Глава 30.
«Покуда живы родители, человек остаётся ребенком»,-так часто говорила Пелагея, когда рассказывала свои причудливые и удивительные сказки, которые так любили слушать перед сном Ясна, Лада и Злата. Наверное, это было единственное время, когда девочки собирались за день вместе.
Ясна обычно сидела со скучающим видом, изредка поглядывая на дверь, некоторые сказки она уже слышала, и считала, что это развлечение больше для детей, но из-за уважения к старой нянюшке всегда приходила под вечер в девичью горницу.
Лада, расчесывая, а затем переплетая лентой свои чудесные белокурые волосы, с интересом слушала Пелагею. Время от времени, она переводила взгляд на сестер, и усмехалась про себя, наблюдая, как закатывает глаза Ясна, и наоборот, с каким ненасытным интересом слушает Злата.
Самая младшая сестра, обычно, приходила самой последней, так как, обычно прибегала с лугов, уже после того, как солнце скроется из виду. Злата, вбегала в горницу, принося с собой пряные ароматы цветущих трав, нагретой на солнце кожи, парного молока. Ее румяное лицо, словно пылало, после дня проведенного на солнце. Девочка плюхалась на пол, застланный домоткаными половиками, и подперев лицо ладонями, устраивалась поудобнее слушать Пелагею.
Перед тем, как начать, старушка всегда обводила добрым взглядом сестер, немного задержавшись на младшей, и расправив руками свой передник, начинала рассказ.
Девочек всегда завораживали сказки старой нянюшки. Сказки о непокорных сыновьях, о своенравных духах, о затаенном зле, о невозможной любви. Слова складно лились из уст старушки, превращаясь в волшебные миры, которые манили и пугали одновременно. И всегда, все заканчивалось словами о том, что нет лучше места, чем отеческий дом, и нет ближе и роднее родителей, которые всегда любят и ждут.
И казалось, что так будет всегда, всегда будет гореть огонь в очаге родного дома, всегда будут живы и молоды родители, и всегда будут чудные сказки перед сном, а если и есть что-то плохое, то оно далеко за пределами дома, и ему никогда не пробиться внутрь.
***
Словно тогда, в детстве, Злата шагала по заснеженному берегу реки. Только теперь все было иначе. Тонкие льдинки хрустели под ее голыми ступнями, превращаясь в острые осколки, но девушка не чувствовала боли. Она шла босиком, а мокрое платье сырыми лоскутами облепило ее тело и ноги. Несмотря на то, что зимние морозы были позади, холод ранней весны без труда пробирался под тонкую ткань, касаясь нежной кожи девушки.
Но она не чувствовала его.
Злата шла на гул толпы, мимо той самой березы, под которой ещё недавно она любила помечтать, наблюдая за течением быстрой реки. Все внимание горожан было направлено в другую сторону, поэтому никто не замечал ее. Лишь маленькая девочка, завидев девушку, дергала материнскую юбку и показывала пальчиком в сторону идущей Златы. Мать девочки была так завлечена, что не обратила внимание на свою дочь.
Злата подошла ближе к толпе и остановилась позади всех. Ее взор тут же упал на сидевших на невысоких деревянных стульях сестер. Сердце Златы сжалось от вида девушек. Лада и Ясна сидели с мертвенно бледными лицами и потерянным взглядом. Сзади них стоял капитан Стрельцов и ещё несколько воинов. Капитан, поигрывая пальцами на древке меча, свысока поглядывал на Ладу. Неподалеку, сложив на груди руки, Злата заметила Микулу, несмотря на внешнее спокойствие, его взгляд был обращен к сестрам и полон боли. Красный мундир и оружие на его поясе, хоть и делали из него грозного воина, но теперь Микула был словно чужак.
-...Предатель,-одними губами прошептала Злата, и в душе поднялась жгучая волна обиды.
Но по настоящему девушка почувствовала ненависть, когда ее взгляд упал на вышагивающего по помосту Князя Дамира, или кем он там был на самом деле...
- ...Я всегда боролся со злом, сначала за престол, за справедливость, за будущее моего княжества, ...но я подумать не мог, что враги есть не только внешние, но практически в сердце моей страны, и кто... Колдуньи-отступницы!-с отвращение произнёс он и посмотрел на сестер.
Ясна сидела, опустив глаза, а Лада наоборот, с вызовом ответила на взгляд Дамира. Даже в этой страшной ситуации, она была ослепительно красива. Растрепанные косы разметались по плечам. Судя по виду, платье она не меняла несколько дней, ткань была помята, а в пару местах на юбка была порвана.
