Глава 29.
Глухой стук топоров раздавался в рассветной тишине, эхом доносясь до сонных окон города Нежина. Утренний сон самый сладкий и крепкий, поэтому жители города не спешили покидать свои теплые кровати.
Лишь редкие ремесленники, занимавшиеся выпечкой хлеба и доставкой продуктов на двор наместника, подавляя утреннюю зевоту буднично интересовались друг у друга, что за строительство затеял наместник Куприян. Одни предполагали, что перед ходом льда укрепляют мост, а другие и вовсе решили, что гостивший Князь решил строить себе дом.
Отмахнувшись от глупых перетолков, старик пекарь, погрузил на тележку, еще горячий хлеб. И цокнув на запряженную старую лошадь направился на двор к наместнику. Несмотря на недовольства, ходившие среди горожан Нежина, старый пекарь уважал наместника Куприяна, и не разделял сплетен особо мнительных людей.
Он вспоминал, как бывало, наместник, несмотря на разницу положений, интересовался у него состоянием его дел. И пекарь с охотой рассказывал о семейном ремесле, которым с гордостью занимался. Наместник Куприян внимательно слушал и согласно кивал, поглаживая седеющую бороду. А потом, хлопнув старого пекаря по плечу, велел ему каждое утро привозить хлеб не только для его семьи, но и для семей, не живших зажиточно.
Позже в пекарню доставили много мешков с отменной мукой, никто из горожан не знал, кто проявляет такую щедрость. Из-за капризов погоды Нежин страдал от скудных урожаев, и пшеница особо была ценна, поэтому хлеб был доступен далеко не всем, что так же порождало волну недовольств.
Наместник Куприян знал обо всех бедах, и душой болел за свой народ. Видят боги, он делал все, что могло бы помочь крестьянам. Привозил дорогие снадобья для земли, особые семена, но все было тщетно. Земли истощались, мерзлота пожирала добротную почву, а короткое иссушливое лето не давало растениям расцвести как следует.
Но сытый голодного не поймет. И с каждым годом недовольства горожан чувствовались все сильнее, они росли как снежный ком, задавливая на своем пути значимость и вклад наместника, его помощь и доброту. Стали ходить слухи от особо мнительных, что боги не благоволят наместнику и его семье, и что жена наместника, возможно, ведьма. Но вслух, конечно же, никто об этом не говорил, боясь гнева Куприяна. Поэтому, доходившие слухи расстраивали семью наместника, но никто ничего с этим поделать не мог. Не благие дела наместника для жителей, ни щедрые праздники, устраивавшиеся для всех, не смягчали сердца горожан Нежина.
Отворив ворота, старый пекарь с удивлением заметил, что обычной веселой суеты во дворе нет. Вместо этого, на порожках сидели Стрельцы князя, и занимались ремонтом и чисткой своего оружия. Кто-то точил свои мечи, а кто-то натягивал тетиву на лук, пальцем проверяя натяжение. Из дворовых было видно только конюха, который с самого утра был серее тучи.
- Тебе чего?-грубо окрикнул пекаря один из Стрельцов. Он прищурившись, опытным взглядом оглядывал грузную фигуру старика, будто что-то ища.
- Да я ...это...,-растерялся старик, нарочито разводя руками, показывая, что у него ничего нет,-...я хлеб привез до стола наместника, ...Чай, Великий Княже в гости приехал, поспевать надо,...-улыбнулся он, делая вид, что не заметил странной напряженности в доме.
Стрельцы переглянусь, и один, усмехнувшись, сплюнул...
- Не вовремя ты, старик,...да и Наместнику вашему не до караваев, ...но раз привез, оставь на крыльце, и будь здоров!-произнес хриплым голосом Стрелец.
Старый пекарь быстро поклонился, и сделав, что велено, взяв под узцы свою кобылку, развернул обратно к воротам. И в это время, то ли почудилось ему, то ли это было явью, увидел он в окне бледный образ Василины.
- Я сказал, топай, старик!-снова услышал пекарь, переводя взгляд на рассерженного Стрельца. Старик ещё раз взглянул в окно, но там уже никого не было.
