7.
Примечание к части:
"Люди любят, когда их любят"
- Ну как ты, чудо? - спрашивает тихо Мэтт, немного отстранившись; тот мычит что-то нечленораздельное, но очень недовольное, и таранит его грудь своим лбом, капризничая; Мэтт пожимает плечами, понимающе вздохнув, и несёт мелочь на диван; опускает, и принимается за поиски рецепта от врача; находит на столике у дивана, и ознакомливается с алгоритмом лечения больного.
- Какие лекарства ты уже принимал? - спрашивает он, надеясь, что Минхо ответит хотя бы на этот вопрос, сочтя его действительно важным; тот громко протяжно зевает, и подаёт сиплый голос:
- Таблетки, сироп и укол в ягодичную мышцу, - отвечает он, откинувшись на диван; Мэтт благодарно кивает, и возвращается к созерцанию листа, отмечая, какие лекарства нужно дать Минхо повторно; тот молчит несколько секунд, а затем спрашивает: - а какого лешего ты забыл у нас дома? - блондин издает невольный смешок, и переводит на того глаза, отложив лист подальше.
- Пришел забрать Джиу на свидание, но оказалось, что ты заболел, - начинает он, - поэтому решил остаться, и помочь ей. Джиу пока спит, но скоро проснется. До того времени мы должны закончить уборку, встретить ужин, и удобно умоститься, чтобы смотреть мультики, - рассказывает парень, подавая младшему градусник; тот принимает и сует себе подмышку; какое-то время оба молчали, а затем Минхо снова задает вопрос:
- Я сорвал Джиу свидание? - вскинув брови, - ну и ну. Вот это я молодец, конечно, - чешет затылок, - ну, я не хотел. Оно само, зуб даю, - разводит руки в стороны он, на что Мэттью разражается негромким смехом.
- Я верю, - кивает он, - не беспокойся об этом. Ты можешь все исправить, если согласишься остаться этим вечером с моей сестрой, Джейми. Она медсестра, - произносит Мэтт, замечая, как глазки напротив засверкали явным интересом к делу; в этот момент Минхо показался парню едва не его ровесником.
- Ладно, - легко соглашается тот, - я останусь с твоей сестрой, и даже обещаю не обижать ее так, как ты обижал мою. Кстати, я так и не спросил, какого черта происходит, и с каких пор ты водишь Джиу на свидания, - припоминает он, застигнув старшего врасплох; тот поджимает губы, обдумывая ответ, а затем решает рассказать правду.
- Я ей должен. А Джиу хочет насолить Тэхену и Мари - это длинная история, - рассказывает он, получая понимающий кивок в ответ.
- Айда, Джиу, айда модолец, - одобрительно отзывается Минхо, и снова зевает, - Тэхен - хороший друг, но совершенно отвратный одноклассник, вот же его рожу от ревности перекосит, - добавляет он, протягивая тому градусник обратно; Мэтт тяжело обречённо вздыхает, понимая, куда попал, и с кем связался, и переводит глаза на табло измерителя температуры.
- Тридцать восемь ровно, - озвучивает он; Минхо трёт лоб, собирая пальчиками испарину, и тяжело выдыхает:
- А чувствую себя на тридцать семь проклятых и два, - жалуется, но быстро добавляет: - это не страшно. Мы с Джейми справимся, - заверяет Мэтта, и тот благодарно улыбается, понимая, что этот ребенок вовсе не плохой, просто раздражительно умный для своих лет, и только. И имеет привычку озвучивать свое мнение при любом удобном и не очень случае, что говорит о том, что он рос в полной свободе слова и понимании, в отличие от самого Мэтта. Даже завидно блохе-то... Мэттью вскидывает брови, поражаясь ходу своих мыслей, и сосредотачивается на деле.
- Так, я уже почти закончил с уборкой; сейчас закажу нам ужин, а потом сядем смотреть мультики до тех пор, пока не проснется Джиу, идёт? - предлагает он, получая уверенный согласный кивок, наводящий на определенную мысль, которую Мэтт спешит озвучить: - ты действительно так хочешь, чтобы Джиу пошла на свидание? - открыто заглядывая в детское щекастое лицо с огромными карими глазищами; Минхо снова утвердительно кивает, и отвечает:
- Она ж человек, в первую очередь. Люди любят, когда их любят, - и вытирает бегущую под носом прозрачную ниточку соплей. Мэтт на секунду подвисает, а затем согласно кивает.
