кири стало ровным и глубоким, она уснула почти сразу. Элайни ещё некоторое время лежала, слушая тихий ветер между скалами Аллилуйи. Завтра всё изменится. И впервые за долгое время эта мысль не пугала её. Она закрыла глаза. И позволила себе уснуть.

***

Утро в горах Аллилуйя наступало медленно. Сначала между парящими скалами появился мягкий серебристый свет, потом холодный туман начал отступать, открывая лагерь Оматикайя. Ветер шевелил подвешенные шкуры и длинные ленты на шатрах, а где-то ниже уже разжигали утренние костры. Запах дыма и свежих трав постепенно наполнял воздух.

В лагере начиналось движение. На'ви тихо переговаривались, готовя место у Дерева духов. Кто-то приносил свежие ветви, кто-то развешивал нити из ракушек и бусин. Все понимали, что сегодня будет церемония, и в лагере стояла та особая тишина, которая бывает перед чем-то важным и священным.

В шатре Нейтири было тепло. Сквозь тонкую ткань пробивался мягкий утренний свет. Кири сидела на коленях за спиной Элайни и осторожно перебирала её волосы, вплетая в них тонкие нити и маленькие голубые камни украшения, которое накануне подарил Нетейам. Рядом на шкурах лежали ещё несколько нитей бусин и лёгкая накидка из мягкой ткани, которую Нейтири оставила для церемонии.

— Не двигайся, — тихо сказала Кири, сосредоточенно переплетая пряди. — Я почти закончила.

Элайни послушно сидела перед ней, держа руки на коленях. Она смотрела на свет, который мягко проникал в шатёр, и старалась дышать спокойно. Всё было так тихо и мирно, что на мгновение ей показалось, будто весь мир замер в ожидании. Кири закрепила последнюю нить украшения и чуть отстранилась, чтобы посмотреть на свою работу.

— Вот, — тихо сказала она. — Теперь... — она резко  замолчала. Элайни вдруг опустила голову. Плечи её едва заметно дрогнули. Сначала Кири не поняла, что происходит, но потом увидела, как по щеке Элайни тихо скатилась слеза. — Элайни? — осторожно спросила она.

— Всё в порядке, — тихо сказала она. Элайни быстро провела ладонью по лицу, будто надеясь, что Кири ничего не заметила. Но её голос прозвучал слишком тихо. Кири нахмурилась.

— Ты плачешь.

— Нет... — Элайни покачала головой, пытаясь улыбнуться. — Это... ничего важного.

Но новая слеза уже появилась в уголке её глаза. Кири тихо выдохнула, не зная, что сказать. Она уже собиралась снова спросить, когда вход в шатёр тихо отодвинулся. Внутрь вошла Нейтири.

Она остановилась у входа всего на секунду. Её взгляд сразу скользнул по шатру — по украшениям, по Кири... и наконец остановился на Элайни. Нейтири заметила всё сразу. Она медленно подошла ближе.

— Что случилось? — тихо спросила она. Элайни покачала головой, всё ещё стараясь скрыть слёзы.

— Ничего, — сказала она. — Просто, — она не договорила. Нейтири некоторое время смотрела на неё молча. В её глазах не было ни удивления, ни раздражения — только понимание. Она слишком хорошо знала этот взгляд.

— Кири, — мягко сказала она.

— Да?

— Оставь нас на несколько минут.

Кири посмотрела на Элайни, потом на мать. Она всё ещё выглядела обеспокоенной, но тихо кивнула.

— Хорошо, — она осторожно поднялась и вышла из шатра, оставив их вдвоём. Некоторое время Нейтири ничего не говорила. Она подошла ближе и опустилась рядом с Элайни.

— Сегодня ты вспоминаешь свою мать, — сказала она тихо. — Это нормально...  — из-за слов Нейтири, Элайни закрыла глаза на секунду. Когда она снова открыла их, слёзы уже не удавалось скрыть.

— Она должна была быть здесь, — прошептала она. — Она должна была... готовить меня к этому дню. Наряжать меня. Говорить, что всё будет хорошо... — её голос дрогнул. — И она принесла бы подарок, — добавила она тише. — У нас так принято. Такой важный день... Ни отца, ни матери... Ни брата, ни младшей сестры.

Нейтири некоторое время молчала. Потом она медленно поднялась и подошла к небольшому сундуку у стены шатра. Несколько секунд она перебирала что-то внутри, прежде чем достать небольшой предмет, завернутый в мягкую ткань. Она вернулась и опустилась рядом.

— В нашем клане тоже есть обычай, — тихо сказала она. — Я подготовилась к нему,  — Элайни подняла голову, когда Нейтири развернула ткань. Внутри лежал небольшой нож. Его рукоять была вырезана из тёмной кости и украшена тонкими узорами и несколькими маленькими перьями. Лезвие было узким и изогнутым, идеально сбалансированным — оружие, которое носят не для войны, а как личный знак воина. Элайни смотрела на него молча.

