Периметр крови
Ночь в джунглях Пандоры была обманчиво прекрасной. Неоновое свечение растений превращало лес в сказочный сад, но за этим светом скрывалась смерть. Эйлин металась в тревожном сне, пока резкий, пронзительный звук — сработавший датчик периметра — не вырвал её в реальность.
— Контакт! — взревел голос Лайла, но он прозвучал подозрительно высоко.
Эйлин вскочила, хватая карабин. В тридцати метрах от лагеря кусты разлетелись в щепки. Из темноты вырвалась огромная иссиня-черная тень. Танатор. Король хищников Пандоры, закованный в хитиновую броню, двигался с грацией кошмара.
Лайл, стоявший на посту, выстрелил пару раз в молоко и, увидев надвигающуюся гору мышц, отпрыгнул назад, позорно забившись за поваленное дерево.
— Тварь! — Майлз уже был на ногах. Он встал на пути зверя, прикрывая отход группы. — Вэнс, назад!
Куоритч открыл огонь, но танатор был невероятно быстр. Зверь совершил мощный рывок, сбивая полковника с ног. Майлз успел выставить карабин, блокируя челюсти хищника, но танатор придавил его своим весом к земле, готовясь нанести смертельный удар лапой с огромными когтями.
Мысли Эйлин:
«Нет... Только не он. Время остановилось. Я вижу, как клыки зверя лязгают в дюймах от лица Майлза. Лайл прячется, остальные в шоке. Если я не сделаю это сейчас, я потеряю его навсегда. Моё тело... оно больше не человеческое. В нем живет сила, которую я раньше боялась. Сегодня я стану тем, кем он меня учил быть».
Эйлин не стала стрелять издалека — был риск задеть Майлза. Она рванула вперед с быстротой, на которую способны только на'ви. С диким, гортанным криком она прыгнула на спину монстру.
Зверь взревел, отвлекаясь от Куоритча. Эйлин вцепилась одной рукой в хитиновый гребень, а другой — выхватила массивный армейский нож, который Майлз закрепил на её бронежилете перед вылетом. Она вонзила лезвие в сочленение шейных пластин танатора.
Зверь яростно забился, пытаясь сбросить её. Одна из мощных лап хищника полоснула Эйлин по боку, разрывая камуфляж и вскрывая синюю плоть. Боль была ослепляющей, но она лишь добавила ей ярости.
— Сдохни! — прохрипела она, проворачивая нож и нажимая на курок карабина, приставленного прямо к черепу зверя.
Грохот выстрелов. Танатор содрогнулся всем телом и рухнул, придавив собой Эйлин.
В лагере воцарилась тишина. Майлз рывком выбрался из-под туши и бросился к ней, отпихивая Лайла, который только сейчас решился выйти из укрытия.
— Эйлин! — его голос сорвался на хрип. Он буквально вырвал её из-под мертвого хищника.
Она была залита черной кровью танатора и своей собственной — ярко-красной, человеческой кровью, смешанной с пигментом аватара. Глубокие рваные раны на боку и плече выглядели страшно.
Мысли Куоритча:
«Дыши... пожалуйста, дыши. Ты спасла меня. Ты, маленькая ученая, бросилась на танатора с ножом ради меня. Моё сердце сейчас разорвется. Лайл... трусливый подонок, я с ним разберусь позже. Сейчас только ты. Я не дам тебе уйти. Ты не можешь умереть после того, как я наконец нашел тебя».
Майлз прижал её к своей груди, игнорируя то, что сам весь в грязи и ссадинах. Его руки дрожали — впервые в жизни. Он прижал ладонь к её кровоточащему боку, пытаясь остановить поток.
— Ты... ты цел? — прошептала Эйлин, пытаясь сфокусировать взгляд на его золотых глазах.
— Дура... какая же ты дура, Вэнс, — прорычал он, и в этом рыке было столько любви и отчаяния, что Лайл, стоявший в паре метров, невольно отвел взгляд. — Зачем ты полезла?
— Вы... мой периметр... — она слабо улыбнулась, прежде чем сознание начало ускользать.
Майлз обернулся к застывшему отряду. Его лицо было лицом дьявола.
— Уэйнфлит! Медикаменты, живо! И если ты хоть на секунду замешкаешься, я скормлю тебя следующей твари заживо.
Он снова склонился к Эйлин, целуя её в липкий от пота и крови лоб.
— Держись, девочка. Ты слышишь? Ты никуда не уйдешь. Я тебе не позволю.