- Да, ты прав, Минхо, - говорит он, поднимаясь с места, - я закончу уборку, а ты пока прими лекарства, - добавляет, и подходит к зеркалу. Мэттью принимается за мытьё зеркала, а в голове напрочь застряла небрежно брошенная ребенком фраза: "люди любят, когда их любят"..
Спустя сорок минут приезжает ужин, а спустя ещё сорок - просыпается Джиу. Парни к тому времени уже покушали, и уселись за просмотр мультиков; девушка выходит из своей комнаты, громко активно потягиваясь, а затем задирает низ своей майки, вытирая слюни с подбородка, входя в гостиную; замечает обращённый на нее взгляд Мэтта, и внезапно застывает на месте, пытаясь понять, что здесь делает этот придурок. Понимание валится на голову огромным снежным комом, плотностью с айсберг; Джиу вытаращивает глаза, несколько раз хлопнув ресницами, а затем чешет затылок, приглаживая торчащие пряди - не хватало ещё, чтобы этот придурень видел ее в таком состоянии. Мэттью же, вопреки ее ожиданиям, не выпускает ни единой колкости; слегка улыбается только, да продолжает перебирать темные прядки на макушке Минхо, пока тот дремлет на его груди.
- Поспала немного? - шепотом спрашивает он, на что Джиу заторможено кивает, все ещё привыкая к новой действительности, в условиях которой Мэттью не задирает ее своими тупыми шуточками и надоедливыми комментариями, а наоборот, проявляет беспокойство и заботу. Привыкая к этому сюрреализму, одним словом.
- Это хорошо, - отзывается Мэтт, - голодная? Идем, я накормлю тебя, - кивает в сторону кухни он, и в ответ на его слова о еде, желудок Джиу издает до того пронзительное жалобное урчание, что ее круглые (премилые) щеки невольно покрываются цветными пятнами отстыда; она снова кивает, и Мэтт потихоньку раскрывает объятия, опуская спящего Минхо на подушки; поднимается, и они шагают на кухню.
- Ты умеешь готовить, Мэтт? - спрашивает Джиу, смело усаживаясь за стол; тут все, на самом деле, просто: Джиу хочет кушать, видит еду - и будет есть, не смотря вообще ни на что; Мэтт корчит рожу вроде "боже упаси", отрицательно кивая, и отвечает, усаживаясь напротив:
- Я, конечно, идеал во всех смыслах, но готовлю отвратительно, поэтому заказал еду из любимого кафе, - рассказывает он, заваривая себе огромную чашку чая, - это чья, кстати? - кивнув на сосуд; Джиу хмурится, вспоминая, отрываясь от расклеивания палочек для еды, и подаёт голос:
- Минхо украл на ярмарке в прошлом году, - отмахнувшись, и снова принимается разбираться со злосчастным непослушными палочками; Мэтт улыбается во все зубы, а потом и вовсе смеётся в голос, откинув голову назад; несколько минут его плечи сотрясает беззвучный хохот, а затем он, успокоившись, подаёт голос:
- Этот ваш Минхо, - вздохнув; Джиу не удерживается от смешка, и отвечает:
- Я не знаю, в кого он такой. Наверное, в прадеда какого-нибудь, - предполагает она, принимаясь есть, - у нас цыганские корни. Весёлый народ, не правда ли? - вскинув бровь, заставляя Мэтта снова рассмеяться; он согласно кивает, и припадает губами к чашке.
- Ну, раз она ничья - то будет моя, - говорит парень, имея ввиду эту самую чашку, чисто-белую, и огромную; Джиу согласно кивает, не отрываясь от еды, и тот снова подаёт голос: - уже шестой час, Джиу, ближе к восьми придет Джейми, а ближе к половине девятого мы с тобой пойдем гулять, - ставит в известность он, и девушка непроизвольно закашливается лапшой от неожиданности: она уже и забыла, зачем Мэтт вообще сюда припёрся, и делает то, что делает. Около минуты она кашляет, приводя себя в порядок, а затем отвечает:
- Хорошо. Куда мы идём, к слову? - следом задаёт вопрос; Мэттью молчит пару секунд, раздумывая, а затем говорит:
- Мы идём гулять по пляжу. Нам надо поговорить, Джиу, я же ни черта не знаю, что тебе нравится - а что нет, - и отпивает из своей огромной чашки; Джиу издает иронический смешок, полный тоски и необъяснимой грусти, и подаёт голос:
- Я тоже не знаю, что мне нравится. Спать, и кушать, - пожимает плечами, запихивая в рот большую порцию лапши, измазываясь в соусе от уха до уха; Мэтт брезгливо кривится, наблюдая это свинство, а затем тянет ей салфетку; Джиу отмахивается, и снова пихает в рот ещё одну порцию лапши, на что тот недовольно вскидывает брови, поджав верхнюю губу к верху, все ещё брезгуя.
