118 глава
Кодовое название. «Тихая ликвидация»
Цель: Таканори Джин, председатель комитета по городскому развитию. Внешне — респектабельный чиновник, филантроп. В реальности — «серый кардинал», снабжавший когда информацией лигу злодеев. Все улики против него были «утеряны», свидетели — замолчаны. Правосудие бессильно. Заказ — ликвидация.
Локация. Частный клуб «Эйдос», 48-й этаж. Номинально — место для деловых ужинов. Фактически — неприкосновенная крепость Джина, где он проводит «встречи» и чувствует себя в полной безопасности.
Юки, замершая на крыше соседнего небоскреба, была похожа на тень, отброшенную луной. Черный тактический костюм сливался с ночью, лишь слабый отблеск лежал на лезвиях ее коротких клинков — «когтях». В ухе тихо потрескивал канал связи.
*Цель подтверждена. Входит в личный лифт. Охрана: шесть человек на этаже, два в лифте. Системы безопасности отключены. У вас пятнадцать минут до смены патруля внешнего периметра.*
- Приняла, — ответила она, даже не шевеля губами. Ее дыхание было ровным и холодным, как сталь.
Она не использовала веревку или крюки. Только бесшумный разбег и нечеловеческий прыжок через провал в двадцать метров. Приземление на узкий карниз «Эйдоса» было мягким, как падение кошки. Пальцы в тонких перчатках нашли микро-выступы в стеклянном фасаде. Она двигалась вверх не как альпинист, а как паук, быстро, беззвучно, смертоносно.
Ее путь лежал через вентиляционную шахту. Она выскользнула из решетки в потолке туалета для персонала, как призрак. Два охранника в коридоре, ведущем в личные апартаменты Джина, даже не успели понять, откуда пришел удар. Молниеносное движение — и они беззвучно оседают на пол, обездвиженные точными удалами в нервные узлы.
Джин был в своем кабинете, за массивным столом из черного дерева. Он смотрел на ночной город, попивая коньяк, чувствуя себя повелителем всего, что видел. Звук открывающейся двери заставил его обернуться с раздражением.
- Я сказал, меня не… — Он замер.
В дверном проеме, освещенная только светом города за окном, стояла девушка. Невысокая, хрупкая на вид. Но в ее глазах, холодных и пустых, светилось что-то нечеловеческое. Предсмертный ужас сковал его горло.
- Вы… Вы кто?! Охрана!
Охрана уже не пришла бы. Юки шагнула вперед. Ее движения были стремительны и безжалостно эффективны. Джин, отчаянно хватаясь за жизнь, опрокинул стол, пытаясь создать барьер, схватил тяжелую настольную лампу. Он был не просто бюрократом — годы назад он прошел жесткую школу уличных драк. И сейчас этот инстинкт проснулся.
Он замахнулся. Юки уклонилась, ламповое стекло разбилось о стену. Ее клинок блеснул, разрезая воздух. Джин отпрыгнул, получив неглубокую рану на предплечье. Адреналин заглушил боль. Он бросился на нее с рёвом, пытаясь использовать свой вес и ярость.
Это была не изящная дуэль, а короткая, жесткая, животная драка в полумраке кабинета. Ломалась мебель, летели бумаги. Джин был силен и отчаян. Но Юки была водой и лезвием. Она текла вокруг его атак, каждое ее движение было точным, экономичным, смертоносным. Она блокировала его удар локтем, поймала запястье, резко провернула. Хруст кости был приглушенным. Его крик — коротким и обрывающимся. Второй клинок нашел свою цель между ребер, поразив сердце.
Он рухнул на ковер, уставившись в потолок стеклянными глазами. Тишина вернулась, нарушаемая только далеким гулом города.
Юки вытерла клинки, огляделась. Никаких следов, кроме неизбежных следов борьбы. Она скользнула к окну, которое оставила приоткрытым, и исчезла в ночи так же тихо, как и появилась.
Она докладывает о том что миссия выполнена и растворяется в улицах и темных переулках этого города.
На следующее утро ведущий новостей на главном канале говорил с деланно-серьезным выражением лица.
- Шокирующая новость пришла сегодня ночью. В своем частном клубе при загадочных обстоятельствах был найден мертвым председатель комитета по городскому развитию Таканори Джин. По предварительным данным полиции, имели место признаки борьбы. Высказываются предположения о связи с его профессиональной деятельностью или возможными криминальными связями. Расследование продолжается…
Телевизор показывал кадры здания «Эйдос», оцепленного полицией, и старую фотографию улыбающегося Джина.
Тишина в гостиной была оглушающей. Даже завывание ветра за окном казалось шепотом на фоне леденящего душу голоса диктора, зачитывающего сухие, страшные подробности. Кадры с места происшествия, смазанные, трясущиеся, показывали оцепление вокруг круба, пятна на мраморе, на которые оператор намеренно не наводил резкость, но чей смысл был ясен без слов.