— Этот нож принадлежал моей матери, — сказала Нейтири. — Она дала его мне в день, когда я выбрала Джейка, — она осторожно положила нож на ладони Элайни. — Я знаю, — продолжила Нейтири тихо, — что сегодня ты хотела бы, чтобы рядом с тобой была твоя семья, — голос стал мягче. — И я не смогу заменить их, — она осторожно коснулась щеки Элайни, стирая остаток слезы. — Но ты не одна, дитя, — Элайни сжала пальцами рукоять ножа. Нейтири смотрела на неё спокойно. — Сегодня ты становишься частью нашей семьи. И частью нашего клана, — она на секунду улыбнулась — редкой, тёплой улыбкой. — Поэтому... Позволь мне хотя бы немного облегчить твоё сердце.

Элайни медленно выдохнула. Слёзы всё ещё стояли в её глазах, но теперь они были другими. Она осторожно кивнула. И впервые за это утро её плечи перестали дрожать.

Утро в лагере постепенно становилось громче. Солнце поднималось выше между парящими скалами Аллилуйи, и холодный утренний воздух медленно прогревался. На платформах уже слышались голоса на'ви, кто-то приносил воду, кто-то готовил место у Дерева духов. Лёгкий ветер шевелил подвешенные шкуры, и сквозь лагерь тянулся запах дыма и свежих листьев.

Чуть в стороне от основной части лагеря, у края широкой каменной платформы, стояли несколько мужчин. Нетейам сидел на низком камне, опираясь локтями на колени, и медленно перебирал пальцами шнурок на своём браслете. Он старался выглядеть спокойно, но пальцы выдавали его. Ло'ак заметил это первым.

— Эй, — протянул он, слегка наклоняясь ближе. — Ты сейчас этот браслет разорвёшь.

— Я просто думаю, — ответил Нетейам, бросив на него короткий взгляд.

— Конечно, — хмыкнул Ло'ак. — Именно так выглядят воины перед тем, как их ведут к Дереву духов.

— Он нервничает, — Паук, сидевший рядом на перевёрнутом ящике, тихо усмехнулся.

— Я не нервничаю, — спокойно ответил Нетейам.

— Да? — Ло'ак поднял бровь. — Тогда почему ты уже десятый раз проверяешь свой нож? — Нетейам опустил взгляд на пояс и действительно заметил, что снова коснулся рукояти ножа.

— Я просто хочу, чтобы всё прошло правильно, — он тихо выдохнул.

— Это называется нервничать, брат, — довольно заключил Ло'ак, а Паук рассмеялся.

— Честно говоря, я думал, ты будешь спокойнее. Ты же всегда такой... — он задумался, подбирая слово.

— Серьёзный, — подсказал Ло'ак.

— Да, — кивнул Паук. — Слишком серьёзный.

— Вы двое закончили? — Нетейам покачал головой, но уголок его губ всё же дрогнул.

— Нет, — сразу ответил Ло'ак. — У меня ещё много всего.

— Особенно после того, как ты вчера три раза перепроверил украшение в её волосах, — добавил Паук.

— Я вас слышу, — Нетейам тихо фыркнул.

— Это и есть моя цель, — сказал Ло'ак, — на данный момент.

Норман, стоявший чуть поодаль, наблюдал за этим с лёгкой улыбкой. Он скрестил руки на груди и тихо сказал:

— Честно говоря, я впервые вижу вас такими спокойными.

— Мы не спокойные, — ответил Ло'ак. — Просто сегодня впервые за долгое время никто не пытается нас убить.

— Пока что, — добавил Паук. На секунду повисла тишина, но она продержалась недолго.

— Так, — вдруг сказал Ло'ак, снова повернувшись к брату. — Самое важное. Ты уверен, что знаешь, что делать?

— Ло'ак... — Нетейам нахмурился. — Это не твоё дело.

— Нет, серьёзно! — Ло'ак поднял руки. — Ты соединяешь куру, потом вы смотрите друг другу в глаза, потом Эйва показывает вам какие-нибудь видения...

— Ты так говоришь, будто сам уже пять раз женился, — прыснул Паук.

— Я просто готовлюсь к будущему, — важно ответил Ло'ак. Нетейам уже собирался что-то ответить, когда рядом послышались шаги. Джейк подошёл к ним спокойно, как обычно, но когда он увидел выражение лица старшего сына, в его глазах мелькнула тихая усмешка.

— Похоже, вы уже начали.

— Мы помогаем, — сразу сказал Ло'ак.

— Конечно, — ответил Джейк, затем улыбнулся и перевёл взгляд на Нетейама. — Пройдёмся?  — Нетейам поднялся без лишних слов. Они отошли на несколько шагов от остальных. Джейк некоторое время смотрел на лагерь, где на'ви готовились к церемонии. Потом он тихо выдохнул и повернулся к сыну. — Нервничаешь?

— Немного, — Нетейам чуть опустил взгляд. Джейк кивнул, будто ожидал именно этого ответа.

— Это нормально, — он достал что-то из небольшого мешочка на поясе и протянул сыну. — Держи.

Нетейам взял предмет и удивлённо посмотрел на него. Это был короткий кинжал — старый, но хорошо ухоженный. Рукоять была обмотана тёмной кожей, а на конце висела небольшая нить с бусиной.

— Это...

— Мой, — сказал Джейк спокойно. — Я носил его, когда впервые стал частью этого клана, — Нетейам несколько секунд молчал, рассматривая оружие.

— Я не могу взять это, отец.

