Синдром Боли [заморожено]

У меня ещё есть десять минут, чтобы прикончить этого засранца на месте. Стоило бы успокоиться, говорить как можно мягче, но все мои дружелюбные улыбочки ушли на Тэхёна.

- Вы к своему молодому человеку? - окликнул меня знакомый женский голос. - Я думаю, стоило бы предупредить главврача, что вы освободились и спокойно шастаете по больнице.

- Извините, но мне не в первой блуждать по коридорам в одиночку, - у меня не было ни желания, ни времени разговаривать с этой мымрой. - Сообщайте, что хотите. Всего хорошего!

Я быстро обошла препятствие и направилась в нужную палату.

Забавно видеть Чимина с книгой, ведь он всегда относился к тому типу людей, которые лучше посмотрят, чем почитают.

Завидев меня, парень даже не испугался, скорее, слегка удивился. Он медленно поднял голову, а после окинул меня скучным взглядом.

- О, это ты, - Пак перевернул страницу и показал рядом. - Садись.

- Я постою, пожалуй, - его равнодушие бесило меня ещё больше. - Всё равно скоро уходить, не хочу тратить время на лишние шаги.

- Вот оно как, - он понимающе закивал, а после прикусил губу и замолк.

Меня терзали разные сомнения по поводу его попытки совершить самоубийство. Забавно, правда? Как за несколько дней близкий человек становится для тебя загадкой, неизвестностью.

- Мы тут всё нервы истрепали, переживали, а ты оказывается в порядке. Не хочешь объяснить, в чём дело?

Парень тяжело вздохнул и со страдальческим видом отложил книгу в сторону. Выдержав небольшую паузу, он потёр у виска и выдал:

- Слушай, я был тогда ещё тем козлом, признаюсь. Но это всё было в порыве эмоций и шока, понимаешь? Ты же знаешь меня...

- Да, я знаю тебя, - нетерпеливо перебила его. - Точнее знаю того Чимина, который тут же рассказал бы мне, если что-то случилось.

Блондин резко нахмурился и медленно поднялся с кровати.

- Я не понимаю, о чём ты, - он старался говорить как можно спокойнее, но нотки волнения всё же проскочили в его голосе. - У меня просто был эмоциональный срыв. Находиться в стрессе столько недель и молчать - подвиг.

- Ты предлагаешь влепить тебе медаль на лоб или памятник здесь высечь?! - я перешла на крик. - Почему ты находился в таком состоянии, скажи?

- Экзамены, - выпалил уже давно заготовленный ответ Пак.

- Не ври мне! Я сегодня виделась с Дженни, и она сказала, что спектакль только в конце марта.

- Как всегда болтлива...

Парень продолжал нагло пялиться на меня и грозно стучать носком по плитке. Это всегда означало, что он на грани терпения.

- Чимин, кому ты должен денег? - я скрестила руки на груди и выжигала дыру на его лживом лице.

- Денег никому не должен, - не хотя выдавил он и шумно вдохнув, отошел к окну.

Нервно поправляя челку, Пак продолжал стучать пальцами по подоконнику, стараясь успокоиться.

Пока он размышлял, я вспомнила решетки в палате Тэхёна. Эти толстые черные решётки.

Почему всем можно было смотреть в окно и любоваться улицей? Да, удовольствия мало от серого двора и острых штыков на высоком заборе, но всё же... небо? Неужели смотреть на голубое или темно-синее творение - преступление?

К моему новому другу слишком жестоко относятся.

- Ладно, - Чимин снова привлек внимание. - Я расскажу тебе суть, но не буду ничего уточнять. Прости, но так будет лучше. Ты можешь попасть в неприятности из-за меня.

- С нетерпением жду рассказа.

- Так получилось, что я... в общем увлекся кое-чем... нехорошим. У одного знакомого был друг, являющийся шишкой в местном бандитизме, и я должен ему...

— Что?

- Это не материальная вещь и не предмет...

Его оборвал звук открывающейся двери. Вошёл врач с папкой в руках. Сзади устроились две медицинские сестры со шприцами и коробкой таблеток.

— Вы - Ким Сунан?

Кивнула. Вот это да... Уже вся больница обо мне знает?

- Я должен попросить вас покинуть досрочно палату, так как вы не являетесь ни родственником, ни супругой данному пациенту.

- А что происходит? - я почему-то в миг испугалась и осталась стоять на месте.

- Что-то не так? - деловито спросил мой парень у доктора, скрестив руки на груди.

- Да, молодой человек, у вас огромные неприятности, и я думаю, вы догадываетесь, почему.

Одна из сестер начала вести меня к выходу. Решившись набраться терпения и узнать всё чуточку позже, я села на скамейку рядом с лифтом и старалась перестать волноваться.

Меня спас Джин, который появился в коридоре из ниоткуда и направлялся ко мне.

И опять что-то в его походке было неспокойное... Только бы всё было хорошо. Хватит с меня.

- Плохие новости? - спросила.

- Очень даже, - брат облокотился на стену. - Я знал, что тебя выгонят. Джису сообщила мне, что ты пошла проведать этого козла.

- Т-ш, - он тоже был на взводе. - Скажи же, в чем дело.

