Переселенный шисюн

Когда мальчик увидел, что люди секты Юэцин собрались из-за него, на лице его появилась нежная, трогательная улыбка.

— Ах! Разве это не слуга шисюна, Линь Цзычжэн? — изумленно воскликнул кто-то в толпе, узнав представшего перед ними юношу.

— Он… разве он не ушел в глубины Туманного хребта? Как он теперь вернулся? — тон ученика давал понять — совесть его нечиста. Он был членом группы, которая преследовала Линь Цзычжэна. Увидев, что их жертва благополучно вернулась и, более того, прошла дорогу Дэнтянь за короткий срок, его сердце внезапно сжалось. Причина испуга довольно проста: вернувшийся Линь Цзычжен вполне мог открыть всем неприглядную тайну этого ученика.

Похоже, Линь Цзычжен услышал их слова, и улыбка на его лице стала мягче, в то время как взгляд невольно скользнул по говорившим.

Он общался с собравшимися старшими вежливо, отвечая на их многочисленные вопросы. Остальные, однако, мало что могли сказать и молчали. Когда град вопросов закончился, Линь Цзычжен направился в сторону пика Юньлань и дунфу Цинь Мо.

Видя, что юноша не раскрыл их заговор, целью которого было его убийство, многие из присутствующих вздохнули с облегчением. Но, тем не менее, в глубине души они все же были обеспокоены. Каким образом он выбрался оттуда?! Как же сильна его удача!

Однако они упустили из вида, что, когда Линь Цзычжен проходил мимо, иногда появлялись черные насекомые и проникали в их тела.

— Малыш не так уж плох, ему всего пятнадцать лет, а его развитие уже достигло седьмого уровня очищения Ци, — Дэн Цяньли посмотрел в спину Линь Цзычжэна, его глаза на мгновение вспыхнули, когда он заговорил с улыбкой.

— Он довольно хорош, но у меня есть ощущение, что что-то здесь не так, — Цзинь Линьфэн слегка наморщил лоб, а на лице отразилось испытываемое им недоверие. Подумав об этом некоторое время и не обнаружив ничего необычного, он улыбнулся с заметным облегчением:

— Должно быть, мое воображение слишком разыгралось. В конце концов, он слуга Сяо Мо.

Вернувшись в дунфу Цинь Мо, Линь Цзычжэн стер мягкую улыбку со своего лица и безучастно направился во все еще уединенную каменную комнату хозяина этого жилища. Протянув руку и осторожно коснувшись каменной двери, он тихо пробормотал:

— Шисюн…

В тот же момент Линь Цзычжен опустил голову и никто не мог видеть выражение его лица. Прохладный ветерок пронесся над склоненной головой, сдувая длинные волосы и тем самым открывая яркие, просто потрясающие глаза.

Через некоторое время Линь Цзычжен развернулся и пошел к полю. Глядя на увядающую траву духа, мальчик начал осторожно поливать ее, как будто никогда и не уходил.

Месяц спустя Цинь Мо открыл глаза в своей комнате. Чувствуя, как духовная сила переполняет тело, заклинатель посмотрел на бушующий огонь, горящий в его даньтяне, и удовлетворенно кивнул. Наконец-то  основы заложены!

Встав и приведя в порядок свою одежду, Цинь Мо повернулся, чтобы подойти к выходу из комнаты, когда заметил, что его волосы отросли. Казалось, прошло много времени. Он и не предполагал, как проходила  жизнь Линь Цзычжэна.

Когда Цинь Мо очнулся, день был в самом разгаре и солнце снаружи светило особенно ярко. Только что вышедший из комнаты заклинатель быстро огляделся. Его взгляд зацепился за юношу, усердно работающего на духовном поле.
Цинь Мо не удержался и глупо уставился на него. Неужели прошло так много времени? Даже этот ребенок, который когда-то едва доставал ему до груди, теперь почти сравнялся с ним в росте.

Линь Цзычжен держал руки на уровне груди и двигал пальцами то вперед, то назад, ударяя по невидимым точкам, следуя некой методике. На духовную траву обрушился неожиданно образовавшийся в небе дождик.

Когда он обернулся, то обнаружил, что Цинь Мо стоит перед входом в комнату. Взгляд его на мгновение задержался, и Линь Цзычжэн на некоторое время замер словно вкопанный.