Изуку сидела, вжавшись в спинку дивана, пальцы бессильно вцепились в колени. В голове стучало только одно
~Она была там. Она это сделала... ~
- Твоя работа, — тихо сказал он, и в его голосе не было ни злости, ни укора, только ледяное, тошнотворное понимание. — Это… это то что не должно было быть показано...
Он не назвал это убийством. Не смог. Это было «это». Нечто невообразимое, что теперь навсегда лежало между ними, транслируемое на весь мир через объектив его сестры.
Изуку сам себе кивнул, сжав челюсти так, что заболели скулы.
- Все эти детали… Они не для публики. Это… прицельная демонстрация силы. Вызов. И ты вложила им в руки оружие. Юки..
В этот момент дверь с силой распахнулась. На пороге стоял Кацуки. Он не бежал, но дыхание его было тяжелым, сбитым, будто он все же преодолел расстояние между своим и их домом за считанные секунды. Его взгляд, острый и дикий, метнулся от бледного, как полотно, лица Изуку, застывшей в окаменевшем молчании.
- Вот блядь, — вырвалось у него хрипло. Он прошелся взглядом по комнате — по чашкам, оставшимся со вчерашних проводов ее отпуска. Вчера. Сидели тут. Чай пили. А теперь…— Он резко махнул рукой в сторону телевизора, который уже переключился на взволнованных студийных экспертов. — Теперь это. Ты… ты прямо в эпицентре этого ада?..
Его вопрос висел в воздухе. Это не было обвинением. Это была попытка ухватиться за реальность, которая ускользала, как дым. Кацуки видел жестокость. Он сам был ее частью. Но эта холодная, политически мотивированная бойня, выверенная до мелочей и тут же выставленная на всеобщее обозрение… Это был другой уровень игры. И его Юки, его упрямая бесстрашная, оказалась пешкой — или орудием — в этой игре..
Тем временем, в строго засекреченном оперативном центре.
Юки стояла по стойке «смирно» перед массивным экраном. На нем в безмолвии светилось лицо генерала. Его обычная сдержанность испарилась, осталась только гранитная холодность.
- Майор Юки. Ваш отчет принят, — голос был ровным, стальным, без единой эмоциональной вибрации. — Материалы доставлены и… распространены нашим гражданским каналом».
Он сделал паузу, и эта пауза давила тяжелее любого крика.
- Вы превысили данные вам полномочия. Задание было , да ликвидация. Но тихая , а не с таким обхватом. Не для публичного медийного террора».
Юки не дрогнула.
- Сэр, я все проверяла и была на связи с нашим специалистом. Кто-то капает под мои работы.
- Я знаю, думаешь не понимаю?! — в голосе генерала впервые прорвалось лезвие гнева. — Ваша задача была убрать , а не запускать информационную бомбу! Вы привлекли внимание к операциям, которые велись десятилетиями! Вы своими руками создали повод для международного скандала!
Он придвинулся к камере, и его глаза, увеличенные на экране, стали похожи на ледяные шахты.
- Но это еще не самое худшее. Худшее — это ваша связь с объектами повышенного публичного внимания. С *героями*.
Сердце Юки упало, превратившись в комок свинца.
- Ваш брат. И его… друг . — Генерал произнес эти слова с таким отвращением, будто говорил о заразной болезни. — Невинные встречи? Прощальный ужин? Вы что, думаете, за вами не следят? Вы только что показали миру, на что способны. И теперь любое ваше движение, любой ваш контакт будет под лупой. Вы поставили под угрозу не только себя, но и их. Прямо сейчас их безопасность обсуждается на уровне, намного выше моего.
Он откинулся назад, и его фигура снова стала монолитной.
- Приказ немедленного действия, майор. Все неслужебные контакты с героями «Динамита» и «Деку» прекращаются. Полностью. Без исключений. Письменно, через официальные каналы, вы уведомите их, что в свете последних событий и вашего нового статуса — он едва заметно передернулся— любые дальнейшие связи невозможны и нежелательны. Вы — тень. Призрак. У призраков нет семей. У призраков нет лиц. У призраков есть только долг. Понятно? Я не смогу теперь помочь тебе Юки. Не знаю кто копает под тебя, но этот кто-то , явно желает твоей смерти.
Юки чувствовала, как каменеет не только ее позвоночник, но и все внутри. Горло пересохло. Она видела перед глазами испуганное лицо Изуку, яростную обеспокоенность Кацуки. И теперь она должна сама стать тем, кто отрежет эту последнюю нить.
- Понятно, генерал, — прозвучал ее собственный голос, плоский и безжизненный, как эхо в склепе. — Контакты будут прекращены. Я все понимаю.
Экран погас. Юки осталась стоять в темноте оперативного зала, в тишине, нарушаемой лишь тихим гудением серверов. Она только что выполнила одну из самых важных и ужасных миссий в своей карьере. И в награду получила приказ убить в себе все, что делало ее человеком. Все, что связывало ее с тем миром, где пили чай и желали хорошего отпуска. Миром, который теперь смотрел на нее с экранов телевизоров, не зная, что видит лицо самой тени...