— Можешь, — ответил Джейк. — Сегодня ты начинаешь свою собственную жизнь, — он положил руку на плечо сына. — И если ты выбрал её... значит, это правильный путь.

— Ты правда так думаешь? — Нетейам поднял глаза. Джейк тихо усмехнулся.

— Сын, — сказал он мягче и слегка сжал его плечо, — я видел, как ты смотришь на неё. — Этого достаточно.

Позади них вдруг раздался голос Ло'ака:

— Эй! Мы всё ещё слышим вас!

Паук громко рассмеялся. Джейк покачал головой, и на секунду на его лице появилось то выражение, которое редко удавалось увидеть в последние годы — лёгкое, почти беззаботное. Он коротко усмехнулся.

— Иногда я забываю, что у меня не один сын.

— Это потому что я лучший, — сразу сказал Ло'ак.

— Ты самый громкий, — поправил Джейк и Ло'ак довольно улыбнулся.

Несколько секунд они просто стояли вместе — отец и сыновья, Паук рядом, Норман неподалёку. И в этот короткий момент война, опасность и всё остальное словно отошли куда-то очень далеко. Джейк снова посмотрел на Нетейама.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал он. И на этот раз Нетейам действительно поверил ему.

Постепенно шум лагеря начал меняться. Голоса становились тише, разговоры стихали, и всё больше на'ви направлялись к широкой тропе, которая вела к Дереву духов. Между платформами зазвучали тихие призывные голоса старших воинов, и даже дети, которые ещё недавно бегали между шатрами, начали послушно двигаться вслед за взрослыми. Ло'ак первым заметил это.

— Похоже, началось, — сказал он, кивнув в сторону тропы. Норман выпрямился и посмотрел туда же.

— Да, — тихо ответил он. — Мо'ат уже у дерева.

— Тогда пора, — Джейк медленно выдохнул, окинул взглядом лагерь и коротко кивнул. Несколько на'ви уже проходили мимо них, направляясь вниз по тропе между камнями и лианами. Воздух был наполнен тихим ожиданием — не напряжённым, а почти торжественным. Такие моменты в клане случались редко.

Нетейам уже собирался идти к тропе, когда движение на другой стороне платформы заставило его остановиться. Сначала он заметил Кири. Она шла спокойно, держа в руках тонкую нить из бусин, которую ветер слегка покачивал на ходу. Рядом с ней шагала Тук, стараясь идти серьёзно и важно, хотя её глаза всё равно светились любопытством.

А между ними шла Элайни.

Нетейам замер. На секунду шум лагеря будто отдалился. Элайни выглядела иначе, чем обычно. На её коже были свежие узоры из тёмной церемониальной краски — тонкие линии, начинавшиеся у плеч и мягко спускавшиеся вдоль рук, переплетаясь на запястьях и у ключиц. Они повторяли природный рисунок её полос, но делали его ещё выразительнее. Её волосы были уложены сложнее, чем обычно. Длинные косы переплетались с тонкими нитями раковин, бусин и маленьких голубых камней. Украшение, которое он подарил ей, теперь было вплетено в эти косы у виска, и камни тихо поблёскивали в утреннем свете. На её шее лежало ожерелье из гладких камней и перьев, а на плечах мягко двигались тонкие нити украшений из раковин, которые тихо звенели при каждом шаге. Она шла спокойно, но в её движении чувствовалась особая сосредоточенность — не робость, а тихое понимание того, что этот день изменит её жизнь.

Рядом с ней шла Нейтири. Чуть позади, наблюдая внимательно и спокойно, словно позволяя Элайни идти вперёд самой. Нетейам не двигался. Ло'ак заметил это почти сразу и проследил за его взглядом.

— Ого... — тихо сказал он. Паук тоже повернулся.

— Ладно... — усмехнулся он. — Теперь я понимаю.

— Что понимаешь? — Нетейам всё ещё смотрел на неё.

— Почему ты вчера проверял всё десять раз, — сказал Паук. — Она красивая...

— Он пропал, — Ло'ак тихо засмеялся. — Он тебя не слышит...

— Полностью, — согласился Паук.

— Я всё слышу, — Нетейам даже не повернул головы.

— Да, верим, — ответил Ло'ак. Он снова посмотрел на Элайни, которая уже почти подошла ближе, и покачал головой. — Брат... — сказал он тихо. — Если ты будешь смотреть на неё так... ты до дерева не дойдёшь.

— Замолчите оба, — Нетейам наконец выдохнул и моргнул, словно возвращаясь обратно в реальность.

— Мы молчим, — сразу сказал Ло'ак.

— Мы очень молчим, — добавил Паук.

Элайни тем временем уже почти подошла ближе. Когда она подняла взгляд и увидела Нетейама, её шаг на мгновение замедлился. В её глазах мелькнула мягкая улыбка. И Нетейам вдруг понял, что до этого момента он даже не осознавал, как сильно ждал этой секунды. Ло'ак тихо наклонился к Паукy.

— Он пропал.

— Полностью, — Паук усмехнулся.

— Надо было предупреждать его заранее, — Ло'ак покачал головой.

— О чём? — спросил Паук. Ло'ак посмотрел на брата, который всё ещё стоял неподвижно.

— Что когда увидишь свою невесту... — тихо сказал он. — дышать всё-таки надо.

