Глава 33.
-Расскажи мне сказку, нянюшка,-прошептала Ясна, вытирая слезы с мокрых щек.
В маленькой избушке было сумрачно, лишь одинокая свеча, потрескивала на ветхом деревянном столе. Пламя свечи дрожало, отчего на бревенчатой стене танцевали причудливые образы неведомых существ.
Девушка лежала на коленях у нянюшки и тихо всхлипывала. Пелагея перебирала тонкими сморщенными пальцами темные пряди волос Ясны, словно та была маленькой девочкой, принесшей любимой няне свои страхи и чаяния. Пряный аромат, подвешенных к потолку пучков сушеных трав успокаивал, и всхлипы становились все реже и реже.
- ...Было у одной женщины три сына,-начала свой сказ Пелагея, и глубоко вздохнув продолжила,-Старший сын был весельчаком и никогда не унывал, средний был нелюдим и был очень трудолюбив, а младший отличался своенравием и задиристым характером...
За окном, где-то в лесной чаще заухал филин. Ясна вздрогнула, и нянюшка погладила ее по плечам, плечи девушки снова расслабились и дыхание восстановилось.
- Я не знала, что у тебя в такой глуши есть домик,-тихо произнесла Ясна, рассматривая в полумраке старинную прялку у окна.
- У каждого человека должен быть свой уголок, где он может погрузится в свои раздумья и отойти от суеты,-мягко ответила Пелагея, глядя на яркий месяц, взошедший над ночным лесом.-Так вот, о чем я говорила?
- У женщины было три сына,...-подсказала Ясна.
- Ах, да! ...Один был словно пламя огня, вспыльчивый, сильный, ослепительно красивый, второй был холоден, как лед, расчетлив, но справедлив, а третий был красив, словно звездная ночь, но звезды эти были скорее светлячками над бездной... Но не смотря ни на что, любила всех мать одинаково, но каждого по своему...
- ...Я скучаю по матушке и батюшке, нянюшка,-всхлипнула Ясна, и слезы вновь полились по бледным щекам девушки.
- Они всегда рядом с тобой, девочка моя,- тихо ответила Пелагея.
- Как так получилось, что ещё недавно, мы жили всей семьей и даже помыслить не могли, что,... что подобное произойдет, и теперь я не знаю, где мои сестры, что с ними, а родители...
И слезы вновь хлынули из глаз Ясны.
- Поплачь, девочка моя, выплачь свою боль, а утро вечера мудренее, вот увидишь...
Не видела Ясна, как нянюшка превратилась в прекрасную женщину, как укрыла она золотистым покрывалом девушку, и та погрузилась в глубокий, исцеляющий сон.
- Хоть и ругались сыновья часто меж собой и спорил, кто главнее и величавее, мать все равно любила каждого, не смотря на то, какую боль дети доставляли ей. И родила тогда женщина дочь, на зарю похожую, с сердцем полным света божьего... отраду материнскую.
***
- Я сказал служанке смотреть за ней,-произнёс Мороз рассеянно, глядя как солнце окрасило вершины гор за окном в розовый цвет. Северян кивнул и вышел из покоев Мороза.
С тех пор, как Злата появилась в Арконе именно горный пейзаж стал постоянным за окном, особенно красива была утренняя и вечерняя заря, потому что так нравилось Злате. Мороз не умел ухаживать за женщинами, да и женщин в его бесконечно долгой жизни практически и не было. Но он украдкой любил смотреть за влюбленными парами, за необъяснимой магией, которая происходила между ними, и завидовал тому, что может чувствовать и испытывать человеческое сердце.
Когда в его жизни появился Северян, что-то шевельнулось в груди. Он чувствовал свою причастность к сыну, неравнодушие к его судьбе. Но боялся, или не хотел показывать своих чувств, а возможно, и сам страшился того, что его сердце не из льда. А может любить и чувствовать по настоящему.