Как только закрылись за ним двери, старик тут же перекрестился, он понял, что в тереме наместника творится что-то неладное.
- Сохрани вас, боги, батюшка, ...и семью вашу!...-тихо помолился старик, представляя наместника Куприяна. Он ещё раз кинул взгляд на терем, залитый алыми рассветными лучами, и тихо поплелся к своему дому.
Василина отошла от окна, боясь привлечь внимание Стрельцов, сидевших внизу под окнами. Без сомнения, стороживших ее, чтобы она ненароком не убежала под покровом ночи. Это было глупо, так как, Василина никогда не оставила бы своего мужа и детей на волю судьбы какого-то беса в обличии Князя.
Она обошла вокруг кровати и села на край, спрятав лицо в ладонях. Перед ее глазами всплывал образ заботливой нянюшки, образ резко изменился превратившись в ту Богиню, которая скрывалась в облике Пелагеи.
- Это все я виновата,...-прошептала Васелина самой себе,-ничего бы этого не было, ни пойди я на сделку с Морозом, видимо, душа моя пропала в тот момент, и вот, Темный пришел за мной...
Она провела руками по своим снова темным волосам, и сделала глубокий вдох. Василина вспомнила, как ее сосватали за Куприяна, как она боялась его первое время, и как любовь вспыхнула позже в девичьем наивном сердце. Как молоды они были, как молода была она, ...и казалось, что вся жизнь впереди расстилается, словно бескрайние заливные луга, теряясь за самым горизонтом.
Горница постепенно заливалась алым утренним светом, заполняя даже самые темные уголки комнаты. Наступал новый день.
***
- Куда нас везут?!-услышала Лада хриплый голос сестры. Девушка отпрянула от маленького окошка, как раз в тот момент, когда мимо проезжал один из Стрельцов Князя.
- Очень похоже, что за город, там есть развилка, возможно, он задумал вести нас в Красин, только зачем... Князь вряд ли повезет нас в Люблин, слишком далеко, да и сомневаюсь, что Велеслав с ним заодно...
При имени наместника Люблина, глаза Ясны вспыхнули, и тут же погасли. Заметив это, Лада поджала губы, забыв увлеченность старшей сестры к Велеславу.
- Все будет хорошо, Ясна, ты должна верить, ...мы должны бороться!- уверенным голосом произнесла Лада, ее глаза блестели в полумраке деревянной кибитки, в которой их везли.
- ...Ты должна была стать старшей сестрой,- слабо ответила Ясна, после недолгого молчания,- Я слишком была ослеплена тем, как все должно быть правильно, как надо...мне всегда хотелось быть похожей на мать, строгой,...идеальной, понимаешь?... Я не мыслила, что может быть иначе, в своей голове я рисовала картины будущего для себя, я непременно хотела быть, как она, идеальной женой и матерью какого-нибудь наместника, а может быть и князя,...- Ясна горько усмехнулась, прикрыв запавшие глаза ладонью. -...Какая я была дура!...-наконец, горько произнесла Ясна, снова глядя в глаза средней сестры. Я была ослеплена своим превосходством, вы казались мне со Златой, бунтарками,...Меня злило, что батюшка с матушкой относятся к вам снисходительно.
- Но при этом ты была мне другом,-тихо ответила Лада, беря сестру за холодную руку.
- У меня не было подруг, ты же знаешь, а ты была единственной, кто был рядом постоянно, а вокруг тебя всегда было много людей, народ любит тебя, и я мечтала, что твой свет хоть немного прольется и на меня...
- Ты не права, Ясна, и тебя любят, ...боятся, но любят,- тихо усмехнулась Лада, нежно сжав пальцы сестры.
- Как думаешь, ...где она сейчас?- чуть помедлив, спросила Ясна, заглядывая в глаза сестре.
Лицо Лады тут же переменилось, и сделалось напряженным.
