Наследие

Ловкие движения рук вычерчивали иглой и нитью на ткани тонкие линии. Лиора умело вышивала очередной сюжет на белом платке. Все септы Королевской Гавани поняли, что девочка не нуждается в их наставлениях, и часто оставляли её в классе одну, а иногда даже просили помочь другим девочкам. Например, Бейле Таргариен никак не удавалось освоить перекрёстные стежки, с чем Лиора ей успешно помогла. А вот Эйдис Веларион, беда всех септ, была всеобщно признана необучаемой. Тем не менее уроки она обычно посещала, но не для того, чтобы учиться, а чтобы спрятаться от опекающей матери и поболтать со сверстницами.

Но на этот раз она сидела в классе чернее тучи, зато Эйгон, развалившись на столе среди ниток и ткани, выглядел вполне довольным. Он сложил ногу на ногу и болтал ей в ритм мелодии, которую сам же напевал.

- Вообще-то этот класс только для девочек, - возмущалась себе под нос Эйдис. Лиора тихо хихикала, стараясь не отвлекаться от занятия.

- Я вам не мешаю, - ответил ей Эйгон. Раздражение леди Веларион его совсем не волновало.

- Ещё как мешаешь! Разлегся тут, даже не взять ничего со стола.

- Как будто ты собиралась работать.

- Собиралась, иначе зачем мне здесь быть.

- Наконец-то, Эйдис, ты взялась за голову, - улыбнулась Лиора, откладывая платок. - Тогда принц Эйгон, конечно, уступит тебе стол.

Лиора заговорщически кивнула принцу, и он с интересом спрыгнул на пол, занимая стул рядом. Эйдис вскинула подбородок, но трясущиеся руки, схватившие ткань, выдали её неуверенность. Лиора ободряюще улыбнулась и помогла Эйдис сделать первый стежок, объясняя всё так досконально, словно леди Веларион была совсем ещё маленькой.

- И что мне вышить? - спросила девушка, когда поняла, как работать иглой.

- Что хочешь. Тебя ограничивает только собственная фантазия, - вдохновенно произнесла Лиора.

- Ничего в голову не приходит. Может, ты придумаешь?

- Нет уж, это твоя работа. Что ты любишь? Вот это и вышей.

Тёмные брови леди Веларион нахмурились от усердных размышлений, и наконец лицо девочки просветлело. Тогда Лиора вернулась к собственному занятию, застав свой платок в руках Эйгона.

- Не смотри, пока ещё не готово, - запротестовала она, стараясь выхватить ткань.

- А что это будет? - спросил принц, проводя пальцем по фиолетовому стежку.

- Цветы, которые напоминают мне о доме.

- А меня ты не хочешь вышить? - игриво предложил он. Лиора пихнула его в бок и, воспользовавшись замешательством, выхватила платок.

- Моё мастерство еще не настолько велико, чтобы вышивать портреты, ваше высочество.

Эйгон хотел что-то ответить, но внезапно замолчал, уставившись в сторону двери. Лиора обернулась и увидела у входа своего деда Отто Хайтауера. Он, сложив руки на груди, наблюдал за Эйгоном и Лиорой, а когда оказался замеченным, подозвал внучку к себе.

- Попрощайся с друзьями, нам пора, - тихо сказал он.

Лиора сразу отложила вышивку и, махнув на прощание Эйдис и Эйгону, подошла к деснице.

- Куда мы идём? - спросила она, когда они вышли в коридор.

- Король устраивает пир, на котором собирается объявить важную новость. Он ждёт всю свою семью и распорядился, чтобы пришла и ты, Лиора.

- А мой отец будет там? - с надеждой спросила она.

- Нет, у Гвейна есть другие дела.

В последнее время леди Хайтауер все реже удавалось увидеть своего отца. Он вечно пропадал вне замка, и идти за ним ей категорически запрещалось. Вне замка она могла выходить только в септу в сопровождении королевы Алисенты, но и там их преследовала стража, не давая сменить курс.

Лиора давно так надолго не разлучалась с отцом, и ей было тяжело выдерживать все испытания, которые ей подкидывал Красный замок, без поддержки Гвейна Хайтауера.

- Я горжусь тобой, внучка. Ты не забыла о моей просьбе и делаешь успехи. Эйгон все время крутится возле тебя, - похвалил лорд-десница.

- Что за новость? - поспешила сменить тему Лиора.

- Этого он не сказал. Скорее всего, это что-то касается вопроса о престолонаследии. Я уповаю в надеждах, что Визерис одумался и встал на путь истины.

- О чем вы, дедушка?

- Ты ведь умная девочка и знаешь, кто по закону должен наследовать престол.