Вот и сейчас оно болело. Болело с тех пор, когда он понял, что девушка не придет на венчание. Он испугался не того, что он его не любит или раздумала, ...нет. Мороз по настоящему испугался того, что с ней что-то случилось. И это были отеческие чувства, какие бы испытывал отец к дочери, или старший брат к младшей сестре. Он понял это ещё раньше, когда наблюдал за ней, когда Злата читала, мило мусоля пальчиком краешек страницы. Его тянуло к этой девушке, он понимал, что неравнодушен к ней, уже тогда, когда увидел ее в зеркальном коридоре, потерянную и и спутанными глазами. Морозу захотелось поднять ее и укрыть своим сюртуком, утешить и защитить от всего, что ее страшило. Но он не мог, слишком давно он внушил себе, что быть холодным и безэмоциональным лучше и правильнее для него, безопаснее. Он древний дух, Мороз, которого должны бояться и страшиться. Таким он был всегда, безжалостным, но справедливым. Он изо всех сил пытался держать баланс в природе, когда Матерь покинула Аркон. Северян мало видел отца, лишь изредка Мороз появлялся, чтобы посмотреть, как растет сын. И сейчас вполне расплачивается за свои ошибки. Но со Златой все было иначе. Он старался проводить с ней, как можно больше времени, но увидев, что сын влюблен в девушку, решил не мешать. Он видел в Северяне своего приемника, который однажды унаследует его силы, когда прилет время. Но обстоятельства сложились иначе, Мороз понимал, что победить Чернобога, набравшего силу, ему будет практически невозможно, и сила, живущая в Злате, сделала бы его непобедимым.
- Отец, прибыл мой друг!-послышался глухой голос Северяна, и Мороз понял, что на какое-то время глубоко ушел в свои размышления.
-Отец,-снова повторил Северян, и Мороз развернулся в его сторону.
- Да, Северян, я сейчас буду,-ответил Мороз, глядя в удивленное лицо Северяна.-Что-то ещё?-спросил Мороз.
-Да, солнце,-кивнул Северян, и Мороз обернулся к окну, за которым золотым диском медленно закатывалось вечернее солнце.-Пока я тут стою, солнце уже третий раз садится, с тобой точно все нормально? Раньше такого не было.
- Ты забыл, где ты находишься?-фыркнул Мороз,-Кому вообще, сейчас это солнце нужно!-махнул он рукой и прошел мимо сына к выходу.
- Согласен, как никогда,- печально ответил Северян и вышел следом за отцом.
Перед дубовым столом Мороза сидел огромный волк. Даже видавший многое Мороз немного опешил, когда увидел странного зверя. Огромный лохматый зверь с белоснежной длиной шерстью, длинными лапами и внушительной пастью, спокойно сидел и ждал, будто это было для него делом обыденным.
-Ты не говорил мне, что твой друг, это оборотень!-произнес Мороз, останавливаясь рядом со своим креслом с высокой спинкой. Не то чтобы Зимний Дух боялся чудища, но когда волк-оборотень возвышался над ним, сидеть перед его пастью, Морозу точно не хотелось
-Это не так важно и к делу не относится,-ответил Северян сдержанным тоном,-Я знаю, Криса давно, очень давно,-добавил Северян после короткой паузы,-Он из числа потомков отступников, которые не захотели служить Чернобогу, он бы хотел помочь нам в борьбе, я бы хотел, чтобы ты позволил ему примкнуть к нам...
- Почему ты не воплотишься в человека?-холодно спросил Мороз, глядя в ясные глаза оборотня,-Я знаю, что ты человек, к чему являться передо мной в образе этого чудища?
Но несмотря на вопросы Мороза, белый волк продолжал молчать. Лишь его взгляд переместился на Северяна, и чуть кивнул ему.
- Крис очень давно не превращался обратно в человека, отец,-начал объяснение Северян,-Он наш союзник, и точно действует против Темного духа...
- Я уже давно никому не верю, Северян, и тебе не советую,-резко ответил Мороз, и резко направился к оборотню. Зимний дух, держал руку наготове, чуть что, один щелчок, и сердце оборотня превратилось бы в кусок льда, и его кровь застыла бы в жилах в прямом смысле этого слова. Но Мороз решил дать ему шанс.