- Я надеюсь, что она в безопасности, Ясна. Но зная ее, думаю, к сожалению, это не так, потому как, не в ее правилах бросать родных и близких, думаю, она уже на пути к нам,-вздохнув, ответила Лада, поворачивая голову к маленькому окошку, в котором мелькали дома и городские постройки.
Кибитку изрядно трясло, и временами, сестры подпрыгивали на ухабах.
- Может быть, это и есть испытание Князя Дамира?-шепотом пошутила Ясна, и Лада тут же скривилась, услышав ненавистное имя.
В этот момент скрипучую кибитку тряхнуло, и они резко остановились, из-за чего Лада слетела со своего места и упала на сестру.
Девушки услышали чавканье грязи под копытами коней, и резкий мужской голос неожиданно близко приказал:
- Выводи! ...Да аккуратнее, они не должны вымазаться в этой грязи, ...Князю это не понравится!
Ясна испуганно посмотрела на сестру, и впервые в жизни, она увидела в глазах Лады страх и безысходность.
***
Микула стоял вытянувшись во весь свой немалый рост.
Он видел, он слышал, он чувствовал, ...но ничего не мог сделать.
Он будто был заперт изнутри своего же тела, был узником своего разума. Ему отдавали приказания-он исполнял, хотел он этого или нет.
Микуле казалось, что с последним глотком крови тем вечером, в его теле поселилось ещё одно существо. Неведомое ему, чуждое и страшное. Оно недовольно рычало в его голове, когда в мыслях проскальзывало сожаление, сострадание и любовь. Все то, что делало его человеком, все то, что связывало его с прежней жизнью, и с ним самим. Оно будто контролировало его изнутри, пытаясь завладеть его мыслями и разумом, и с каждым днем Микуле казалось, что он все больше и больше проигрывает в этой битве с неведомым. В какой-то момент, он даже подумывал убить себя, когда понял, что за чудище поселилось внутри него. Но поняв его намерения, чужак лишь хрипло рассмеялся.
Вместе с потерей воли, у Микулы стали появляться странные желания. Точнее, его стала мучать жажда. Непреодолимая и животная жажда крови. И парень понимал, что если он переступит и этот порог, то дороги назад для него уже не будет. И он окончательно потеряет себя. Каждый день он боролся с искушениями. Двор терема наместника был полон восхитительных ароматов и запахов. Микула прежде и не мог подумать, что каждый человек пахнет по особому, маняще, дерзко, ...так что он собирался с силами, чтобы не набросится на дворовую девушку или служанку, от которой сладко пахло нежной кожей и молодой кровью.
В такие моменты, резцы во рту саднило, будто они вытягивались, становились острее, словно у настоящего зверя. Микула сжимал кулаки так крепко, как мог, не замечая, как с них капала его темная алая кровь. Зверь внутри рычал и выл, сводя с ума остатки разума Микулы. Но лишь мысли о матери, сестре, ...мысли о Злате и Ладе, не давали Микуле окончательно потерять себя.
-Чувствуешь это, да?-однажды услышал Микула почти около своего уха, прошло лишь пару дней с того момента, как он стал одним из воинов Князя Дамира, но уже стал замечать изменения в себе.
Парень обернулся и увидел позади себя капитана Стрельцов. Хмурого, устрашающего вида воина с почти черными глазами. Он был больше похож на огромного лохматого медведя, нежели на человека. Лишь кроваво красный мундир, огромная секира и булава, пристегнутые на бедрах, говорили о том, что перед ним грозный воин, а не дикарь-разбойник из леса.
Капитан Стрельцов стоял рядом с ним и ухмылялся. Его глаза опасно блеснули в сторону дворовых девушек, хлопочущих по хозяйству.
- Славные пташки,-одобрительно рыкнул он, грудным голосом,- тебе не мешает поразвлечься после того, как ты примкнул к нам, и его губы хищно растянулись не то в улыбке, не то в оскале.
У Микулы по спине побежали мурашки, ...не за себя, за тех девушек. Зверь внутри него довольно заурчал, будто ему нравилась идея капитана. Зверь будто чуял аромат манящей молодой крови, и вместе с ним ее ощущал и Микула.