- Джиу, ты свинья, - сообщаем ей он, на что та удивлённо хлопает глазами; затем вдруг громко сглатывает, и осматривает себя внимательным взглядом, словно по-новому, словно впервые увидев - и тушуется, но всего на секунду. Да, она в растянутой домашней одежде, да, на голове у нее ядерный взрыв; да, все лицо в жире после сна, и остром соусе - и что?
- И что? - в голос повторяет она, - иди в задницу, Мэттью, - отмахивается девушка, возвращаясь к еде, - будешь знать, что в кафе меня вести не стоит, а то опозорю тебя-святого, - с самым серьезным выражением лица добавляет она, на что тот фыркает и говорит:
- Сам решу, куда тебя вести, - почти надменно, заставляя Джиу закатить глаза, - ты давай кушай, а потом вали собираться, - снова командует он, и девушка поднимет на него возмущенный взор, красноречиво говорящий: "ты чё, псина, попутал? Ты кем командуешь?", а затем морщинки недовольства на ее лбу разглаживаются, и взгляд теплеет каплей понимания.
- Ладно, - просто соглашается Джиу, принимаясь дальше уничтожать свою еду; тот одобряюще кивает, и достает из кармана телефон; секунду возится, залипая на экран, собираясь набрать Джейми, а затем его голову посещает, светлейшего, по его мнению, ума, идея; парень открывает камеру, переводит ее на Джиу, и щелкает, запечатлевая, как та всасывает толскую полоску жирной, коричневой от соуса, лапши: волосы всколочены, щеки набиты, глаза огромные, испуганные, словно ее застали за ночным жором. Джиу несколько раз хлопает ресницами, а затем как хлопнет дурака по предплечью.
- Вообще идиот? Я же выгляжу, как...
- Сладенькая принцесска, - умилительно вставляет Мэтт, и мигом получает ещё один ощутимый шлепок; ржет, откинув голову назад, и спустя время все же набирает Джейми.
- Алло? Ким Джейми Майя Сильвания? - спрашивает он, и резко отклоняет трубку от уха, откуда тут же слышится недовольный вскрик сумасшедшей громкости, вызывающий в парне ещё одну волну раскатистого смеха. До ушей Джиу доносится абсолютно недовольный и обиженный вскрик: "Я же просила не называть меня полным именем, делил проклятый!", заставляющий ее тоже рассмеяться. В комнату входит Минхо, и глаза его предстает картина маслом: эти двое сидят за столом; ржут, как не в себе, а из телефона в руке Мэтта доносится страшный ор; Джиу и Мэтт переводят глаза на ошарашенного ребенка, и заходятся новой порцией хохота. Мэттью смеётся с хрюкающего смеха Джиу, у Джиу просто истерика, а Минхо не рискует двинуться с места - мало ли от чего те двое в неадеквате.
Голос в трубке призывает придурков взять себя в руки, и спустя пару секунд смех затихает; Мэтт снова прикладывает трубку к уху, и подаёт вменяемого тона голос:
- Привет, Джейми, - и прочищает горло; Джиу снова принимается есть, Минхо - заваривает себе чай.
- Ну привет, дебил, - довольно громко приветствует его сестра, заставляя недовольно ткнуть язык в экран, - я тебе его сейчас в задницу засуну, умник хуев, хоть бы видео отключил, - проговаривает Джейми, и Мэтт испуганно косится на экран огромными глазами; шепчет тихое "и правда", и отключает видео-связь, заставляя Джиу и Минхо засмеяться.
