Глава двадцать седьмая
Проходя в тот уик-энд мимо комнаты Пенни, я каждый раз слышала, как она репетирует, напевая что-то себе под нос. Я решила тоже немного позаниматься балетом. Ариадна с восторгом наблюдала за моей репетицией и громко аплодировала каждому моему па. Она захлопала в ладоши даже после, того как я шлепнулась один раз на пол, поскользнувшись на валявшемся носке.
Когда я в сотый раз повторяла свое фуэте ан турнан, в нашу дверь заглянула Пенни. Увидев ее, я от неожиданности потеряла равновесие и вновь едва не упала. Пенни пару раз хлопнула в ладоши и ехидно заметила:
— Тебе только в кордебалете танцевать. В последней линии. И на самом краю.
Ну вот, она опять за старое!
— Послушай, Пенни, ты выиграла, ты свое получила, празднуй победу, а меня в покое оставь, хорошо?
— Между прочим, я ничего не забыла и забывать не собираюсь, так и знай, – сморщила она свой веснушчатый носик.
Тут, к моему удивлению, в разговор вдруг вступила Ариадна:
— Разумеется, мы это знаем. Видишь, я даже повязку на голову наложила, чтобы не забыть ненароком.
Я смотрела на нее, открыв рот.
Пенни на мгновение замерла, потом выдавила на своем лице кривую улыбку.
— Ну, веселитесь дальше, – лишенным выражения голосом сказала она.
Я подхватила с пола свою туфлю, швырнула ее в Пенни, но та в последний момент успела захлопнуть за собой дверь, и в цель я не попала. Жаль.
В балетный класс Пенни возвратилась уже на следующем занятии.
— Пенелопу Винчестер вам представлять не нужно, вы все ее хорошо знаете, – сказала мисс Финч, указывая на нее рукой. – Как выяснилось, из балетного класса ее исключили по ошибке. – После этих слов по залу пробежал шумок, который наша учительница энергичным взмахом руки погасила, и продолжила: – Давайте не будем вспоминать прошлое, договорились? А от вас, мисс Винчестер, я ожидаю хорошего поведения. Постарайтесь, пожалуйста.
— Да, мисс, – ответила Пенни.
И она постаралась, весь урок была тише воды, ниже травы. У меня этот урок прошел на подъеме, давно я уже так хорошо не танцевала. Кстати, даже Надия в тот день была в необычно спокойном расположении духа – к чему бы это?
Когда прозвенел звонок и все начали собираться и выходить из класса, мисс Финч подозвала меня к себе. Она сидела за роялем, наигрывала какую-то печальную мелодию, которая сильно смахивала на похоронный марш.
— Вам нравится этот рояль? – спросила я, подойдя ближе.
— Да, – ответила мисс Финч. – Он не совсем такой, как тот, предыдущий, но... очень похож на него. Такой же певучий.
— Вы хотели поговорить со мной? – улыбнулась я.
— Да. И, между прочим, как раз об этом самом рояле. В субботу я вызывала настраивать его и обнаружила кое-что интересное.
Она наклонилась и приподняла уголок цветастого ковра, на котором стоял рояль. Пошарив под ним рукой, она сказала «Ага, вот!» и вытащила что-то наружу.
Нет, не что-то! А сложенные листы бумаги!
Разумеется, я постаралась скрыть охватившее меня волнение.
— Как я понимаю, это адресовано тебе, – сказала мисс Финч, протягивая их мне.
Я осторожно взяла бумажные листы в руку и с первого взгляда узнала почерк Виолетты. Но каким образом?..
Стоп! Мы же еще не искали ключ в бумагах из церкви, верно? Сначала та дикая драка на крыше, потом жуткий визит в кабинет Лисицы. Короче говоря, на какое-то время мне стало не до дневника с его тайными подсказками, и в результате новые странички попали не ко мне, а в руки мисс Финч – так это надо понимать? Я старалась выглядеть спокойной, равнодушной даже, но мысленно... Мысленно я ругала себя за свою глупость.
— Они были спрятаны под крышкой. Как только настройщик увидел эти бумаги и передал их мне, я подумала о Виолетте. Почему именно о Виолетте? Сама не знаю. Может, потому, что она разбила старый рояль.
Я кивнула, не зная, что мне говорить и как себя вести дальше.
— Вы их прочитали? – с замиранием сердца спросила я.