Тропа к Дереву духов спускалась между корнями древних деревьев и мягко освещалась голубоватым светом маленьких семян Эйвы, медленно плывущих в воздухе. Когда на'ви начали собираться вокруг, лес будто сам стал тише. Даже ветер здесь звучал мягче.

Дерево духов поднималось над поляной огромной светящейся кроной. Его длинные сияющие нити свисали вниз, мягко колыхаясь, словно дышали вместе с лесом. Под его корнями уже стояла Мо'ат. Она была неподвижна, как сама земля, и только ожерелья тсахик тихо звенели, когда она поворачивала голову.

На'ви Оматикайя собирались вокруг широким кругом. Воины, охотницы, старейшины, дети — все становились на мягкую траву, образуя живую стену вокруг священного дерева. Никто не говорил громко. Слышался только тихий шорох шагов и шёпот листьев.

Нетейам стоял рядом с отцом. Он видел, как Элайни подошла вместе с Нейтири, Кири и Тук и остановилась по другую сторону круга. Когда она подняла взгляд, их глаза снова встретились. На этот раз они не улыбнулись. Но между ними прошла тихая, уверенная мысль — почти как прикосновение.

Мы здесь.

Ло'ак стоял рядом с Паукoм чуть позади.

— Если он сейчас упадёт в обморок, — тихо пробормотал Ло'ак, — я буду рассказывать эту историю их детям до конца жизни.

— Он не упадёт, — Паук усмехнулся.

— Спорим?

— Я вас слышу, — Нетейам даже не повернул головы.

— Мы знаем, — спокойно ответил Ло'ак. Джейк тихо фыркнул рядом, но ничего не сказал. В этот момент он выглядел не как Торук Макто и не как вождь, а просто как отец, наблюдающий за своим сыном.

Мо'ат подняла руку. Шёпот в круге сразу стих. Она сделала шаг вперёд, и свет Дерева духов мягко коснулся её лица.

— Сегодня, — произнесла она глубоким, спокойным голосом, — двое из нашего народа приходят к Эйве, чтобы соединить свои пути, — она медленно посмотрела на Нетейама. — Нетейам те Сули Цъейк'итан, сын Нейтири те Цкаха Мо'ат'ите и Торука Макто, — потом её взгляд перешёл к Элайни. — Элайни те Тарейн Эй'тирии'ите, дочь народа туманного леса, — несколько на'ви в круге тихо кивнули, узнавая её историю. — Они выбрали друг друга в не лёгкое время. Они прошли через боль, страх и войну, но именно так Эйва часто проверяет сердца, — она протянула руки. — Подойдите.

Нетейам сделал шаг вперёд. Элайни тоже двинулась из противоположной стороны круга. Они шли медленно, и с каждым шагом расстояние между ними становилось всё меньше. Вокруг стоял весь клан, но в этот момент ни он, ни она почти не ощущали присутствия других. Было только мягкое сияние Дерева духов, тихий шёпот листвы и взгляд, который невозможно было отвести.

Когда они остановились рядом перед Мо'ат, на мгновение весь лес будто замер. Светящиеся нити дерева тихо качнулись над ними, и несколько семян Эйвы медленно проплыли между их плечами. Мо'ат внимательно посмотрела на них обоих. В её взгляде не было сомнения — только спокойная мудрость тсахик.

— Nga ayngaru zola'u tsamsiyu Eywa nì ngaru tìrey (Вы пришли к Эйве по своей воле)? — Нетейам ответил не сразу. Он на секунду повернул голову к Элайни. Их глаза встретились. В её взгляде не было страха. Только тихое волнение и что-то очень тёплое — то самое чувство, которое он видел уже много раз, но которое каждый раз заставляло его сердце биться быстрее.

— Srane (да), — сказал он. Его голос прозвучал спокойно, но в глазах светилась мягкая уверенность. Элайни смотрела на него ещё мгновение, будто черпая в этом взгляде силу. Потом подняла глаза на Мо'ат.

— Srane (да), — тихо сказала она.

— Fìtseng, tsun aylaru lu kxeyey nì ngaru tìtstew (тогда пусть клан станет свидетелем вашего выбора), — Мо'ат подняла руку к ветвям Дерева духов, и несколько светящихся семян медленно опустились вниз, кружась в воздухе вокруг них. Одно из них коснулось плеча Элайни и тихо вспыхнуло мягким голубым светом. Но она почти не заметила этого. Она чувствовала, как рядом стоит Нетейам. Он не касался её, но его присутствие ощущалось почти физически — тепло его плеча, спокойное дыхание рядом. Она знала, что если повернёт голову, их лица окажутся совсем близко.

— Slä tsahaylu txe'lan tì'eyng (но связь сердца)... — сказала Мо'ат мягче, — Lu nì'aw ngaru tseng. (принадлежит только вам), — она посмотрела на тропу, уходящую глубже под корни дерева. — Txe'lan trr lu krr... nga ayngaru zola'u fìtseng sì'eyng (когда придёт время, вы уйдёте туда вдвоём). Tsaw Eywa tslam nì'aw ayfya (там, где Эйва слышит каждую мысль).

