Глава 8.
Город Нежин. Сутками ранее.
Васелине не спалось. Где-то вдалеке слышались протяжные песни девушек и парней, гуляющие в честь праздника у реки.
Давно прошли те времена, когда она молодой девушкой вот так же плела венки из луговых трав и цветов, водила хороводы вокруг костра, пела с подругами и радовалась розовой утренней заре над заливными лугами. Тогда казалось, что вся жизнь впереди, и сердце пело и душа радовалась, слушая мелодичные запевы подруг.
Куприян всхрапнул во сне, вырвав Васелину из воспоминаний об ушедших молодых годах. Она посмотрела на мужа, и отвела рукой с его лица непокорный локон. Ей не о чем было жалеть. Жили они с мужем душа в душу, любовь их была тихой и спокойной, но крепкой и закалённой всеми невзгодами, что им пришлось пережить вместе.
Они воспитывали трёх детей, таких разных и непохожих друг на друга, но горячо любимых и обожаемых. Много лет прошло с тех пор, как Васелина вернулась из противоположного мира, где встретила Мороза. Никто не знал ее тайны, кроме старой нянюшки, которой она всё-таки решилась рассказать, когда чуть не умерла в родах своей младшей дочерью. Не могла она больше держать в сердце, какой ценой ей дались дети, и глядя в лицо младенца, ее младшей дочери, ей было сложно принять, что кого-то из дочерей ей придётся отдать по завету зимнего духа.
Как могла она тянула время замужества дочерей, убеждая мужа, что рано ещё выдавать их замуж. Сколько слез она пролила над треклятым зеркалом, которое должна была отдать одной из дочерей, чтобы та отправилась к Морозу. Даже думала обмануть и подсунуть завороженное зеркало какой-нибудь дворовой девушке, но в последний момент не посмела. Она спрятала зеркало в шкатулке, которую держала на замке, чтобы наверняка никто не смог найти его.
И будто, чувствуя подвох и обман, дела в Нежине снова пошли на спад. Посевы гнили, зерна становилось все меньше из-за длинных и суровых зим и короткого лета, скот падал, и несмотря на все усилия наместника, город приходил в упадок. В свою очередь, народ нищал, голодал и недовольства среди населения все росло, виня Куприяна во всех бедах.
Да и дела самой Васелины не ладились. Ее здоровье с каждым годом слабело и ухудшалось, будто она начинала платить за возможность быть матерью.
Но уже несколько дней, как будто что-то переменилось. Силы вернулись к Васелине, на лице появился румянец, как в прежние времена. Их лекарь, Нестор, решил, что, наконец, молитвы, и его настойки возымели своё действие. И будто какой-то робкий луч надежды, что все образуется, затеплился в душе Васелины. Старшие дочери второй год подряд собирались ехать на День Солнцестояния в Люблин, отец, хоть и с неохотой одобрял их поездки, понимая, что в маленьком Нежине молодым девушкам на выданье скучно. И окончательно собравшись с мыслями, и твёрдо решив, Васелина уговорила мужа, что и младшей было бы неплохо съездить вместе с дочерьми, тем более, что у той как раз было день Рождения. И поездка смогла бы стать хорошим подарком для юной девушки. Расчёт был в том, что Васелина надеялась, что в большом и более развитом городе, дочери найдут себе быстрее мужей, и участь быть отданной зимнему духу, их минует. А там уж как-нибудь и образуется...
Тусклое сияние исходившее из шкатулки отвлекло ее внимание от дум о дочерях и их будущем.
Ступив босыми ногами на деревянный пол, она как можно тише подошла к старинной шкатулке. Слабое голубое свечение исходило из-под крышки, будто бы внутри зажгли свечу с голубым пламенем. Васелина перекрестилась и собравшись с духом, открыла крышку.
Внутри, источая тусклый свет, лежало зачарованное зеркало, данное когда-то ей Морозом.
Васелина протянула к нему пальцы и тут же отдёрнула. Серебряная часть зеркала было будто покрыто инеем, а сама его поверхность, словно оконце в морозный день, разрисовано чудными узорами. Серебро было нестерпимо холодным, будто оно пролежало на дне проруби весь январь. Обмотав руку платком, Васелина вновь попыталась взять зеркало в руки, чтобы понять, что происходит. Осторожно подцепив зеркало, жена наместника вознесла молитву, и решилась заглянуть в серебряную зеркальную поверхность.
...От увиденного лицо Васелины побледнело, а пальцы ослабли. Зеркало выпало из рук, а женщина вскрикнув, обмякла и повалилась на пол в полном забытье.
На зеркале, словно на речной глади, пошли круги, скрывая в своих глубинах русалку, которая только что ударила хвостом Злату, дочь Васелины.