Переселенный шисюн

Линь Цзычжэн сидел на летающем веере, украдкой поглядывая на Цинь Мо, выражение лица которого мальчик не мог разгадать. Вопреки его предположениям, шисюн поверил ему и они вместе отправились в загадочную пещеру.

Цинь Мо не предполагал, что своей травмой лишил Линь Цзычжэна прохождения Дэнтяня и с тех пор жизнь протагониста отклонилась от сюжета новеллы.

С момента вступления во внешнюю секту мальчик подвергался издевательствам со стороны других учеников. Даже те духовные камни и лекарственные таблетки, что выдавались сектой, у него своровали. Лишившись этого подспорья, Линь Цзычжэн остановился в своем совершенствовании на несколько месяцев, поскольку его духовного корня для развития было уже недостаточно.

Пару дней назад адепты ненароком обмолвились о Туманном хребте. Случайно услышав их слова, мальчик с упрямой решимостью подготовился к походу сюда, вознамерившись попытать удачу.

Похоже, фортуна отвернулась от него в тот момент, ибо сразу же по прибытии на гряду за Линь Цзычжэном увязался сильный монстр. Скрываясь от преследователя, юноша заскочил в скрытую от посторонних глаз пещеру.

К его удивлению, укромное место изнутри оказалось выстлано огромным количеством духовной травы. Стоимость ее оставалась для Линь Цзычжэна загадкой, однако, просто стоя там, он чувствовал царящее внутри давление.

Только счастливчик обрадовался находке, как за пределами пещеры послышались громкие голоса. В памяти всплыли лица учеников из секты, и сердце сжалось. Превозмогая свое нежелание, Линь Цзычжэн вышел наружу, намереваясь увести людей прочь.

Поначалу он хотел отдать им малую часть духовных растений, чтобы они ушли. Встреча с Лин-эр, а позже с шисюном, стала сюрпризом.

Эти рассуждения принесли воодушевление. Линь Цзычжэн не пожалел о своей откровенности перед шисюном, хотя ее причины оставались ему неизвестны. Возможно, источником доверия послужило великолепное впечатление от их первой встречи. Стремительно взмывая ввысь, Цинь Мо был подобен бессмертному, равнодушному к мирской грязи.

Пальцы намертво вцепились в шелковый платок и нефритовый флакончик с лекарством. Более того, шисюн был первым человеком, который не смотрел на него презрительно сверху вниз.

Со стороны могло показаться, будто Цинь Мо медитировал, сидя в стороне, но на самом деле юноша глубоко ушел в свои мысли.

После упоминания о необычности пещеры, Цинь Мо не возжелал посещать ее. Будучи главным героем, Линь Цзычжэн по определению отличался от серой массы простых обывателей тем, что был обласкан судьбой и, скорее всего, это было одной из значимых находок.

По своей сути Цинь Мо чрезвычайно гордый человек и внезапное попадание в новый мир этого не изменит. Более того, он презирал саму мысль о присвоении чужой удачи, будь ее хозяин хоть тысячу раз протагонистом, чьих благословений было столь же много, сколь волос на воле¹.

Но то, как Линь Цзычжэн в беспокойстве кусал нижнюю губу со взглядом, в котором все ещё улавливался отголосок страха, когда дёргал его за рукав, неожиданно смягчило сердце, и парень согласился пойти.

В душе Цинь Мо вздыхал, видя едва заметную улыбку на чужих губах, и решил, что позже станет к мальчику благосклоннее. Стоит помнить, перед ним не только главный герой, но и ребёнок, который недавно потерял родителей.

— Шисюн, мы прибыли, она здесь! — голос Линь Цзычжэна разорвал установившуюся между ними тишину.

Местом их посадки стал закуток среди длинной полосы холмов, куда Цинь Мо спланировал, управляя веером под собой. Вот только здесь и намёка на пещеру не наблюдалось. Заклинатель перевел взгляд на Линь Цзычжэна.