Конечно, шисюн был человеком исключительной красоты. Его изящные брови напоминали тонкие листья ивы, ростом он был высок, словно нефритовое изваяние; безупречно белая одежда оттеняла длинные черные волосы, рассыпавшиеся по плечам и спине. Несмотря на концентрированную холодную Ци, окружавшую Цинь Мо, людей влекло к нему будто мотыльков к пламени.

— Шисюн, — едва слышный голос юноши медленно растворился в воздухе.

— Да, — увидев Линь Цзычжэна снова, сердце Цинь Мо затрепетало от восторга. Он слегка кивнул, и в глазах его мелькнула ничем не прикрытая радость.

То, что самосовершенствование мальчика продвигалось семимильными шагами, слегка изумило заклинателя. Должно быть, Линь Цзычжэну вновь повезло, пока Цинь Мо находился в уединении. Поняв это, молодой человек справился со своим удивлением. Предположив, что обстоятельства, приведшие к такому быстрому росту, являются секретом Линь Цзычжэна, Цинь Мо не стал расспрашивать его. Потому о покушении на жизнь своего «слуги» он, естественно, не узнал.

Стоявший перед ним молодой человек все больше и больше напоминал главного героя: культурный, утонченный и мягкосердечный. Цинь Мо не имел ни малейшего представления о внешних учениках, чью плоть пожирали ядовитые насекомые, и о тех, кто уже умер. Знай они про мысли шисюна, то восстали бы из своих могил, чтобы глумливо посмеяться. Это Линь Цзычжен-то культурный и утонченный?! Это он-то мягкосердечный?!

После того как Цинь Мо покинул свое добровольное уединение, он какое-то время бездельничал, оставаясь в своем дунфу и заботясь о духовной траве вместе с Линь Цзычженом, которая, хоть и не могла сравниться по пышности с растительностью с пика Юандан, но все же была очень хороша.

Также он не забывал руководить и наставлять юношу на ниве заклинательства, дразнил своего лисенка и проводил быстротечные часы в расслабляющей атмосфере, полной уюта.

В один прекрасный день светло-голубой бумажный журавль пролетел мимо дунфу Цинь Мо, дважды обогнул молодого человека, прежде чем плавно опустился на его палец и остановился.

Когда юноша осмотрел переданное послание, его глаза слегка сузились. Бумажный журавлик голосом Цзинь Линьфэна позвал его в главный зал пика Юньлань.

Предупредив об этом Линь Цзычжэна, Цинь Мо отправился к главе секты, не медля.

Едва он ступил в главный зал, как в  глаза ему бросился хмурый Цзинь Линьфэн. Юноша посмотрел на раскрытое приглашение с неуверенным выражением на лице. Глава секты Юэцин узнал приближающегося ученика, лишь услышав звук его шагов.

Бросив взгляд на Цинь Мо, Цзинь Линьфэн понял, что молодой человек уже достиг стадии Заложения основ. Мужчина не смог удержаться от по-отечески довольной улыбки, его брови расслабились, когда он похвалил:

— Сяо Мо, это очень хорошо! Ты так быстро  заложил основы!

После похвалы, однако, лицо Цинь Мо осталось неизменным и он лишь мельком взглянул на учителя. На мгновение выражение Цзинь Линьфэна застыло, а после он почти сражу же улыбнулся:
— Нельзя же всегда ходить с каменным лицом, поганец! В жизни есть и другие важные вещи! — шутливо забранился он.

Как только Цзинь Линьфэн заговорил, он снова нахмурился.

— Что? — видя терзающее мужчину беспокойство, Цинь Мо не мог не поинтересоваться.

— Секта Чжэнъян разослала приглашения, созывая молодое поколение для обсуждения методов самосовершенствования на своей территории. Этого никогда не происходило ранее! Собрание главных сект происходит раз в десятилетие и до следующего ещё далеко, — по голосу было слышно, что мужчина сомневался в  целесообразности мероприятия, но приглашение из рук Цзинь Линьфэна плавно перекочевало к Цинь Мо.

Его аккуратно перевернули, вчитываясь в написанное. Действительно, секта Чжэнъян приглашала молодых учеников из Юэцин для обмена опытом. В правом нижнем углу расположился отличительный знак Чжэнъян — большое солнце.

