7 ch.
Ох, я, наконец, дома и могу продолжить писанину. Сложно было в той глуши ловить интернет, да и у меня там дел было много, поэтому я никак не могла выложить главу. Что ж, постараюсь писать проды почаще, все же времени до нового учебного года осталось немного, а у меня на фоне помимо этого фанфика еще несколько. Эх, работа не ждет)Всех тьмокаю в лоб ^^
Утро встречает Чимина щекотливыми дорожками первых лучей солнца на носу. Он недовольно морщится и распахивает глаза, вспоминая сразу весь вчерашний день. Взгляд переводится на соседнюю сторону кровати, а позже и на всю комнату в целом — никого. Вздох облегчения вырывается из легких, и блондин встает на мягкий ковер, попутно переведя взор на настенные часы, которые гласят, что на дворе только четыре часа утра.
Получается, он поспал от силы всего пару часов? Может поэтому во всем организме следует какая-то противная вялость, головная боль и капельку отдышки. Хотя вариант того, что парень простыл, не откидывается, ведь вчерашние прогулки под ливнем в осень имеют место быть.
Пак печально смотрит за окно и снова ложится под одеяло, планируя подремать еще хотя бы час или два. Наверняка все еще спят, так, что шуметь лучше не стоит.
Так думалось.
— #1001013 почему еще в кровати?
В спальню без стука заходит горничная, немного отличающая от остальных прислуг своим грозным видом. Ее глаза наполнены безразличием, но скорее всего это из-за того, что перед ней стоит обычный оборванец. Чимин все же наблюдал за горничными и отметил один факт — перед хозяином они слишком заводятся и готовы разложиться прямо перед его носом, в то время, пока перед другими людьми они совершенно безразличны.
— Ч-что? — Парень с вопросом в глазах уставляется на девушку перед собой и заметно напрягается, что даже пальцы на руках начинают дрожать.
— Так как это твой первый день, мы дали тебе поблажку. Но тут есть свои правила и ты обязан их исполнять. Позже я принесу тебе лист, где все будет расписано, а пока ты должен привести себя в порядок, по желанию поесть, позже прийти на первый этаж, я буду тебя ждать. Ванна для прислуги в конце коридора, направо.
На удивление, та даже клонится и выходит из комнаты. Пак, подождав пока стихнут шаги, подходит к двери и открывает ее на маленькую щелочку. В коридоре никого нет, поэтому он тихо и не заметно ретируется в него, сразу направляясь в сторону душевой. Вставая под струи воды, блондин ежится от того, что она холодная, а горячей нет. Чимин быстро ополаскивается, замечая, что жар в теле так и не спал. Значит, простудился — юноша печально вздыхает, пока идет вниз по лестнице, куда его позвала девушка.
— Вот правила, которые ты должен знать. — Бумага неожиданно появляется в руках, стоит пройти Чимину в прихожую. — На сегодня твое задание — выполоть все сорняки в саду. Одежды, чтобы переодеться для тебя у меня нет, а вещи хозяина у меня нет права трогать, поэтому иди, в чем есть. Как закончишь, перемой всю посуду и помой полы на чердаке.
— На чердаке? Но...
— Делай, как говорят, червяк!
Пак немного вздрагивает от резко повышенного тона и краем глаза смотрит в сторону гостиной, где спокойно лежат вчерашние служки на диване, посапывая на боку, две так из них вообще целуются на полу. Мысль о том, что ему специально сваляли всю работу и пробудили в столь рань, не может радовать, поэтому Пак, вежливо поклонившись, отклоняется в сторону выходной двери и сразу застывает.
Сзади слышатся смешки той самой горничной, стоит ей увидеть, как тучи снова сползаются, закрывая собой утреннее солнце, и капли дождя садятся на сырую землю. Блондин ничего не говорит, выходя на крылец, а там уже и в сад, чувствуя, как кружится голова.
Жизнь на второй стадии ада.
***
Юнги подрагивает от холода в студии, поэтому шарит по полу рукой, с целью добраться до злосчастного пледа, которого, как и ожидалось, не оказалось. Он бесится и соскакивает с дивана, проходя взглядом по всему помещению, и фыркает, понимая, что одеяло, скорее всего, лежит на другой софе в спальне. Мин вялой походкой идет в сторону его комнаты, конечно же, совершенно не помня про нового жильца этого дома.