— Я начала их читать, думала, что это письменное извинение от Виолетты, но потом увидела, что это страницы из дневника, и не стала продолжать. Я поняла, что эти записи предназначены не для моих глаз.
— О, благодарю вас, мисс, – облегченно вздохнула я. – Но как вы догадались, что это почерк Виолы?
— Видишь ли, она иногда оставляла мне записки. Ты об этом не знала?
— Нет, – удивленно покачала я головой.
— Это были маленькие письма, в которых она пыталась заглянуть в свое будущее, задавала связанные с балетом вопросы, интересовалась тем, как я сама сумела стать профессиональной танцовщицей, ну и все такое прочее, – слабо улыбнулась мисс Финч. – Вот поэтому я сразу узнала ее почерк. Да и кто, кроме нее, мог спрятать что-то под крышкой нового рояля?
Я кивнула и туго сложила исписанные листочки.
— Надеюсь, когда-нибудь ты сама мне обо всем расскажешь, – сказала мисс Финч.
— Я тоже очень надеюсь на это, – искренне ответила я. – А пока что спасибо вам огромное. Вы даже не представляете, что значат для меня эти записи.
Я возвратилась к себе без приключений, удержавшись от того, чтобы побежать со всех ног или поскакать вприпрыжку. Войдя в нашу комнату, я плотно прикрыла за собой дверь – была уже научена горьким опытом после того случая с Пенни.
Жаль, что в наших спальнях замки на дверях не предусмотрены.
В комнате у нас было, как всегда, очень прохладно, поэтому я накинула поверх своего балетного костюма теплый кардиган, забралась под одеяло и нетерпеливо расправила странички дневника.
«Дорогой дневник!
Произошло нечто невероятное. Нечто такое, о чем я даже боюсь писать. Меня мороз по коже пробирает».
У меня после этих строчек тоже мурашки побежали.
«Я действительно зашла слишком далеко. Вайолет и Пенни лопались от злости, и они подловили меня. Я спала в своей комнате, когда они пришли за мной. Пришли сами и привели с собой своих подружек. Я отбивалась, как могла, и даже кусалась, но они выволокли меня на крышу. Они разузнали даже о моем тайном убежище, вот как. Теперь я нигде не смогу чувствовать себя в безопасности.
Было ужасно холодно и темно, крышу освещали лишь луна и звезды. Вайолет повалила меня, прижала спиной к черепице, а Пенни плевала мне в лицо. Потом они отпустили меня, я вытерла глаза, попыталась подняться на ноги и в этот момент услышала щелчок. Это была защелка люка, который ведет на крышу. Сначала я думала, что они все ушли и оставили меня одну, но на самом деле все оказалось гораздо хуже – они оставили меня один на один с Вайолет.
Она просто стояла здесь, на крыше, и ветер трепал ее волосы.
— Ты думала, что тебе удастся выйти сухой из воды, верно? – спросила она ледяным, как этот ночной ветер, тоном.
Я в ответ ничего не сказала.
— Я знаю о тебе все, Виолетта Малышенко, – продолжила Вайолет. – Мне до мелочей известна твоя ничтожная жизнь. Я даже знаю о том, что ты сделала, чтобы попасть в эту школу.
— Ты лжешь, – сказала я и бросилась на нее, но Вайолет стремительно отступила куда-то в сторону, в темноту, и я потеряла ее из виду.
Затем она появилась вновь – серая тень среди высоких черных дымоходов. Заложив руки за спину, Злая Вайя прохаживалась вперед и назад с видом великого полководца.
— Ты пыталась скрыть доказательство в своем драгоценном дневнике, но я нашла его. И я совершенно точно знаю, что мне с ним сделать. Я навсегда вышвырну тебя из этой школы, и твоей ноги здесь больше не будет!
— Ах, ты, воровка! – взвыла я. – Ты... ты...
Она бросилась на меня, выкрикивая на бегу:
— Я вышвырну тебя отсюда и расскажу всю правду твоей сестре. Что она скажет, когда узнает, как ты думаешь, а?
Я ударила ее, сильно ударила, а потом попыталась повалить на крышу, но Вайолет оказалась сильнее меня и вцепилась мне в лицо своими ногтями. Я упала на спину и завопила.
В этот миг щелкнул, открываясь, люк, и на крыше появилась мисс Фокс.