«И все это время я была в безопасности, пока они здесь страдали из-за меня!...»-подумала Злата с отвращением к самой себе. Она слушала Мороза, Северяна и верила им, что все обойдется, и ничего с ее семьей не будет.
Пока Князь громогласно очернял ее семью, придумывая новые обвинения, Злата искала глазами родителей, но их нигде не было. Беспокойство нарастало в душе девушки, как снежный ком, ее взгляд метался по толпе, по плотным рядам Стрельцов, матушку и батюшку не было видно. Она чуть не пропустила нянюшку Пелагею, маленькая старушка стояла позади Стрельцов на помосте, и ее взгляд был устремлен в сторону реки.
Голос Дамира словно набатом стучал в голове, заставляя кровь кипеть. Злата почувствовала знакомое тепло в руках и плотнее сжала пальцы, будто боясь, что оно прольется.
-...Посмотрите внимательно на эти лица, ...внешность обманчива! Эти девушки скрывают свои черные души, проданные темным богам, алчным духам! Куда бы они не пришли, за ними идет смерть и разорение! Наместник Люблина тому доказательство! Вы все знаете, что не так давно сестры гостили в Люблине, и после их появления там, город настигли бедствия, народ сразила неведомая хворь!... - Ясна подняла глаза, в которых читалась ярость, но Дамир этого не замечал и продолжал,-...Некогда, очарованный старшей сестрой, наместник Велеслав утвердился в своих подозрениях на счет своих гостей, и отказался от намерений взять Ясну в жены!...
- ...Нееет!!!-охрипшим голосом яростно закричала Ясна,-Это в тебе сидит бес, который всех нас погубит! Ты не наш Князь, ты самозванец!-кричала она, и из глаз ее текли слезы.
- Довольно!-рявкнул Дамир, недовольно скривив губы,-Закрой свой черный рот, ведьма! ...Иначе, ты пойдешь за родителями, быстрее, чем ты думаешь!-конец, он произнёс так тихо, что слышали лишь те, кто был совсем близко.
Лицо Лады сделалось в один тон с полотном, и осипшим голосом, она спросила лишь одно:
- ...Где наши родители?
Князь резким движением плеч поправил меховую накидку и спокойно произнёс:
-Наместник и его жена уже заплатили за свой грех, и теперь покоятся на дне реки...
Князь не успел договорить, и в один момент все вокруг озарила ослепительная вспышка, Дамира отбросило далеко назад.
Стрельцы тут же оголили мечи, и встали вокруг поверженного Князя, держа клинки наготове.
В толпе горожан началась паника. Люди толкались, кричали, кто-то падал в грязь, люди, обезумев от страха старались покинуть это страшное место поскорее. Стрельцы вертели головой, не понимая, что происходит и кого атаковать.
-Она здесь! Взять ее живой!-раздавались над суматохой зычные приказы от Князя Дамира.
Злата шла среди испуганной толпы, и из рук ее лился свет, сквозь прозрачные лоскуты ткани изорванных рукавов было видно, как он спускался по венам и находил выход в ее ладонях.
Зелень ее глаз стал ослепительно белым, будто солнце в зените в самый жаркий день лета.
Увидев ее Князь Дамир широко улыбнулся, хотя скорее его улыбка была похожа на оскал, хищный, предвкушающий. Его черты лица исказились, стали более заостренными и волосы потемнели. Он был больше похож на зверя, страшного, хищного и безжалостного. Его почерневшие глаза горели пламенем. Чернобог, наконец, перестал сдерживать свою силу внутри Князя, и темная сущь стала проявляться в облике некогда светловолосого Дамира.
- Куда же ты сбежала от меня, моя названная суженная?! Я ждал тебя, Злата! Искал тебя! И вот ты пришла ко мне сама!- растягивая слова, будто мурлыкал Чернобог,-Ты, конечно, немного опоздала к моему празднику, но я все равно рад тебя видеть!
Он шел навстречу ей широкими шагами, расстегивая серебряную застежку меховой накидки на плече. Когда она спала с его плеч, в темных металлических пластинах на его плечах отразился свет, исходивший от Златы.
- Ты убил моих родителей! Погубил мою семью!-закричала она, и свет из ее рук световой волной покатился в его сторону.