Он резким движением схватил морду оборотня, и приблизил свое лицо практически вплотную к его огромной морде. Крис не возражал. Мороз заглянул в его глаза, и некоторые время вглядывался в них, словно ища ответ на мучавший его вопрос. Наконец, от уже спокойнее отпрянул от волка, и чуть вздохнув произнёс:
-Я сочувствую твоей утрате, путник, буду рад, если ты поможешь мне.
Крис кивнул, а в голове Мороза все ещё был образ растерзанной прекрасной девушки с удивительно рыжими волосами.
Мороз уже было повернулся, но передумав, снова обратился к оборотню, покорно сидевшему на своем месте.
- Это не твоя вина, а ее душа бессмертна, и коли это судьба, ты обязательно встретишь ее вновь.
Северян удивлённо наблюдал за отцом, а потом перевел взгляд на друга. Оборотень опустил могучую голову, и Северяну на краткий миг показалось, как из его глаз катится слеза, он тут же отвел глаза, сделав вид, что ничего не заметил.
Северян давно знал Криса, ещё с того времени, когда он был правой рукой Великого Князя Драгомир за Морем. Северян путешествовал, и заодно был с визитом посла от имени Князя Дамира. И Князь Драгомира и Крис быстро сошлись с Северяном на почве любви к оружию и страстью к тренировкам до изнеможения. Северян знал их тайну и принимал ее. Но то, что Крис потерял любимую, это для него было откровением.
Крис Хельвард для него всегда был человеком неоднозначным. Днем он был заместителем командира Темной Стражи и одним взглядом мог поставить любого на место, а вечером он уже пил пиво в местной таверне, и был обаятельным и харизматичным весельчаком. За это Северяну он и нравился, за легкость бытия.
Но встретившись с ним спустя многие года, Северян не сразу узнал его, да и облик жуткого оборотня не способствовал общению. Хельвард оставался в облике волка, и не спешил превращаться в человека. Лишь раз, когда Северян уже принял его за одного из пособника Чернобога, Крис принял человеческий облик. Северян заметил, как из лощенного мужчины с блестящими глазами, Крис превратился в одичалого, с запавшими, но как и прежде, горящими глазами человека. Видимо, у Хельварда были весомые причины покинуть Драгомир, о которых Северян справляться не стал.
***
Зеркальный коридор, как и всегда отличался белоснежной роскошью холодного мрамора. Зеркала висели друг за другом, отражая странные миры, скрытые за обманчиво гладкой поверхностью. Мороз, Крис, Северян и Вихрь стояли перед последним зеркалом, в которое ещё недавно вошла Злата, но так и не вернулась.
- Никогда бы не подумал, что попасть в Навь так легко,-произнёс Северян, рассматривая золотую изящную оправу зеркала, в котором отражались их обеспокоенные лица.
- Как раз, попасть туда легко, а вот выбраться,...выбраться ещё нужно постараться,-ответил Мороз сыну.-Навь не принадлежит земному миру, хоть и связанна с ней, так же, как и Аркон неразрывно связан с миром живых, но не пересекается с ним, вообщем-то границ и нет никаких, все условно...
- ...Но забор поставить все же пришлось,-закончил Северян.
- ...Давайте уже посмотрим, нет ли за этим забором злых псов,-произнёс Вихрь, и Крис в обличии волка странно фыркнул.
Вокруг кистей Мороза закружился молочной дымкой воздух с мелкими снежинками, тоненькой струйкой он обвил руки Северяна, Вихря и закружился вокруг мощных лап Криса. Мороз подошел ближе к криво висящему зеркалу, и его поверхность тут же пошла рябью, будто оно чувствовало силу, исходившую от Зимнего Духа.
- Держимся вместе, все, как я сказал, главное, дойти до Калинова моста,-повторил Мороз и рукой погрузился в зеркало.