— Твой парень наркоман, — быстро выдал Сокджин и вытащил из кармана сложенный лист бумаги. - Здесь результаты проверки на сигареты, алкоголь и наркотики. Последнее очень сильно зашкаливает в его крови. Теперь его неспокойное поведение, временами переходящее в истерические крики объяснимо.

Я продолжала молча сидеть и смотреть в одну точку. Не до конца хотелось осознавать услышанное.

Отказываюсь верить в очевидное. Наверно это показалось странным, но не было ни криков, ни слёз. Даже выражение лица вряд ли отражало шок или испуг, ведь я просто замерла, уставившись куда-то вдаль.

Слишком быстро мы отдалились с Чимином. Слишком быстро всё меняется в моей жизни.

— Мы тут же переведем его в центр реабилитации, как только удостоверимся в порядке его нервной системы. Сунан, ты слышишь меня?

— Так вот, что значит "увлекся кое-чем нехорошим", - горько усмехнулась. - Осталось узнать, что за хороший знакомый его в это вовлёк.

И я непременно узнаю это! Сейчас или через неделю, но мои ноги обойдут каждый дом его друзей, и я выясню, что за чертовщина произошла с моим парнем.

В глазах всё-таки предательски защипало, но Джин как всегда был рядом. Его руки уже были наготове, он тут же закрепил меня в объятия и принялся утешать.

— Мне очень обидно слышать подобные вещи про любимого человека. Человека, с которым я собиралась жить вместе уже этим летом.

Всё слишком неожиданно. В одно мгновенье в моей душе что-то со злостью надломилось.

Я чувствовала себя обманутой. Мне показалось, что Пак действительно перестал дорожить нашими отношениями.

Это же не конец. Он не так близок, верно?...

* * *

— Наркотики? — вскинул брови Хосок, рассматривая розы в своём пышном саду. — Никогда бы не подумал, что Чимин на такое способен.

Всё кругом цвело и благоухало: пышные бутоны тюльпанов отдавали нежно-розовым оттенком, напоминая платьица фей, аромат изысканного жасмина возвращал меня в восточную сказку детства, а гордые, но непоколебимые нарциссы отважно отстаивали своё достоинство и продолжали процветание — всё это разжигало во мне дикое желание схватиться за мольберт и как можно скорее перенести всю красоту природы, не упуская ни единой травинки, ни малейшего росточка, ни одного переливающегося оттенка лепестков на свету.

— Пахнет весной. Пахнет переменами, — острожно глажу пальчиками шелковый стебелёк нежной орхидеи, распустившейся совсем недавно. — Это место прекрасно! Оно полно новых красок и сил.

— Ты точно художник, а не писатель? — подшутил Чон и полез в сарай за ножницами, чтобы подстричь высохшие листья кустарников. 

— Я творец. И мир ещё увидит мои работы.

— Звучит неуверенно, — хмыкнул тот.

— Так же как и твои отношения с Дженни, — бросила я и тут же пожалела об этом. — Извини, я сегодня на взводе весь день...

Он поспешил посмотреть на меня и медленно улыбнуться.

Являлась ли улыбка Чона Хосока настоящей — не знаю.

Могу сказать одно — она была по своему искренней, но не всегда мне ясной, казалось, что за излишней радостью скрывается нечто иное, пугающе. Какие-то волнующие нотки всё-таки проскакивали в уголках этих дёргающихся губ.

Возможно, будь я более в этом заинтересована и не ссылала бы все это состояние на вечное постоянство нашей жизни - мы бы сейчас знали о нём чуточку больше, чем есть.

Парень не спеша нагнулся, чтобы подобрать упавшие листья и направился к ведру.

— Всё в порядке, ведь это правда, — прозвучало слишком душераздирающе, из-за чего я кинулась ему помогать и тем же самым сделала только хуже. Завидев мои неловкие сбивчивые движения, он добавил. — Я выгляжу настолько жалким?

— Вовсе нет! Она же ничего и не подозревает.

— Так даже лучше, — глухо заключил друг и шумно закрыл дверь сарая, пока я завязывала чёрный огромный пакет для мусора.

— Нельзя отчаиваться, — старалась подбодрить, идя за ним по каменной тропинке, ведущей к крыльцу небольшого дома.

— Это автоматический проигрыш. Тут и нечего выяснять, — он повесил ключи на погнувшийся ржавый гвоздик рядом со старой деревянной дверью.

— А ты попробуй, — я не сдавалась.

У меня было отчаянное желание помочь своему другу. Но нелепая поддержка – это единственное, что я могу ему дать.

— Знаешь в чём прелесть роз, Су? — он вдруг посмотрел в окно и показал на букет, одиноко лежавший на кухонном столе дома. — Они привлекают твой взор и заставляют млеть перед своей красотой, но могут находиться только в обществе себе подобных: таких же красивых и прекрасных, мужественных и сильных созданий. Розе, необычайной нимфе растений, не нужен сорняк или чья-либо другая плоть - она тут же выпускает шипы и делает больно. Иногда эти прекрасные цветы живут в великолепном одиночестве и лишь день ото дня хорошеют, а иногда они подпитываются обществом низших.

— И что это значит? — меланхолическое настроение часто подталкивало моего друга на философию.

— Что мир делится на цветы, Сунан. И в этой жизни я точно не роза.