- Принцесса Рейнира?

- Нет же. Кто по закону Семи Королевств наследует престол?

- Первый сын правителя.

- Так-то лучше.

- Вы думаете, что Визерис сделает Эйгона своим наследником. Спустя столько лет.

- Это будет правильным решением, которое позволит избежать нам и всему Вестеросу многих проблем. Король будет глупцом, если так и не сделает это. С каждым днем он выглядит все хуже, а значит недолго нам осталось жить в мире, который и так держится на волоске. После его смерти кому-то придётся взять престол, и это случится не без огня и крови, как делают это Таргариены.

- Вы говорите о смерти короля, дедушка. Даже стены в Красном Замке могут услышать, будьте осторожнее, - предупредила девочка. Отто снисходительно улыбнулся и провёл её в комнату.

На большой кровати, накрытой синим покрывалом, лежало красное платье с чёрными вставками, словно жилами. Широкие рукава расходились к низу, вырез на груди был словно подпален огнём, а на подоле красовались золотые драконы, смотрящие вверх. У Лиоры захватило дух, когда она взяла его в руки.

- Это мой подарок. Будь так любезна, надень его на сегодняшний вечер. Я зайду за тобой через несколько часов, - приказал Отто и вышел из комнаты, оставив её одну.

Через несколько минут пришли служанки, которые набрали в ванну горячей воды и помогли Лиоре отмыться. Пока служанка расправляла платье, две других занялись волосами Лиоры. В Староместе леди Хайтауер не делала сложных причёсок и любила вместо заколок украсить волосы цветами. Здесь же все дамы ходили с красиво собранными волосами, и Лиоре пришлось походить на них. Рыжие кудри заплели в четыре косы, внизу объединив их в одну, а остальную часть волос аккуратно разложили по плечам.

Девушка была готова к выходу как раз, когда за ней зашёл дед. Он одобрительно кивнул Лиоре, и та гордо развела плечи. Когда они пришли в зал, все уже собрались, кроме короля Визериса. С правой стороны сидела принцесса и её муж и брат короля Деймон Таргариен. Она была облачена в зелёное платье с острыми плечами и золотой цепью на груди, а принц Деймон надел кафтан в цвет платья жены. Напротив сидели дети принцессы Рейниры - Эйдис, Джекейрис, Люцерис, Джоффри Веларион и дочери Деймона - Бейла и Рейна. Все они были в зелёном. С другой стороны от трона, предназначенного для Визериса, восседала королева Алисента в чёрном платье и короной, увешанной рубинами. Напротив неё устроились Эйгон, Хелейна, Эймонд и Дейрон, облачённые в красный и чёрный цвет.

- Почему все так одеты? - шёпотом спросила Лиора у деда.

- На свадьбе принцессы Рейниры и сира Лейнора Велариона твоя тётя Алисента надела зелёное платье, которое отныне стало символом всех её сторонников и детей. Сторонники Рейниры взяли себе чёрный и красный цвет - классические цвета Таргариенов. Наверное, ты слышала, что между Эймондом и Джекейрисом произошёл конфликт. Уже не первый и наверняка не последний. В знак их перемирия королева Алисента и принцесса Рейнира договорились носить цвета друг друга.

- О каких сторонниках вы говорите? Разве есть какие-то стороны? - удивилась девочка.

- Я хочу, чтобы ты увидела всё сама. Наблюдай и делай выводы, Лиора. Я верю, что ты выберешь правильный путь, - тихо ответил он и прошёл на место рядом с дочерью, оставляя для внучки стул среди детей Алисенты.

Лиора ещё раз посмотрела на свой наряд. В её голове до сих пор эхом отзывались слова деда о выборе собственного пути, но она уже была одета в чёрный и красный, как все сторонники королевы Алисенты. Был ли у неё выбор, не знала ни она сама, ни кто-либо ещё.

Она не успела сесть, когда в зал зашёл король Визерис в сопровождении стражи. Все за столом поднялись и склонили головы, пока король не прошёл на свое место.

- Я так рад, что вы все здесь собрались, мои дорогие! - улыбнулся он, и тогда все вокруг расслабились и сели по местам.

Только тогда Лиора обратила внимание на яства, представленные на столе. В самом центре стояло блюдо с запечённым кабаном, а вокруг него можно было увидеть салаты из зелени, кукурузные лепёшки, ягоды в сладком креме и разнообразное печенье.

Пока все разговаривали между собой и пробовали блюда, Лиора положила на тарелку всего по немногу и приступила к ужину.

Непринуждённые разговоры прекратились, когда Визерис встал из-за стола. Королева Алисента бережно поддержала его за руку, чтобы тот не упал. Он погладил её по плечу в знак благодарности и прокашлялся.

