Любовь в Денвере

Хочу пенести читателя на три года в прошлое, когда Брэнде было четырнадцать лет.

Брэнда широко распахнула глаза, с жадностью глотая воздух. Грудную клетку сдавило холодом, капельки пота выступили на лбу. Девочка попыталась сесть на кровати — это далось ей с величайшим трудом: ноги будто парализовало. Брэнда со страхом посмотрела по сторонам, но через минуту впечатление кошмарного сна слегка отпустило её. Тонкий слух Брэнды уловил слабое похрапывание Хорхе — приёмный отец спал в дальнем углу комнатушки — поближе к камину. Угли почти догорели, поэтому было достаточно зябко. Грозные завывания ноябрьского ветра и стук в окно холодных хлопьев заставляли Брэнду благодарить небеса за крышу над головой. Она со вздохом откинулась на подушку и начала растирать руки.

«Опять дурной сон! — с досадой подумала она. — Когда же это кончится?»

Вот уже полгода Брэнда и Хорхе жили в этой деревне. Они познакомились совершенно случайно на севере Канады — четырнадцатилетняя Брэнда, потерявшая отца и мать, слонялась по перевалочному пункту, а Хорхе, уже завершивший приготовления к долгой дороге на юг, вышел из Богом забытой харчевни покурить. Они разговорились, и Хорхе предложил девочке работать вместе с ним на ПОРОК. Перед Брэндой встал тяжёлой выбор: умереть на улице от голода или сотрудничать с убийцами своего отца. Девочка согласилась: она осознала, что если она устроится туда на работу, у неё появится отличный шанс отомстить...

«Надо выйти подышать» — разумно посоветовал внутренний голос Брэнды. Тихо, чтобы не разбудить Хорхе, она отыскала тёплую куртку и шапку, нащупала в темноте валенки и вышла из дома.

Небо было ясным. Звёзды приветливо перемигивались, а круглая луна освещала снежный наст, словно фонарь. Ни в одном окне не было света, и деревня казалась заброшенной: ветхие стены добавляли уверенности в этом. Брэнда решила прогуляться по узкой чищеной дорожке и собраться с мыслями.

Девочке снова приснилась подруга. Келли Харрис являлась ей четвёртый день подряд — Брэнда видела, как Келли падает на землю, а вокруг неё разбросаны таблетки. Когда эта жуткая сцена превращалась в сплошную черноту, чей-то далёкий голос говорил: «Зря! Надо было потерпеть ещё полмесяца. Всего полмесяца, и она не будет уязвимой...»

Уязвимой?! Почему полмесяца? Откуда таблетки?

Брэнда начала всерьёз задумываться над тем, что сходит с ума. Однако она не отводила ни перед кем душу. Хорхе уходил калымить и приносил поздно вечером копейки и бутылку спиртного. А Келли тревожить не хотелось — девочка попала в деревню, когда вышла из леса вся оцарапанная и голодная. Рука была перевязана какой-то ветошью, но Харрис никогда не говорила, что случилось. Те полгода, которые Брэнда её знала, Келли всё время ходила с повязкой...

Шестое чувство заставило Брэнду поднять глаза от заснеженной земли. В дальнем конце деревни она заметила человека, идущего ей навстречу. Брэнда прищурилась, и гримаса отвращения исказила её миловидное лицо: человек шёл шатаясь, чуть не падая на снег.

«Наверно, такой же алкаш как Хорхе!» — брезгливо подумала она и хотела уже уйти, как вдруг с ужасом признала Келли. Её русые волосы выбились из-под черной шапки, а зелёная куртка была застёгнута не до конца, так что была видна поношенная полосатая кофта. Харрис протягивала руки в сторону подруги, и Брэнда сорвалась с места.

— Келли! — на бегу выкрикивала она. — Келли, что такое?!

Харрис едва стояла на ногах. Едва Брэнда подбежала, она упала в её объятия.