Некоторое время стояла тишина. Нетейам и Элайни стояли рядом, но ещё не касались друг друга. И всё же расстояние между ними ощущалось почти как дыхание. Нетейам снова посмотрел на неё. Он заметил всё — как слегка дрожат её пальцы, как мягко колышутся нити украшения в её волосах, как свет Дерева духов ложится на её лицо. В её глазах отражались огни Эйвы, и на мгновение ему показалось, что в них можно утонуть. Элайни тоже подняла взгляд. И в эту секунду её сердце вдруг ударило сильнее. Она увидела то, что всегда видела в нём — ту тихую силу, которая никогда не была грубой, ту спокойную уверенность, рядом с которой она чувствовала себя защищённой. Но сегодня в его глазах было ещё что-то. Нежность. И гордость. Он смотрел на неё так, будто она была самым важным существом во всём этом мире. И от этого у неё на мгновение перехватило дыхание. Она чуть улыбнулась, едва заметно. Но Нетейам заметил. И ответил такой же тихой улыбкой. В этот момент вокруг них стоял целый клан, над ними шумело древнее дерево, а сама Эйва, казалось, слушала каждое их дыхание. Но для них обоих существовал только этот взгляд. И то чувство, которое уже невозможно было скрыть.

Некоторое время после слов Мо'ат никто не двигался. Лес вокруг оставался тихим, будто сам слушал их дыхание. Светящиеся нити Дерева духов мягко колыхались над кругом клана, а семена Эйвы медленно плыли между ветвями. Мо'ат смотрела на них ещё несколько секунд. Потом её лицо смягчилось. Она шагнула ближе. Сначала она остановилась перед Нетейамом. Её руки поднялись и легли на его плечи — крепко, по-матерински. Она притянула его к себе и коротко обняла, прижавшись лбом к его виску.

— Мой внук... — тихо сказала она. Когда она отпустила его, её ладонь на мгновение коснулась его щеки — жест благословения. Затем она повернулась к Элайни. Несколько секунд Мо'ат просто смотрела на неё. Не как тсахик, а как женщина, которая видит перед собой девушку, стоящую на пороге новой жизни. Она тоже обняла её — спокойно, крепко. Элайни на мгновение закрыла глаза. В этом объятии не было громких слов, но в нём чувствовалось принятие. Когда Мо'ат отступила, она положила руки им обоим на плечи и тихо сказала:

— Эйва слышит ваши сердца.

После этого вперёд шагнула Нейтири. Она подошла к сыну первой. Несколько секунд она смотрела на него, будто пытаясь запомнить этот момент, потом мягко обняла его.

— Я горжусь тобой, — тихо сказала она. Нетейам наклонил голову, коснувшись её виска. Когда она отпустила его, её взгляд сразу нашёл Элайни. Нейтири подошла к ней и тоже обняла её — так же крепко, как обнимают того, кого уже считают своей семьёй.

— Берегите друг друга, — прошептала она.

— Всегда, — Элайни тихо улыбнулась.

Позади них подошёл Джейк. Он не был тем, кто часто говорит длинные речи. Он просто остановился перед сыном и некоторое время смотрел на него. Потом положил руку ему на плечо.

— Ну что... — тихо сказал он. — Теперь это уже твоя жизнь, — Нетейам слегка усмехнулся. Джейк притянул его в короткое, крепкое объятие. Потом заключил в отцовские объятия Элайни. — Рад, что ты нашла дорогу к нам, — сказал он спокойно.

— Я тоже.

Мо'ат снова подняла руку, и круг клана стал тихим. Её голос стал мягче, но в нём звучала сила древнего обычая.

— Этот день принадлежит вам, — она медленно указала на тропу, уходящую в лес.

— Идите. Найдите место, где ваши сердца смогут говорить без свидетелей.

Несколько светящихся семян Эйвы опустились между ними, словно показывая дорогу.

Нетейам посмотрел на Элайни.

В его взгляде было столько спокойной нежности, что её сердце на мгновение сбилось с ритма. Он осторожно взял её за руку — не крепко, просто переплёл пальцы с её пальцами. Она ответила тем же мягким сжатием. И вместе они сделали шаг из круга клана.

Тропа уводила их между деревьями, где солнечный свет просачивался сквозь листву тонкими золотыми полосами. Звуки лагеря постепенно растворялись позади, и вместо них становился слышен настоящий голос леса: тихий шелест лиан, далёкие крики птиц, мягкое жужжание насекомых. Светящиеся растения Пандоры всё ещё мерцали в тени корней, но теперь их голубое сияние смешивалось с тёплым светом дня. В воздухе медленно плавали семена Эйвы, иногда опускаясь на листья и снова поднимаясь лёгким движением ветра.

Некоторое время они шли молча.

Их пальцы были переплетены, и это простое прикосновение казалось важнее любых слов. Иногда их плечи почти касались друг друга, и каждый раз от этого лёгкого движения внутри поднималось тихое тепло. Утренний свет ложился на кожу Элайни, отражаясь в голубых камнях украшения в её волосах, и Нетейам несколько раз ловил себя на том, что снова и снова смотрит на неё, словно всё ещё не верит, что этот день действительно наступил.

Они вышли к небольшой поляне у ручья. Вода тихо стекала по гладким камням, а вокруг росли низкие светящиеся растения, чьи листья мягко мерцали даже днём. Здесь было спокойно, и лагерь уже совсем не слышался.