Он встретился с растерянным взором главного героя, прежде чем тот поспешно подошёл к небольшому холмику и руками принялся раздвигать густо растущие на вершине лозы. Через какое-то время перед ними предстал темнеющий зев пещеры.

Проход оказался более чем скромным, за раз он мог пропустить только одного взрослого человека. Линь Цзычжэн нырнул в отверстие, перед этим оглянувшись на своего сопровождающего. Шисюн не заставил себя долго ждать, последовав за подопечным без колебаний.

Войдя же, Цинь Мо не почувствовал ничего, кроме темноты и непрерывно мерцающих во мраке зелёных пятен перед глазами. Наличие духовной энергии позволяло ему ясно видеть нынешнюю обстановку, невзирая на отсутствие солнечного света.

Размером пещера оказалась примерно с комнату и вся она была заполнена духовной травой. Глаза Цинь Мо загорелись. Внезапно его осенило: в сумке цянькунь лежала нефритовая полоска, где говорилось о том, как именно улучшать пилюли.

Полное тревоги лицо Линь Цзычжэна несколько поумерило пыл его шисюна, воскресив воспоминание о полученном мальчиком в будущем звании божественного алхимика. Является ли здешнее богатство толчком к развитию? Пришлось урезонить тянущиеся к растениям руки, уговорив себя подождать, пока Линь Цзычжэн не соберёт их первым.

Взяв лишь с десяток стеблей, мальчик остановился, выпрямляясь, и тогда заметил, что Цинь Мо все ещё изображал непоколебимую статую в стороне. Робея, он подошёл к парню, чтобы поинтересоваться:

— Шисюн, почему ты здесь стоишь?..

— Сначала ты возьми немного, — заклинатель не двинулся в сторону щедро предложенного протагонистом добра, предпочтя остаться на месте. Несколько зелёных пятнышек чинно пролетели мимо его лица, позволяя разглядеть себя как следует: они до ужаса были похожи на привычных Цинь Мо светлячков.

Глаза Линь Цзычжэна изумлённо расширились. Будучи достаточно смышлёным, он сразу понял, что шисюн намеревался дать ему возможность взять столько растений, сколько он сочтет нужным, и только после этого пополнит собственные запасы.

Это вызвало у него ослепительную улыбку и лёгкий прищур больших глаз. Это выглядело очень мило! Огорчение, испытанное, когда ему пришлось ограничивать себя во время сбора травы, отошло на задний план.

— Я уже взял все необходимое! — после короткой паузы продолжил он, — собранных растений так много, что больше у меня не хватит места, решись я забрать ещё немного.

Лоб Цинь Мо вновь нахмурился. Всем ученикам Юэцин, вне зависимости от принадлежности к внутренним сектам, в первый же день выдавали мешочек цянькунь. Почему Линь Цзычжэн его на получил? Его обделили по ошибке?

Цинь Мо небрежно отстегнул от пояса сумку, похожую по своим свойствам на цянькунь, и протянул ее мальчику:

— На вот, возьми.

Запас духовных камней у шисюна был довольно скромным, но это не распространялось на предметы, связанные с заклинательством: те же цянькуни, мечи и лекарственные таблетки. Цзинь Линфэн души в нем не чаял, щедро одаривая своего воспитанника всем необходимым.

Артефакт у Линь Цзычжэна был, пока его не отняли другие ученики. Глядя сейчас на протянутую Цинь Мо бамбуковую зелёную искусно расшитую сумку, было очевидно, что она превосходила предоставленную когда-то сектой. Пораженный до глубины души, мальчик по началу не шевелился, но, отмерев спустя какое-то время, подошёл ближе и, несколько взбудораженный, отклонил предложенное.

— Шисюн, я… я не прошу твоих вещей!

Отказ мальчика заставил тонкие губы Цинь Мо поджаться.

От шисюна отчётливо повеяло холодом. Линь Цзычжэн заволновался сильнее, боясь того, что разозлил его, и потому поспешил оправдаться:

— Это слишком дорогой и ценный предмет!