- Мы ждём тебя, - сообщает сестре Мэтт, на что та быстро находится с ответом:
- А я уже еду, - уже куда спокойнее и серьезнее, - что-нибудь взять в магазине? Пазлы, может, ещё что-то в этом роде? Я не позволю мелкому пялить в телевизор на ночь, - ставит в известность она, вызывая у Минхо радостную улыбку; мальчишка подходит к Мэтту, взбирается на его колени, и откашлявшись подаёт голос:
- Вы позволите? - обращается к Джейми; та издает удивленный умиленный возглас, и отзывается вежливым "конечно", - я бы хотел складывать пазлы этим вечером, и рисовать что-нибудь по урокам Боба Росса, - рассказывает он, и та спешит дать положительный ответ:
- Конечно, Минхо, я все подготовлю, - судя по тону, улыбаясь.
- Буду премного благодарен, с нетерпением ожидаю встречи, госпожа Ким, - отзывается тот, и спускается с колен Мэтта на пол с самым независимым видом; берет свою чашку и отчаливает обратно в гостиную; Мэттью и Джиу переглядываются, и в глазах одного - смесь удивления, сдерживаемого смеха, восторга и ещё чего-то, что не поддается определению, а в глазах у второй - знающее спокойное выражение.
- Он иногда и не такое ляпнуть может, временами сама в шоке, веришь-нет? - бормочет она, не отрываясь от заканчивающейся лапши с морепродуктами; тот утвердительно кивает, и поднимется с места, принимаясь мыть посуду.
Джиу заканчивает с ужином, поднимается, и уходит, поблагодарив.
Спустя двадцать минут ко двору подъезжает черный мустанг; из него выбирается молодая девушка в мягкой пижаме-керугуми в виде акулы; на лице красуется ухаживающая тканевая маска, а на плече лежит объемная иссиня-черная коса, доходящая до середины ее бедра; девушка подходит к ранее обозначенной двери, держа в руках две пачки пазлов, и пакет с принадлежностями для рисования; стучит по деревяхе, и открывают ей спустя несколько секунд.
- Старушка, - улыбаясь привествует сестру Мэттью, и лезет обниматься; та сладко улыбается в ответ, потянувшись за объятиями, и резко бьёт парня поддых, держа ладошкой за заднюю часть шеи, прближая ухо к своим губам, и шипит:
- Это за то, что позоришь перед своей девчонкой, и моим новым подопечным, придурень, - а затем приветливо улыбается, и хлопает брата по широченному плечу: - но я тоже рада видеть тебя, братишка, - и проходит в дом. Несколько секунд Мэтт отходит от очень точного удара в солнечное сплетение, глубоко дыша, а затем легко улыбается: он, все же, в действительности, сам напросился, да и Джейми он рад видеть. Парень шагает следом, и застает знакомство Джейми и Минхо - тот как раз целует ее ручку.
- Как добрались? Олени под колеса не бросались? - спрашивает он, забирая у Джейми тяжёлые сумки; та отрицательно кивает, издав смешок, и переспрашивает:
- Олени? - характерно нахмурив брови одну выше, другую - ниже; тот утвердительно кивает, и отвечает:
- Ну, олени, вроде него, - кивая на Мэттью; Джейми разражается таким громким и задорным хохотом, что Мэтт понимает - эти двое подружатся, хоть и обидно, вообще-то.
- Да ну вас, у вас один ментальный возраст, - кривится в ответ он, молясь на то, чтобы Джиу вышла поскорее, и они свалили наконец из этого дома. Эта семилетка действительно страшно его бесит раз прозраз.
- Не слушайте его, он - невежда, - отмахивается Минхо, беря девушку за руку, и ведёт ее к дивану, - чай, кофе, потанцуем? - спрашивает с таким серьезным лицом, что Джейми снова взрывается смехом на пару секунд; она успокаивается, и отвечает:
- Чай, пожалуйста, черный, горячий и без сахара, - и тот, понятливо кивнув, удаляется на кухню.
- Это что вообще такое? - восхищённо-шокированно тянет Джейми, провожая мелкого взглядом; теперь Мэттью корчит рожу знатока, как какое-то время назад это делала Джиу, и отвечает:
- Последствия воспитания Джиу, - легко пожав плечами, - кстати, о Джиу? Где Джиу-то?
- Я пойду к ней, хочу познакомиться, - отвечает на это Джейми, и шагает в коридор, намереваясь найти спальню хозяйки дома; натыкается глазами на пустую спальню родителей ребят, и тормозит, окидывая все сожалеющим взглядом; несколько секунд Джейми усердно борется с приступом внезапной плаксивости, а затем, выдохнув, улыбается, и шагает дальше.