Она что-то кричала нам, но я была слишком занята борьбой с Вайолет и ничего не расслышала. Потом навалившаяся на меня сверху Злая Вайя внезапно исчезла – оказалось, что ее оторвала от меня мисс Фокс. Затем она, продолжая держать Вайолет за ухо, отвела ее ближе к краю крыши.
— Что все это значит? – визгливо вскрикнула мисс Фокс. Я едва переводила дыхание и не могла ответить ни слова.
Заговорила Вайолет.
— Виола первая начала, мисс, – затараторила она, извиваясь в стальных пальцах мисс Фокс. – Мисс, я обнаружила, что она...
Но закончить ей мисс Фокс не дала, еще сильнее сдавила Вайолет ухо и сказала сквозь стиснутые зубы:
— Ты ошибаешься, если думаешь, что мне нужны твои дурацкие извинения. Ты посмела нарушить принятые в моей школе правила? Теперь ты пожалеешь о том, что вообще появилась на свет, это я тебе обещаю.
И тут – небывалое дело! – Вайолет сама принялась кричать на мисс Фокс. Я не верила своим ушам, я не представляла, как такое вообще может быть!
— Только попробуйте тронуть меня хоть пальцем, и вы сильно пожалеете об этом! Я слежу за людьми, и мне очень многое известно.
— Да как ты... – зарычала мисс Фокс, но Вайолет оборвала ее:
— Клянусь, я всем расскажу о том, что вы храните в верхнем ящике своего письменного стола, и...
Это были последние слова, которые я услышала от Вайолет. Мисс Фокс развернула ее лицом к себе и сильно зажала рот Вайолет своей ладонью. Я по-прежнему лежала на черепичной крыше рядом с открытым световым люком и видела, как меняется выражение глаз Вайолет – из гневных они становились умоляющими. Сейчас Лисица и Вайолет стояли в очень опасной близости от края крыши.
Затем, не выпуская Вайолет из рук, мисс Фокс в несколько шагов подошла вплотную ко мне. Я начала вставать, и в этот момент Лисица сильно толкнула меня своей ногой в живот.
Я согнулась, а затем вывалилась с крыши внутрь школы, на приступки. Мисс Фокс захлопнула световой люк у меня за спиной, а затем каким-то образом ухитрилась запереть его на задвижку со стороны крыши. Я изо всех сил толкала люк, громко колотила по нему кулаками – а может, мне только казалось, что я сильно толкала люк и барабанила по нему так, что могла мертвеца разбудить, не знаю. В любом случае, со стороны крыши никто на мой шум не откликнулся и никто к люку не подошел. Сквозь стекло ничего не было видно – только тьма, ночная тьма, холодная и непроницаемая.
Мне казалось, что возле люка я прождала несколько часов. Может быть, на самом деле времени прошло гораздо меньше.
Сейчас я возвратилась в свою комнату. Сижу и не знаю, что мне делать. То, что произошло на крыше, кажется мне нереальным. Может, это был сон?
Или кошмар...»
Я вдруг поняла, что читаю, затаив дыхание. Каждая новая строчка дневника становилась для меня открытием. У мисс Фокс была тайна. Настолько ужасная тайна, что Лисица готова была на что угодно, только бы она не раскрылась. Теперь я тоже вплотную приблизилась к этой тайне, и от этого у меня холодело под сердцем.
Сначала мне показалось, что на слове «кошмар» записи обрываются, но дальше обнаружилось продолжение.
«Дорогой дневник!
Тем вечером Вайолет не вернулась в нашу комнату. Ее не было до самого утра, когда я ушла на занятия. А когда уроки закончились и я вернулась к себе, все вещи Вайолет исчезли, а ее кровать была заново застелена. Все было так, словно Вайолет просто никогда не существовало.
Не скрою, я всегда хотела избавиться от нее, но не таким же способом! Я все думаю, а что, если Лисица столкнула Вайолет с крыши? Может такое быть или нет?
Только что в мою дверь постучалась Пенни. Она спросила, где Вайолет, я ответила, что не знаю. Пенни мне не поверила.
— Смотри, – сказала она. – Если ты что-то с ней сделала, я это выясню и тогда убью тебя.
Я отвечать не стала, просто захлопнула перед носом Пенни свою дверь.
Итак, теперь мне предстоит схлестнуться с мисс Фокс. Я не допущу, чтобы все ей сошло с рук.
Но если Лисица заставила исчезнуть Вайолет, то что же она может сделать со мной?»