В этот момент, всех четверых будто перевернули вверх тормашками и снова вернули в обычное положение. Перед ними открылся чудесный сад, полный благоухающих цветов и множества фруктовых и цветочных деревьев. Все было залито необыкновенным светом, в воздухе витал чудный аромат невиданных растений, непрошенных гостей тут же одолел покой и затупило блаженством.
- Мы точно попали куда хотели?-задал вопрос Северян, с недоверием глядя на спину Мороза.
- Точно туда, не переживай, хотя ты еще можешь вернуться назад,- процедил Вихрь, не глядя на Северяна.
Северян, да и сам Мороз заметили, что Вихрь был необычайно тих, вечный шутник, любящий вставлять свои едкие комментарии по поводу и без, в этот раз был молчалив и даже зол. Его глаза, обычно светлые, в этот раз были цвета грозовой тучи. Северян догадывался в причине такого поведения, и это его жутко раздражало.
Северян уже хотел было что-то ответить, как Мороз раздраженно прервал его:
- Не время ссор! Старайтесь думать о конечной цели, хоть мы и в междумирии, но Чернобог постарался сделать все по своему. Вокруг вас есть как и иллюзии, а что-то и настоящее, будьте внимательны,...путей отступления у нас нет!-с этими словами, Мороз ступил на широкую тропу между двух пышно цветущих деревьев и направился вперед.
Все четверо шли друг за другом, время от времени рассматривая местность вокруг. Здесь было все «слишком»:слишком звонкие ароматы, слишком яркие цветы, слишком пышные деревья. И за всем этим ощущался какой-то подвох.
Оборотень шел, низко опустив голову, его обоняние и восприятие было ярче, чем у других, поэтому путь к Калинову мосту показался для него уже определенным испытанием. Странные запахи сбивали с толку, и время от времени, в густой листве раздавались различные шорохи, и каждого из идущих не покидало неприятное чувство, что за ними следят.
-Скверное местечко,-наконец, процедил Северян,-как бы Чернобог не устроил нас здесь засаду.
Оборотень поднял нос к верху, будто учуяв что-то или кого-то... Шерсть на загривке встала дыбом, и он обнажил острые белоснежные клыки.
Процессия остановилась, и Мороз подняв голову к густым кронам деревьев громко произнёс:
- Я знаю, что ты здесь, в прятках больше нет нужды!
После этих слов послышался шелест огромных крыльев, и на нижнюю ветку изящно приземлилась дива-птица. Она сложила крылья, и величаво держа голову, воззрилась на стоявших внизу.
- Сирин,... снова на посылках, не надоело тебе прислуживать Чернобогу? Я думал, ты выучила свой урок, и тебя больше не придется сравнивать с голупой гусыней, но, видимо, я ошибся,-произнёс Мороз, чеканя каждое слово.
Сирин сузила глаза, и ее губы растянулись в хищной улыбке.
- Ты не в том, положении, Мороз, чтобы сыпать пустыми угрозами. Видимо, совсем твое царство в упадническом состоянии, раз проворонили появление Чернобога, и Света Божьего...
- Говори, что знаешь! И обещаю, что снова дам тебе шанс уйти отсюда восвояси!-ледяным тоном ответил Мороз, не сводя глаз с дивы-птицы.
Сирин похлопала крыльями, и сладко улыбнувшись, произнесла:
- Как же ты проворонил девчонку, Зимний дух, или совсем нюх потерял?-усмехнулась она,-Девчонка теперь у Чернобога, и в отличии от тебя, Мороз, он не возьмет свое!-усмехнулась она, и в этот момент Сирин стала задыхаться.
Выпучив глаза, она с ужасом смотрела на Вихря. Тот с ледяным спокойствием, смотрел на нее, вытянув руку в ее сторону, и по мере того, как сжималась его рука, жива-птица начинала хрипеть сильнее.
-Довольно!-резко скомандовал Мороз, но Вихрь не подчинился, он смотрел, как Сирин задыхается, и в его глазах плясали опасные огоньки.