Элайни первой отпустила его руку и опустилась на траву у воды, проводя пальцами по прохладной поверхности ручья. Нетейам сел рядом. Некоторое время они просто слушали шум воды и дыхание леса.

— Странно, — тихо сказала она.

— Что? — спросил он.

— Всё наконец спокойно.

— Ненадолго, — Элайни повернула голову и посмотрела на него. В её глазах было что-то мягкое и серьёзное одновременно.

— Тогда хорошо, что этот день наш.

Нетейам ничего не ответил, но его взгляд стал теплее.

День медленно тянулся дальше. Они ходили по лесу без спешки, иногда останавливаясь у ручьёв, иногда просто сидя рядом на корнях древних деревьев. Они говорили о многом — о том, что осталось позади, о тех, кого они потеряли, о доме у океана и о лесах, которые когда-то были домом Элайни. Иногда разговоры стихали, и тогда они просто сидели рядом, слушая лес.

Солнце постепенно поднималось выше, потом начало медленно склоняться к горизонту. К вечеру свет стал мягче и теплее. Сквозь деревья пробивались длинные золотые лучи, и воздух начал остывать. Лес вокруг становился тише, будто готовился к ночи. Они вышли к высокому выступу скалы, откуда открывался вид на долину. Снизу поднимался лёгкий туман, а над ним медленно зажигались первые светящиеся растения. Элайни остановилась у края и посмотрела вдаль.

— Я никогда не думала, что снова буду чувствовать себя так... спокойно, — сказала она тихо.

— Я тоже, — Нетейам подошёл ближе. Солнце медленно опускалось за далёкие деревья, окрашивая небо в мягкие тёплые цвета.

Они сидели рядом и смотрели, как день уходит.

Когда последние лучи солнца исчезли за горизонтом, лес начал меняться. Светящиеся растения Пандоры вспыхнули ярче, словно звёзды рассыпались среди травы и ветвей. В воздухе снова появились семена Эйвы, медленно плывущие в тишине. Нетейам посмотрел на неё.

Теперь наступала ночь. И вместе с ней — момент, ради которого они пришли сюда. Он протянул руку. Элайни вложила свою ладонь в его. И они вместе пошли глубже в лес, туда, где их ждал их собственный путь.

Тропа уводила их всё глубже в лес. Сначала ещё были слышны редкие звуки лагеря, но постепенно даже они растворились среди деревьев, и остался только настоящий голос Пандоры — тихое журчание воды, мягкий шелест листьев и далёкие крики ночных существ, которые начинали просыпаться с наступлением сумерек.

Свет медленно менялся. Дневная зелень леса постепенно уступала место мягкому голубому сиянию. Листья некоторых растений начинали светиться изнутри, словно в них загорались маленькие огни. По ветвям деревьев тянулись тонкие нити биолюминесцентных лиан, и когда ветер касался их, они вспыхивали мягким светом, как дыхание самого леса.

Через некоторое время они вышли к воде.

Это было небольшое озеро, почти идеально круглое, спрятанное между корнями древних деревьев. Его поверхность была спокойной и тёмной, отражая светящиеся растения вокруг, так что казалось, будто над водой висит целое небо из голубых и зелёных огней. Низкие ветви склонялись к воде, а между ними росли цветы, чьи лепестки мягко светились, как маленькие звёзды.

Элайни остановилась у самого берега и тихо вдохнула.

Красота этого места почти заставила её забыть как дышать. Светящиеся деревья, отражение огней в воде, мягкий туман, который начинал подниматься над поверхностью озера — всё это напоминало ей её родной туманный лес. Там тоже ночью загорались растения, и иногда казалось, будто сам лес живёт своей собственной тихой жизнью. Она медленно шагнула ближе к воде.

— Здесь... — тихо сказала она, оглядываясь вокруг, — почти как дома.

Нетейам остановился чуть позади неё, наблюдая. Он ничего не сказал, просто смотрел, как она двигается среди этого света. Элайни сняла украшения с запястий и осторожно положила их на гладкий камень у берега. Потом сделала шаг в воду. Поверхность озера мягко разошлась вокруг её ног, и круги тихо пошли по отражению светящихся растений.

Вода была тёплой.

Она зашла глубже — сначала до колен, потом до пояса. Ткань набедренной повязки мягко колыхалась в воде, а вокруг неё вспыхивали маленькие светящиеся существа, которых потревожило движение. Она рассмеялась тихо, удивлённо.

— Нетейам... посмотри.

Он всё ещё стоял на берегу. Его взгляд не отрывался от неё. Элайни медленно провела рукой по воде, и вокруг её пальцев вспыхнули мягкие голубые огни. Она наклонилась ближе, рассматривая светящиеся растения у поверхности, потом осторожно коснулась одного из них. Лепестки мягко закрылись, и свет на мгновение стал ярче.

Нетейам наблюдал.

Он видел, как свет ложится на её кожу, как вода медленно движется вокруг её тела, как она склоняется к воде, рассматривая растения так внимательно, словно снова становится той девочкой, которая когда-то бегала по своему туманному лесу. Он видел, как она улыбается. И от этого внутри у него становилось тихо. Элайни повернула голову и заметила, что он всё ещё стоит на берегу.