Будь на месте Цинь Мо кто-то другой, то, пожалуй, подарок был бы принят. Он все же нуждался в цянькуне, но человек перед ним — его шисюн. Линь Цзычжэн отчего-то не желал, чтобы тот смотрел на него свысока.

— Возьми, я тоже хочу нарвать себе немного духовной травы, — Цинь Мо нахмурился, глядя на Линь Цзычжэна, а после осмотрел соблазнительную картину вокруг.

Решимость шисюна заглушила последние сомнения. Прикусив нижнюю губу, мальчик забрал артефакт из чужих рук. В глубине души Линь Цзычжэн тайно поклялся, в будущем он обязательно… обязательно… обязательно что? Сомнения гложили сердце, но от вида того, каким ослепительным остаётся шисюн даже сидя на корточках, решение пришло само: он определено отблагодарит парня в дальнейшем.

Благодаря их старательности количество духовной травы в пещере стремительно уменьшалось. Цинь Мо тайно ликовал, однако это никак не отразилось на лице. Сегодня у них получилось собрать богатый урожай!

Именно тогда заклинатель ощутил, как жутковатое чувство коснулось сердца, а волосы встали дыбом. Складывалось впечатление, будто кто-то буравил спину пристальным взглядом. Цинь Мо стремительно сдвинулся в сторону.

В то же мгновение огромный хвост возник в воздухе и нанес безжалостный удар по тому месту, где он стоял секундой ранее. Атака осталась бесплодной, подняв одну лишь пыль. Цинь Мо глубоко вздохнул, ожидая, когда можно будет хоть что-то разглядеть. Осевшая же пыль обнажила всю неприглядность ситуации: бешено извивающийся толстый хвост в глубокой яме впечатляющих размеров. Замешкайся он хоть на мгновение, и конец его был бы незавиден.

Цинь Мо скользил взглядом по хвосту, и зрачки его всё сужались. У самого входа в пещеру возлежал поистине королевский питон: шириной в один метр и длиной около сотни, его тело занимало почти всю пещеру от стены до стены.

Голодные зелёные глаза уставились на юношу, а из пасти выскользнул алый язык.

Хуже всего было то, что Цинь Мо не мог определить, насколько силен змей. Сам он дошел до десятого уровня очищения Ци и имел возможность распознать тех, чье развитие стояло ниже заложения основ. Единственное, что можно сказать наверняка — питон превосходил его минимум на одну ступень.

Сердце предательски сжалось. Би Юцзянь будто сам лег в ладонь, Цинь Мо вновь развернулся, оказываясь лицом к лицу с Линь Цзычжэном, и, вдруг взяв его за руку, прошептал:

— Не бойся.

При взгляде на питона сердце мальчика наполнилось одновременно отчаянием и гневом. Почему жизнь других протекает без забот, когда как ему приходится раз за разом терпеть удары судьбы?

Любимые родители убиты темными заклинателями, его самого, несмотря на вступление в секту Юэцин, мучают из-за пяти духовных корней. Теперь, столкнувшись с большими трудностями, он впервые вышел в мир для того, чтобы умереть, случайно встретившись с бедой.

Глаза мальчика покраснели, а зрачки наливались чуждой тьмой. Он взорвет свой Даньтянь² и даже если умрет, то хотя бы утянет эту тварь за собой следом.

Именно тогда холодная рука крепко обхватила его ладонь, сопроводив тихим «Не бойся». На сердце отчего-то потеплело и Линь Цзычжэн сжал ладонь шисюна в ответ, отозвавшись:

— Да.

Перемены в душе маленького героя прошли мимо Цинь Мо, держащего его в железных объятиях. Настороженный, он пристально следил за питоном.

Змей от них не отставал, отвечая не менее пронзительным взглядом, облизывая длинным раздвоенным языком тонкие губы. Заклинатель готов был поклясться, что в глазах рептилии отчётливо читалось высокомерие.
____
1. Китайская идиома, обозначающая большое количество чего-либо.
2. Область тела человека, где сосредоточена Ци человека.