— Я...Я шла к тебе, — с явным трудом проговорила Келли и схватилась за плечо Брэнды. — Попрощаться...

Последнее слово прозвучало сдавленно. Келли громко всхлипнула и крепко, насколько ещё хватало сил, прижалась к Брэнде.

— О чём ты, Келли?! — с ужасом спросила Брэнда. — Где болит? — она с усилием поставила подругу на ноги. — Пожалуй, отведу тебя к Хорхе...у него полно медикаментов, и....

— Нет, уже поздно! — прохрипела Келли. Она вырвалась из объятий Брэнды и тут же упала на колени. Её вырвало.

— Ничего-ничего! — дрожащим голосом пролепетала Брэнда и попыталась снова взять подругу за плечи. — Ты просто съела какую-то дрянь. Ты поправишься...

— Нет! — выкрикнула Харрис и из последних сил стряхнула руки Брэнды со своих плеч. — Нет!!! — голос Келли сорвался. Её снова вырвало.

— Смотри... — прошептала она и опустила рукав куртки. Зловещие красные пятна распространялись по руке всё выше. Ярко-алые пузырьки покрыли запястье. Тёмно-фиолетовые, распухшие вены дополняли эту ужасную картину.

— Я не хотела стать такой, как они! — срывающимся голосом сказала Келли и заплакала. — Прости меня... — Харрис вытащила из кармана куртки что-то блестящее. Брэнда пригляделась: это была пластиковая упаковка с капсулами. Пустая.

Из лёгких Брэнды вышел весь воздух. Она не осознавала, что же произошло, и всё стояла на месте.

«Это тоже сон, — в оцепенении подумала Брэнда. — Просто ещё один дурной сон...»

Тут Келли дёрнулась и упала плашмя на снег. Её лицо исказилось, руки затряслись. Брэнда упала рядом с ней на колени и молча смотрела на происходящее. Её душа будто улетела за пределы этой деревни, подальше от всего.

Когда Брэнда очнулась, снег уже немного засыпал Келли. Девочка схватила руки Харрис, начала трясти её, звать, умолять проснуться... Но ладони Келли были уже ледяными, а глаза потухшими, стеклянными. Брэнда с ужасом вскрикнула и зарыдала. Закусив губу до крови, она смотрела на лежащую подругу, ставшею ей почти сестрой. Ветер трепал капюшон Брэнды, снег неумолимо сыпал за шиворот, а она всё стояла на коленях и плакала.

— Брэнда!

Хорхе выбежал из дома, на ходу натягивая куртку. Один валенок слетел с ноги, и Хорхе бежал, не обращая внимания на жгучую боль в оголённой ноге.

— Брэнда! — Хорхе подбежал к названой дочери и взял её лицо в свои руки. — Господи... — тут он заметил тело Харрис и резко потянул Брэнду за руки.

— Идём. Идём, я сказал!

— Нет! — Брэнда начала вырываться из крепких рук Хорхе и всё смотрела на подругу. — Келли, нет... Почему? Почему так?!

Подбородок Брэнды задрожал. Горячие слёзы посыпались из глаз.

Брэнда уткнулась в грудь Хорхе и зарыдала ещё громче. Потом рыдания перешли на срывающийся крик. И вот уже вся деревня высыпала на улицу... Любопытные люди стояли в сторонке и перешёптывались. Мужчины поспешно унесли тело. Никто из них не проронил ни единой слезинки. Для жителей этой деревни Келли Харрис была просто никому не нужной сиротой, обузой. Ей давали крошки еды из жалости, но она не приносила пользы в ответ.

Для Брэнды она была самым родным, наряду с Хорхе, человеком...

https://youtu.be/4E6OSApGF-k

------------------------------------------------------------------------------------------------

Вернёмся в настоящее время, в 2092 год.