- Я хочу объявить вам светлую новость! - громко сказал он, - Мой сын Эйгон стал взрослым мужем, и этот статус нужно подтвердить. И я не вижу варианта лучше, чем женитьба. Перед смертью хочу ещё повеселиться на свадьбе, раз уж Рейнира и Деймон такого удовольствия мне не доставили.

- Ну что ты говоришь, - тихо сетовала Алисента, но король отмахнулся от её слов и поднял бокал.

- Я принял решение, что не будет в доме Таргариенов для брата невесты лучше, чем сестра. Так жил мой отец, мой дед, и были их браки полны любви и детей, - засмеялся Визерис. Только он во всем зале разделял веселье, все остальные напряженно переглядывались друг с другом.

Лиора поймала взгляд Эйгона. Принц показался ей напуганным впервые с того времени, как она его увидела. Обычно Эйгон был спокоен и расслаблен, но теперь его пальцы перебирали кольца на другой руке, губы были плотно сжаты, а брови сведены.

- Я желаю Эйгону и Хелейне такого же семейного счастья, какое было у наших предков! - вскинул бокал Визерис, и по его руке растеклось выплеснувшееся вино, капая на белую скатерть и окрашивая её в красный.

Никто не поддержал его поздравлений. Эйгон, широко распахнувший глаза, поднялся из-за стола, словно желая что-то сказать, но не смог раскрыть рта. Его брат, принц Эймонд, усадил его, хватая за плечо, и тот без сопротивления поддался. Даже Хелейна, обычно спокойная, выглядела нервной. Её глаза покраснели и наполнились слезами, которым она не позволяла вытечь, закинув голову назад. Взгляд королевы Алисенты, метающийся между детьми, помрачнел. Один только лорд Хайтауер оставался невозмутим. Он первый поднял свой бокал и встал вровень с королём.

- Какая хорошая новость, ваше величество, - сказал он, отпив из своего кубка.

Следом за ним поднялась и Лиора, пристально смотря на Эйгона.

- Поздравляю, - сдержанно сказала она.

Когда поднялись Рейнира и Деймон, из-за стола выскочил Джекейрис. Следом за ним встала Эйдис, хватая брата за рукав.

- Джейс, подожди, - сказала она ему, но тот вырвался из её хватки и быстрым шагом удалился из зала.

- Что это с ним? - нахмурился король.

- Ему стало нехорошо, ваше величество, - быстро ответила Эйдис.

- Ох, ну что ж, пусть поправляется, - вздохнул Визерис, — А мы грустить не будем. Идите, дети, танцуйте!

По распоряжению короля музыканты заиграли весёлую музыку, и Алисента махнула Эйгону и Хелейне, чтобы те отправлялись в центр зала. Эйгон нехотя поднялся и подал сестре руку. Та с опаской приняла её, и они, неловко обхватив друг друга, отправились танцевать. Следом за ними вышли танцевать Люцерис и Бейла, Джоффри и Рейна. Даже Эймонд предложил Эйдис присоединиться к братьям и сестрам. Девушка усмехнулась, но приняла его предложение. Посмотрев на них, Лиора увидела истинный путь к примирению двух сторон, какой бы не была почва их конфликта.

Наконец к леди Хайтауер подошёл младший сын Алисенты Дейрон и неуверенно протянул ей руку.

- Вы не хотите потанцевать, миледи? - учтиво спросил он. Лиора обернулась на деда и, увидев его добродушную улыбку, кивнула мальчику в ответ.

Мальчик был на полфута ниже Лиоры, зато грациозно двигался и обладал обаянием старшего брата. Но даже в приятной компании Дейрона девушка не могла перестать украдкой смотреть в сторону Хелейны и Эйгона, которых в скором времени ждала свадьба. Все знали и давно привыкли к обычаям Таргариенов по сохранению чистоты крови, но Лиора впервые столкнулась с ними лицом к лицу.

Эйгон и Хелейна совершенно не подходили друг другу. Он редко о ней вспоминал и большую часть времени проводил в компании братьев. Она никогда не была против этого и любила прятаться в своей комнате, играя со сверчками. Хелейну все считали странной, и больше всех об этом говорил Эйгон. А девочка и вовсе не проявляла никаких романтических привязанностей.

Она была такой худенькой и бледной, что напоминала Лиоре хрустальную вазу, которая может разбиться от любого неосторожного прикосновения. В резких движениях Эйгона Хелейна терялась и зажималась, как от удара. Сердце Лиоры сдавливала печаль от одного взгляда на них. То же думали все, кроме короля Визериса, который был вполне доволен своим решением и теперь мог вдоволь напиться вина для спокойного сна.