131 глава
Промышленный сектор «Омега» на окраине Токио тонул в густом, едком дыму. Теракт был спланирован с пугающей точностью: радикальная группировка «Чистый холст» захватила завод по производству катализаторов для причуд. Если бы резервуары сдетонировали, половина префектуры превратилась бы в зону отчуждения.
Воздух дрожал от жара. Над районом кружили вертолеты новостных служб, но на земле царил ад.
— Слушай сюда, Блестяшка, — Бакуго перепроверил фиксаторы на своих перчатках-гренадерах, его глаза светились яростным алым пламенем. — Твоя задача — ослеплять периметр и не лезть под ноги. Если я увижу твой солнечный зайчик там, где работает Юки, я вырву тебе ноги и вставлю их вместо твоих хваленых фонарей.
Солис, поправляя золотистый плащ, только самоуверенно хмыкнул.
— Бакуго, твоя ревность мешает делу. Я — Герой из Топ-20, и я не позволю даме рисковать собой, пока я рядом. Мидория-сан, — он повернулся к Юки, которая в этот момент калибровала дальномер своего протеза, — держитесь за моей спиной.
Юки даже не удостоила его взглядом. Её механическая рука с тихим жужжанием сменила режим на «штурмовой».
— Солис, — её голос был холоднее, чем жидкий азот в резервуарах завода. — Твой щит имеет спектральную уязвимость в 4%. Мои расчеты показывают, что ты бесполезен против термических снарядов этой группы. Киришима, ты на страховке?
— Как всегда, Юки! — Киришима, уже находясь в форме «Несокрушимого», ударил кулаком о кулак. — Я прикрою тыл, пока вы с Бакуго будете разносить этот гадюшник. Солис, парень... просто смотри и учись. И постарайся не поджариться.
Они вошли через центральный шлюз. Группа террористов, вооруженная модифицированным снаряжением, встретила их шквальным огнем.
— Сейчас! — выкрикнул Солис, вырываясь вперед. Он активировал свою причуду, создавая ослепительную сферу света. — Я прикрою тебя, Юки! Назад!
Он ждал, что девушка отступит, спрячется за его «героической» спиной. Но вместо этого мимо его уха пронесся стальной вихрь.
Юки Мидория не просто «инженер». В бою она превращалась в расчетливого монстра. Используя реактивные бустеры, встроенные в подошвы её тяжелых ботинок, она взмыла в воздух. Её механическая рука трансформировалась: пальцы сложились в единый стальной клин, а из локтя вырвался сжатый воздух.
— Слишком медленно, — констатировала она.
В следующее мгновение Солис увидел то, что заставило его сердце замереть. Юки врезалась в гущу врагов. Она не била хаотично. Её удары были хирургически точными: удар протезом в колено — хруст кости; захват за горло — бросок через себя прямо в бетонную колонну. Когда один из террористов вскинул огнемет, Юки просто выставила механическую ладонь, которая раскрылась, поглощая пламя и перенаправляя его в систему охлаждения протеза для следующего мощного разряда.
— Она... она сумасшедшая! — выдохнул Солис, когда мимо него пролетел кусок стальной арматуры, который Юки вырвала из стены, чтобы пригвоздить троих противников к полу.
— Она — Мидория, идиот! — раздался рык Бакуго.
Кацуки двигался следом за ней. Это не было спасением дамы. Это была синхронная аннигиляция. Бакуго создавал направленные взрывы, подкидывая врагов в воздух, а Юки, словно жнец, перехватывала их в полете, используя инерцию и мощь своего протеза.
Киришима работал как живой щит, принимая на себя те удары, которые могли бы задеть их двоих. Он двигался между ними, блокируя пули и обломки, позволяя Кацуки и Юки полностью сосредоточиться на атаке. Это был «Треугольник Железа».
— Юки, 4 часа! — крикнул Бакуго.
— Вижу! — Юки подпрыгнула, и Бакуго, выставив руки, выпустил мощный взрыв ей в спину.
Солис вскрикнул, думая, что Бакуго убил её, но нет — Юки использовала энергию его взрыва как ускоритель. Она пронеслась через весь зал, словно пушечное ядро, и впечатала свой стальной кулак в грудь лидера террористов с такой силой, что ударная волна выбила оставшиеся стекла в здании.
Миссия закончилась быстро. Оставшиеся террористы предпочли сдаться, увидев, что случилось с их командиром.