— Ты собираешься просто смотреть? — спросила она мягко.

— Мне нравится смотреть, — ответил он и она покачала головой. Потом протянула к нему руку.

— Иди сюда.

Нетейам некоторое время смотрел на неё, потом тихо выдохнул и шагнул в воду. Поверхность озера снова разошлась мягкими кругами, и светящиеся огни вокруг вспыхнули ярче. Когда он подошёл ближе, вода уже доходила ему почти до пояса. Теперь между ними было всего несколько шагов. Элайни смотрела на него, и в её глазах отражались огни леса. Она больше не рассматривала растения. Теперь её внимание было только на нём. Нетейам сделал ещё один шаг. И ещё. Когда он оказался рядом, между ними осталась только тонкая полоса воды. Он поднял руку и осторожно коснулся её плеча. Его пальцы были тёплыми, и от этого прикосновения по её коже прошла лёгкая дрожь. Элайни тихо выдохнула. Теперь между ними не было ни клана, ни голосов, ни мира, который ждал за пределами этой поляны. Только вода, мягкий свет леса и два сердца, которые наконец могли говорить друг с другом без слов.

Элайни смотрела на него, и в её глазах отражались огни леса. Влажные пряди её волос прилипли к плечам, а голубые вспышки светящихся существ тихо кружились вокруг её рук, когда она слегка пошевелилась в воде. Нетейам некоторое время просто смотрел. Будто запоминал. Как свет ложится на её кожу. Как она дышит. Как мягко движется вода вокруг её талии.

— Ты опять просто смотришь, — Элайни чуть улыбнулась.

— Потому что не могу перестать, — он тихо выдохнул. Она сделала полшага ближе, и теперь их тела почти касались. Вода тихо качнулась между ними. Нетейам поднял руку и осторожно коснулся её лица. Его пальцы скользнули по её щеке, по линии челюсти, остановились у подбородка. Он слегка наклонился ближе. На мгновение их лбы почти коснулись. Элайни закрыла глаза. И в следующую секунду он поцеловал её.

Сначала мягко — будто проверяя, можно ли. Но она сразу ответила, и это тихое прикосновение быстро стало глубже. Его руки легли на её спину, притягивая ближе, а её пальцы скользнули по его плечам, удерживая его рядом. Поцелуй стал долгим, тёплым, почти нетерпеливым — как будто они оба слишком долго ждали этого момента.

Когда они на секунду отстранились, их дыхание уже стало немного быстрее. Нетейам коснулся её лба своим и тихо усмехнулся.

— Ты теперь никуда от меня не денешься, — мягко провёл пальцами по её косе и прежде чем она успела что-то сказать, он вдруг легко поднял её на руки. Элайни тихо рассмеялась от неожиданности, обхватив его за плечи, когда вода снова разошлась мягкими кругами.

— Нетейам...

— Милая, — тихо сказал он, вынося её на берег и осторожно опустил на мягкую траву. Светящиеся растения вокруг тихо вспыхнули, когда её волосы коснулись земли. Нетейам опустился рядом, потом сел перед ней, так что между ними снова осталось совсем немного расстояния.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом он снова наклонился. Его губы коснулись её губ — медленно, мягче, чем раньше, будто теперь он хотел запомнить каждое мгновение. Элайни ответила так же спокойно, но её пальцы уже скользнули по его плечам и шее, притягивая ближе.

Когда он отстранился, его губы задержались совсем рядом с её лицом. Потом они медленно скользнули ниже. Лёгкий, почти невесомый поцелуй коснулся её щеки... затем линии челюсти... затем мягко остановился у её шеи. Элайни тихо выдохнула, закрывая глаза, когда его губы коснулись кожи у основания шеи — нежно, медленно, почти осторожно, будто он всё ещё боялся разрушить этот момент.

Лес вокруг продолжал тихо светиться.
Вода в озере мягко шуршала у берега.
И ночь Пандоры будто укрывала их тишиной.

Поцелуй постепенно замедлился, но расстояние между ними так и не появилось. Элайни всё ещё чувствовала его дыхание у своей кожи, а его ладонь лежала на её талии, удерживая её рядом так естественно, будто она всегда принадлежала этому месту рядом с ним. Лес вокруг тихо светился, вода мягко шуршала у берега, и в этой тишине их дыхание звучало громче всего. Нетейам медленно отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Подожди... — сказал он почти шёпотом. Элайни ещё не до конца открыла глаза после поцелуя. В её взгляде всё ещё оставалось то мягкое тепло, которое появлялось у неё только рядом с ним.

— Что? — Нетейам осторожно коснулся своей косы. Его пальцы нашли конец, где скрывалось куру. Движения стали медленнее, почти сосредоточенными. — Хочу, чтобы ты кое-что узнала — тихо сказал он и Элайни поняла.

Она тоже подняла руку к своей косе. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, держа в пальцах свои куру. В этом взгляде было всё — долгий путь, который привёл их сюда, боль, которую они пережили, и та тихая радость, что теперь они были здесь вместе.

— Элайни... — сказал Нетейам тихо. Она едва заметно кивнула. И их куру соединились.

Мир исчез.

Сначала пришло ощущение тепла — словно их сознания мягко коснулись друг друга. Потом воспоминания начали раскрываться.

