На пороге новой жизни
Вечер опустился на «Адские Врата» тяжелым влажным одеялом. Эйлин сидела на узкой койке в своей каюте, поджав ноги. В комнате горел только тусклый ночник, отбрасывая длинные тени на голые металлические стены. После сцены в столовой база гудела, как растревоженный улей, но здесь, в четырех стенах, было оглушительно тихо.
Она то и дело касалась пальцами своей ладони — там, где её сжимал Майлз. В голове крутились мысли о завтрашнем дне. Что она почувствует? Каково это — проснуться трехметровым синим существом?
Тихий, но властный стук в дверь заставил её вздрогнуть. Эйлин знала этот ритм.
— Войдите.
Дверь разошлась, и Майлз буквально заполнил собой всё пространство каюты. В тесноте жилого модуля его фигура аватара казалась еще массивнее. Он был без майки, в одних армейских брюках, и свет ночника подчеркивал рельеф его мышц и фосфоресцирующие точки на синей коже.
Он молча прошел к единственному стулу, развернул его спинкой вперед и сел, сложив на неё свои мощные руки.
— Не спишь, Вэнс? — его голос звучал низко, без капли утренней ярости, но в нем всё еще чувствовалось напряжение.
Мысли Эйлин:
«Он пришел. Я думала, после того, что случилось в столовой, он закроется у себя. Он выглядит таким... спокойным сейчас. Но я вижу, как подергивается кончик его хвоста. Он всё еще переживает из-за того лаборанта? Или из-за того, что завтра я изменюсь навсегда?»
— Не могу, — призналась она, кутаясь в тонкую кофту. — Майлз... расскажите мне. Каково это? Первый раз.
Куоритч долго молчал, глядя куда-то сквозь стену. Его уши чуть дрогнули.
— Это как упасть в океан, когда ты всю жизнь прожил в пустыне, — заговорил он, и его голос стал вкрадчивым. — Сначала — темнота. Полная пустота, будто тебя стерли. А потом... взрыв. Ты начинаешь чувствовать каждый нерв. Ты слышишь, как течет кровь в жилах, как вибрирует воздух вокруг. Твое новое тело... оно требует воли. Если дашь слабину — оно тебя раздавит.
Он подался чуть вперед, его желтые глаза внимательно изучали её лицо.
— Твои чувства обострятся в десять раз, Эйлин. Ты почувствуешь запахи, которых нет в человеческом спектре. Ты увидишь цвета в темноте. Но самое главное... — он на мгновение замолчал, подбирая слова. — Твой хвост. Это не просто отросток. Это твой баланс. Твое настроение. Он будет выдавать каждое твое чувство раньше, чем ты успеешь подумать.
Мысли Куоритча:
«Завтра ты станешь одной из них. Сильной. Быстрой. Твоя связь с миром будет такой глубокой, что ты можешь забыть, кто ты есть на самом деле. Я видел, как это ломает людей. Но я не дам тебе потеряться. Я буду твоим якорем. Даже если мне придется привязать тебя к себе этой самой нейросвязью».
Эйлин сглотнула, глядя на его руки.
— Я боюсь, что не справлюсь. Что аватар отвергнет меня.
Майлз встал, сделал два длинных шага и сел на край её койки. Матрас жалобно прогнулся под его весом. Он протянул руку и осторожно коснулся её подбородка, заставляя поднять голову.
— Посмотри на меня, — приказал он. — Ты справишься. Твоя матрица чище, чем у половины моих парней. Твой аватар — это ты, только без границ. Без этого хрупкого тела, которое ломается от каждой ветки.
Его большой палец медленно провел по её нижней губе.
— Завтра в блоке «С» за пультами будут другие люди. Но когда ты откроешь глаза — ты будешь искать меня. Поняла? Я буду стоять прямо перед твоей капсулой. Я помогу тебе сделать первый шаг. И горе тому, кто попытается встать между нами в этот момент.
Мысли Эйлин:
«Он говорит так, будто это обряд. Наше общее рождение. Я вижу, как расширяются его зрачки. Он хочет, чтобы я принадлежала ему не только здесь, в этом металлическом боксе, но и там, в лесах Пандоры. И я... я хочу этого так сильно, что мне больно дышать».
— Спасибо, Майлз, — прошептала она, невольно подаваясь навстречу его ладони.
Куоритч на мгновение замер. Его взгляд скользнул к её губам, и в комнате стало невыносимо жарко. Он медленно убрал руку, словно заставляя себя отстраниться.
— Спи, Вэнс. Завтра в восемь утра ты начнешь новую жизнь. И постарайся больше не влипать в истории с лаборантами. Я не всегда буду так добр, как сегодня в столовой.
Он поднялся, его тень накрыла её в последний раз перед тем, как он вышел из каюты, оставив после себя слабый запах озона и дикого леса. Эйлин легла, прижимая ладонь к щеке, которую он касался, и впервые за долгое время уснула мгновенно.