-...Князю нет дела до наших ...«свиданий», да и попробовав, тебе станет легче, вот увидишь!-словно демон-искуситель низким голосом хрипло шептал капитан.-Я то знаю это жажду, один глоток и вопросов для тебя не будет существовать.
«Потому что не будет существовать меня»-пронеслась мысль в голове Микулы.
К своему ужасу, Микула почувствовал, будто невидимая удавка на его шее чуть ослабла. Челюсть заныла, и языком он ощутил, как клыки удлинились, а в мышцах приливала сила. Будто само тело, его новое естество готовило его к охоте.
Капитан пристально смотрел на него, ухмыляясь, и Микула понял, что это он воздействовал на него. Значит, это правда, и вот о какой связи и о каком братстве говорил Князь и его воины в тот вечер.
- Я ...не могу,- собрав волю в кулак твердым голосом резко ответил Микула и на нетвердых ногах прошел мимо капитана. Он пытался сопротивляться, но зверь внутри него был необычайно силен, и каждый шаг давался парню с огромным трудом. Зверь внутри неудовлетворенно зарычал, и голова раскалывалась надвое, но Микула знал, что если пойти на поводу, то ему никогда не вернуться назад. Лн вынесет приговор сам себе, его душа сгинет, и тогда зверь полностью завладеет им.
Резким рывком назад Микулу отбросило к стене, и на его потускневшие волосы посыпалась солома с сеновала. Капитан грубо прижал его к стене одной рукой, почти полностью лишая его способности дышать.
- ...Ты, видимо, не понял, малец! Я твой командир, ...я твой вожак, и от меня зависит твоя никчемная жизнь! И если я прикажу тебе свернуть белые шейки этих курочек,-он кивнул в сторону испуганных девушек, которые обернулись на шум,- ...Ты перегрызешь их!
Капитан нависал над ним словно стена, крепко держа в стальных тисках, нечеловеческой силы. Микула дернулся, но мощная рука капитана ещё сильнее прижала его к бревенчатой стене конюшни.
- Моя воля, ты бы сожрал потрохи своих любимых барских дочек... я люблю слушать крики хорошеньких девок, особенно таких строптивых, а потом бы ты принялся и за свои.... Одно мое слово!...-Микула захрипел, и чуть помедлив капитан ослабил хватку,-...Но, ...не сегодня, твое счастье, у Князя на тебя какие-то планы, что такого слабака он запихнул в нашу ста... в наш отряд,...- он отпустил руку, и Микула сполз по стене, откашливаясь.
- Я с тебя не спущу глаза, уж помни об этом!-рыкнул он громче, глядя, как Микула держась за шею, откашливается, стоя на коленях.
- Не забуду,-тихо прохрепел Микула, провожая огромную фигуру капитана в красной форме.
И в первые в жизни ему стало по настоящему страшно. Не за себя. За семью наместника, за город и народ. Потому что демоном был не только Князь Дамир, но и его Стрельцы, ...и сам Микула. И теперь он не принадлежал самому себе.
***
Старый пекарь нехотя ковылял по раскисший весенней грязи в сторону реки. Он крепко спал, когда его разбудил испуганный подручный. Парень был бледен, и толком ничего не мог объяснить, отчего раздражение от прерванного сна у старика возрастало. Он понял лишь одно, что нужно немедленно идти на берег реки.
Накинув на плечи, побитый молью, старый кожух, он вышел на улицу, и с удивлением увидел, как толпа людей с такими же удивленными и недоуменными лицами идет по вниз по улице в сторону реки. От сырости, ноги старика, тут же промокли и идти стало вдвойне неприятнее, старик даже было думал повернуть назад, но из-за поворота показался один из Стрельцов князя, который грубо подгонял людей идти быстрее. Дружинников наместника пекарь не заметил.
«Не к добру это!»-подумалось старику, и вознеся мысленно простенькую молитву, он двинулся дальше.
Картина, открывшаяся перед ним, порядком его удивила, а ведь ему шел седьмой десяток, и удивить его чем-то было сложно.