Чернобог сделал легкое движение рукой в сторону девушки, и световая волна будто рассеялась у его ног. Темный Князь лишь качнулся, но продолжал твердо шагать дальше.
- Я рад, что ты нашла свою силу, Злата. Мой братец, видимо, времени зря не терял, ...Или это его полукровка, который успел положить глаз на тебя? Какая ирония, Свет очей моих, тебя отверг пастух, но Боги не смогли устоять перед дочкой простого наместника. Ирония...
- Ты слишком много говоришь для того, кто сейчас умрет! Мои родители ни в чем не повинны...!-рыдала Злата, и слезы падали на таявший снег под ее ногами.
- О, милая Злата! Так нужно было! Это жертва, которую осознанно принесли жители города, смерть твоих родителей на их счету. Люди не меняются, милая Злата, они так же алчны, злы и завистливы, мне ничего не стоило дернуть за нитки их темной стороны души, чтобы вытащить все самое потаенное, злое, чтобы очернить души полностью, тогда мне легче завладеть ими.
Чернобог остановился в паре шагов от девушки, и не сводя с нее глаз, вел беседу таким будничным тоном, будто они обсуждали погоду. В какой-то момент, он поднес запястье ко рту, и прокусил его. На грязный снег пролилась темная, почти черная кровь. Резким движением руки, Темный бог, махнул поврежденной рукой так, что капли его крови упали прямо под ноги Златы.
- Беги! Злата, беги!!!-донесся до девушки надрывный голос Ясны.
Злата посмотрела в сторону сестры и увидела, как девушку тащат сквозь толпу Стрельцы, Лады рядом нигде не было. В этот момент тело Златы будто сковало в тиски, она не могла пошевелить ни ногами, ни руками, посмотрев себе пол ноги девушка увидела, что стоит на снегу, покрытый кровью. Кровью Чернобога.
- Тебе ещё многому стоит научиться, Свет очей моих, например, тому, что нужно всегда быть начеку, особенно рядом с теми, кто сильнее и опаснее тебя,- произнёс Чернобог, подойдя практически вплотную к девушке.- Мне нужно поговорить с тобой, клянусь, мои слова тебя заинтересуют, будешь хорошо вести себя, отпущу...
Он втянул воздух рядом с ней, и блаженно улыбнулся. Чернобог будто «читал» ее, и в его глазах пламя заплясало сильнее.
- Вот как... Значит, ты сбежала из Аркона. Сбежала от Мороза. Ты меня удивляешь, милая Злата! Но это и к лучшему! Если бы я знал, что будет так просто, я бы не разыгрывал весь этот спектакль.-Он придирчиво обвел ее глазами, останавливаясь на рваных лоскутах некогда ее белого платья.- Хотя, я не удивлен, что ты сбежала, судя по всему Мороз и его полукровка не так уж и любезны со своими гостями,-злобно фыркнул Чернобог, поправляя кожаные перчатки на своих руках,-Я не буду играть во влюбленного дурачка, Свет очей моих, и скажу тебе сразу, что мне нужно от тебя. Видишь, все без обмана! Я честен перед тобой! Ну так что, ты готова выслушать меня?
- Все, что я хочу, это убить тебя!-сквозь зубы процедила Злата, она хотела дернуть рукой, но не смогла.
- Мне нравится твоя кровожадность, моя милая, мы с тобой в этом похожи. Но мне нужно нечто иное в тебе...
Ворон на березе гаркнул снова, и взгляд Темного князя переместился на птицу.
- Сирин!-произнес он, словно приветствовал старого друга,- Воронье обличие не идет такой прелестнице как тебе!
В этот момент птица взъерошилась, и обернулась в деву-птицу.
- Мое почтение, мой господин!-послышался мелодичный голос Сирин,- Я рада вновь приветствовать Вас, моя верность и преданность всегда с Вами!-произнесла она и чуть склонила голову в знак уважения.
- Я слышал, ты была славным украшением в стенах Аркона, Сирин,...-Насмешливо произнёс Темный Князь, и в глазах Сирин промелькнула тревога.-Я не сержусь на тебя, Сирин, ты привела ко мне, Злату, и этим ты заработала мое снисхождение к тебе. Я жду от тебя и дальше преданной службы.
Сирин снова склонила голову, и украшения на ее шее замерцали. После, она вновь обернулась в большого ворона и слетев с ветки полетела в сторону города, из которого не затихал гул голосов испуганных людей.