— В таком случае, я пойду, — однако Цинь Мо не слишком сильно задумывался об этом, в отличие от Цзинь Линьфэна. Он чувствовал, что подобно постройке телеги за закрытыми дверями¹, изолированное самосовершенствование ни на что не годилось. Ученики из разных сект могли бы перенимать сильные стороны друг друга, улучшая свои собственные.

Уголок рта Цзинь Линьфэна слегка приподнялся. Цинь Мо всегда был таким бесстрашным, что это вызывало улыбку:

— Вне зависимости от того, сможешь ли ты занять лидирующую позицию с нынешними силами, заставь их узнать, насколько великолепен шисюн великой секты Юэцин!

Будучи полностью уверенным в себе, Цинь Мо кивнул, оставив слова главы секты без ответа. Ранее шисюн был лучшим из всех тех, кто принадлежал к молодому поколению. Раз уж он занял его место, то следовало поддерживать свое превосходство.

Попрощавшись с Цзинь Линьфэном, Цинь Мо вернулся в свой дунфу и рассказал Линь Цзычжэну о случившемся. Мальчик теперь находился на седьмом уровне очищения Ци. В его возрасте это достижение считалось превосходным, немудрено, что заклинатель решил взять его с собой.

Выслушав доводы и объяснения Цинь Мо, молодой человек улыбнулся, ответив:

— Будет так, как говорит шисюн.

Цинь Мо был вполне удовлетворен его ответом. Он только теперь понял, как это чудесно — иметь хорошо воспитанного молодого шиди.

Поскольку путешествие в секту Чжэнъян займет у Цзинь Линьфэна несколько дней, молодых учеников вел сам шисюн.

Секта Юэцин находилась на севере Поднебесной, в то время как секта Чжэнъян простерла свои владения на юге. Они расположились довольно далеко друг от друга. Поэтому Цинь Мо пришлось использовать Облачную лодку Юэцин, чтобы прибавить в скорости.

К тому моменту, когда их путешествие длилось уже десять дней, он был чрезвычайно истощен, хоть и использовал лекарственные таблетки с самого начала. Оглянувшись на голодных учеников, стоявщих позади, Цинь Мо решил сделать остановку и немного передохнуть.

Облачная лодка приземлилась на широкую открытую поляну рядом с густым лесом. Люди приходили сюда в надежде найти что-то стоящее, но, в отличие от Туманного хребта, здешняя чаща была не столь опасна. Так что все отдыхали и чувствовали себя непринужденно.

Цинь Мо сидел на краю поляны. Все ученики восхищались своим шисюном, но холодная ци, источаемая им, держала их на расстоянии. Лишь Линь Цзычжэн спокойно сидел рядом с ним.

Некоторые ученики отправились на охоту в соседний лес. Сразу по возвращении они взяли лучшее мясо пойманного дикого кабана и принесли его Цинь Мо. Увидев, что он кивнул равнодушно, молодые люди так же быстро ушли.

Наблюдая за происходящим, Линь Цзычжен слегка скривил губы, обронив:

— Отлично.

Услышав его шепот, Цинь Мо, несколько озадаченный, спросил:

— Что ты имеешь ввиду?

Брови Линь Цзычжэна изогнулись, и он продолжил:

— Мясо этого кабана просто великолепно!

"Никто не посмеет отнять у меня шисюна", — подумал парень про себя.

Не обладающему кулинарными талантами Цинь Мо оставалось стоять в стороне, равнодушно сложив руки и наблюдая за тем, как ловко Линь Цзычжэн управляется с жаркой мяса.

И все же кончики его ушей слегка заалели. В прошлый раз, когда он был ранен, Цинь Мо позволил Линь Цзычжену, этому ребенку, готовить для него еду. На этот раз шисюн в полном порядке, но мог лишь помочь мальчику, создавая иллюзию, будто бы он подшучивает над своим слугой.

В его голове зародилось несколько мыслей, но это не отразилось на лице, когда Цинь Мо спокойно забрал еду, переданную Линь Цзычженом, и съел ее.

Слуха молодого человека коснулся щелкающий звук, донесшийся с другой стороны. Его руки напряглись, а в глазах вспыхнул огонек, Цинь Мо вгляделся в густой темнеющий лес впереди и грозно крикнул:

— Кто там?!
_______
1. Дунфу (Пещера Бессмертного) — обитель заклинателя, пещера, изобилующая духовной энергией.
2. Мы ведь помним, что секта Юэцин находится рядом с Туманным хребтом, где можно наткнуться на редкого монстра или растение?