Даже в самую шумную ярмарку, он не видел столько людей, сколько собралось здесь на берегу. Казалось, все, от мала до велика, побросав все свои дела, пришли сюда. Люди обеспокоено переглядывались, меся под ногами грязь и снег вперемешку. В отличии от ярмарки, над которой всегда стоял веселый гомон, и были слышны голоса зазывал, здесь же царил беспокойный гул, сопоставимый с тем, будто рой рассерженный пчел гудел где-то издалека. Люди перешёптывались, опасливо озираясь на Стрельцов, которые на лошадях зорко оглядывали горожан, и были больше похожи на волков, пасущих стадо овец. Старый пекарь заметил и Микулу. Парень был бледнее обычного, его кожа, была будто серой, он хмурился, и будто глазами искал кого-то. Новый алый мундир сидел на нем идеально, но парень будто не был рад новому месту службы. Старый пекарь покачал головой, помня Микулу ещё совсем мальчишкой, он желал ему лишь хорошего, и его расстраивал опечаленное лицо парня.
Наконец, взгляд старого пекаря остановился на самом невероятном, что он видел за всю свою жизнь. За ночь, на берегу реки вырос огромный деревянный помост, на котором располагались три стула с высокими спинками-один выше и два поскромнее. Сооружение было настолько грандиозным, что не верилось, что его установили всего лишь за ночь.
«Чертовщина какая-то...!»-проворчал старик и сплюнул в грязное месиво под ногами.
Народ волновался, растерянно перешептываясь. С реки дул промозглый сырой ветер, и ожидание неизвестного становилось раздражительным. Кто-то из людей окликал Стрельцов, но те лениво покачивались в седлах, будто не слыша вопросов.
Наконец, со стороны голоса послышался шум копыт и ржание лошадей. К берегу выехала процессия, состоящая из нескольких бричек, и Стрельцов в полном вооружении, процессию возглавлял сам Князь на прекрасном белоснежном коне.
- По нему и не скажешь, что хворал недавно,-послышался скрипучий голос пожилой женщины недалеко от пекаря, на что он ухмыльнулся, соглашаясь с ней.
Князь, и вправду выглядел, ослепительным и могущественным. На его плечах лежала соболиная накидка под которой угадывались кожаные доспехи с пластинами из темного металла. К бедрам был пристегнут внушительный меч и кинжал, которыми, по слухам, он рубил своих врагов и претендентов на княжеское место.
Князь Дамир не стал спешиваться, на своем коне он подъехал прямо к помосту и лихо спрыгнул на него, от чего по толпе горожан прошелся сдавленный вдох.
Волосы князя были собранны в хвост, и его лицо выглядело воинственным и даже ожесточенным, как показалось старому пекарю.
Князь тяжелыми шагами измерял высокий помост, отчего дерево под его тяжелыми шагами издавало скрип, раздражавший уши.
- Горожане Нежина!-наконец, громогласно заговорил молодой Князь, и шепот в толпе затих,- Сегодня я собрал вас совсем не по радостному поводу!...-он сделал паузу, и по толпе снова прокатилось волнение.
- Ещё до моего появления в вашем славном городе, до меня доходили слухи, что вы не довольны своим наместником!...
Люди в толпе стали переглядываться, неуверенные к чему ведет Князь. Наконец, кто-то согласно закивал, а кто-то остался молчать, затаив дыхание.
Старый пекарь стоял близко от помоста и мог видеть, как Князь зорким взглядом осматривает людей, словно ожидая какой-то более бурной реакции. Но ее не было.
- ...Так уж вышло, что по дороге в Нежин, случилась неприятность, мне пришлось сразиться с волком, дабы спасти младшую дочь наместника. ...Но я бы спас любого из вас, если бы на то потребовалось. Для меня важен каждый из вас, каждое ваше слово. Я люблю свой народ, и забочусь о нем.
На этих словах, старый пекарь, недоверчиво фыркнув, пошевелил озябшими пальцами в сырых, видавших виды сапогах.