Погодите — брюнет садиться на попу, сразу после того, как лег обратно в уже холодную кровать. Он проводит рукой по соседней стороне, обнаруживая, что это, правда, не сон, так как рядом никого нет, и переводит взгляд на настенные часы, делая предположение, что сейчас время пододвигается ближе к полудню. Но они гласят шесть часов утра, тогда возникает вопрос — где он?
Возможно, завтракает — и спускается вниз, не обнаруживая никого кроме своих старых служанок, которые не весь, чем занимаются в гостиной.
— Где #1001013? — Мин с серьезным видом задает вопрос, не отведя взгляда от девушек, что уже стоят по стойке «смирно».
— Он в саду...
— Что?!
Юнги срывается на бег, моментально вспоминая, какой сейчас ливень на улице. Злость моментально накатывает, как только Мин видит Чимина капающегося у куста с розами, вырывая из земли сорняки.
— Ты что делаешь?! — Брюнет, как молния, подлетает к ничего не понимающему Паку, который к слову, и, правда, ничего не понимает, находясь в полубреду. — Какой хрен вообще будет полоть, если для этого существует садовник, тем более в такой ливень! Эй, ты меня слышишь?!
Юнги не на шутку пугается, когда Чимин полностью теряет сознание, и прикладывает руку ко лбу, осознавая, что от того парит, как следует. Парень берет на руки тело, заходя в дом, крича горничным, чтобы те немедленно звонили в скорую бригаду.
Несносный мальчишка!
***
Чимин открывает глаза, понимая, что находиться в лежачем положении, а не на голой сырой земле в саду. Виды немного плывут, и парню нужно немного времени, чтобы осознать, что он лежит на той же кровати, на которой лежал часа четыре назад ранее, правда, рядом сидит чужое тело со сгорбленной спиной. Пак неосознанно ладошкой касается ее, и человек вздрагивает, поворачиваясь лицом к блондину.
— Проснулся?
Лицо хозяина дома заставляет отдернуть руку назад и практически соскочить, если бы чужой глубокий голос не заставил полностью подчиниться чужой власти и лежать, не шевелясь.
— Ни от кого у меня столько не было проблем, сколько от тебя, даже с тем же самым надоедливым Тэхеном, который притащил меня поглазеть на то, как сладко спит Чонгук в его постели. — Хоть фраза и укоризненная, но с уст Юнги она звучит довольно мягко, даже комично, и Чимин первый раз слышит его в таком тоне (такое ощущение, будто они не вчера встретились, а весь год назад). — Но сейчас не об этом. Ты почему пошел в сад?
Если честно, такое с Мином случается впервые, потому что ни одна из его подчиненных никогда не вела себя так. Бывали, конечно, моменты, когда служки, пытаясь привлечь к себе внимание, выделывали разные вещи, к примеру, битье посуды, но в те времена Юнги это никак не задевало.
В то время? А сейчас он чем-то отличается?
Ничем — таков ответ. Так, почему же сердце бешено бьется от волнения, и злость зарождается из-за такого опрометчивого поступка?
— М-мне п-приказали...
— Приказывать здесь могу только я. Ты видишь кого-нибудь еще?
Чимин виновато опускает глаза, волнующе перебирающие в пальчиках одеяло, чувствуя внутри странное теплое чувство.
Он не выглядит сейчас страшно.
Юнги смотрит на притихшего паренька, который уменьшается в размерах раза в два. Смотря на этот комочек, понимаешь, что мир для него слишком жесток, поэтому блондину лучше жить где-нибудь в уюте, не вылезая никуда.
Так задается вопрос. Стоило его вообще вытаскивать из той башни?
Изначально ведь Мин хотел сделать из него обычную прислугу, которой весь небольшой дом наполнен. Но видя его таким сейчас, до брюнета доходит, что он с самого начала не хотел относиться к нему так, как ко всем находящимся здесь жильцам.
Просто гость, да.
Или же настоящий питомец?
— Что ж, за подчинение чужим приказам тебя ждет наказание. — Чимин заметно вздрагивает и больше поникает. Какая ужасающая судьба его ждет? — С этого момента ты будешь есть исключительно со мной.Ч-что?