Темный Князь перевел взгляд на Злату, и улыбнулся ей.
- Ну вот, ты и успокоилась, твои глаза вновь стали зелеными, ты слишком устала, и не можешь держать силу так долго, тебе нужно отдохнуть, заодно и выслушаешь меня, Свет очей моих.
С этими словами, Чернобог щелкнул пальцами, и Злата тут же погрузилась в темный туман.
Ей казалось, что ее тело сжали ещё сильнее, и в какой-то момент, она перестала дышать. Но хватка резко ослабла, девушка закашлялась и упала на колени. Туман вокруг нее рассеялся, и Злата смогла оглянуться, чтобы понять, где она находится теперь.
Она лежала на шкуре некогда огромного медведя, окна горницы были занавешены темной материей, а в огромном камине потрескивал огонь. Было совершенно не понятно, день сейчас или ночь. В комнате царил полумрак, а по полу ощущался явный сквозняк. Встав на ноги, девушка увидела, что позади нее располагается огромная кровать, на которой лежат песцовые и лисьи шкуры. Над кроватью висела огромная картина, на которой была изображена нагая дева с длинными тесными волосами, доходившими до пят, она стояла на каменном выступе, а у ее ног плескалось штормовое море, дева смотрела на небо, будто ожидая, когда выглянет солнце. Это была странная картина, но одновременно с этим манящая, ее хотелось рассматривать, но из-за наготы девушки, хоть и прикрытой волосами, Злата все же опустила взгляд. В комнате не было уютно, скорее, ее можно было назвать комфортной темницей, со стенами из темного камня, сквозняками и сырым воздухом.
Злата прислушалась, но кроме треска поленьев и какого-то отдаленного шума за стенами, ничего слышно не было. Девушка попыталась снова зажечь в себе тот свет, что прежде разливался по венам, но ничего не выходило. Она была слишком утомлена и истощена происходящими событиями, что сил оставалось лишь дойти до огромной кровати и забыться сном.
Злата понятия не имела, где она находится, где Чернобог, и что с ее сестрами. Мысли о родителях и что с ними стало, жгучей болью разрывало сердце и душу. Эта боль никогда не уймется, она всегда будет вместе с ней, как напоминание того, что она не успела, о ее вине. Слезы потекли сами собой, но Злата их не замечала. Она закрыла ладонями лицо и зарыдала. Оплакивая потерю родителей, все остальное казалось ей незначительной. Никто не встал на защиту ее отца и матери, никто не спас сестер. Слабая надежда на то, что они ещё могут быть живы, слабым лучом теплилась на руинах ее души.
Так ли важны были Мороз, Северян, ее новоявленные силы теперь, когда зло уже свершилось. Пока она путешествовала по коридорам памяти Аркона, ее семья страдала. И в этом была и ее вина.
За всеми проносившимся мыслями в ее голове, Злата не заметила, как провалилась в глубокий и беспокойный сон.
Ей снилось, как она стоит на одиноком выступе среди бушующего моря, волны белой пеной закипают у ее ног, и на слизком и мокром камне почти не устоять. Девушка кричит о помощи, глядя в бескрайнее небо, но тучи плотным роем закрывают солнечные лучи не давая им шанса пробиться к Злате. Вот из волн к ней тянуться чьи-то бледные ледяные руки, они пытаются схватить ее за ноги и утащить за собой. Вслед за руками появляются лица, это ее отец и мать, только теперь они утопленники, и пришли за ней, чтобы наказать ее за свою смерть. Злата от ужаса теряет равновесие и падая в бушующее море кричит...
- Проснись!...-словно приказ слышит девушка холодный голос извне.
Тревожный сон отпускает ее из своих липких лап, и она открывает глаза. Горло болит, словно, она и вправду кричала и глотала соленую воду, сердце неистово стучит, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Сон был так реален и ужасен, что Злата не сразу осознает, что это всего лишь наваждение.
- Это всего лишь сон, успокойся, иначе ты точно разрушишь мой дом,-ещё раз услышала девушка спокойный, но твердый мужской голос.
Она повернула голову на звук, и увидела перед кроватью, расслаблено сидящего в кресле Темного Князя. Он пристально наблюдал за ней, не сводя взгляда темных глаз. На нем,по прежнему, была кожаные доспехи, не хватало только оружия на бедрах. Чернобог держал в руке бокал с темной жидкостью, похожую на темную кровь.
- Я рад, что ты очнулась, Свет очей моих, поговорим?...