Князь оглядел лица людей и заметил, как горожане, в большинстве женщины, смотрят на него с обожанием. Князь Дамир хищно улыбнулся, когда понял, что нажива попалась на крючок. Изобразив на лице смирение, он продолжил свою речь:
- ...Проведя некоторое время в стенах дома наместника, я мог лично проверить слухи о том, что ваш наместник не чист на руку,...-в толпе зашумели, но Князь Дамир решил не останавливаться,-...Я заметил кое-какие странности в поведении его семьи, в особенности, дочерей, поэтому призвал на помощь свой личный отряд Стрельцов. Я убедился, что наместник не оправдывает вверенное мною ему доверие, более того, я подозреваю, что его семья, связана с темными силами, его дочери служат темным богам, отчего ваш город и ваша земля становятся проклятыми!...- в этот момент толпа загудела так, что заглушила голос Князя Дамира, а точнее того, кто говорил его устами.
Люди спорили и крестились, никто не ожидал, что наместник и его семья виновны в их бедах. Кто-то согласно кивал, будто подтверждал слова Князя, соглашаясь с его мнением. Когда возмущение стало слишком громко, Князь поднял руки, и горожане тут же смолкли.
- ...К своему ужасу и прискорбию, именно младшая дочь наместника оказалась ведьмой! Она одурманила меня, заставив жениться на себе, но в ключевой час, я прозрел от дурмана и прочел молитву, что и спасло меня от рук хитрой ведьмы! Сам Темный явился на помощь ей, и унес ее в свое подземное царство!...
Князь Дамир нахмурился, изобразив глубокую печаль, его радовала реакция горожан, которые так легко купились на его ложь, его забавляли испуганные лица мужчин и женщин, в страхе, прижимавших к себе своих детей. Это то, чего он так давно ждал, он посеял в их душах страх, к страх ослабляет волю и душу, а значит, что ими можно легко завладеть и управлять. Лишь одно лицо было невозмутимо в толпе. Седой старик, в старом кожухе, и нахлобученной на глаза шапке стоял, подперев бок. Его лицо не выражало ничего, кроме смертельной скуки и скептицизма, его глаза были непроницательными, он внимательно наблюдал за Князнм, не спуская глаз.
Князь внимательно посмотрел на него, но от старика, кроме усталости и раздражения ничем не веяло, и тогда Дамир решил приступить к решительным действиям.
- Вы, мой народ!-начал громогласно он,-И я хочу вершить суд вместе с вами! Отступники должны быть наказаны, среди нас нет места тем, кто поклоняется темным богам!...
Князь кивнул, стоявшему у подножия помоста Стрельцу, и тот тут же ушел исполнять молчаливый приказ.
Из толпы послышался тревожный шепот, и в следующие мгновение все затихли. На помост поднимался наместник Куприян. Он не был похож на себя, словно тень, он с усилием поднимал ноги, чтобы не споткнуться о высокие ступеньки, но несмотря на это, осанка его была гордой, и говорила о том, что мужчина не сломлен. На его сером лице залегли глубокие тени, словно он не видел солнца много дней. За ним шла Васелина, она в отличии от мужа, выглядела, на удивление горожан, помолодевшей и здоровой, ее лицо было непроницаемым, но лишь по тревожному взгляду в сторону мужа можно было понять, какое волнение творилось в ее душе.
- Встань, наместник, и посмотри своему народу в глаза!-снова загромыхал голос Князя Дамира, Темный дух ликовал внутри него,-Посмотри внимательно на каждого, эти люди верили тебе, они трудились не покладая рук, чтобы Нежин был цветущим и изобильным градом! Но вместо этого, ты втянул этот город в бездну, ты и твоя семья продали свои души Темным богам!
Тяжелый взгляд Наместника упал на Князя Дамира, казалось, он видел, какое зло плещется в его глазах, но вопреки ожиданиям людей, он ничего не ответил на обвинения. ...И тогда из толпы один за другим послышались выкрики с обвинениями и проклятиями в сторону четы наместника. Василина яростным взглядом воззрилась на кричащих, но и она была молчалива, вопреки ожиданиям людей.