— Хорхе сказал, что надо примкнуть к Правой Руке. — задумчиво проговорил Ньют, разминая клени. — Они борются с ПОРОКОМ и защищают имунов. За это я готов ползти перед ними на коленях, клянусь! Лишь бы всё это прекратилось... Сомневаюсь, что засунуть кучку подростков в Лабиринт и издеваться над ними, оправдываясь созданием матрицы — это ключ к вакцине от Вспышки! Наверняка они там сами свихнулись, вот и напридумывали себе экспериментов...

— Ты прав. — В комнату вошёл отец Эми, пристально вперив в Ньюта глаза. Девушка всё ещё сидела на полу и неодобрительно поглядывала на папу снизу вверх.

«Он всё это время стоял за дверью и нагло подслушивал» — с раздражением подумала Прайс, осознав, что отец никогда не исправится. Вдруг она ощутила на себе его странный взгляд — не то задумчивый, не то страдальческий.

— Я должен признаться, Эми — с явной неохотой произнёс он. — Я тебе врал.

В голосе отца послышалось неподдельное сожаление. Эми приподняла бровь и краем глаза уловила обеспокоенный взгляд Ньюта.

— Никакой я не охранник. Я сотрудник Правой Руки...

«Винс» — пронеслось у Прайс в голове, и она вспомнила начальника этой мятежной баррикады. Высокий крепкий мужчина с длинными светлыми волосами, убранными в хвост, который всегда забавлял Эми.

В отличие от Миротворцев, Правая Рука не числилась как «Легальная Волонтёрская Организация». Чиновники подкупали прессу, создавая все условия, чтобы население начало презирать «кучку безумцев» Насмешливые заголовки в газетах, задержки полицейских и громкий скандал — арест Винса, предводителя «бунтарей». Главное отличие Правой Руки от Миротворцев было в том, что вторые никак не комментировали деятельность ПОРОКа, а просто зачищали улицы от шалопаев и сажали подозрительных в карцер. Всё. Исчезновения людей и открытые захваты окраин Денвера никак не обсуждались Миротворцами. Они молча выполняли свою работу.

Другое дело — Правая Рука. Её рьяные молодые сторонники выходили ночью на улицы и изрисовывали дома богачей граффити. Нецензурная брань в сторону ПОРОКа, призыв к свержению мэра Денвера и самый яркий инцидент — фраза «Жирный Ублюдок» на стене дома начальника полиции — Джона Виллиамса.

(Читателю уже знаком мужчина, который посчитал, что забирать детей неведомо куда — правильно. Никто, кроме разведчиков Правой Руки, не знал, что штаб ПОРОКа находится очень далеко на севере, в бору. Люди понятия не имели, что этих детей везли сутками, почти без еды, по бездорожью. И никому даже в голову не могла прийти, КАК будут добывать вакцину...)

Эми смотрела на отца с открытым ртом, её глаза были размером с приличное колесо. Ньют стоял рядом, напряжённо засунув руки в карманы. Папа со страхом смотрел на дочь. Оба ждали её реакции на происходящее — и, видимо, худшей. Вдруг Эми очнулась от оцепенения. Она молниеносно вскочила с пола и крепко обняла отца. Ньют дёрнулся от неожиданности, но вскоре тёплая улыбка заиграла на его губах.

— Как круто! — затараторила Эми. — Ты работаешь против ПОРОКа, а за это я готова простить тебе любую ложь! — Как в детстве она запрыгала вокруг отца, хлопая в ладоши, и не почувствовала себя глупой или странной. Она просто дала волю эмоциям.

«Пожалуй, я имею право вести себя как ребёнок, — подумала Прайс. — Особенно, по такому счастливому случаю!»

Отец смотрел на Эми с улыбкой. Он тоже вспомнил прежние времена, но ностальгия не показалась тоскливой, а скорее, приятной... Гарольд не ожидал такой реакции от Эми: он даже приготовился отбиваться и терпеть истерику, но этого не произошло.

Вдруг мысли о главном враге всплыли перед Гарольдом, он помрачнел и, скрестив руки на груди, заговорил.