Нетейам первым увидел её мир.

Туманный лес. Высокие деревья, покрытые светящимся мхом. Лёгкий туман между корнями, тихий шёпот листвы. Он увидел маленькую Элайни, бегущую по ветвям, смеющуюся, когда ветер развевает её волосы. Увидел её мать, которая учит её держать лук. Увидел её отца — строгого, но тёплого, когда он кладёт руку ей на плечо.

Потом воспоминания изменились.

Огонь. Крики. Стрелы.

Он почувствовал её страх так ясно, будто это происходило с ним. Почувствовал боль, когда она потеряла брата, сестру и мать, и пустоту после. Долгие ночи, когда она сидела одна, не понимая, как жить дальше.

Но затем он увидел другое.

Океан.

Бесконечную воду. Солнце на волнах. Элайни, которая смеётся, впервые ныряя под воду вместе с народом Меткайина. Её удивление, её восхищение этим миром. И вдруг воспоминание остановилось.

Он увидел себя.

Тот самый день их первой встречи. Она стояла немного в стороне, наблюдая за ним. И теперь, через связь, он почувствовал её взгляд так, как она чувствовала его тогда — осторожный, любопытный... и уже тогда немного особенный. Он тихо выдохнул.

В этот же момент Элайни увидела его мир.

Она увидела его детство среди Оматикайя. Его тренировки, его желание стать таким воином, каким был его отец. Увидела, как он наблюдает за семьёй, за братьями и сёстрами, всегда стараясь быть сильным для них. Потом воспоминания снова изменились.

Она увидела себя, но глазами Нетейама.

Увидела, как он впервые заметил её. Как его взгляд снова и снова находил её среди других. Как он наблюдал, когда она смеялась, когда удивлялась океану, когда долго сидела у воды, думая о своём прошлом. Она увидела, как он шёл за ней по берегу несколько ночей подряд, не показываясь, просто чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Увидела, как он волновался, когда она уходила одна. Как он боялся потерять её. Даже тогда, когда сам был ранен. Она почувствовала его мысли о ней — тихие, постоянные, как дыхание.

И тогда она поняла. Он любил её гораздо дольше, чем говорил об этом. Связь между ними стала глубже. Теперь они уже не просто видели воспоминания. Они чувствовали друг друга полностью — боль, радость, страх, надежду.

Связь всё ещё оставалась между ними — тихая, тёплая, словно их сознания продолжали касаться друг друга даже после того, как поток воспоминаний постепенно успокоился.

Нетейам открыл глаза первым. Несколько секунд он просто смотрел на неё. На её лицо, освещённое мягким голубым светом растений, на её ресницы, которые ещё дрожали, пока она возвращалась из глубины их общей памяти. Он чувствовал её всё ещё. Не так ярко, как мгновение назад, но связь не исчезла — она осталась где-то глубже, как тихое эхо их сердец.

Элайни медленно вдохнула и тоже открыла глаза. Их взгляды встретились. Несколько секунд они молчали. Но в этом молчании не было ни неловкости, ни вопросов. Только понимание. Она тихо выдохнула.

— Теперь... — его голос был мягким, почти шёпотом, — ты всё знаешь.

В глазах Нетейама было столько чувств, что слова казались уже ненужными. Она видела его страх за неё. Его терпение. Все те тихие моменты, когда он просто наблюдал за ней издалека, не требуя ничего взамен.

— Как и ты, — тихо сказала Элайни.

Его пальцы осторожно коснулись её щеки. Он провёл большим пальцем по линии её скулы, будто всё ещё убеждался, что она действительно здесь. Потом он наклонился и поцеловал её. Этот поцелуй был другим.

Глубже. Тише. В нём не было той осторожности, которая была раньше. Только тёплая уверенность человека, который наконец нашёл того, кого искал.

Элайни ответила сразу.

Её руки скользнули к его плечам, потом к его шее, притягивая ближе. Их дыхание смешалось, и на мгновение весь мир снова сузился только до них. Нетейам осторожно провёл рукой по её спине, и движение получилось таким естественным, будто они уже давно знали друг друга именно так. Когда поцелуй на секунду прервался, он тихо выдохнул её имя.

— Элайни...

Она едва заметно улыбнулась, всё ещё находясь совсем близко. Он мягко потянул её за руку. Трава под ними была мягкой, тёплой от дыхания земли. Он аккуратно опустил её на неё, словно боялся причинить ей даже малейший дискомфорт. Сам опустился рядом, опираясь на локоть, чтобы видеть её лицо.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Светящиеся огни леса тихо кружились вокруг, отражаясь в её глазах.

Нетейам снова наклонился и поцеловал её — сначала в губы, медленно, словно снова открывая её для себя. Потом его поцелуи стали мягче, скользнули к её щеке, к линии челюсти, к шее. Элайни тихо вдохнула, когда его губы коснулись кожи у основания её шеи. Её пальцы мягко запутались в его волосах, удерживая его ближе.

Лес вокруг продолжал светиться. Вода тихо плескалась у берега. Светящиеся семена Эйвы медленно падали с ветвей, словно сама Пандора укрывала их этой ночью. И где-то среди этого света два сердца, связанные не только руками, но и духом, окончательно нашли друг друга.