По лицу Князя пробежала волна удовлетворения, и тут же пропала, когда на помост, как ни в чем не бывало поднялась пожилая женщина. Горожане с удивлением наблюдали за ней, как старая нянюшка подошла к чете наместника и накинула на плечи Васелины покрывало чудесной работы. В вышитых золотых солнцах и серебряных лунах мерцали крошечные бусины. Васелина потрясено смотрела на преданную слугу, но все так же молчала. Завершив, Пелагея молча встала подле Васелины, будто ничего и не произошло.
Было видно, как Князь заскрипел зубами, а в его глазах вспыхнул опасный огонь. Но потом, будто, взяв себя в руки, снова заговорил:
- Люблю преданность, главное, чтобы она не граничила с предательством другим,- Пелагея продолжала стоять подле своей хозяйки, будто ничего и не слышала.-В моей княжестве предательство наказывается сурово, и должно иметь высокую цену. Вы, народ Нежина, довольно намучились, и за вами будет решение, как поступить с наместником... достоин ли он жизни?...-торжественно мрачно пронесся голос Князя над головами горожан.
Люди потрясено молчали, а кто-то перекрестился.
- Отпустите наместника и его семью, не берите грех на душу!-закричал старый пекарь, и некоторые люди, стоявшие рядом тут же отшатнулись от него, как от прокаженного.
- Грех? Разве знаешь ты цену греху, старик? Или ты тоже поклоняешься темным силам?-грозно заговорил Дамир, и один из Стрельцов стал продираться в сторону старика.
-Наместник хороший человек и сделал много доброго для нашего города! Оставь его и семью его в покое..., не бери грех на душу!-снова повторил старик и Князь улыбнулся.
-Только вам решать, славные жители Нежина, будем ли мы наказывать отступника?
Повисла звенящая тишина, лишь отдалено из города слышался лай собаки.
Князь выжидательно смотрел на толпу, и через мгновение начали появляться руки. Люди несмело поднимали руки, боясь взглянуть на Куприяна и Васелину. Были и те, кто рук не поднял, лишь потрясено молчал, глядя на людей, проголосовавшим «за». Руки все поднимались, и хоть доброе количество людей не поддержали голосование, было видно, что «за» больше.
Не дожидаясь окончания, Князь довольно хлопнул в ладоши и сообщил:
- Да будет ваша воля!
На помост тут же явились два огромных Стрельца, и грубо толкая Васелину и Куприяна прошествовали, прямо к краю помоста. Он был выстроен так, что нависал над рекой, в которой уже полным ходом начался ледоход.
Люди ахнули от такого быстрого развития событий. В какой-то момент, Васелина скинула с себя покрывало и быстро накинула его на плечи мужа. Куприян удивлённо посмотрел в ее сторону, и на его лице отразились все: и тоска, и страх и любовь... Васелина протянула руку к мужу и погладила его по шершавой щеке. Стрельцы не дожидаясь указа, со всей силы толкнули супругов в спины, и те, словно две огромные птицы полетели вниз на встречу бушующей во льдах реке.
Кто-то из толпы закричал, народ испуганно смотрел на Князя, никто не ожидал, что правосудие свершится столь быстро и жестоко.
- Ирод, ты что наделал!-надрывно закричала женщина, и в это же мгновение Стрелец, стоявший неподалеку схватил ее и вывел из толпы.
- Теперь вы видите, жители Нежина, как важно быть преданным, и как быстро возможна кара за отступничество,-торжественно произнёс Князь, наслаждаясь волнами страха и ужаса.
Многие смотрела на реку, где стукаясь ребрами, в стремительном темпе плыли огромные ломаные льдины. Все было так , как и прежде, и ничто не говорили о том, что ещё пару секунд назад в темных водах реки скрылись двое Куприян и Васелина.
Огромный черный ворон сел на ветку старой березы, которая склонилась с обрывистого берега реки. Он хлопал крыльями, и наконец, кромко гаркнул, выводя из оцепенения испуганных жителей.