— Я скрыл это от всех, потому что в начале обязан был держать всё в секрете. ПОРОК мог подавить Правую Руку, наших сторонников было очень мало. А теперь — целая армия. Мы почти такие же сильные, как они.

Лицо папы внезапно исказила гримаса отвращения.

— Ненавижу ПОРОК. Всегда ненавидел. То, что они делают, это... ужасно. Невозможно из пыток сделать лекарство. Дженсон, помощник Авы Пейдж, наверняка болен. Как и многие большие шишки у нас, в Денвере. Они принимают анальгетики и спокойно ходят на свои встречи, концеренции...

Папа посмотрел на дочь с болью, страхом и жалостью одновременно. Краем глаза Эми заметила, что Ньют уставился на отца с нескрываемым восхищением и жадно слушал каждое слово. Друг не обращал внимания на Имбирька, который из кожи вон лез, чтобы тот его заметил.

— Я давно думал о том, как бы сказать тебе и матери... Вы больше не можете оставаться здесь. Знаю, квартиру очень жалко, но вы мне дороже. По слухам, заражённые из Дома Шизов планируют захват города. Но даже если это ложь, вирус всё равно охватит Денвер. Богачи разносят заразу, и с этим невозможно покончить.

Гарольд глубоко вздохнул. Ему было очень тяжело говорить о подобном.

— Винс, наш начальник, сказал, что мы почти готовы к атаке. Пора собираться... — При этих словах Эми шумно вдохнула воздух.

— Ты будешь участвовать в битве?!

— Да. Мы заминируем здание ПОРОКА и взорвём всё к чертям. Нам поможет парень Томас. Наши обнаружили его с друзьями и засунули в фургон. Заставили их думать, будто мы — ПОРОК. Бригада нарочно действовала грубо. Их доставили к Винсу и Галли. — Услышав это имя, Ньют дёрнулся. Его взгляд затуманился, губы побледнели, но Эми не заметила этого.

— Им объяснили всё. Мы узнали, что Дженсон очень дорожит Томасом и хочет, чтобы он сдался ПОРОКУ. Мы высадим Тома за милю от их штаба, он сделает вид, что сдаётся им в лапы. А сам пронесёт прибор, отключающий пушки — это изобретение нашей Шарлотты. Без пушек наёмники бессильны, а простых пистолетов, по словам разведчика, у них нет. Мы нападём на ПОРОК с пистолетами, глоками, ножами... Да чёрт, даже на кулаках у нас шансов в тысячу раз больше! Главное — обезвредить охрану... Через три дня я отправлюсь в штаб Правой Руки, будем собирать силы.

— Я с вами, — решительно произнёс Ньют, выступая вперёд. Он чуть не наступил на кота, и тот недовольно зашипел. Эми удивлённо воззрилась на приятеля — в глазах друга светилась непоколебимая уверенность. Он действительно этого хочет.

— Минхо, Томас, Брэнда и Хорхе нуждаются в моей помощи, я не могу их оставить и сидеть сложа руки. Это предательство. Я могу помочь Томасу, когда он будет выполнять ваше чёртово задание.

***

«Это очень храбро и благородно, — подумала Эми. — Да... Но у меня сводит желудок от мысли, что дорогие мне люди могут погибнуть в битве. Но и медлить нельзя!!! Ситуация хуже, чем можно себе представить: шизы готовят захват Денвера, зараза распространяется с бешеной скоростью, ПОРОК помешался на дурацких экспериментах, а кто-то похищает имунов, которые нужны позарез народу. Но «народ» этого не понимает — они нас ненавидят за то, чего нет у них. Иммунитет. Даже наши соседи, например, могут отлавливать имунов и за крупную сумму продавать их в ПОРОК. Будет «весело», если они доберутся до моей семьи. Ничего не остаётся — надо драться. А что если я потеряю мать? Отца? Ньюта?»

Эми глубоко вздохнула и отвела глаза.