-Я сказал, довольно!-еще раз крикнул Мороз, и Вихрь нехотя опустил руку.
Сирин закашлялась, и из ее крыльев упали несколько длинных сизых перьев.
- Я убил бы тебя только за то, что ты способствовала тому, что Злата попала в его руки,- с ледяным спокойствие произнёс Вихрь,- Не знаю, каким богам ты будешь молиться, Сирин, но в твоих интересах, чтобы с девушкой все было в порядке.
- ...Ммм, слуга влюбился в напеченную хозяина, интересно,-ехидно пропела Сирин, но в ее глазах горела злоба обиды за то, что он сделал.
Вихрь снова поднял руку, но Северян остановил его, поймав руку.
-Она не стоит того,-лишь тихо произнёс он, но Сирин слушала, и улыбка на ее красивом лице становилась лишь ядовитее.
- Вы, мужчины, думаете, что все зависит только от вас, ваш эгоизм вас ослепляет в погоне за силой и могуществом. Я не желала Злате зла, как бы это не странно звучало. У меня есть свои счеты с Чернобогом, ...и я теперь не служу ему, хотя он пока об этом не знает... Злата у него, и пришла она к нему добровольно, желая спасти свою семью, точнее то, что он нее осталось. И в том есть и ваша вина,-произнесла Сирин, обведя Мороза, Северяна и Вихря взглядом, не удостоив Криса и взгляда.
- Ты знаешь, что он задумал?-спросил Мороз, игнорируя выпады Сирин в его сторону.
- Не зря вы, братья, хотите одного и того же, воспользоваться силами Златы в свою пользу,-едким голосом закончила она,-так что поспешите, если не хотите, остаться в Нави навсегда.
***
Уже несколько минут девушка раскачивалась на ногах, не зная, что ей делать. Перед Златой висело самое необычное платье, которое она видела. Юбка из черной прозрачной ткани, была расшита мелкими звездами, и девушка сильно сомневалась, что под ним можно скрыть хоть что-то, лиф платья украшал месяц, и был украшен складками такой же темной вуали, как и юбка. Это был необычайно красивый и странный наряд одновременно.
- Я это не надену, какая разница, в чем продавать душу,-горестно произнесла Злата, и сорвав платье швырнула его в камин, где оно тут же вспыхнуло ярким всполохом искр.
Как ни странно, девушке стало чуть легче, будто платье это было частью Чернобога, и ей удалось изничтожить хоть малую часть него. Она с удовольствием наблюдала, как огонь сжирает вышитый месяц на груди, и развернувшись к кровати чуть не вскрикнула. На перекладине полога снова висело то самое платье, которое она швырнула в огонь только что. Разозлившись, Злата подбежала к кровати и снова сорвав платье, кинула его в пылающий огонь. Но только жаркие языки пламени коснулись платья, оно тут же оказывалось висеть в полной целости и сохранности на своем прежнем месте.
Когда в пятый раз по счету, платье снова появилось, девушка со злостью и раздражением произнесла:
- Можете сказать ему, что мне не нужны его подачки и платье его я не надену!
Она знала, что ее слышат, и его слуги всегда рядом, хоть их и не видно. Краем глаза девушка видела, как несколько теней исчезли в стене, видимо, доложить хозяину о проделках Златы. И ей было все равно на это.
Злата села на краешек кровати и заплакала. Безысходность навалилась на нее неожиданно, сильно придавив к реальности происходящего. Невообразимо хотелось домой, к родителям, к сестрам, и чтобы все как прежде. Долгие прогулки с Микулой до вечерней зари, и сказки нянюшки зимними вечерами, и все те мелочи, которые составляли счастье ее жизни. Мелочи, на которые раньше не обращала внимание. А сейчас,...девушка просто хотелось, чтобы это был дурной сон.
Но скоро, в ее дверь постучит Властитель Подземного мира, или не постучит, а войдет сразу, чтобы забрать у нее то, о чем она раньше и не догадывалась. И это была ее реальность.