Солис стоял посреди руин, его золотистый плащ был испачкан сажей, а руки дрожали. Он смотрел на Юки. Она стояла на коленях перед пультом управления, её механическая рука была раскалена докрасна, а по лицу стекала тонкая струйка крови из рассеченной брови.
— Вы... вы в порядке? — Солис сделал шаг к ней.
Юки подняла на него взгляд. В её глазах не было страха, не было нужды в утешении. Там был только холодный расчет.
— Солис, ты мешал. Твоя световая завеса создала слепую зону, из-за которой Кацуки пришлось потратить лишние 0.4 секунды на маневр. Если хочешь быть полезным — иди помоги полиции с периметром.
Бакуго подошел к ней, тяжело дыша. Он выглядел как разъяренный демон, но когда он протянул ей руку, его движения были странно аккуратными.
— Поднимайся, заноза. Ты перегрела ядро в руке. Опять.
— Это был необходимый риск, — огрызнулась она, хватаясь за его ладонь.
Солис наблюдал за тем, как Бакуго буквально вытягивает её на ноги, а она в ответ недовольно ворчит на его «неправильную технику взрыва». Киришима подошел к Солису и положил тяжелую каменную руку ему на плечо.
— Теперь понимаешь? — тихо спросил Эйджиро.
— Она... она страшная, — прошептал Солис. — Я думал, ей нужна защита. А она... она как ледяная лавина.
— Она не дама в беде, парень, — Киришима улыбнулся. — Она — шторм. А Бакуго — единственный, кто умеет летать в эпицентре этого шторма и не сгорать. Ты бы просто не потянул её характер. Она бы сломала тебя через колено в первый же день, даже не заметив этого.
Солис молча смотрел, как Бакуго и Юки, продолжая ругаться по поводу тактики боя, вместе направляются к выходу, игнорируя всех остальных. Он понял, что его «идеальный образ» героини разбился о суровую, металлическую реальность.
Вечер окутал город тишиной. Юки и Кацуки завалились в пентхаус Изуку (который снова был в командировке). Оба были покрыты гарью, пылью и потом.
— Я в душ, — коротко бросила Юки, сбрасывая поврежденный протез прямо на ковер в прихожей. — И не смей заходить, пока я не закончу.
— Да кому ты нужна, колючка! — крикнул ей вслед Бакуго, уже стягивая с себя порванный костюм. — От тебя воняет гарью сильнее, чем от меня!
Юки заперлась в ванной. Горячая вода была единственным, что могло привести её чувства в порядок после такого перенапряжения. Она смывала кровь, сажу и остатки ярости, глядя на шрам в месте соединения плоти и металла. Она знала, что за дверью сейчас Кацуки, такой же уставший и злой, но именно его присутствие давало ей то странное чувство безопасности, которое она никогда не признает вслух.
Когда она вышла через сорок минут, обернутая в халат, на кухне уже шкварчало масло.
Бакуго, в одних домашних штанах, стоял у плиты. Он готовил кацудон — любимое блюдо её брата, но в своей, ультра-острой версии. Его мышцы на спине все еще были напряжены после боя, но движения были уверенными.
Юки молча села за стол. Она не предлагала помощь. Она знала: это его способ «заземлиться» после миссии.
— Твой черед, — сказала она, когда он поставил перед ней тарелку с дымящейся едой. — Я подожду.
Кацуки бросил на неё быстрый взгляд, хмыкнул и ушел в душ.
Юки сидела в полумраке кухни, глядя на две тарелки. Еда пахла специями и домом. Когда Бакуго вернулся — с мокрыми волосами, в простой футболке, — он сел напротив. Они ели в полной тишине, нарушаемой только звуком работающего где-то вдалеке кондиционера.
Никаких нежных слов. Никаких романтических жестов. Только общий ужин после битвы, где они стояли насмерть друг за друга.
— В следующий раз, — Юки отставила пустую тарелку, — я сама рассчитаю траекторию твоего взрыва. Ты берешь слишком большой радиус.
— Заткнись и ешь, ведьма, — буркнул Бакуго, но в его глазах блеснул огонек одобрения. — В следующий раз я просто взорву всё раньше, чем ты успеешь открыть свой рот.
Юки едва заметно улыбнулась. Это было их «долго и счастливо». Колючее, взрывное и абсолютно идеальное.